Назад в Буревестник

Я шёл мимо серых, однотипных пятиэтажек времен постройки моего деда. Серых, скучных и одинаковых, словно горошины в одном стручке. Вышел из дома, чтоб развеять тоску по уходящему лету и то, что папа снова уедет на несколько недель оставив меня на по печение заботливой соседке — старушке, которая любила совсем не детей, а деньги, но хотя бы, можно было не переживать, что в доме не убрано и на обед не слипшийся пельмени. Под эти совсем не весёлые мысли, от чего стало на душе ещё хреновее я подошёл к такой старой и обшарпанной пятиэтажке и инстиксивно найдя четвёртый подъезд, спокойно открыл сломанный и прожжённый в нескольких местах кодовый замок. Поднявшись на второй этаж, задержав дыхания и перепрыгивая через тёмные и жёлтые пятна на ступеньках, не обращая внимание на исписанные грязно- зелёный стены и алкаша под лестницей, что высунул грязную руку из темноты и кряхтя попросил осипшим голосом пару рубликов на поправку здоровья, то есть на опохмел. Добрался до железной темно красной двери с немного покошенными цифрами, нажал на звонок, ожидая ответа. За дверью зашаркали домашними тапочками и голос моего лучшего друга задался слегка приглушенный массивным куском железа — Кто? Когда ты живёшь в таком месте, осторожность никогда не помешает, пусть у вас даже есть глазок и бита в углу. — «Лех это я Вовка, открывай» За дверью послышалась возня и лязг замка и цепочки, на ружу высунулась тёмная копна волос — «Вовка, ты чего не позвонил, что придёшь я бы тебя встретил». Дверь раскрылась со скрежетом несмазанных петель на пороге стоял мой корешь в тапак и домашних шортах с голым торсом. Как он мускулистый. Его темно — синие глаза светились лукавством. — «Ты, что тут стриптиз устроил, давай двигайся будь добросовестным хозяином» — хмыкнул я чтоб отвести взгляд от его слишком красивого тела, от чего меня обдало горячей волной где то в груди. Брюнет лишь похлопал меня по плечу и впустил в дом. Сняв кроссы я пошёл за хозяином дома в его комнату, он сидел на кровати и смотрел какие — то фотки, вокруг лежали фантики от шоколадных батончиков и банки из-под газировки и энергетиков. Видать его отец тоже уехал и он предоставлен сам себе. Освободив мне местечко около себя, парень похлопал по нему пуская в воздух сотни пылинок, что стали кружить хороводы в лучах солнца. Я плюхнул свою тушку рядом и глянул чего там интересного нашёл Лагунов в старых альбомах отца. На фотках был его папа, они так похожи в детстве оказывается. Те же тёмные волосы, тонкая шея, родинки на плечах и спине, острые ключицы, тонкие пальцы, только Лёша мускулистый, его отец Валера худой и жилистый. Перевернув страницу мальчик увидел странное, рядом с Валерой был явно ещё кто — то, но его очень старательно зарисовали чёрным маркером. — «А, это кто такой и почему они обниматься с твоим отцом? " — подаю я голос замечая чуть-чуть светлую как у меня макушку и часть руки, почти идентичные пальцы, хм это все очень странно. -» Отец мне говорил, что он ездил в лагерь в детстве» — задумчиво проговорил Лёша. Перевернул альбом, там снова были несколько ребят и среди них закрашенный мальчик, я увидел такие же как у меня ярко зелёные глаза. Захлопнув альбом, так что едва не прищемил пальцы другу я резко подскочил с кровати. То есть наши отцы были знакомы, и почему — то не рассказывали нам об этом, интересно почему — же. Может мой папа тоже любил лучшего друга, как я? От этих мыслей меня вырвал Лёша, что положил альбом к остальным на полку и предложил заняться, чем — то ещё. Мне резко захотелось на свежий воздух, друг не возражал и поэтому натянув красную футболку и сняв тапки сменив их на кроссы поддержал мою идею. Нам нужно было проверить мозги и переварить, увиденное. Значит они были друзьями как мы. Выйдя на улицу, ноги сами понесли нас дальше мимо детской площадки в грязную и узкую подворотню, словно по наитию, чьих то злых рук или совсем не злых, а очень добрых и мягких, как у моей матери, царство ей небесное, мы с Лешей на половину сироты у нас есть только отцы. А дальше нас огрели по голове и перед глазами темнота… Я очнулся утром. Было лето через окно в корпус дул лёгкий ветерок принося запахи трав и цветов. Где я? Приподнявшись я огляделся. Вокруг бежевые стены и тумбочки рядом со скрипучими кроватями. Моя вторая у окна, около меня спит мальчишка, накрывшись одеялом так, что видна его светлая макушка. Так стоп, светлая макушка, не знакомое место, рядом спит парнишка моего возраста немного полненький и кучерявый. Так я его видел в альбоме отца Лёши В этот момент раздался звук похожий на гул предвещания апокалипсиса. Прозвучал горн будивший весь лагерь. И в двери влетел лохматый парень лет двадцати — Так, разгильдяи, подъем!!! Послышались стоны. Кровать стоявшая напротив меня зашёл тела, от туда показалась голова Лёши, а рядом из-под комариного домика вылезла такая же макушку, только в очках. Я сплю, если бы. Это ещё куда не шло Парни начали подниматься все смотрели на Лёшу и его копию в очках, пока внимание не привлёк мой сосед у окна из-под одеяла влезла заспанная морда. Моя, блять морда. — Так. Лагунов и Хлопов, что всё это значит? — Вожатый будивший парней пришёл в себя первым и увидеть почти близнецов своих двух подопечных явно не входило в его планы. Как и нашим парням попавших в 1980 год к своим отцам… Продолжение следует…