who knew we'd end up here

Абрам Все новые школы одинаковы. Все любопытные студенты хотят либо подружиться с новеньким, либо придираться к нему. Абрама это больше даже не волнует, он просто игнорирует всех, и ему повезло, что Окленд — достаточно большая школа, чтобы ни у кого из учителей не было лишнего времени беспокоиться о нем и о том, почему его родителей никогда нет рядом. На своем первом уроке во время переклички он слышит, как учитель называет его «Сэмюэл Уэст», и ему потребовалось слишком много времени, чтобы вспомнить, что это он, и, наконец, поднять руку. -Черт, его мать избила бы так сильно из-за того, что он быстро не принял свое новое имя и образ. К обеду он уже освоился со всей рутиной для новичков, всегда слишком много внимания, и от этого желание побегать становится намного сильнее. Поэтому, как только он заходит в столовую, он хватает свой ланч и направляется прямиком в самый дальний конец, где у него будут в поле зрения все выходы и никого не будет за спиной. Довольный, что никто не может подкрасться к нему незаметно, и у него на примете по крайней мере два выхода, Абрам наконец приступает к своему обеду. Ему не требуется много времени, чтобы почувствовать, что за ним наблюдают. Когда он поднимает глаза, к его столику направляется маленькая блондинка с выражением, которое Абрам не может точно определить. И так же быстро происходит узнавание, потому что это тот же самый светловолосый мальчик, которого он видел каждый день в парке. Совершенно уверенный, что ему не о чем беспокоиться, он возвращается к еде и присматривает за столовой, пока блондинка садится за угол его столика. Они сидят там в тишине, Веснинский чувствует, как мальчик пристально смотрит на него, хотя Абрам не совсем уверен, что он сделал, чтобы заслужить это, тем более что в этом нет угрозы, просто, возможно, раздражение? Абрам рад, что мальчик не кажется болтливым, как остальные ученики, поэтому они проводят обеденный перерыв в уютной тишине. В течение дня он узнает, что у него математика и классные часы с блондинкой, на уроках он узнает, что его зовут Эндрю Доу. Абрам задается вопросом, действительно ли ему так не повезло, что у него фамилия Доу, или у него действительно нет фамилии, но он не настолько глуп, чтобы спрашивать, потому что видит, как отстраняются от Эндрю остальные их одноклассники. Это заставляет Абрама задуматься, что он сделал, чтобы заслужить это место, он не собирается лгать * по крайней мере самому себе *, что он немного завидует репутации, из-за которой все оставили Эндрю в покое. Но это также означает, что практически единственные свободные места в классах, он делит с Эндрю, находятся прямо рядом с блондинкой или в передней части класса, а Абрам абсолютно не сидит впереди класса. Поэтому они и на этих занятиях сидят бок о бок в тишине. **О.П: Доу — традиционное обозначение в английском или американском суде (или медицинском учреждении) лица, чья фамилия неизвестна или должна быть скрыта И так продолжается в течение следующих двух недель. Эти три занятия в течение дня — единственное время, когда Абрам испытывает хоть какое-то чувство покоя и безопасности. Он привык полагаться на дружеское молчание, которое они с Эндрю разделяют, ему нравится присутствие мальчика, которое держит всех остальных подальше от них обоих, когда он рядом. Потому что в любое другое время люди все еще пытаются быть его «друзьями», а совсем недавно спортсмены начали насмехаться над его мешковатой одеждой и тем, что -Держу пари, никто не знает, где он живет, потому что он живет на улице. Абрам ловит себя на том, что в подобных случаях физически прикусывает язык, потому что у Сэмюэля нет проблем с отношением к себе, и он не может привлечь к себе такое внимание. Поэтому, чем дольше он проводит рядом с Эндрю и их молчанием, тем больше он чувствует, как напряжение покидает его. ___________________________________________ В следующий понедельник Абрам определенно не планировал нарушать их с Эндрю череду молчания. Но как только Абрам увидел Эндрю во время их обеденного перерыва, он понял, что что-то не так. Блондин всегда носил пустую, скучающую маску безразличия, но Абрам понял, что это была всего лишь маска. Веснинский часто удавалось уловить едва уловимые вспышки эмоций в глазах Эндрю всякий раз, когда он испытывал к чему-то сильные чувства. Но сегодня все было по-другому, лицо мальчика было совершенно пустым, а взгляд отрешенным от всего окружающего, и вдобавок ко всему Абрам смог заметить хромоту, которую Эндрю пытался скрыть… По мнению Кролика это был не первый раз, когда он скрывает всё, что с ним происходит. Его мысли только укрепились, когда он откровенно наблюдал, как Эндрю пытается скрыть гримасу, когда садится, но Абрам увидел вспышку боли в его тусклых глазах. Дрю поднял глаза и увидел, что его сосед пристально смотрит на него, Абрам просто впился в него своим взглядом. Веснинский больше не мог держать язык за зубами, поэтому просто выплюнул это. — Кто причинил тебе боль? В глазах Эндрю промелькнуло то, что, Абрам почти уверен, было вспышкой удивления, прежде чем он вернулся к сердитому взгляду, который зеленоглазый получил с тех пор, как его застукали за разглядыванием в парке. И тут Абрам был застигнут врасплох, потому что вместо того, чтобы ответить на его вопрос или даже просто проигнорировать его, что, по мнению Абрама, было очень хорошей возможностью, Эндрю сказал последнее, что Абрам ожидал услышать. — Я скажу тебе, только если ты сначала раскажешь мне, кто причинил тебе боль. И это… Абрам не мог с этим справиться, потому что людям не разрешалось знать его. Как Эндрю вообще мог узнать, что ему причинили боль, ну, если подумать, вероятно, точно так же, как и сам Веснинский узнал, что Дрю причинили боль, у них обоих, очевидно, было много переживаний, маскирующих их собственную боль, которую они способны уловить и в других. Но сейчас для Абрама этого слишком много, поэтому он собирает свои вещи и сбегает из школы. Позже ему придется написать Ларри по электронной почте, чтобы сообщить ему, что следует ожидать звонка из школы и что он заболел и должен вернуться через пару дней. Потому что сейчас Абраму нужно время, чтобы подумать о том, что делать дальше. Он знает, что тяжело дышит и находится на грани панической атаки, но ничего не может с этим поделать, поэтому бежит домой так быстро, как только возможно. Если бы только Мэри могла видеть его сейчас… Она была бы так зла на него за то, что он нарушил так много правил, что, возможно, просто убила бы его сама. Он не только остается на одном месте, когда должен продолжать двигаться, кто-то видел его так, как никто другой никогда не видел. Это пугает, но он также чертовски устал от постоянных беготни, и у Абрама никогда раньше не было друга, даже в Балтиморе. Но идея дружить с Эндрю не пугает его так, как это, вероятно, должно было бы быть, или как это было бы с кем-либо другим. Абрам берет два дня выходных от школы, чтобы по-настоящему подумать о том, что он собирается делать дальше. Он должен бежать и никогда не останавливаться, но… Светловолосый думает, что, возможно, захочет вернуться в школу и честно ответить на вопрос Эндрю. Он хочет подружиться с Дрю и, возможно, попытаться помочь ему выпутаться из любой ситуации, в которой он, очевидно, оказался, по крайней мере, может быть, тогда он сможет сделать хоть одно хорошее дело в этой жизни и у него будет кто-то, кто будет помнить его, когда Веснински умрет. Итак, в четверг, когда он, наконец, справляется со своим беспокойством, Абрам возвращается в школу и все утро обдумывает, что именно он скажет Эндрю сегодня за обедом. Он смирился с тем, что у Эндрю возникнут вопросы, но он не хочет говорить ни о чем из этого посреди школы, когда вокруг так много других детей, которые без зазрения совести подслушивают чужие личные разговоры. Абрам видит, что Эндрю замечает его, как только заходит в столовую, но он остается спокойным до тех пор, пока Миньярд не останавливается прямо перед ним и просто поднимает бровь, как бы говоря: -Итак, ты действительно вернулся, теперь я получу ответ. Абрам отвечает на его безмолвный вопрос вполне понятным: -Не здесь. На что Эндрю кивает и снова удивляет его, говоря: — Парк в субботу. И это не было сказано как вопрос, но Абрам услышал вопрос в заявлении, поэтому он просто кивнул, и они вернулись к своему уютному молчанию, но с несколькими дополнительными взглядами то тут, то там до конца недели.