С чистого листа

Антон шел по пустому школьному коридору, где каждый шаг было отчётливо слышно. Иногда в особенно пустых частях деревенской школы казалось, что все слышат, как ты моргаешь, или, как течёт кровь по венам. Жутко. За несколько лет учёбы в этой школе он толком не завёл друзей, но было пару ребят, которые не отлипали от Антона — Ромка Пятифан и Бяша. В половину восьмого утра почти никто не приходит, только Антон, которому идти через лес, Бог знает, сколько. И ему это нравилось: ходить по пустым, словно заброшенным коридорам, иногда пинать кусочки отколотой плитки, наблюдать из окна, как встаёт солнце и сидеть в пустом кабинете, читая очередную книжку. В без десяти восемь большая часть одноклассников уже были на своих местах и болтали между собой. Антон, как всегда, сидела за последней партой. Он поставил рюкзак на соседний стул, дабы никто туда не сел. Покончив с очередной главой, парень достал тетрадь по русскому языку, учебник и ручку, которая вот-вот закончится; записал число — девятнадцатое декабря. «Скоро каникулы… Наконец-то с Олей нормально пообщаюсь» — замечтался Антон и не заметил, как рюкзак с грохотом свалился со стула. Над парнем нависла огромная тень Бабурина. Антон нервно сглотнул: — Чего надо? — голос слегка дрогнул и Семён громко по-свински захохотал. — Бои-и-ишься, — протяну он, приближая «козу рогатую» из пальцев к очкам Антона и оставляя на них два жирных отпечатка. Сделав все необходимое, Бабурин плюхнулся на стул, который чуть не сложился под его весом. Антон же пытался оттереть следы с линз своей рубашкой. Вышло так себе, но хотя бы доску он мог видеть. И то — с трудом. Прозвенел звонок и в класс вошли остальные ученики. В их числе были Бяша и Пятифан. Бурят похрюкивал что-то невнятное себе под нос, а Ромка зыркал на всех из-под лобья, ухмыляясь. За последний год Пятифан вытянулся и теперь походил на местного охранника, который просто решил посидеть на уроке от нечего делать. Несмотря на сильные внешние изменения, привычки остались те же: перед уроками Бяша и Рома курили около толстенного дуба за школой, а на переменах вваливались в туалет, деля одну сигарету на двоих, а после перекура шли к Антону, всячески донимали его. С Бабуриным они давно перестали поддерживать контакт. В частности из-за случая, когда тот в слезах и с размазанными по лицу соплями убежал после удара Антона. Тогда об этом узнал весь класс и Семену пришлось нелегко, но жизнь — не сказка, где добро побеждает зло, поэтому Бабурин смог восстановить репутацию более сильными запугиваниями. На уроке русского было скучно. От ежеминутных напоминаний о приближающихся ЕГЭ у Антона, да и, наверное, у всего класса, болела голова. «Да помолчи ты, а!» — кричал в голове парень. Ещё чуть-чуть и он точно сорвался бы, но не хотелось портить репутацию хорошего и тихого ученика. Со стороны было видно, как ходили жевалки Антона, как нервно он барабанил пальцами по столу и не мог сосредоточиться на упражнении. — Извините, — он вскинул руку вверх, — Можно выйти? Учительница коротко кивнула, и Антон пулей вылетел из ненавистного кабинета. До конца урока оставалось около десяти минут, поэтому юноша решил отсидеть их на подоконнике в мужском туалете, пропахшем табаком дешёвых сигарет. Антон устроился поудобнее на подоконнике и достал телефон. Ничего интересного не было: скучные твиты, куча фоток с новогодней елкой в инстаграме, хотя только середина декабря. — Бесят…- прошептал Антон и облокотился на бетонный выступ, откинув голову назад и закрыв глаза. Он не пытался уснуть, просто хотел унять жжение в глазах из-за недосыпа. Спал он действительно мало: то Оле кошмар приснится, то готовится к экзаменам, то просто бессонница. Ромка вышел вслед за Антоном, прихватив с собой Бяшу. — Смотри, кто тут у нас, — ухмыльнулся Пятифан, медленно проходя через весь туалет кк окну, где сидел Антон. — Прогуливает, на, — посмеивался Бяша. Он хвостиком следовал за Пятифаном, расплываясь в беззубой улыбке.