Зачем я тебе?

-Эх, одного я понять не могу, как ты вообще с этим дебоширом связался, Антон Петров? -вздохнул милиционер. Мужчина поглядывал то на Антона, то на свою учетную записную книжку. -Я…я, ну…-мычал блондин. Он не знал что отвечать, ведь он и сам не понял, как оказался в их шайке. Тихонов посидел еще минуту в тишине, а затем процедил: -Еще раз повторяю, что вы делали в лесу с Ромой? -мужчина перевел взгляд на Антона исподлобья. -"-"А будто вы сами не знаете"-разозлился подросток. Он уже который раз объясняет причину их с Ромкой ночных побегушек, и все потому, что участковый не верит в то, что это предложил Антон, а не Пятифан, и что они действительно хотели найти маньяка. -Я же говорю, мы убийцу искали… Я не знаю, как вам еще объяснить это, я уже перебрал все события, которые до этого произошли.-отвечал школьник, параллельно думая о потасовке с Семеном, о которой что он, что остальные товарищи усердно умалчивает. -Послушай, Антон. Я встречал много таких как ты, вы все говорите тоже самое… Не то чтобы все те, с кем я имел дело именно разгуливали по лесу в коменданский час, но тем не менее, совершали другие противозаконные поступки вместе со своими «друзьями» маргиналами. Ты же понимаешь, куда этот путь тебя приведет? -слегка нахмурился Тихонов. Петров старался заткнуть противный голос в голове, кричащий о том, чтобы блондин стукнул кулаком по столу, послал всех нахуй, а затем забрал с собой Ромку, и они пошли домой. Ну или желательно вообще в другую местность, где их никакой Тихонов и никакие маньяки не достанут. Но мальчик смог себя удержать, и спокойным, уверенным голосом ответил: -Послушайте, вы можете встречать 100 таких подстилок, как те ребята, но никто не отменял спонтанности. Как говорится, на сотый раз не было, на сто первый будет. Да, я уже понял, что это плохая была идея вот так взять и уйти в чащу, но поймите, это исключительно моя инициатива. Я Ромке помог подружиться кое с кем, а взамен захотел, чтобы он со мной начал этого мародера искать. Ну, так и случилось. Хотите, у Бяши спросите, он тот еще балабол, врать не умеет. Он то и подтвердит мои слова. Милиционер смотрел на несовершеннолетнего теперь уже заинтересованным взглядом. Все таки в словах Антона присутствует правда, да и сам Петров тоже во вранье не мастер, это заметно издалека. Спокойный, со своим мнением и принципами, не умеющий врать. Такой, если бы захотел, выдал всю информацию о своем обидчике и ни капли не пожалел бы. Справедливость ощущается в интонации подростка, и еще какая. -Знаешь, в твоих словах я не вижу лжи, просто… Пятифан тоже личность не первого сорта. Я переживаю, как бы он тебя в свои грязные делишки не впутал, все-таки, у него характер посильнее твоего.-мужчина смотрел теперь уже с родительской заботой и сочувствием, он явно не был настроен рассорить двух ребят, просто хотел предостеречь от неприятностей. -Товарищ лейтенант, он, конечно, не самый примерный ученик, не самый далекий, как и Бяша, но зато преданный, и… Как бы это сказать… В беде в общем не бросит. До начала нашей дружбы меня могли ударить или пнуть в грязь лицом только его былые товарищи, такие как Семен, но сам он меня никогда и пальцем не трогал. Не помню, чтобы он поднимал на меня руку, или я прогибался под его приказы. Только если это не касаемо было поиска улик или командной работы. Поверьте, на самом деле он хороший человек, просто, ну…-Антон замялся, не зная, что добавить. -Не повезло ему в жизни? -помог милиционер. -Да.-Петров одобрительно кивнул. Тихонов улыбнулся уголком губ. Он решил, что пора допросить самого Пятифана, и посмотреть, что тот скажет насчет своего друга. Тут уже будут работать не просто отточенные фразы, которые задают мелким бандюганам, а целое умение подбирать вопросы. -Хорошо, я тебя услышал. Позови Рому, я хочу его послушать. Блондин кивнул, и напоследок попросил: -Вы это, пожалуйста, не запирайте его в обезьянник… --Посмотрим на Пятифаново поведение.-ответил мужчина, и шутливо улыбнулся. Антон вышел из кабинета, и приметил сидящего на скамейке Ромку, который то ли ногти грыз, то ли костяшки покусывал от нервов. -"Он делает вид, будто здесь впервые, или реально волнуется?"-задал себе вопрос подросток, присев рядом с другом. -Тебя вызывают.-сказал очкарик уравновешенным голосом, словно ничего не произошло. --Че тя там спрашивали, Тох? -Ромка всем видом показывал, что ему ссыкотно, будто бы им было что скрывать помимо Бабурина. Хотя, этот толстяк всю эту кашу и заварил, по сути то. -Ничего особенного, просто расскажи все как есть, за исключением той драки, и все. И да, почему ты так переживаешь? -Тоша говорил тихо и немного беспокоился о нервном состоянии друга. -Да блять, знаю я этого черта, как свои пять пальцев нахуй. Он сейчас будет также, как и тебе, по полчаса вопросы пилить, а потом допытывать в добавок, чтоб знал свое место, как говорится. Когда он меня за вандализм закрывает в помещение для особо одаренных-это одно, но допросы…-Пятифан не на шутку вздрогнул. Блондин осторожно закинул свою руку на плечи переживающему за весь свет Ромке. Это немного успокоило шатена. Он с дрожью в голосе выдохнул, но вспомнив, где они находятся, он поспешил снять с себя руку Антона, решительно встал и с выдохом направился в комнату, где с нетерпением ждал очередных объяснений Тихонов. Тоша остался ждать друга в коридоре, а Рома молча закрыл за собой дверь. Ему будто вату в рот всунули. Говорить было сейчас неприятно, да и не хотелось. -Ну, выкладывай, Роман. Я тебя до посинения держать здесь не буду, ты у меня и так гость постоянный.-проговаривал милиционер, находясь в приподнятом настроении после разговора с Антоном. Рома нервно сглотнул, но немного подумав, сказал: -Это не Тошкина вина, это я его завел в эти дебри.-отрезал Пятифан, так громко и уверенно, будто ему было плевать на себя, и он просто не хотел доставлять хлопот Петрову, так сказать, пытался сохранить их дружбу. Но так ли это на самом деле было? Немного успокоившись, он продолжил свою реплику: -Тоха мне пипец как помог, ну и я ему тоже не задолжал. Он действительно хотел поймать маньячеллу, типа чтоб сестру уберечь от всего этого, и нас в том числе. Он еще, это, хотел в диснейленд поехать, получить награду и порадовать Ольку так. Вот, ну я то что, я не трус, согласился, Бяшка свалил на полпути, ссыкло хреново. Ну а дальше Антон предложил идти по домам, а я решил, что надо поискать именно там, где вы засаду рыли. Вот и все, а дальше сами знаете что было.-рассказывал хулиган, ни на секунду не отрываясь, будто он это своему корешу говорит, а не участковому, хотя его он видит намного чаще. Тихонов поводил пальцем по губам, а затем озвучил свое мнение по этому поводу: — Да… Первый просит на второго не скидывать вину, второй на первого. Видимо, вы действительно не из таких, липовых, как это говорится, друзей. Эх, сколько знал я таких компаний, ничем хорошим не заканчивалось, все на друг друга сбрасывали ответственность, а тут… -Константин тепло улыбнулся. Разумеется, он уже встречал таких, как Рома и Антон, но каждый раз все больше и больше удивлялся таким крепким взаимоотношениям. Сидящий напротив школьник же, не сразу осознав всех слов взрослого, переспросил: --В смысле, один на второго? Типа Тошка полностью себя виноватым сделал?..-Пятифан говорил так, будто это выходило куда-то за рамки адекватности. -Да. Сказал, что ты хороший парень, просто тебе судьба немного не посодействовала, и где-то я с ним соглашусь. Просил тебя не сажать на сутки. Ну, я в общем-то и не собирался, как минимум потому что мне от этого толку не прибудет.-Тихонов робко почесал затылок, как бы наигранно показывая то, что он по прежнему размышляет над этим вопросом. Слова участкового и вправду для Ромы были за гранью фантастики. Он шел сюда с осознанием, что Петров все на него перекинет, а сам уйдет восвояси, ведь привык к тому, что никому не сдались его учёты, проблемы и прочее, и легче наговорить на кого-то с менее положительной репутацией. Что-то резко закололо в груди, парень потупил взгляд на покрытой голубой штукатуркой стенке. Все никак ему не удавалось переварить информацию. -"Что значит взял все на себя? А зачем? Он что, проблем захотел? Я ж знаю его батю, не хотелось бы мне слышать, как он орет благим матом …"-никак не унимались нарастающие вопросы в голове подростка. Из-за такого, казалось бы, рационального и справедливого поступка со стороны друга предательски подступили слезы к глазам. Подросток не понял, в какой момент его зрение стало расплывчатым, но мгновенно сообразил, что нужно делать в такой ситуации. -"Сука, ебаная реакция… Нельзя позориться, но что мне блять делать?"-выругался Ромка про себя, хватаясь за лоб, и пряча лицо за волосами и руками. -У тебя все нормально? -милиционер поменялся во взгляде, ибо не понимал, что происходит с кареглазым. Пятифан проглотил очередной ком из слез и нервов, и наконец что-то хотел сказать, но забыл. Перед глазами замелькали картинки, где он будучи еще мелким сосунком дружил со своим одногруппником, и осмелился в какой-то момент рассказать об отце, информация о котором была доступна только воспитательнице и самому парню. Папа Ромы в прошлом был преступником, женился на Ромкиной матери как раз перед тем, как его арестовали. В итоге ему дали срок. Мама беспрерывно пила, и долгое время скиталась по деревне, а ночью ехала в соседний поселок, где работала ночной ублажательницей. К сожалению, или к счастью, ей пришлось бросить это дело, потому что мужчины, прибывающие там по ночам, не всегда знают границы дозволенного. В конце концов после освобождения Роминого бати в семейной жизни ничего не поменялось, а наоборот, стало на одного алкаша больше. Когда мальчик осмелился поведать об этом своему, на тот момент, единственному другу, тот в свою очередь прекратил с ним общение, а после об этом прознала вся группа. Было больно. Настолько, что после произошедшего парень даже не думал открывать свой рот, и объяснять воспиталке, что за оры она вчера слышала, проходя мимо дома Пятифановых. Подросток настолько сильно окунулся в былое, что даже не услышал зов со стороны, и очнулся, только когда Тихонов чуть ли не в ухо ему орал. -Д-да, все оке… Просто спать хочется.-соврал Рома, и воспользовавшись выгодным положением рук и головы смахнул слезы с уголков глаз. -Верю, уже довольно прилично времени то прошло. Небось Антоновы родители уже переживают. Ты тогда проводи друга до дома, а то боюсь ему снова взбредёт в голову нелепая идея.-с долей сарказма ответил мужчина. Рома кивнул, и поспешил к выходу. На полпути его остановили: -И вот что, постарайтесь больше не лезть в это дело. Помощь никогда мне не помешает, но явно не ваша. Вы еще дети по закону, да и наяву тоже, так что ваши жизни не только под ответственностью ваших родителей, но и под моей.-добавил участковый. На все эти слова Пятифан лишь угрюмо кивнул и крикнул «бывайте», и покинул помещение. Подавленные эмоции били ключом внутри. Они вытесняли всю усталость и голод, а в перемешку с этим боль от набитых синяков и мозолей казалась и вовсе чем то мелочным. -Ну, как все прошло? -все также озабоченно интересовался Антон, в ответ получив какой-то оскорбительный жест. Ошеломленный такими действиями, мальчик стоял и не понимал, что произошло за эти 15 минут. Ни криков, ни психов слышно не было, в чем причина такого поведения? Подошвы очкарика будто прилипли к полу. Он ждал пока Рома соизволит успокоиться, и наконец объяснить, что происходит. Но вместо слов Пятифан лишь раздраженно мотнул головой, отгоняя тревожные мысли как стаю комаров, столпившихся на ужин. Парень ловко ухватился за запястье друга, и ничего не объясняя, потащил его за собой к выходу. -"Почему я так злюсь то блять? Я же всегда хотел, чтобы хоть кто-то за меня заступился или хотя бы…блять, ебучие сопли. В какой момент я из нормального пацана в хлюпика превратился?"-ругался хулиган, постоянно давая себе наставления о том, что ему ни в коем случае нельзя сейчас проявлять свои слабые стороны. Оба вышли на улицу, мороз обжигал кожу. Над входом в полицейский отдел еле светила старая лампочка. От этой атмосферы хулигану совсем стало не по себе, он тянул за собой Антона, не оборачиваясь, будто боясь потерять над собой контроль. Но всем известно, психику не обманешь. Никакие фразы, по типу «че ты как баба себя ведёшь» или «мужики не должны плакать» не спасут ситуацию. Если долго держать в себе чувства, то в один момент произойдет либо просто истерика, это в лучшем случае, либо нервный срыв, после которого ты и вовсе можешь на следующий день забыть все, что было вчера. Проблема становится еще больше, когда все тайное становится явным в людном месте, или рядом с любимым человеком, который пока что еще не в курсе всей проблемы. Второй вариант больше всех подходил Роме. Он не мог вот так просто сдаться и дать волю эмоциям, особенно, когда по щекам то и дело бьет морозный воздух. Тоша по прежнему не мог понять, почему его товарищ не разговаривает с ним, и ведет себя несколько неадекватно. Осознав, что ничего он молчанием и покорством не добьется, Петров отдергивает руку, и вслед за этим вскрикивает: -Ром, что за херня? Я жду нормальных пояснений! -поведение шатена не на шутку разозлило подростка. Однако пыл остыл, когда Пятифан остановился и со всей дури вцепился за шиворот куртки одноклассника, прорычав сквозь зубы, как зверь: -Ты, ебланище, какого хуя ты на себя все взвалил? Хочешь, чтобы тебя родичи отпиздили, хочешь, чтобы я еще неделю ходил и смотрел на твою кислую и побитую морду блять? Уебище, ты хоть понимаешь, что ты рискуешь…-Рома не успел договорить, спокойный голос Антона его перебил. -И ничем я не рискую. Во-первых, я действительно первый это все задумал. А во вторых, я просто не хочу, чтобы у тебя были проблемы. Я ведь вижу, как ты постепенно ломаешься, я просто хочу знать, что случилось.-высказался блондин, сделав ясный акцент на словах " …у тебя…». -Блять. Нахуя я тебе, у тебя своя шкура на скелете, своя голова на плечах.-сквозь сказанную реплику время от времени слышались всхлипы. Ромкины красные от холода руки дрожали, глаза болели и намокали одновременно, лицо щипало. Антон устало выдохнул, достав откуда-то взявшийся в его кармане запасные перчатки, и бережно натянул их на руки впереди стоящего, через которые просачивался морозный воздух. Пятифану лишь оставалось молча наблюдать за всем этим. Он не мог сказать ни слова против. Парень мог только с ошеломлением смотреть на Тошу, и наблюдать за его заботливыми и спокойными действиями. -Ты весь промёрз до костей, у тебя руки и щеки ледяные. Не пойдешь ты в таком состоянии к себе домой, остаешься у меня.-тепло улыбнувшись, произнес Петров. Приятные ощущения окатили волной. Подросток уже давно для себя отметил, что постоянно хочет быть рядом с Ромой, хочет поддерживать его в любую минуту и делить все прекрасные моменты и прелести с ним. А вот сам шатен пока еще видимо не понял, что он просто очень любит и беспокоится за Антона, и потому так агрессивно реагирует. Ему не безразлична его безопасность. -Забирай эти перчатки, они мне все равно не нужны.-блондин положил сверху на руки Ромы обе ладони, будто прикрывая их от чего то. -Да мне, это, не надо…-парень пробурчал фразу практически себе под нос, потому Антон ее демонстративно проигнорировал, и заключил того в свои крепкие объятья. Эти несколько минут длились для ребят, как целая вечность. За всю свою жизнь Тоша обнимался только со своей сестрой, и больше ни с кем. Даже в детстве с родителями у него не было тактильного контакта. Что уж говорить про Пятифана, который в принципе никогда не ощущал никакого присутствия защиты рядом. Отец и мать были слишком «заняты», чтобы уделить время сыну, а с друзьями выглядело бы очень странно, как казалось Роме. Придя немного в себя, и осознав все, что сейчас происходит, парнишка совсем расклеился, и взвалил до боли уставшую голову, переполненную тревожными мыслями на плечо Антона. -Блять, как же я устал. Так замотался с этими ебучими маньяками, убийцами и прочим дерьмом. Когда же нас наконец-то оставят в покое?..-протяжно говорил подросток, дополняя все сказанное тяжелым всхлипыванием, которое съедало начало чуть ли не начало каждого слова. Антону ничего не оставалось, как успокаивать парня очередной порцией «все будет хорошо» и водить ладонью по спине, будто поглаживая котенка. -И ты копил в себе все эти слезы всю жизнь? -сочувственно поинтересовался Петров. Ответ он знал заранее, но все же хотел послушать самого Пятифана. -Я когда...Блять, впервые решил расхуесоситься так при матери, сука, она меня просто пизданула ногой и сказала что я трепло. Ну, собственно, с этого момента я и держу все в себе, хотя не особо получается, но хоть че то. Тох, почему тебе вообще так интересна моя жизнь? Ты вон, что там, в участке, что сейчас, что до этого все время чет выцепить пытался, неужели тебе не похуй? -исходя из Ромкиного тона ему действительно хотелось знать, почему его самому близкому на данный момент человеку не плевать, ведь было непривычно получать столько поддержки. Непривычно и то, что его не кинули, не прибили и не бросили после всех событий. -Ты хороший человек, по крайней мере ты меня никогда не бил, даже когда мы еще не общались, справедливо отнёсся к Семену. Да и в целом…-реплику Петрова перебили. -Нравишься ты мне, Тоха.-усмехнулся товарищ, отряхнувшись от слез и снова уткнулся замёрзшим носом в куртку парня. Очкарик облегченно вздохнул, и добавил: — Как и ты мне, Рома.