The Contract

      Сегодняшнее утро Джисон встретил с улыбкой на лице. Открыв глаза, он сразу же метнулся к воспоминаниям о вчерашнем дне. Если вчера перед сном он прокручивал воспоминания целого дня, то сейчас он думал только о завершении вчерашнего вечера. *Flashback*       Джисон выскользнул из объятий, которые были уж слишком продолжительными. Он робко взглянул на Минхо. Сейчас он не узнавал себя вовсе. Он никогда прежде не чувствовал себя таким слабым и нуждающимся в заботе и простых объятиях. Что-то ёкнуло внутри от того, как тепло было в этих руках. Было приятно ощущать теплое дыхание у виска и тяжесть рук на талии. Он всегда был предельно стойким и слегка холодным человеком из-за отца. Но Минхо делал с ним что-то невероятное. Он будто вытаскивал из него того нежного и ласкового мальчика, давно погребенного под плитой жизненных обстоятельств. Он чувствовал, как к горлу подкатил ком, который он всеми силами пытался проглотить, но он всё никак не хотел уходить, заставляя уже начать жечь глаза от подступающих слез, которые грозились вот-вот насытить соленой влагой глаза.       Он прокряхтел и отошел на шаг назад, чтобы не быть сейчас так близко к парню, от которого у Джисона странным образом перехватывало дыхание. Он нервно потянулся к карману куртки и выудил из него немного помятую пачку сигарет. Malboro Red – самые крепкие из этой серии. Джисон себе не изменял, начал курить он в 14. И да, он этим не гордится. Но жизненные тяжбы принудили бедного подростка пристраститься к этой убийственной смеси, что была утрамбована в маленькую папироску. Всучили её ему мужики, у которых он подрабатывал, помогая выгружать небольшие грузовики за небольшую оплату, но уже значимую для первого заработка. Они курили тогда Marlboro Touch в королевском синем цвете. Они были средней тяжести с приятным вкусом и ароматом. Те мужики были хорошими, не лупили, если не мог поднять коробку, до того тяжелые были некоторые. А просто давали, что полегче, так еще и жизни учили, советы праведные давали, такие, которые родной отец должен был раздавать. Но тому собственный сын был до фени. Мужики не заставляли курить, даже предостерегали и нарекали не связываться с этой дьявольской штукой, от которой сложно потом оторваться. Но Джисон сам захотел, ему было любопытно и тяжко по жизни – хотелось расслабиться.       С каждым годом крепость сигарет увеличивалась с уровнем стресса в его организме. Так он и остановился на Malboro Red, он пробовал и фруктовые с кнопкой и ментоловые, но всё было не то. Не давали они такого чувства успокоения, как злосчастная красная пачка, которая теперь на постоянной основе живет у него в кармане куртки, либо рюкзака. А зажигалка неизменно лежит в пачке. Вся эта ситуация, которая происходит прямо сейчас сильно нервировала парня. Потому Джисон хотел уже вытащить сигарету, но поколебался и взглянул на Минхо, который смотрел на него нечитаемым взглядом. – Будешь? – глухим голосом отозвался Хан.       Он подумал, что будет странным закурить сейчас внезапно, когда при Минхо он ни разу этого не делал. Своего рода он, можно сказать, раскрыл тайну, которую и не скрывал особо. Но почему-то это ощущалось именно так. Будто выстроенный образ идеальности дал трещину прямо сейчас, приоткрывая небольшую щель, чтобы увидеть настоящего Джисона.       Джисона, который не учился в Ëнсане и не имел личного водителя. Джисона у которого отец не владел сетью ресторанов и огромной корпорацией. Джисона у которого не было шикарного дома в частном секторе. Джисона, который не носил дорогую одежду. Джисона, у которого не было возможностей и прав быть в высшем обществе, в отличии от большей части учеников Ëнсана.       Эта, казалось бы, такая крошечная слабость в виде сигарет, которая никак не может охарактеризовать человека и его статус, но для Джисона это было, словно он обнажил часть своей искалеченной души. – Не знал, что ты куришь, – как-то потерянно ответил Минхо. – Осуждаешь? – спокойно спросил Джисон, уже помещая сигарету между губ и приставляя к концу зажигалку, чиркая металлическое колёсико. Появившийся огонь отразился тёплым пламенем в его карих глазах. Минхо подвис от того, как пухлые губы втягивали в себя горький дым, а затем испустили его в воздух, запрокидывая голову и проходясь пятерней по густым тёмным волосам. – Нет... Я и сам не без греха, ты же знаешь, – обречённо произнёс Ли.       Джисон оскалился в усмешке, оголяя свои белоснежные ровные зубы. "И правда" – подумал Джисон. Он вновь протянул ему открытую пачку, где уже осталось меньше половины сигарет. Минхо потянулся рукой к пачке и вытащил одну. Одобрительно кивнул на марку сигарет. Джисон хотел протянуть ему зажигалку, но Минхо уместив сигарету вот рту, положил руку на шею Джисона и притянул к себе, закуривая от его тлеющей сигареты. Джисон выпучил глаза, но не стал отстраняться. Лицо Минхо вблизи завораживало. Чуть прикрытые глаза с густыми и длинными тёмными ресницами глядели на кончик сигареты. Его пухлые губы идеально обхватывали фильтр. Чуть дрожащие веки заставили Джисона оторопеть и засмотреться. Что-то было в этом крайне эстетично.       Минхо поднял взгляд и встретился с его глазами. Они были темными, глубокими и такими притягательными. Казалось, в этих глазах мог поместиться целый мир. Джисон сделал шаг назад и неловко прокряхтел, пытаясь разрядить это возникшее напряжение, от которого внутри живота будто бы завязывался узел и тянул вниз. Джисон отвел взгляд, а на лице Минхо проскользнула тень хитрой улыбки, когда он заметил легкий румянец на щеках и кончиках ушей парня. Это безусловно можно было бы списать на низкую температуру, которая понизилась к вечеру и заставляла выдыхать видимый пар изо рта, однако румянец вспыхнул слишком внезапно, ведь они находились на улице уже продолжительное время. *End of flashback*       Джисон вынырнул из воспоминаний и с улыбкой полез в телефон. Он вспомнил о мотоцикле Минхо, на котором тот вчера приехал за ним. Он был смутно знаком ему. Он зашел в тот профиль гонщика, у которого пролайкал уже каждую фотографию, которых было около десяти. Открыв фотку, где мотоцикл виден лучше всего. Он разглядел каждую деталь и не мог понять. Это действительно аккаунт Минхо или этот гонщик и Ли – это два разных человека, имеющих одинаковые мотоциклы? Он решил, что спросит об этом у самого парня, ведь ему нет смысла врать…? По крайней мере, Джисон так думал.       Сегодня была суббота и кроме подработки у него на сегодня не было планов. На удивление его отца не было дома уже неделю. Вероятно, тот ушел в очередной запой, обчищая местные дешевые бары, напиваясь со своими дружками. Но Джисону было плевать, раз дома наконец-то наступила временная тишина и покой, он был рад и этому. В конце концов раз с морга еще не звонили, то и не о чем беспокоиться. Хотя если бы и поступил такой мрачный звонок, парень сомневается в том, что это вызовет у него хоть какую-то эмоцию, кроме облегчения. Да, возможно потом Джисон будет гореть в аду за такие мысли, но ему плевать, что будет с ним после смерти. Ему бы сначала при жизни проблемы свои разгрести. Парень принял душ, позавтракал, побеседовал немного с матерью и отправился на работу.

***

      Сквозь небольшую щель от штор, в комнату проникал солнечный свет, который то появлялся, освещая немного комнату, то вновь прятался за постоянно движущимися облаками. Минхо раскрыл глаза и уставился взглядом в деревянный каркас крыши. Это утро, наверное, было первым за долгое время, когда он проснулся действительно не угрюмым, а с приятным ощущением бодрости и уютной негой от тепла одеяла. На лице растянулась легкая улыбка от пронесшихся кадров вчерашней прогулки с Джисоном. Он был так рад, что смог осуществить свою маленькую, но такую желанную мечту, как провести время вместе с другом. Он помнил аромат, который исходил от Джисона и приятно щекотал рецепторы. Помнил мягкость его рук, когда он переплел с ним пальцы. Помнил теплые объятия.       От этих воспоминаний внутри появлялось странное чувство тепла, а сердце будто начинало устраивать пляски. Минхо никогда не влюблялся, но он много читал о любви. Ему было хорошо с ним, уютно. Хотелось проводить больше времени вместе. Хотелось видеть Джисона каждый день, хотелось держаться за руки, как на том колесе обозрения, чувствуя, как Хан нежно поглаживает большим пальцем по косточке фаланги. Хотелось вновь уткнуться в шею и вдыхать перемешавшийся запах кожи Джисона с его одеколоном морского бриза, который в сочетании отдавал какую-то сладость. Хотелось вновь ощутить робкие объятия, но такие необходимые и успокаивающие. С друзьями таких желаний не возникает. На друзей не пялишься, залипая на очертания лица и зацикливаясь на мягких губах. При взгляде на друзей не замирает сердце, превращая тебя в истукана, что завис. Друзей не хочется поцеловать. А потому ему казалось, что то, что он испытывает к Джисону это именно она – влюбленность.       Осознание внезапно изменившихся чувств ударило его, как гром среди ясного неба. Он нахмурился и приподнялся. Он был в смятении. Да, то что он впервые влюбился это несомненно здорово. Но есть куча обстоятельств, которые омрачали это окрыленное чувство. Они знакомы не так давно, а также Джисон его первый и единственный друг. Хёнджина с Чанбином он пока не мог назвать друзьями. Слишком мало времени они провели вместе. Они скорее знакомые, с которыми ты давно не виделся и встречаешься случайно на каком-то мероприятии. Он понимал, что, во-первых, Джисон может не испытывать того же, что и он. Во-вторых, они оба парни, Минхо ещё не знал, какая у Хана сексуальная ориентация. За себя Минхо мог ответить с уверенностью, что для него пол не имеет значения. Он пробовал спать и с девушками, и с парнями. И с первыми и со вторыми было интересно в постели. Ну и напоследок он просто не хотел терять то, что сейчас их связывает с Джисоном. То, что у него возникли внезапно чувства, это только его проблема, с которыми он должен разобраться сам. Он не хочет обрушивать это на Джисона. Не хочет отталкивать его своими нелепыми чувствами.       Как быстро он смирился с новыми чувствами, также быстро он принял решение, что чувства эти не должны быть раскрыты настолько долго, пока Минхо не будет уверен в том, что Джисон испытывает то же самое в ответ.       То хорошее настроение, которое он испытывал еще несколько минут назад, скоропостижно испарилось будто его и не было. Он поднялся с кровати, влезая ногами в мягкие тапочки и поплелся в ванную. Минхо надеялся, что дома никого не будет из родителей и он проведет этот день в своей комнате читая книги и слушая музыку. Да, когда-то он хотел обратного… Но лучше быть и вовсе одному дома, чем лицезреть то, что даже в выходной день родители постоянно были головой в работе, не обращая на него никого внимания. Спустившись вниз, он прошел в кухню, где застал мать, которая с кем-то вела беседу. Минхо закатил глаза и прошел к холодильнику. Ну конечно, чего и следовало ожидать, еще бы его мать ждала его с приготовленным завтраком на столе. На выходных их прислуга также отдыхала. Поэтому само собой, завтрак никто не готовил. Минхо уже и забыл, когда последний раз он ел что-то, что приготовила его мать. Это было так давно, что уже не уверен, а готовила ли его мать хоть раз для него?       Поэтому взяв коробку с остатками апельсинового сока в ней, он поставил его на барную стойку. Осмотревшись вокруг, он приметил какую-то упаковку вафлей. Вернувшись к холодильнику, где он заприметил банку нутеллы и бананы, он сразу же определил из чего будет состоять его завтрак. Когда он почти закончил с приготовлением своего завтрака Сохи как раз закончила болтать по телефону. – О дорогой, ты проснулся? Доброе утро. У меня для тебя есть новость. Сегодня вечером мы идем с тобой в один ресторан, который мне посоветовала Ёнми. Так что найди что-нибудь по приличнее из вещей. Столик я заказала на семь часов. – Отец будет? – Нет, он уехал в Ульсан на пару дней, у него какая-то деловая встреча там, – отмахнулась женщина, слегка закатив глаза.       Минхо в принципе не был удивлен. Единственное, что вызвало удивление – это сам ужин с матерью. Зачем она позвала его, когда всегда ходила со своими подругами? Это он и решил уточнить. – А с чего вдруг меня решила позвать? Почему не подруг? – Почему спрашиваешь? Я давно не разговаривала с тобой по душам Хо~я, хочу вкусно покушать и послушать о том, как у тебя дела. А то я вся в делах, постоянно занята, даже нет времени просто провести с тобой время. Я наконец-то нашла свободное время и хочу провести его с тобой, – приуныв вещала госпожа Ли.       Минхо усмехнулся. Он абсолютно не верил в то, о чем говорит его мать. Она была хорошей актрисой и то, как она сейчас строила из себя «бедную и жалеющую» мать, что соскучилась по сыну, совсем его не торкало. Скорее вызывало смех. Он был уверен, что она зовет его туда не просто так. Ей от него что-то нужно. И он ставит сотню баксов на то, что то, что она от него хочет, совсем ему не понравится. Но он не стал что-либо больше говорить. – Хорошо. Во сколько выезжаем? – отрешенно спросил Минхо, убирая крошки со стойки. – В шесть часов будь готовым. Нас отвезет Рикки. – У него закончился отпуск? – удивленно ответил Минхо. Ведь если он не ошибается, то их водитель только туда ушел. – Нет, я просто позвонила ему и попросила его подвезти нас. Алекс уехал на Сейшелы, поэтому ему я звонить даже не стала. Хоншика твой отец забрал в Ульсан с собой. А Сэм мне не нравится, как ездит. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как потревожить Рикки, – пожала плечами Сохи.       Минхо лишь покачал головой, когда Сохи поднялась наверх в спальню. В этом была вся его мать. Её не волновало то, что там у других людей. Если ей что-то нужно, то она получит это любимым способом. Даже если придется вырвать человека из отпуска. И Минхо ненавидел этот эгоизм, что был присущ его матери. Он был рад тому, что эта ужасная черта не передалась ему по наследству.       Ближе к вечеру Минхо осмотрел свой гардероб и вытащил классически черные брюки, черную рубашку и серое пальто. Он не хотел одеваться слишком официально. Он любил простоту. А потому остановился на этом. Сделав пару пшиков одеколоном с запахом сандала и древесины, он спустился вниз, где его уже ожидала Сохи. Она была одета в брючный костюм нежно голубого цвета, на голове была легкая укладка в виде волнообразных кудрей. А в ушах были маленькие бусинки жемчуга, а на шее красовались бусы чуть большего размера из того же набора. Они вышли из дома, где их уже ожидала машина с водителем, и они отправились в ресторан.       Зайдя внутрь Минхо огляделся, ему понравился внутренний интерьер. Они подошли к девушке администратору, которая стояла за небольшой стойкой ресепшн. – Добрый вечер, у нас заказан столик на семь часов на имя Ли Сохи, – статно произнесла госпожа Ли. – Добрый вечер, секундочку, я проверю список гостей, – пролепетала молодая девушка с волосами, собранными в длинный конский хвост. Она была одета в черные брюки палаццо и белую рубашку с длинным рукавом. Поверх была черная жилетка и тонкий галстук в тон жилетке. На груди висел именной бейджик. – Да, пройдемте за мной госпожа Ли.       Их столик стоял подальше от других, рядом с окном. Их усадили и сразу же каждому вручили по меню и винной карте. Минхо еще не был совершеннолетним, поэтому он сразу же отложил её подальше. Разглядывая лишь безалкогольные напитки. Несмотря на то, что он пил и много пил, он не делал этого прилюдно. Только в барах и клубах, которыми владели знакомые отца, что уже отдали распоряжение охранникам, а те прекрасно пропускали парня. Бармены тоже были осведомлены о том, кто этот парень, а потому и не задавали лишних вопросов, щедро наливая различный алкоголь.       К ним подошел официант, чтобы записать заказ. Определившись с блюдами семья Ли продиктовала желаемое и молодой парень с блокнотом в руке удалился в сторону кухни. – Так, о чем ты хотела со мной поговорить? – сразу в лоб спросил Минхо. – Ни о чем конкретном. Просто хотела обсудить твои успехи в школе. А также узнать, что планируешь делать после окончания школы. Ведь это последний учебный год. – Перестань мне запудривать голову, я прекрасно знаю, что это последнее, что ты хотела бы со мной обсудить. Тем более, разве вы с отцом уже не выбрали вуз и специальность, на которую я буду поступать? – раздраженно отозвался Минхо. – Ладно, ты раскрыл меня. Я хотела поговорить совсем о другом. Помнишь господина Су и его дочь, с которыми мы ужинали на прошлой неделе? Хаын ты очень понравился. А твой отец и господин Су неплохо поладили. Если ты помнишь его компания занимается грузовыми суднами. Это отличное направление для развития нашего бизнеса. Благодаря слиянию, твой отец может здорово сэкономить на транспортных расходах, при доставке автомобилей в другие страны. – К чему ты клонишь? – нахмурившись спросил парень. Ему не нравилось то, к чему ведет его мать. Он надеялся, что она сейчас не скажет того, о чем он усердно не хотел даже думать. – Твой отец хочет, чтобы вы с Хаын устроили помолвку. Только в этом случае господин Су готов стать нашим деловым партнером.       Минхо резко выдохнул и расстегнул еще одну пуговицу на рубашке, чувствуя внезапный жар, возникший в его теле от гнева, который в нем нарастал с каждой секундой. Ну конечно… Теперь понятно почему его мать потащила его в ресторан. Здесь он не может себе позволить кричать и ругаться, а затем запереться в своей комнате, избегая развития темы. В чем не отказал бы себе дома. Он ожидал этого, но всячески старался не думать об этом, в нем была надежда на то, что его родители не опустятся до такого – как брак по расчету. Хотя ничего удивительно, именно так и возник союз его родителей. Поэтому его семья и была похожа на что-то искусственное, холодное и показушное. Но не теплое и уютное. Возможно отношения его родителей и потеплели за годы, проведенные вместе, но ребенок им был не нужен вовсе. Это очередной расчетный ход. Наследник. Это единственное, для чего они его родили. Всё, о чем они думают это бизнес и холодный расчет без грамма любви. – Мне нужно отойти в уборную, – мрачно произнес Минхо, тут же подрываясь из-за стола. Ему срочно захотелось окатить себя ледяной водой, чтобы смыть с себя это неприятное и липкое чувство – разочарования.       Спросив у проходящего мимо официанта где находится уборная. Он уже собирался идти дальше, но в него врезался паренек, который шёл к нему спиной и что-то отвечал администратору. Хорошо, что в руках у него была лишь расчетная книжка с чеком и терминал для оплаты. Минхо уже хотел извиниться, но знакомое лицо привело его в ступор. – Извините, сэр, – пролепетал судорожно официант и поднял голову. – Джисон? – удивленно воскликнул Минхо. – Что ты тут делаешь? – озадаченно продолжил он. Весь гнев будто смыло волной океана. Увидев это миловидное лицо с пухлыми щечками и огромными плюшевыми глазами, Минхо тут же потушился, будто водой окатили горящую свечу. И так он действовал на Ли всегда. Этот парень будто бы смывал все тревоги одним своим присутствием. – М-Минхо? – испуганно пискнул Джисон. – Я-я всё объясню тебе п-позже, – заикаясь продолжил Джисон, уже чувствуя затылком, как его прожигает глазами админ. – Я буду в уборной, поговорим там? – с небольшой улыбкой пролепетал Минхо. – Л-ладно, – нервно закивал головой Хан, будто китайский болванчик.       Минхо прикоснулся к руке Джисона и нежно погладил. От этого жеста напряженные плечи парня резко ослабились, опускаясь вниз, а сам он будто наконец пришел в себя. Убрав руку, Минхо кивнул ему и поплелся в сторону уборной. А Джисон же судорожно отправился к столику, который он должен рассчитать.       Сейчас Минхо даже не думал о том, почему Джисон здесь и почему он работает официантом. Он не думал даже о том, что его мать хочет женить его в девятнадцать лет. Он лишь воспроизводил в памяти лицо парня. Сегодня у Джисона волосы были уложены назад, открывая его узкий лоб. Ему это безумно шло. А в этой белой рубашке с галстуком он смотрелся довольно привлекательно. Он выглядел взрослее своих лет, нежели в своей школьной униформе. Его мысли прервал легкий скрип двери уборной, за которой тут же появилось уже такое полюбившееся лицо. – Привет, – мило улыбнулся Минхо, оперевшись о раковину, держа руки в карманах брюк. – Привет, – неловко улыбнулся Джисон, медленно подходя ближе. – Расскажешь, как оказался здесь? – слегка склонив голову в бок, игриво спросил Ли. – Ну, в общем я прохожу что-то вроде практики. Если ты помнишь, мой отец владеет сетью ресторанов, и он посчитал, что поработать официантом будет для меня отличным опытом для будущего, когда он передаст мне дело. Что-то вроде увидь кухню изнутри, чтобы понять, как управлять ей, – ответил Джисон.       Эта встреча была настолько внезапной, что у него было меньше десяти минут на придумывание очередной лжи, в которой он плавал уже, словно в масле. Это было первое, что пришло ему в голову. Но показалось довольно правдоподобным, поэтому иной отмазки он даже не стал придумывать, надеясь, что прокатит эта. – О, это здорово. И как? Тебе нравится? – заинтересовано спросил Минхо. – Да, узнал много нового. Думаю, это будет отличным опытом для меня. Да и если я всё-таки решусь продолжить дело отца, то это послужит отличной базой для стажировки за границей, – криво улыбнулся Джисон. – А ты здесь как оказался? – Ужинаю с матерью. Правда, еще минут десять назад до встречи с тобой, желал оказаться где-нибудь в другом месте, а не здесь. Но увидев тебя, мне сразу стало легче, – усмехнулся Хо. – Приятно слышать, – испустил смешок Джисон. – Ты слышал про вечеринку, которую Чанбин будет устраивать завтра? – Да, краем уха что-то слышал. – Не хочешь пойти? Там кажется вся школа соберётся. Да и думаю позвать твоих друзей туда будет отличной идеей. Мне хотелось бы познакомиться с ними поближе. – Я конечно ничего не обещаю, но спрошу у них. Колючка, я хотел у тебя кое-что спросить. – Что?       И он определенно бы спросил, если бы не коллега, который уже его обыскался, получая словесные тумаки от администратора. Он резко открыл дверь и уставился на него. – Эй, Джи, тащи свой зад в зал! У твоего столика уже заказ готов, как пять минут. Áнжела мне скоро черепушку вскроет, и тебе заодно, если ты сейчас же не вернешься. – А да, иду, – встрепенулся Джисон. – Что ж, мне пора идти. Я напишу тебе. – До встречи, – помахал рукой Минхо и проводил его взглядом до двери.       Ли повернулся к зеркалу и взглянул на себя. Увидев на лице игривую улыбку, он усмехнулся. Джисон и правда делал с ним что-то невероятное. Однако впереди его ожидал сложный разговор, к которому, если честно, он совсем не хотел возвращаться. Но у него не было выбора. Поэтому всё же умывшись холодной водой, он промокнул лицо бумажным полотенцем и вернулся в зал.       Усевшись перед матерью, на столике уже ожидали заказанные блюда. Он хотел продолжить их разговор, но его мать приподняла руку в призыве замолчать. – Сначала давай поедим. А после ты начнешь нытье о том, как не справедлив мир и ты против того, чтобы обручиться, – закатив глаза ответила Сохи.       Минхо прожигал её ненавистным взглядом. Он только пришел в себя, благодаря встрече с Джисоном, который одним своим присутствием и легкой улыбкой успокоил ту бурю, которая начала в нем набирать обороты. Но одного взгляда на мать хватило, чтобы то внезапное спокойствие вновь разрушилось, словно битое стекло, заставляя парня скрежетать зубами, сильно сдавливая челюсти.       Всё то время пока его мать наслаждалась едой между ними была полная тишина, которую нарушала лишь приглушенная музыка ресторана и отголоски говора людей, доносящийся до них с соседних столиков. Он ни разу не притронулся к еде, аппетит пропал, даже не успев разгуляться. Он краем глаза следил за знакомой темной макушкой, которая носилась по залу – от одного столика к другому, из зала в кухню и так по порядку. Он смотрел на то, как парень сдержано улыбается гостям, которых обслуживает в этот вечер, как ровно держит спину, плотно обтянутую жилеткой, выставляя на показ не типично тонкую талию для парня.       Ему нравилось наблюдать за ним, он чувствовал умиротворение глядя на Джисона за работой. Он бы и дальше украдкой следил за ним взглядом, если бы не мать, которая уже пару минут пыталась до него достучаться. Минхо невольно вздрогнул и наконец устремил свой взгляд на неё. Сохи добившаяся наконец внимание сына перешла сразу к делу. Не обращая внимания на то, что парень перед ней даже не притронулся к еде. – И так, что касается твоей помолвки. Мы собираемся её устроить сразу же, как ты окончишь школу и сдашь все вступительные экзамены. Что же касается брака. Он конечно же будет фиктивным. О настоящем и речи не идет. Всё же ты еще слишком юн для того, чтобы сковывать себя узами брака. Я понимаю и не хочу этого, - твердо произнесла женщина, но сделав небольшую паузу сразу же сменила гнев на милость. – Милый, тебя никто не заставляет жить с Хаын. Вам всего лишь нужно будет вместе присутствовать на банкетах и благотворительных вечерах в качестве пары. И конечно ты можешь встречаться с кем-то на стороне, однако, чтобы этого не увидела пресса. Всё-таки в их глазах вы должны выглядеть не рушимым союзом. Ты и сам прекрасно знаешь, как устроен наш мир. – Что насчет этого думает сама Хаын? – недоверчиво спросил юноша. – Ох, эта девочка слишком наивна и глупа, и кажется, уже влюбилась в тебя с первой встречи. Ох, эта пора безмятежной юности и любви… – Я всё равно не согласен. Уж прости, мама, но я в это ввязываться не собираюсь. – Сынок, ты же знаешь, что у тебя нет выбора. Хочешь ты того или нет, итог всё равно будет таким, каким он выгоден нам с твоим отцом. Да и к тому же, о том, что брак фиктивный знаем только мы. Господин Су же, как и Хаын будут думать, что всё по-настоящему. Поэтому я и сказала, что ТЫ можешь встречаться на стороне, ну разумеется с кем-то стоящим тебя. С кем-то из нашего круга. – Чего вы хотите добиться, проворачивая всё это? Вы хотите устроить слияние компаний, а потом все активы переписать на себя? Оставив господина Су в одних трусах. В этом состоит ваш «гениальный» план с отцом? – показав кавычки пальцами, хмуро проговорил Минхо. Ему абсолютно не внушала доверия вся эта затея. – И всё же ты мой сын. Ум тебе явно перешёл по наследству от меня. Даже не пришлось всё объяснять на пальцах, – удовлетворенно произнесла женщина. – Ты понимаешь, что я абсолютно не приветствую то, что вы собираетесь провернуть? А тем более, в качестве инструмента использовать меня, ради достижения своей цели. – Ну же Минхо~я, не будь так строг к своим родителям. Мы с твоим отцом хоть и сошлись примерно по такому же сценарию. Я не скажу, что в итоге мы не счастливы вместе. Но для тебя я не хочу такой судьбы. Каким бы монстром ты не представлял меня в своей прекрасной головушке, я всё еще твоя мать. Да, возможно не самая лучшая, и не такая о которой ты, возможно мечтаешь. Но я всё еще твоя мать. И в конечном итоге я хочу, чтобы ты был счастлив. Поэтому я прошу тебя всего лишь об этой небольшой услуге. А как только мы всё провернем, ты сможешь делать со своей жизнью всё что пожелаешь. Я обещаю тебе, что даже вуз ты будешь волен выбрать такой, какой захочешь. Я даже не буду перечить выбору твоей профессии. А отца я возьму на себя в этом вопросе, – под конец подмигнула госпожа Ли. – Ты когда-нибудь перестаешь меня шантажировать? – устало произнес Хо. – Может быть в следующей жизни, – усмехнулась женщина.       Минхо понимал, что у него и правда нет выбора. Как бы он не был против этого, итог всё равно будет один. Он всё равно сделает так, как нужно его родителям. И он ненавидел себя за это, но ничего не мог поделать. Он привык к тому, что родители используют его в своих целях, а потому и эта очередная махинация не сильно его удивила. Скорее просто была внезапной. Госпожа Ли расплатилась за ужин и взглянула на сына. – Ты со мной или у тебя есть какие-то планы?       Минхо задумался и вновь взглянул в зал, где остановился на Джисоне, который рассчитывал столик. Подумав немного, он решил остаться. – Езжай без меня, я немного задержусь. – Ну тогда до встречи дома.       Сохи поднялась и спокойным шагом удалилась на выход. Минхо же провожая её взглядом не заметил, как к нему подошёл Джисон, который убирал остатки посуды со стола. – Что-то случилось? Выглядишь гораздо мрачнее, чем при встрече со мной, – проговорил Джисон, попутно перекладывая на поднос стаканы. – Во сколько ты заканчиваешь сегодня? – Ммм, через пол часа. А что? – Не хочешь поехать ко мне и провести время вместе? Посмотреть фильм? Мне очень нужно твое общество сейчас, – подавлено произнес Ли. – Расскажешь, что стряслось? – Честно, не хочу об этом говорить, просто хочу разгрузить голову, и ты станешь отличной для этого компанией, – немного улыбнулся Хо. – Боже, я польщен таким комплиментом в свою сторону, – шуточно воскликнул Хан, дразня парня, заставляя того рассмеяться. – Я подожду тебя снаружи. – Хорошо, – расслаблено ответил Хан.

***

      Парни пробрались в комнату Минхо быстро и тихо. Ли не хотел, чтобы его мать узнала, что он кого-то привёл. И нет, дело не в том, что он стеснялся или ему было неловко. Он просто хотел оставить это в тайне. Джисон вновь оказавшись уже в такой полюбившейся комнате, тут же рухнул в темное кресло-мешок. Кайфуя от того, как утопает в нем тело, после целого дня на ногах. Минхо быстро удалился, сказав, что скоро вернётся. Пока он отсутствовал Джисон подошёл к окну и смотрел на огни города вдалеке. За окном начался дождь, тарабаня по крыше. Парню нравился шум дождя, он успокаивал его. Поэтому он прикрыл глаза и вслушивался в этот шум, усевшись на подоконник с мягкой обивкой.       Минхо зашел в комнату с подносом всяких снеков и двумя кружками фруктового чая. Осторожно поставив поднос на журнальный столик, он взглянул на парня, что уперся спиной в стенку и сидел с закрытыми глазами. Минхо подошёл к нему и тихонько уселся, напротив. Джисон не открыл глаз, всё еще находясь в каком-то своём внутреннем мире, поэтому Минхо спокойно без зазрений совести принялся разглядывать черты лица своего «друга». Да, Минхо осознал, что его чувства стали куда глубже, чем дружеские. И это немного будоражило его сознание, заставляя беспокоиться и страдать от вороха различных мыслей в голове в отношении Джисона. Но ему он этого ни за что не покажет. – Хей, ты не заснул? – тихо спросил Минхо. Джисон раскрыл глаза и взглянул на парня перед собой. – Нет, я просто заслушался. Люблю звук дождя, – мягко произнес Джисон и вновь взглянул в окно. – Я принес чай и сладости. Что хочешь посмотреть? – Ты точно не хочешь мне рассказать, что на тебя нашло сегодня? Я конечно не против у тебя погостить сегодня, но приглашение выглядело так, будто ты был на грани. И позвать меня было единственным, что могло тебя спасти в ту минуту, – испустив нервный смешок, произнес Хан.       Минхо посмотрел на него и задумчиво взял руку Джисона в свои. Он молчаливо играл с узловатыми пальцами, чувствуя мягкость кожи. Находясь в своих думах, он невольно проскользнул пальцами сквозь его и скрепил ладони в замок.       Джисон наблюдал за всем этим действием и не думал ни о чем. Просто позволял ему делать всё, что Минхо захочет. Ему нравилось то, насколько они сблизились, и он не хотел лишний раз задумываться, что это в любой момент может прекратиться, а об истинных причинах их дружбы и вовсе старался забыть, чтобы не мучала совесть. Которая с некоторых пор начала немного подвывать на ухо. Смотря на их сплетенные руки, он просто наслаждался, он не мог описать своих чувств. – Я не буду углубляться в подробности, просто есть одна услуга, которую я должен, как считают родители выполнить, чтобы их бизнес пошел в гору. И эта услуга мне претит, – поглаживая костяшки на руке Джисона, удрученно произнес Хо.       Джисон смотрел на Минхо и видел весь спектр эмоций, пока он говорил об этом. Его лицо отражало угрюмость, разочарование и еще смесь негативных эмоций, которые Хан не смог распознать, до того они смешались в нечто неописуемое. Он сжал его руку крепче, а вторую положил на его колено, слегка погладив. Джисон пытался тактильно его утешить, поскольку он не умел выражать поддержку словами. Он считал, что в такие моменты лучше всего промолчать и дать человеку выговориться и просто быть рядом, дать понять, что есть человек, готовый его выслушать и поддержать. Минхо улыбнулся на действия Джисона уголками губ. – Останешься сегодня? Ты обещал в прошлый раз, – тихо произнес Ли, кидая на него короткие взгляды. – Да, останусь. Боюсь, если уйду и оставлю тебя сегодня, чья-то подушка станет мокрее лужи за окном, – отшутился Джисона, пытаясь разрядить обстановку. – Йа, еще чего, не собираюсь я лить слезы! – воскликнул Минхо, шуточно кидая в него подушку, лежавшую за спиной.       Между ними завязалась небольшая потасовка, подушки летали по всей комнате, а счастливый смех двух парней отскакивал от стен. Спустя время, когда силы стали на исходе, они оба повалились спинами на кровать и пытались восстановить дыхание, смотря на то, как дождь прекратился, а тучи быстро разошлись, являя им чистое звездное небо. – Так какой фильм посмотрим? Или хочешь заняться проектом? – повернув голову спросил Минхо. – Чёрт, проект… Как бы я не хотел сейчас этим заниматься, но нам ведь все равно его нужно закончить, а времени осталось не так уж и много. Предлагаю сейчас по максимуму сделать всё, что мы сможем. А если останутся силы, то посмотрим какой-нибудь ужастик. Как тебе идея? – смотря в глаза парню, ответил Джисон. – Идея класс, тогда мне потребуется обновить наши кружки с чаем, потому что пока мы с тобой выясняли чья подушка тяжелее, чай уже остыл. – Забей, я могу попить и холодным. Тащи сюда сладости, они нам сейчас понадобятся для мозговой активности.

***

      Как Минхо и ожидал, сил на фильм у них не осталось. Они практически закончили проект за один присест. Но это настолько их вымотало, что они просто завалились спать. И если Джисон сразу же заснул буквально, как только его голова коснулась подушки, то Минхо же этим похвастаться не мог.       Он повернулся на бок и принялся разглядывать лицо Джисона. Во время того, пока они вместе были заняты проектом, Минхо часто поглядывал на Хана, а тот и не замечал из-за того, что был очень сконцентрирован на поиске информации. Глядя на его сонное лицо, он испытывал максимальное умиление и внутренний покой. Он очень хотел к нему прикоснуться, до колик на кончиках пальцев. – Джисон? – тихо позвал его Ли. Заметив, что со стороны Джисона не было никаких откликов, он аккуратно положил свою руку поверх его ладони и проскользнул сквозь них пальцами, насколько позволяло положение руки. Немного подумав, он немного приподнялся на локте и протянул свободную руку к его лбу. Убрав мягкие локоны со лба, он медленно наклонился, немного задумавшись, но всё же оставил на лбу мягкий поцелуй, чуть зажмурившись. Вернувшись обратно в прежнее положение, он посмотрел на парня, который даже не шелохнулся. Минхо закусил губу, чувствуя, как сердце билось, как ошалевшее, словно загнанная птица в клетке, которая билась о прутья и пыталась вырваться на свободу. Он окончательно убедился в том, что он бесповоротно влюбился в этого человека, который так умиротворенно спал.       От осознания этого факта, мысли о предстоящей помолвке, от которой он никак не сможет отказаться лишь больше причиняли боль. Ведь, как пойти на это, когда сердце уже отдано другому.