Мой препод – дебил

Альбедо поверить не может, что целовался со своим преподавателем в общественном транспорте.   Мона в это тоже не сразу верит, а когда понимает, что это не выдумки или эротические фантазии, клянётся никому никогда не рассказывать, да, она понимает всё, Альбедо, убери нож. Не надо было ей, наверное, рассказывать, но хватило обычного «что случилось?», чтобы Альбедо начал с истеричными смешками описывать ситуацию, не в силах удержать сбивчивый словесный поток. Существует вероятность, что Мона может новостями поделиться с подругами, а те – со своими, и опять расползутся всякие слухи, но Альбедо старается доверять. Если очень надо, то Мона секреты хранить умеет, а ему вроде удаётся доказать, что надо прямо очень. А ещё Альбедо её задабривает тем, что сам оплачивает доставку еды, и сидит с Моной в её комнате, периодически снова срываясь на истеричный смех. Глупое шоу и совместный ужин немного отвлекают от метаний и терзаний, а потом Альбедо решает отвлечь себя учёбой и всю ночь сидит над работами, дедлайны по которым стоят ещё очень не скоро.   В четверг он идёт на пары с душащей тревогой из-за того, что уже успел себя накрутить. Вдруг их с Сяо кто-то видел? Сейчас Альбедо зайдёт в корпус, а там люди смотрят видео, на котором отчётливо видно, как старосту с химфака прижимает к стене автобуса преподаватель с кафедры вычислительной техники. У Альбедо едва колени не подкашиваются от страха разоблачения, но, слава небесам, никто ничего не видел и университет живёт всё той же жизнью безо всяких сенсаций.   Поэтому паника отходит, но появляется возможность всё обдумать без истерик, которые до этого возникали из-за осознания масштаба трагедии.   Самым главным является тот факт, что Сяо мало того, что поцеловал его – он намеренно спровоцировал ситуацию, чтобы они сблизились и поцелуй вообще имел место быть. Он мог поднять руку и сдвинуть очки Альбедо, но предпочёл выставить всё так, словно иных выходов, кроме как соприкоснуться носами, у них не было. Из этого следует заключение, что Сяо поцелуя хотел. А ещё было заметно, что ему пришлось для этого набраться решимости, переступить через себя в каком-то смысле. И это, в свою очередь, значит, что поцелуя Сяо очень хотел.    Почему он этого хотел? Напрашивается вывод, что Альбедо ему нравится, что, казалось бы, дико, но особое к себе отношение он давно заметил, за этим вполне вероятно могла крыться не только неприязнь, а что-то более сложное. Альбедо не неуверен в себе, знает, что он довольно красив, умён, и, если пережить его чрезмерную эрудированность и душноту, то он вполне может стать чьим-то романтическим интересом. В общем, симпатия Сяо спокойно допускается. Можно было бы всё свалить на близость, в которой голову застилало желанием, и было плевать, кто рядом, лишь бы этого человека поцеловать, но это крайне глупо звучит. Сяо не похож на человека, который испытывает сексуальное и романтическое влечение к кому попало. Вряд ли он из категории тех людей, которых возбуждают даже табуретки, поэтому Альбедо всё больше склонялся к мысли, что нет, конкретно он сам Сяо симпатичен, иначе тот бы обратил внимание на кого-то другого – там целый автобус народу был в такой же тесноте.   Из этого всего вытекает нехилая такая проблема, потому что отношения студента с преподавателем не должны выходить за рамки, правила не просто так писались. К тому же, эти правила грозят Альбедо отчислением, если что-то вскроется, а Сяо – увольнением. Стоит ли рушить свою и чужую карьеру ради мимолётного влечения? Разумеется, нет.   Поэтому Альбедо приходит к единственно верному решению, которое надо было нормально претворить в жизнь ещё раньше, но тогда ситуация не была столь критичной. Раньше он думал, что только он один что-то чувствует, а с этим легко справиться при отсутствии взаимности. Спокойно бы дальше витал в облаках, не позволяя себе как-то проявлять свою заинтересованность, и всё рано или поздно прошло бы. Курс информатики бы закончился, взаимодействие с Сяо свелось бы к нулю, чувства бы рано или поздно испарились. Но теперь заметно, что их магнитом друг к другу тянет, что оба могут сорваться и пойти на поводу у чувств, желая урвать удовольствие от близости с понравившимся человеком, поэтому стоит все контакты свести на нет уже сейчас. Скорее всего, всё не настолько плохо, чтобы они при одном взгляде друг на друга забывались в страсти и набрасывались друг на друга, но Альбедо всё равно страшно-страшно-страшно во всё это ввязываться.   Сила притяжения обратно пропорциональна расстоянию между объектами, поэтому, чем они дальше друг от друга будут, тем слабее будет ощущаться тяга. Физика – наука фундаментальная, нерушимая, должна и в таких вещах сработать.   В пятницу Альбедо впервые в своей жизни пропускает пару. Он отдаёт Сахарозе журнал посещаемости и говорит, что у него срочные дела в родном городе, поэтому он вынужден пропустить занятие по семейным обстоятельствам. К тому же, это просто практика у Сяо, ничего серьёзного там всё равно не будет, пора уже даже «занудам» смириться с тем, что нормальной информатики у них не будет. Внутри всё сжимается от такого наглого вранья и от самой идеи прогула, но Альбедо сейчас точно не может Сяо видеть.   Слишком свежо воспоминание о его губах – приятных до одури, мягких и тёплых. Из-за одного поцелуя у Альбедо не то чтобы мир перевернулся, но точно некоторые устои поломались, потому что никогда ещё ему не было так пьянительно хорошо от одного лишь поцелуя. Поэтому при непосредственном контакте с виновником сбоев в своём разуме Альбедо непременно смог бы выкинуть что-то эдакое или ляпнуть не то, и тогда остальные бы заметили, а они уже к нему относятся настороженно.   Возможно, это паранойя, но Альбедо предпочитает звать свой побег от возможного катаклизма простой осторожностью.   Первый прогул Сяо спускает ему с рук. Поверил в отмазку или же сам тоже не особо горел желанием видеться – Альбедо не знает. Но Сяо настораживается, когда он не является на пару чужой группы в понедельник (по чётным неделям у них было две пары в понедельник и в четверг, а по нечётным – две в среду в то время, как законные пары Альбедо всегда были по пятницам). Настолько настораживается, что решается поинтересоваться происходящим.   Сяо: Я думал, что тебе очень нужны знания и мои курсы, но ты уже второй раз не являешься на пару Альбедо: Простите, я заболел Сяо: Я тебя сегодня видел на остановке Альбедо: Я как раз в больницу ехал Сяо: Она в другой стороне Сяо: На этот раз отговорки нет? Молчишь уже пять минут Альбедо: Что вам нужно? Сяо: Ладно, спрошу прямо Сяо: Я тебя обидел тем поцелуем? По твоей реакции так не казалось Альбедо: Я просто решил, что не справлюсь с дополнительным курсом. Простите, что так выпрашивал эти пары, я вас больше не побеспокою Сяо: Врёшь ведь. Ты за четыре дня с лёгкостью половину материала освоил, рассчитанного на целый семестр. Вряд ли это бы тебя сильно нагрузило, с твоим то острым умом Сяо: Просто ответь честно, и я больше к этой теме не вернусь Альбедо: Не обидели. Я не собираюсь на вас заявлять или что-то в этом роде, не волнуйтесь Сяо: Да я не об этом… Альбедо: В любом случае, сделайте, пожалуйста, вид, что ничего не было Сяо: И зачем же? Альбедо: А вам хочется быть уволенным из-за романа со студентом? Хотя, после первого же вышли сухим из воды Сяо: Я же просил эту тему никогда не поднимать Альбедо: Простите Альбедо: Лично я рисковать не намерен, поэтому нам лучше свести взаимодействие к минимуму. Не знаю, правда ли я вам симпатичен или вы просто забавы ради решили меня поцеловать, но это ничего не меняет Альбедо: Вы всё ещё мой преподаватель Сяо: Какой же ты занудный Альбедо: Какой уж есть. Если на этом всё, то до пятницы   Сяо в ответ не прощается, а Альбедо с тяжким вздохом садится за учёбу, старательно игнорируя то тоскливое, что появилось на душе после этого диалога. Он усердно забивает все мысли химическими соединениями, расчётами и формулами. Он не даёт себе ни минуты покоя, потому что в покое его разум тянет в сторону мыслей о Сяо, словно там мёдом намазано.   В четверг Альбедо лекцию группы с машиностроительного тоже пропускает, хотя на этот раз это даётся уже с особым трудом, потому что хочется прийти, послушать всю эту информацию, узнать новое, насладиться тем, с какой ловкостью в голове выстраиваются алгоритмы решения тех или иных задач, которые Сяо приводит в пример. Альбедо правда приятно было начать изучать программирование, он не особо хочет на достигнутом останавливаться, потому что написание кода – почти чистая логика с капелькой творчества. Мозг оживал, работал, и мелкие победы, когда в мыслях шаг за шагом выстраивалось решение, радовали до спертого дыхания. Так что, да, пропустить интересную пару для него большое упущение, но Альбедо просто не может себя заставить войти с Сяо в одно помещение, потому что кажется, что одной встречи глазами хватит, чтобы окружающие тут же всё поняли.   Всё-таки, немного паранойя.   Но в пятницу Альбедо собирает всю свою волю в кулак и с привычной исполнительностью едет ко второй паре в университет, чтобы не пропустить лекцию по информатике. Сяо, по старым привычкам, опаздывает, Кэйа странно на Альбедо косится, явно подозревая, что на прошлой неделе он пару пропустил не просто так, но на него как-то наплевать, потому что все остальные про свои домыслы насчёт чужой интрижки забыли, а один человек погоды не сделает. Но новую пищу для размышлений Альбедо одногруппникам давать опасается.   – Вы даже не сбежали по правилу пятнадцати минут! – восклицает опоздавший на полчаса Сяо, обводя группу каким-то полным детского счастья взглядом. Ну, до тех пор, пока не замечает Альбедо и улыбка его ощутимо тускнеет. – Приятно приходить туда, где тебя ждут.   – Нам физик недавно то же самое сказал, – вспоминает вдруг Венти. – А потом рассказывал, как на реалити шоу его подруга встретила свою потерянную дочь.   – Это ты про такого дедка со смешными усами и анекдотами? – уточняет Сяо, отводя от Альбедо взгляд и открывая аудиторию.   – Ну, анекдоты у него не особо смешные…   Альбедо думает сбежать, пока не поздно. Одного взгляда на Сяо хватило, чтобы ладони вспотели, мысли сбились в невнятное нечто, а сердце забилось чаще. Надо срочно вытравить Сяо из своей головы, но, к сожалению, пособия по переходу от любви к безразличию ещё нет, люди обычно как-то без учебника справляются. Может попросить у Моны посоветовать практикующую ведьму, которая сможет организовать отворот? Альбедо уже не верит, что справится своими силами, потому что он настолько сильно влюблён, что готов упасть в обморок от тихого «рад, что ты всё-таки пришёл». Это ему Сяо говорит наигранно равнодушно, пока придерживает дверь аудитории, запуская студентов внутрь, и метающийся между желанием сбежать и остаться Альбедо неуверенно заходит последним.   Масштаб трагедии осознаётся только сейчас, когда после восьми дней вынужденной разлуки Альбедо ощущает тёплое так ярко и чётко, что диву даётся, как же он раньше умудрялся это давить и игнорировать. Он рассеянно садится подальше от доски и от Сяо тоже, занимая предпоследнюю парту, потому что последняя по праву принадлежит Венти – он там отсыпается. Альбедо всё ещё лелеет в душе надежды на физику, законы которой точно должны сработать, если он будет сохранять расстояние.    А ещё он напоминает себе:   Чувства – это просто химия, а с химией он знаком достаточно, чтобы понимать причинно следственные связи и суметь избежать чего-то совсем ужасного. Альбедо справится. Просто вытерпеть ещё месяц с небольшим, сдать Сяо экзамен и забыть его, как сон, одновременно страшный и сладкий. Но чёртова любовь так напоминает лёгкие наркотики, потому что всю эту эйфорию вызывают нейропептиды и соединения, химически схожие с амфетаминами, которые, как известно, являются веществами из класса наркотических. Это ведь значит, что скоро Альбедо может зависимым стать и не сможет прожить без новой дозы, какой кошмар. Любовь, конечно, может кончиться и сама, потому что объект симпатии и основной раздражитель в силу привыкания не сможет вызывать необходимых реакций, а человеку с каждым разом нужна всё большая доза. Поэтому со временем всё стихает, уходит любовь. В среднем, за три-четыре года, но Альбедо столько точно не вытерпит, ему надо срочно, по щелчку пальцев.   На Сяо он старается не смотреть. Вообще лица от тетради не отрывает, записывая старательно лекцию, но ориентируясь только на слух, потому что один короткий взгляд на Сяо и всё – повышенное потоотделение, покраснение лица, рассеянность, а ещё возможное расстройство желудка, потому что его уже скручивает то ли от тревоги, то ли от чего-то ещё.   Альбедо даже не сразу понимает, что рядом с ним сидит Кэйа, который обычно тоже устраивается где-то на последних рядах.   – Почему мне кажется, что у вас с Сяо какой-то личный конфликт? – слышится вдруг вкрадчивый его голос прямо рядом с ухом.   – А я знаю? – отзывается Альбедо раздражённо. – Понятия не имею, что в твоей голове творится, раз тебе такое кажется.   – Он к тебе впервые не придрался.   – Я рад, что у него наконец-то проснулись воспоминания о нормах приличия.   – Ты на него ни разу не взглянул.   – А мне надо на него во все глаза пялиться, чтобы не испарился?   – Огрызаешься и злишься, – резюмирует Кэйа. – Мне кажется, что ты врёшь.   – Тебе слишком многое кажется в последнее время, – Альбедо старается сохранять хладнокровие, но от докучливости Кэйи его уже привычно начинало пробирать раздражением и яростью. – Будь добр, дай мне спокойно лекцию послушать.   – А почему ты не на первых рядах, кстати? – Кэйа намёка заткнуться не понимает.   – Потому что… – Альбедо собирается ответить, но толковой причины так и не находит. Он ведь сюда сел из-за физики любви только, иных поводов нет.    – Потому что? – тянет Кэйа, ожидая ответа.   – Потому что? – вдруг просыпается Венти сзади и подключается к разговору.   – А тебе что нужно? – вздыхает Альбедо, переключаясь на Венти, потому что только его сейчас не хватало. Ну, и пытается сменить тему.   – Мне просто интересно, – Венти весело улыбается, кидая на Альбедо озорной взгляд. – Даже если ты трахаешься с информатиком, я ничего не скажу против, это прикольно. Но ты с ним трахаешься или нет?   – Я ни с кем не трахаюсь! – срывается Альбедо и, возможно, говорит это чуть громче, чем нужно.   Тишина оседает неприятным звоном на некоторое время, давая полностью осознать глубину совершённой только что ошибки. В этом звоне Альбедо слышится тихий смешок Сяо, улавливаемый больше по колебанию воздуха, мигом ставшего каким-то плотным и удушливым.    Стыдно так сильно, что хочется взять ручку со стола, воткнуть себе в сонную артерию и умереть как можно быстрее.   – Что ж, у кого-то занудство распространяется на все сферы жизни, – говорит Сяо, разрезая тишину звуком своего голоса. – Но дальше я это комментировать не стану. Итак, базы данных и библиотечные каталоги…   – Он стопроцентно рад, что ты девственник, – делает поразительное умозаключение Кэйа, и Альбедо не выдерживает.   Махом собирает со стола все свои вещи, вскакивает с места, и спешно покидает аудиторию во вновь повисшем молчании. Все косятся на него, все снова что-то думают, но так плевать, вот честное слово, потому что ещё немного и Альбедо придётся искать адвоката, который всё равно не сможет отмазать его от срока за убийство. Как же он ненавидит эту информатику, сил нет!   Будь проклят Сяо, будь проклята администрация, назначившая Сяо преподавателем, будь проклят Кэйа, будь проклят сам Альбедо за свою тупую влюбчивость. Это просто невозможно, хочется сейчас правда пойти и потребовать замены преподавателя, пускай вся группа его возненавидит, но хотя бы не будет всей этой неразберихи. Либо же просто впервые в жизни начать систематически прогуливать занятия.   Интересно, получится ли Сяо уломать на автомат даже без посещения занятий? Хотя, это будет означать, что Альбедо своим положением воспользовался и получил оценку не за знания, а просто так. Ситуация, конечно, просто отвратительная, но пойти наперекор принципам недопустимо. Уж лучше дальше психовать и терпеть. Казалось бы, рейтинг и идеальная успеваемость того не стоят, но Альбедо приоритеты всегда странно расставлял.   Отчаянно хочется как-то отвлечься. Либо просто успокоиться. Может, в аптеку за успокоительными сбегать? Или просто чая в столовой попить, всё равно после этой пары обед? Или…   В памяти всплывает воспоминание двухнедельной давности. О сизом дыме, о пальцах, обхватывающих сигарету, о губах, касающихся фильтра. Может быть?..   Альбедо ровным тяжёлым шагом покидает корпус, не веря, что собирается сделать очередную глупость. Но он уже влюбился в своего преподавателя и целовался с ним, дальше уже просто некуда. Можно вообще по наклонной пойти, стать тем, кем его все считают, не пренебрегать больше студенческими попойками, а может и вообще до веществ докатиться. Мамочка будет гордиться им. А что, к Дориану же никаких претензий не поступает за его разгульный образ жизни и провал с поступлением. Альбедо хуже что ли? Почему он вообще должен так потеть, быть идеальным студентом, отказываться от минимального взаимодействия с возлюбленным человеком только ради сохранения репутации занудного перфекциониста, из-за которой у него даже друзей нет? Стоит ли оно того? Счастлив ли он вообще?   Альбедо думает обо всём этом, пока идёт к курилке возле корпуса, пребывая в какой-то нервозной подавленности, когда с тоски хочется что-нибудь сломать и почему-то себе. Идея пускаться во все тяжкие отметается, потому что такой жизни он всё-таки точно не хочет, но вот некоторые другие моменты… Нужно ли отказываться от пар Сяо? Счастлив ли Альбедо? Потому что эти два вопроса связаны – на парах Сяо он в последние пару недель был почти счастлив. Когда слушал лекцию по программированию, когда Сяо проверял его работы и похвалил за них. Похвала – это вообще что-то с чем-то, Альбедо давно такой окрыляющей радости не испытывал от простого признания его трудов. Словом, практически все мысли сводятся вновь к Сяо, но одна всё же немного посторонняя.   Желание поддаться хоть раз в жизни чему-то запретному, сделать какую-то мелочь, выбивающуюся из привычных рамок. Ну, и немного успокоить нервы, а исполнение текущего намерения должно в этом помочь.   – Извините, у вас не найдётся?.. – сказать слово «сигарета» почему-то кажется чем-то плохим, поэтому Альбедо просто неопределённо подносит руку к своему лицу, демонстрируя свою просьбу жестом.   – Да, конечно, – единственная обитательница курилки – молодая девушка, которая почему-то в такую погоду надела пальто не полностью, а просто накинула его на плечи – тут же роется в кармане и достаёт пачку каких-то явно не дешёвых сигарет, это даже Альбедо понятно.   – И ещё… – слово «зажигалка» уже не такое страшное, но его Альбедо почему-то тоже не произносит. Но девушка лишь улыбается и протягивает простенькую зажигалку без лишних слов.   Так. А что делать? Альбедо знает только теорию, поэтому на пробу подносит фильтр к губам, забавно обхватывая сигарету большим и указательным пальцем. Поджигает кончик, а дальше, как когда-то в книге читал – втянуть дым и пропустить его в лёгкие, а потом сделать дополнительный вдох обычного воздуха, чтобы не закашляться. Выдохнуть.   – Спасибо, – он возвращает зажигалку и отходит на некоторое расстояние, чтобы не нарушать больше чужое личное.   Никотин, яды, смолы и прочая химия проникают в организм с каждой следующей затяжкой, создавая иллюзию расслабления. На самом же деле у Альбедо просто притормаживается работа некоторых важных участков нервной системы, от чего он и чувствует эйфорию и лёгкое головокружение. Он знает прекрасно, как сигареты работают и чем они вредны, но сейчас порыв сотворить какое-то безобразие было ничем не сдержать. Что-то вроде того случая, когда он со злости разбил кружку и оставил порез на ладони, который, кстати, оказался куда меньше, чем предполагалось и никаких неудобств не доставил, быстро зажив.   Запоздало он вспоминает про пары физкультуры уже через час, а перед физическими нагрузками и после них курить – это верная дорога по разрушению своего организма. На сердце влияет просто кошмарно. Но, сделав ещё одну затяжку, Альбедо приходит к одной простой мысли.   Наплевать.   Главное, что успокоиться правда удалось, а дальше подобным баловаться он не будет. Раз в жизни можно, так сказать.   И Сяо хоть ненадолго из головы ушёл, тоже плюс.