tebanasu

Его рука судорожно сжимала пистолет. Он почти не чувствовал боли - она всегда отступала на второй план в бою. Может из-за этого он в глубине души так не любил его окончание. Пальцы всё ещё дрожали, готовые в любую минуту снова нажать на курок и выпустить очередь. Вэш скосил глаза немного в сторону, но не слишком, чтобы не упускать с виду противника. Плащ на плече был разодран. Кровь было очень трудно заметить. Это было приятным бонусом к цвету его одежды. " Пора заканчивать " Мысли в его голове летали словно пули. Перекат в сторону от выстрела. Прыжок, встать, навести дуло на противника. Взгляд Вэша забегал по улице, пытаясь найти какой-то выступ, за который можно будет уцепиться во время следующего манёвра. Он поднимает руку для следующего выстрела и вдруг всё его тело пробирает холодок. Он понимает, что этого не может быть. Его память играет с ним злую игру. Рука Вэша дрожит и он отступает несколько шагов назад, не отводя взгляд от видения. Этого нельзя делать сейчас, во время боя, но он ничего не может с собой поделать. Как всегда - очень не вовремя. Он стоял там, на углу улицы, в такой природной для него позе со своим неизменным крестом за спиной. Он видел его, стоящего вот так во время боя, сотни раз. Расслабленная поза, рука свисает, он будто бы совершенно не готов к сражению. Но Вэш знал, что это не так. Стоит появиться реальной угрозе и он сразу же окажется позади, прикроет или просто скажет то, что ему нужно было услышать. Он окажется рядом несмотря на любые разногласия между ними двумя. Его руку пронзает резкая боль. Не сильная, но внезапная. Выстрел отталкивает его назад, он отступает на шаг, ещё на один. Выстрелы звучат один за другим, одна за другой пули пронзают его руку. Но он не отводит взгляд, он ни на секунду не посмотрел на того, кто в него стрелял. Какая к черту разница кто именно в него сейчас стреляет. Он в любом случае заслуживает всё это. Но почему он сейчас не рядом. Почему, Николас? Почему я теперь должен справляться со всем в одиночку? За его спиной раздаются крики, знакомые крики, за его спиной и где-то в стороне раздаются крики и звуки выстрелов. Но он всё равно не отводит взгляд. Его ноги слабнут, он падает на колени, но даже это не в силах заставить его отвернуться. Он так не хотел и хотел одновременно увидеть этот образ снова. - Вэш, Вэш! Он услышал этот голос - приглушённый и где-то будто бы из другого измерения. Чёрт. Он опять немного опустил глаза. Весь его плащ выглядел как смешанная палитра красных цветов. Это даже красиво в каком-то смысле. Его взгляд понемногу темнел, медленно, будто бы надвигающеёся волной, но он всё ещё продолжал видеть Николаса среди этой тьмы. Забавно получится если это будет последним, что он увидит перед смертью. О чём это. Вэш ведь знает, что так просто он не сможет умереть. А жаль. Это он должен был бы быть на месте Николаса. Всем было бы проще, будь это так. Больничный потолок бел как мел. Больничная постель белая. Даже картина на стенах белых. Вэш поднес свою руку поближе к лицу. Она тоже белая. Тут ему самое место. Он медленно повернул голову к выходу и горько улыбнулся. Ну конечно. Он всегда приходит к нему в больнице. Опять там же, всё так же как тогда в первый раз. Он приподнялся на руках. Тело болело, но эта боль опять отступала куда-то назад. Ему кажется что Николас сейчас сделает шаг и ударит его. И будет прав. Он делает слишком много ошибок в последнее время, ему не помешал бы удар. Он бы ударил его, а потом сказал бы что-то вроде: " Всё мы делаем ошибки, это часть пути. Ты не можешь не ошибаться никогда. " Пожалуй так соединить эти действия мог только он. Вэш сел на кровати и зарыл руки в свои волосы. Всё повторяется раз за разом, ошибка за ошибкой, опустошение за опустошением. Опять та же больница, опять те же воспоминания. Он поднял голову. Николас стоит у двери, опершись на стену и смотря прямо на него. Так нельзя. Он не может находиться здесь. Не в силах отвести взгляд и не в силах его выдержать. Он поднялся с кровати, несмотря на невыносимую боль во всём теле. Он уже привык чувствовать невыносимую боль. С трудом волоча ноги он подошёл к двери. Николас стоял всё там же, не отводя взгляд. Неизменная сигарета во рту, как иначе. Вэш поднял руку и осторожно забрал её. Поднёс к своему рту и вдохнул. Он знает, что сейчас в его руке ничего нет. Да и он никогда не любил курить. Но он предпочитает верить, что сейчас держит в руке сигарету Вольфвуда. - Это не было твоей виной. Вэш молчит. Он не знает, действительно ли слышит эти слова, или ему опять кажется, опять снится всё тот же сон. Он закрывает глаза и выходит в дверной проем. Не отводя от рта пустую руку с той самой сигаретой. Подняться на крышу было не трудно. Вход был открыт, а в больнице почти не было людей. Обычно в этом городе умирают на месте, а не идут в больницу. Вэш сел на край крыши. Ему всегда было неуютно в белой больничной одежде. Этот город выглядел почти так же как предыдущий. И тот что был до этого. Все они одинаковые. Или это ему так кажется. Он боится вглядываться в улицы и в соседние дома, боится смотреть в окна. Боится и так хочет это сделать одновременно. Глупая надежда, что Николас ещё жив, глупая надежда что в его могиле лежит кто-то другой. Из-за этой надежды он так и не пришёл тогда на похороны. Из-за этой надежды он просыпается ночью. Из-за этой надежды он раз за разом проигрывает и делает ошибки, на которые не имеет права. - Это была не твоя вина. Вэш не оборачивается, он всё также сидит и смотрит куда-то вниз, себе под ноги, на пустую больничную улицу. - Откуда ты знаешь о чем я думаю? - Это очень легко прочитать по твоему лицу. Мерил заглянула за край крыши и, подобрав под себя ноги, села рядом. Она не смотрела Вэшу в лицо и он был за это благодарен. - Ты не можешь убегать вечность. - До этого у меня получалось. - У тебя это всегда получалось из рук вон плохо, - возразила девушка. Они молча сидели и смотрели на город. И он, и она хорошо понимали, что иногда тишина лучше слов. Не в этом случае, в этом случае они просто не знали что сказать. - Это нормально - скучать за близкими людьми. Вэш молчал. Он, кажется, слишком долго смотрел в одно окно и там опять начал дрожать воздух, пытаясь собраться в знакомый образ. - Ты так и не был на его могиле? Ни единого раза? Мерил не смотрела ему в лицо, она смотрела куда-то вверх, в тусклые красноватые небеса. - Ты думаешь он всё ещё жив? Вэш помотал головой, не отводя взгляд от окна. Думает ли он, что Николас жив? Думает ли он что это не его вина? - Ты думаешь он хотел бы этого? Он вздрогнул и перевёл взгляд на Мерил. Она смотрела на него и в её глазах скользила грусть. - Ты, чёрт возьми, правда думаешь, что он хотел, чтобы ты сидел здесь? Чтобы ты чувствовал себя...вот так? Что бы ты прятал в себе всю свою грусть и боль, чтобы ты опять оставался один? Вэш чувствовал, что его руки дрожат. Наверное, от слабости. - Вэш, это не стыдно - плакать за кем-то. Слёзы потекли из его глаз, одна за другой они стекали по его щекам и подбородку. Будто бы только и ждали этих слов, будто бы только ждали этого момента с тех самых пор. - Я знаю. Он не знал, слышала эти слова Мерил или она услышала только рыдания. Он закрыл глаза руками, но это не помогло остановить слёзы. Они всё лились и лились, лились нескончаемым потоком, словно всё то, что он так долго держал внутри, решило превратиться в слёзы. Он плакал и надеялся, что Мерил простит его за это. Что она ничего не скажет и не уйдёт. Что она просто будет здесь, будет здесь так, как ему это было нужно сейчас. Он почувствовал, как её руки сжали его плечи. Мерил трудно давались объятия. Им всем трудно давались объятия. Но иногда это было именно то, что нужно. Он сидел и плакал, плакал, плакал, плакал так, как обещал себе плакать раньше. Плакал так, как разрешал себе плакать раньше. Мерил слушала его плач, он чувствовал её руку у себя на волосах, весь пустой город слушал его плач, казалось, весь мир слышал его плачь и его боль. Не все заслуживают, чтобы за ними грустили. Но никто не запрещает грустить за теми, кто этого стоит. Наверное, Николас был бы рад этому. Наверное, это и есть тот он, которым он был раньше. Вэш знал, он всегда понимал это глубоко внутри. - Мерил... Он сказал это очень тихо, но она услышала его. - Да, Вэш? Он поднял голову и улыбнулся. Небо потемнело, красный оттенок начал медленно перетекать в темно синюю ночь. - Мне кажется, я готов пойти на могилу к Николасу. Проведешь меня?