Первый поцелуй

Несмотря на общепризнанные стандарты и возвышение родственных душ, Уэнсдей никогда не искала свою. Даже если так посмотреть, то сохранение верности своему партнёру за счёт поцелуя ей казалось бредовым. Что даже если поцелуй не с тем человеком карается смертью, были же другие пути, чтобы обойти это. Пусть связь и остаётся фальшивой. И как она считала, ей в принципе хватает себя одной на всю жизнь. Аддамс хотела быть писателем, а связь бы ей мешала. Ну, или по крайней мере она так себя уверяла. Хотя, иногда смотря на своих родителей, воркующих между собой, ей хотелось того же, думая о несбыточном. Или помереть от стыда. Учитывая особенность соулмейтов, для последнего достаточно было даже поцеловать первого прохожего. Но то ли Уэнсдей всё же хотела жить, то ли играла немалую роль брезгливость, но так она ещё не поступила. Ну или ей было интересно посмотреть на человека, противоположного ей в характере. Все ведь родственные души противоположны друг другу, даже мама с папой. Однако прекрасно дополняют и закрывают недостатки обоих. А значит, её человек, яркая личность. Уэнсдей редко ошибалась. И не промахнулась на этот раз. *** Энид Синклер являлась её шумной, глупой и временами навязчивой соседкой по комнате. Она игнорировала угрозы, делала что хотела, нарушала личное пространство и обнимала внезапно. А ещё предлагала дружить. Уэнсдей не выносила шумных людей и терпеть не могла, когда нарушают её личную зону. Но то, что ей нравились объятия, она не признавала. Как и то, что ей нравились аккуратные прикосновения, и то, что её соседка…милая? Нет, последнее точно перебор. Они несколько раз ходили куда-то вместе, и Аддамс точно не может скрыть, что ей нравится с ней проводить время. Изначальное раздражение куда-то пропадает, а когда Энид сама решает сложную задачу, Уэнсдей не может сдержаться, чтобы не похвалить спущенного оборотня. И потрепать по голове *** По истечению времени Уэнсдей не замечала, как постепенно сходилась с Тайлером, очаровываясь им всё больше и больше. Он был загадочен, интересен, и казалось, вобрал в себя всё, что волнует Аддамс. А ещё, на первый взгляд, был довольно безопасным. Являясь внимательным человеком, Уэнсдей видела, что нравилась парню, но с удивлением для себя понимала, что не может ответить взаимностью. Он был прекрасным другом и партнёром, да, но в роль её соулмейта отчего-то не годился. Словно его место занял кто-то другой. Однако Тайлер считал иначе. Танцуя с ним, Уэнсдей ощущала в груди вязкое, удушающие чувство вины. Словно находясь с ним, она предавала… Энид? Но почему? Аддамс не знала как к ней относится соседка, но после пересеченных с ней взглядов больше за тот вечер она её не видела. На следующий день Синклер, смотря щенячими глазками, уговаривала её сходить с ней в библиотеку. Аддамс знала, что волчице там нечего делать, но отказать и поворчать как-либо не смогла. И отчего-то сердце рядом с ней забилось чаще. *** Когда Тайлер бушует, именно Энид оказывается рядом с ней. Монстр сильнее, быстрее и в разы крупнее, но каким-то образом Синклер побеждает его, пусть и немалой ценой. Каким-то чудом у неё до сих пор остаются силы найти Уэнсдей и потащить на себе. А после того, как их оставляют наедине, они вместе принимают душ и обрабатывают раны. И сплетясь с ней в объятиях, Энид впервые говорит с соседкой по душам. — Знаешь, Синклер, мне хочется поцеловать тебя. — Голос Аддамс звучит так непривычно, а слова из её уст тем более, что Энид в шоке смотрит на неё и выдаёт. — Уэнсдей, но если ты это сделаешь, то… — Знаю — Перебивает она, — Я с радостью умру после поцелуя, нежели от лап Тайлера. — И касается её губ. Поцелуй вышел нежный, лёгкий и совсем мимолётный, а у Энид кажется, в этом больше опыта. Оторвавшись, Синклер смотрит с замешательством. И радостью. — Уэнсдей, ты... — Да, не умерла. — Вышло смазано, но Аддамс прет от нахлынувших эмоций. — А значит, мы с тобой сама знаешь кто. — Значит, — волчица счастливо улыбается. — Мы можем целоваться вечно. Уэнсдей аккуратно прижимается губами шеи и шепчет. — И не только.