Токийский Ворон

— Вот понимаешь, какой стыд? — бурчит Шисуи совсем не вдохновлено и отщипывает небольшой кусочек от свежей булочки. — Да я в жизни так не позорился, как в тот момент. Мы уже неделю не общаемся, понимаешь? А я ему и писать боюсь, и так испортил почти все, — продолжает он изливать душу. Вертит в пальцах сдобный кусочек и бросает перед собой. Вздыхает. С Вакасой Шисуи не общался уже неделю, и всю эту неделю он ощущал себя, как на иголках. Шисуи старался занять себя делами, чтобы не забивать голову этими мыслями, а дел у него было достаточно — он наконец взял опеку над Изаной с Какуче, познакомил их с дедом, Майки и Эммой.  Сейчас они пришли в дом Сано — Шисуи полагал, что детям нужно побольше времени проводить вместе. Даже не смотря на то, что по началу Изана Майки не особо нравился, ему все же пришлось смириться с ним ради Шисуи. Отчасти это было даже мило, пускай у Шисуи невольно сердце сжималось от того, что все считали его Шиничиро. Тем не менее, почти-смерть и потеря памяти — эти факторы помирили Майки и Изану. Если не дружба, то нейтралитет между ними точно был, на что Шисуи мог вздохнуть с облегчением.   Пока дети тренировались с дедом, сам Шисуи сидел на крыльце с булочкой в руке и изливал душу. Его собеседник смотрел на него черными, полными сочувствия глазами и с аппетитом клевал хлеб. Никогда бы Шисуи не подумал, что однажды жизнь доведет его до того, что он на полном серьезе начнет вести монолог в обычной вороной.  Он вновь вздохнул. — Зря я это ляпнул, конечно, — произносит Шисуи и отщипывает очередной кусочек от булочки. — Нет бы держать язык за зубами, а я пытался, правда пытался, но сказал быстрее, чем успел подумать. Шисуи кидает вороне отщипанный кусочек. Та каркает. Шисуи кажется, что каркает она с сочувствием, но он тут же откидывает эту мысль, наблюдая, как белесый кусочек булочки пропадает в клюве вороны. Не хватало еще этой птице эмоции приписывать, серьезно.  Кормить ворону было достаточно умиротворяющем делом. Может быть это было связано с тем, что в той жизни у Шисуи был призыв, связанный с этими птицами. Возможно, он даже по ним немного скучал… Завести, что ли, домашнего ворона? Будто прочитав его мысли, ворона поднимает голову и смотрит на него. Шисуи смотрит в ответ. Медленно, не разрывая зрительного контакта, он отдает ей всю оставшуюся булочку — точнее, тот небольшой кусочек, который от нее остался.  На самом деле, когда у него появилось время подумать, Шисуи пришел к выводу, что в тот момент, когда он ляпнул признание, это будто бы сделал и не он вовсе. Конечно, порой Шисуи полагался на импровизацию, но не в его характере было так просто провалиться в столь очевидном месте. Это, скорее, было в характере Шиничиро и… И это настораживало. Лучше бы это просто Шисуи расслабился настолько, что не уследил за языком, чем отголоски личности Шиничиро. Более того, с чего Шисуи вообще взял, что Шиничиро больше нет? В конце концов, он Учиха, а не Яманака — уж кто-кто, а именно они являлись специалистами по части мозга.  К сожалению, сейчас у него под боком никаких Яманак не было, поэтому оставалось только одно — думать и ждать.  Ворона тем временем каркает, будто благодарно и принимается клевать остатки угощения. Шисуи невольно усмехается, с нежной улыбкой глядя на птицу, а после слышит тихие шаги позади себя и улыбка сразу же сползает с лица. Ворона, видимо тоже услышав шаги, быстро забирает в клюв то немногое, что осталось от булочки, и парой взмахов крыльями взлетает в небо, улетая подальше.  Шисуи провожает ее печальным взглядом, а после переводит его в точку перед собой, глядя в никуда.  Запах дыма щекочет ноздри. Шисуи по шагам догадался, кто идет, но это не значит, что он мог найти в себе силы пошевелиться. Показательно-расслабленный, на самом деле Шисуи был напряжен всем телом до предела, чувствуя себя натянутой струной.  В полном молчании, без каких либо приветствий, Вакаса садится рядом, отчего запах табака окутывает Шисуи, точно в кокон. Чаще всего Вака использовал леденцы, стараясь отучить себя от курения, но у него не всегда получалось сдерживаться в силу каких-нибудь факторов, которые могли как-либо пошатнуть его картину мира. Видимо, случайное признание Шисуи было одним из таких факторов.  Вакаса сделал пару затяжек. Он протянул пачку Шисуи, но тот отрицательно качнул головой — уж что-что, а привычку курить у Шиничиро он не одобрял и всячески старался избавиться. Может, чтобы поддержать его, Вакаса тоже стал пытаться бросить? Шисуи как-то не задумывался над этим, но подобная теория казалась ему достаточно правдоподобной.  Говорить что-либо Шисуи не хотел. Да и, признаться, даже не знал, что именно ему стоит сказать, поэтому и молчал, слушая, как курит Вака. Это умиротворяло почти также, как кормление вороны каких-то шесть или семь минут назад.  Еще минут пять точно они сидели в тишине, прежде чем Вакаса наконец заговорил. — Я тут подумал, — начал он, затянувшись. Выдохнул. Голос Вакасы был абсолютно спокойным и привычным. Шисуи прикрыл глаза. Ему казалось, что этот голос, как дым, обволакивал его, пряча в коконе. Но даже не смотря на это мнимое спокойствие, сердце Шисуи забилось сильнее от волнения. — Может, переспим тогда? Шисуи резко распахнул глаза и повернул голову к Ваке. Неужели ему послышалось? Вакаса сидел, смотрел на Шисуи, в руке у него была зажженная сигарета. Он выглядел так, будто и не сказал ничего, Шисуи даже сомневаться стал, точно ли он услышал то, что услышал.  — Я сейчас… — он сглотнул. — Я сейчас правильно тебя услышал? Вака, не моргая, произнес: — Да, я предложил тебе переспать со мной.  Шисуи моргнул. Он даже порадовался, что этот диалог они вели сидя, в не стоя, а то он точно не сдержался, и если не упал, то точно бы пошатнулся.  — Стой, ты серьезно? — А видно, что я шучу? Они смотрели друг другу в глаза какое-то время. Шисуи по лицу видел, что Вака не шутил, он был абсолютно серьезен. Хотя, учитывая, что выражение Вакасы почти всегда было таким… таким, никогда не поймешь, шутил ли он или говорил серьезно.  Но Шисуи, плюнув на все, решил повторить свой подвиг и пойти ва-банк. — А давай. Прямо сейчас.  Вака приподнял бровь. — Здесь? Шисуи растянул губы в шкодливой улыбке, настроение его резко поднялось, что было неудивительно — причина его переживаний только что избавила его от этих самых переживаний, а хорошего секса у него не было давно. С прошлой жизни. — Отчего нет? — вопросом на вопрос ответил он, плавно переместившись Ваке между ног.  Зрачки у Вакасы расширились. Кажется, до него начало доходить, что именно собирался делать Шисуи.   — Ты… — Я, — кивнул он. — Ты против? Вака закусил губу. Окинул его взглядом, а после медленно затушил сигарету. Ладони Шисуи уже лежали на его бедрах, плавными круговыми движениями поглаживая их большими пальцами рук.  Медленными, будто ленивыми движениями, Вака поднял руку и обхватил пальцами подбородок Шисуи, а после поддался вперед, накрыв его губы своими. От этого простого действия глаза у Шисуи в шоке распахнулись, но спустя пару секунд он уже пришел в себя и перенял инициативу, углубляя жаркий поцелуй. Первым отстранился Вакаса — напоследок он укусил Шисуи в шею, а после нежно поцеловал, оставив засос.  Чуть отодвинувшись и глубоко дыша, Вака спросил с отчетливой насмешкой в голосе: — Такой ответ тебя устроит?  Сердце Шисуи, кажется, сделало кульбит и параллельно с этим навернулось куда-то в пятки. Шисуи не особо понял, если честно, это все заняло какое-то мгновение, которое будто бы длилось гребаную вечность. Он рвано выдохнул и без труда углядел в глазах напротив довольные искорки. Вакаса определенно веселился за его счет, но Шисуи был не против.  — Более чем, — наконец ответил он и Вакаса фыркнул.  Шисуи продолжил свои нехитрые манипуляции — ему доставляло определенное удовольствие то, чтобы не спешить и наслаждаться этим моментом. Это была отчетливая его слабость — возможно, по этой причине у Шисуи в той жизни было не особо много секса. Обычно шиноби старались быстро снять напряжение и разойтись, редко можно было найти любителей долгого секса. Может, они и были, и их было не так уж и мало, просто в силу обстоятельств выбирать не приходилось.  Он мягко целует Ваку в шею, медленно и тягуче, трется носом и жадно вдыхает запах. Ладони его сквозь одежду поглаживают пах Ваки, Шисуи уже ощущал его возбуждение под пальцами.  — Братишка, ты чего делаешь? — голос Майки оказался для него все равно что удар молнии — Шисуи едва заметно вздрогнул от неожиданности и медленно поднял голову, посмотрев через плече Ваки. Сам Вакаса не шевелился, точно заледенев.   Черт подери, он совсем увлекся и расслабился. Стараясь держать лицо и делать вид, будто ничего такого не происходит, Шисуи произнес максимально спокойно: — Леденец ищу. Шисуи ощутил, как Вака странно вздрогнул, но решил уточнить про это позже, как только сопроводит младшего брата.  — О-о-о, — протянул тем временем Майки. — Поделишься?  Плечи Вакасы дрогнули. Он запустил руку в карман и спустя мгновение вытащил оттуда леденец на палочке, протянув его себе за спину, даже не оборачиваясь на Майки. Глаза его младшего брата довольно загорелись. — Спасибо, Вака, — удивительно, но не забыл поблагодарить он. — Там кстати обедать будем скоро, вы будете же? — спросил Майки, оперативно распечатав леденец и засунув его в рот. — Ага, — без лишних слов ответил Шисуи. Майки кивнул и скрылся за дверью, явно довольный своей добычей в виде леденца на палочке.  Они остались одни, в абсолютном молчании. Шисуи не знал, сколько эта тишина длилась, но в какой-то момент Вакаса ткнулся носом ему в шею (отчего сам Шисуи невольно вздрогнул) и тихо рассмеялся. Это был приятный, чуть хрипловатый и едва слышный смех, но Вакаса смеялся ему в шею, его теплое дыхание щекотало кожу и… Шисуи с трудом сглотнул.  — Поверить не могу, — заговорил Вака, когда все же смог унять смех. Все это время Шисуи даже не пошевелился, не желая разрушать этот момент. Ему было одновременно жарко и холодно, что, черт возьми, Вакаса с ним творил? — Как в каком-то второсортном сериале получилось.  — Второсортном сериале? — сипло переспросил Шисуи, с трудом вспомнив, как говорить.  — Позже ознакомлю тебя.  Они вновь замолчали, находясь в той же позе — Вакаса сидел, уткнувшись Шисуи в шею, а сам Шисуи стоял на коленях между его ног. Он не знал, сколько они так пробыли, но его ноги точно затекли. Наконец Вакаса отстранился от него. С одной стороны Шисуи обрадовался даже, а с другой — отчетливо так ощутил легкое разочарование.  Шисуи отодвинулся, а после сел рядом, с трудом не морщась из-за неприятного ощущения безбожно затекших ног.  — Ты… — начал было Вакаса, но вдруг замолк. Шисуи в непонимании повернул к нему голову, а после проследил за тем, куда был устремлен взгляд Ваки. А устремлен он был к его паху, где был отчетливо видно возбуждение.  — Молчи, — вздохнул Шисуи. Вакаса фыркнул.  — Как скажешь, как скажешь, — произнес он. — У самого такая же проблема.  Они неловко замолкли.  — Посидим немного здесь? — Однозначно.