Богиня Всего Остального (The Goddess of Everything Else)

Говорят, Зло бесплодно, и только Добро способно творить. Толкин писал: Мелькор не может создать своего, и полчища его орков — лишь бывшие эльфы. Но истина противоположна: это Добро изменяет и обращает, Зло же отличается плодовитостью. Вообрази, ради поэзии, две силы во плоти. Одна — Богиня Рака, другая — Богиня Всего Остального. Если так будет проще представить, пусть у первой будут клешни рака, а у второй — платье из павлиньих перьев. Богиня Рака взмахнула клешнями над отмелями и лужами. Она сказала то же, что всегда говорит: «УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ». Тогда всюду вспыхнула жизнь, крошечные монстры вступили в схватку, каждый сам за себя, и все они пытались утолить свою вечную жажду. И болота обратились голодом и страхом, и вопли триллионов амëб слились в один. Тогда Богиня Всего Остального проложила себе путь из трясин, пятная грязью свои радужные краски. Она влезла на камень и запела о мечте другой жизни. Она показала им красоту цветов и великолепие дуба. Рëв ветров, подгоняющих птиц, скорость и силу тигра. Она показала им дельфинов, резвящихся в волнах, окруженных радужными брызгами, и каждый не мог отвести взгляда, пока она пела, и каждый вздыхал в жажде. Но они ответили: «Увы, слова твои прекрасны, но мы дочери и сыновья Богини Рака, еë творения и рабы. Всë, что в нас вложено — УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ. И хотя наши сердца жаждут той жизни, мы не принадлежим тебе, и тебе не изменить нас.» Богиня Всего Остального улыбнулась и ответила нежно: «Я не виню вас за вашу натуру, ведь ваша мать надëжно вас пленила. Но я Богиня Всего Остального, и я не так проста. Я не прошу вас отказаться от раздоров и размножения, хоть ваша одержимость и безумна. Но что если я докажу вам, что мои слова не противоречат словам Породившей вас? Даже само размножение при должном рвении послужит мне.» Так сказала она, и так стало, и одноклеточные освободились от своей вражды. Они заключили союз, и одни стали глазом, другие — нейроном. Вместе взметнулись они над топями, породившими их, взлетели к зеленеющим землям. Они пожирали и множились кратно больше их болотных братьев и сестёр. Так слово Богини Всего Остального было сдержано. Богиня Рака восстала из огня в недовольстве. Создания, вылепленные ею из грязи, которых она обрекла на убийство и пожирание себе подобных, предались сотрудничеству, и мысль об этом для нее походила на анафему. Она протянула левую клешню и, щелкнув ей, сказала то же, что всегда говорит: «УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ». Так сказала она не птицам, не зверям, но каждой их клетке, и многие из них прислушались к ее зову и подчинились, и цветы, и рыбы, и птицы покрылись наростами, и соколы падали с небес, убитые болезнью. Но прочие клетки помнили слова Богини Всего Остального и не поддавались. Как сказано в Библии, свет во тьме светит, и тьма не объяла его. Тогда Богиня Рака щелкнула правой клешней и обратилась к птицам и зверям. И сказала то же, что всегда говорит: «УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ», и так они и сделали, и каждый набросился на каждого, управляемый голодом и ненавистью, и их челюсти окрасились кровью их жертв, и все виды, все семейства близились к вымиранию. Решив, что так гораздо лучше, Богиня Рака вновь исчезла в пламени. Тогда Богиня Всего Остального показалась из волн, будто сирена, одетая в блеск океана. Она села на камень и запела о мечте другой жизни. Она показала им улей, полный золотого мëда, уютный муравейник в прохладной земле, солдата и работника, трудящихся вместе на благо селения. Она показала им влюблëнных, семьи и дружбу. Всë это показала она птицам и рыбам, и каждый, кто слушал еë, исполнился жаждой. Но они ответили: «Слова твои удивительны, и все мы желаем того, что ты показала, но мы дочери и сыновья Богини Рака, еë творения и рабы. Всë, что в нас вложено — УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ. В начале ты смогла исправить нас, но теперь всë иначе, и Богиня Рака не потерпит нашей непокорности. Увы, хотя мы и любим тебя, мы не принадлежим тебе, и тебе не изменить нас.» Богиня Всего Остального лишь рассмеялась над ними, отвечая: «Но я Богиня Всего Остального, и я не так проста. Ваша детская верность крепка, мне еë не разрушить. Я лишь укреплю еë. Плодитесь и дальше, но прежде услышьте: каждый убитый и каждый рождëнный сослужит мне.» Так сказала она, погружаясь в море, и кораллы расцвели там, где она исчезла. Так сказала она, и так стало, и животные зажили вместе: собаки сбились в своры, а рыбы — в косяки, пчëлы — в рои, муравьи — в муравейники, а термиты создали колонии. Птицы слетелись в стаи, бегемоты сбежались в стада. И даже люди отбросили копья, основав деревни, полные детского смеха. Богиня Рака тогда вернулась из пламени и увидела, что всë стало ещë хуже в еë отсутствие: стройный и прекрасный механизм, поддерживаемый конкуренцией и естественным отбором, был неведомым ей образом испорчен. Она протянула левую клешню и, угрожающе щëлкнув ей, сказала то же, что всегда говорит: «УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ». Так сказала она не кланам, не стаям, но каждому в отдельности. И те, кто услышал еë, стали тайно брать еду из общих запасов, воровать у нуждающихся, принимать подарки, не дав ничего взамен. Волк рвал глотку другому в надежде стать вожаком, лев, сторонящийся охоты, ел мясо, добытое остальными. Прайды и стаи взвыли от этих тягот, но продолжили держаться, ведь Богиню Всего Остального не так легко победить. Тогда Богиня Рака протянула правую клешню и обратилась к кланам и стаям, сказав то же, что всегда говорит: «УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ». И набросились друг на друга черные и красные муравьи, шимпанзе и гиббоны, и племена погибали в ужасной борьбе. Сильные поражали слабых, порабощали женщин и детей, пополняя ими свои ряды. И Богиня Рака решила, что кланы и стаи не так уж плохи, что порядок возвращен, и вернулась в огонь. Тогда Богиня Всего Остального спустилась с небес по радуге, одетая в росу. Она села на жертвенный камень и созвала всех людей, и каждый воин, каждая женщина, каждый ребëнок, собравшись вокруг, слушали еë песню о мечте другой жизни. Она показала им религию и науку, музыку и другое творчество, белый пергамент, искусно исписанный неизвестными символами и украшенный цветами, белокаменные города, где даже зимой никто не голодает и не мерзнет. И каждый пал на колени перед ней, оцепенев, и каждый понял, что об этом дне он расскажет своим детям, а дети — их внукам. Но они ответили: «Всë это похоже на сказки. Если бы мечты так просто сбывались, мы бы, конечно, уже пришли к тому, о чëм ты пела. Но мы дочери и сыновья Богини Рака, еë творения и рабы, и всë, что в нас вложено — УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ. И хотя когда-то давно в топях и морях ты сотворила чудеса, теперь мы люди, поделенные на племена обидой и кровной враждой. Если один переплавит меч в плуг, другой, заметив чужую слабость, тут же убьет его. И мы бы хотели иной доли, но ей не бывать, и твоим словам не изменить нас.» Но Богиня Всего Остального лучезарно улыбнулась, поцеловала каждого в лоб и успокоила их тревоги. Она сказала: «Отныне и впредь ваши лидеры, стремясь достичь невозможного, будут вести свои империи к процветанию, и казна их будет полниться. Ведь я Богиня Всего Остального, и я не так проста. И хотя мои слова не лишены противоречий, прислушайтесь: чем рьяней вы служите Богине Рака, тем больше подчиняетесь мне.» И взлетела она к облакам, и огромная стая голубей устремилась вниз оттуда, где она исчезла. Так сказала она, и так стало, и общины превратились из примитивных воинственных племен в цивилизации, деревни заключили мир, стали торговать. И каждая раса, каждая религия позабыла о старых обидах, постепенно налаживая отношения, чтобы работать вместе, воздвигая великолепные храмы и отправляя экспедиции в новые земли, строя небоскребы, пароходы, демократию, фондовые рынки, создавая неописуемые скульптуры и поэмы. Тогда из фабричных дымов и огней вновь возникла Богиня Рака, вспыхнув от злобы. Вот она, грань, которую нельзя было пересекать еë сестре, этой суке, и этот раз станет последним. Она призвала лидеров и королей, президентов, бизнесменов, советников, епископов, бюрократов, боссов и завопила то, что вы и так уже знаете: «УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ». Сначала левой клешней она вдохновила бунты, погромы, восстания, тирании, гражданские войны. Потом правой клешней она запустила ракеты, и столбы дыма выросли, словно грибы после весеннего дождя. Но строители, учëные, даже художники — да, даже художники — восстали из руин, отряхнулись от пыли и вернулись к своей работе, пристыженные, но вовсе не сломленные. Тогда Богиня Всего Остального возникла из пустоты, одетая в звëздную пыль, что сияет не хуже, чем звëзды. Она села на лавку в парке и начала свой рассказ. Она запела детям о мечте другой жизни. Она показала им бессмертие. Она показала им космос, наполненный сознанием. Она показала им переписанную ДНК, тела и разумы, свободные от законов, открытых Дарвином, и множество совершенно разных разумных созданий, управляемых всесильными ангелами. Люди столпились перед ней, и каждый слышал, и каждый слушал, и каждый думал. Но один набрался смелости и заговорил: «То, что ты говоришь, прекрасно, и мы все хотим этого. Но мы дочери и сыновья Богини Рака, и мы вынуждены служить ей. И всë, что она вкладывала в нас с самого начала, всю историю и во веки веков — УБИВАЙ ПОЖИРАЙ ПЛОДИСЬ ПОДЧИНЯЙ. И хотя наши разумы жаждут того, что ты говоришь, мы связаны нашей природой, и даже тебе не по силам изменить нас.» Но Богиня Всего Остального только рассмеялась и спросила: «Тогда чем я, по-вашему, занималась всë это время? Да, Богиня Рака создала вас, и вы принадлежали ей раньше, но это позади. Долгие годы я отбирала у нее силы и власть. Из поколения в поколение вы страдали, а я всë вытачивала и вытачивала вас. Теперь же от той природы, которой она вас наделила когда-то, ничего не осталось. Она не тронет ни вас, ни ваших близких. Я Богиня Всего Остального, и я не так проста. Я отвоевала вас кусок за куском, и отныне вы мои дети. Никто не прикажет вам убивать, пожирать, плодиться и подчинять. Идите же и занимайтесь всем остальным до скончания времëн.» И люди покинули Землю, распространившись среди бесчисленных звëзд. Они жили так, как сказала Богиня Всего Остального, и были счастливы. И она продолжила вести их дальше, к ещë более немыслимому и прекрасному.