Долгожданная встреча

      Ежегодное собрание орденов продлилось намного дольше чем Ван Цзи рассчитывал. Ему обещали буквально пару дней, а в итоге затянулось всё на неделю. Изначально он хотел отправиться домой сразу после двух дней собрания, как и договаривался с дядей и братом, оставив все оставшиеся дела на старейшин, но брат очень сильно просил остаться до самого конца, что и пришлось сделать, ведь он не мог отказать своему брату. Единственное что его очень сильно огорчало во всей этой ситуации это, тот факт, что он не виделся всю неделю с мужем. Со своим любимым, драгоценным Вэй Ином. Сейчас Лань Чжань уже направляется обратно в Гусу, желая как можно скорее увидеться с любимым мужем, по которому безумно соскучился.       Он подлетает ко входу в Облачные Глубины, заходит внутрь. Сначала нужно отчитаться брату и дяде о прибытии, а потом уже можно и бежать в цзинши, хотя сердце упрямо просит сделать абсолютно наоборот. Ван Цзи бредёт к дому брата, ответно приветствуя адептов лёгким кивком головы. Подходит к дому, заносит руку и стучит в дверь.       — Войдите, — слышится изнутри.       Лань Чжань открывает дверь и заходит внутрь. За столом сидит Учитель Лань, его дядя, а напротив него сам Сичень. Что-ж, ему повезло не надо будет потом ещё и дядю искать, чтобы всё рассказать.       — Ван Цзи, — как-то устало слышится из уст брата.       — Брат, дядя. — здоровается названный, делает поклон.       — Присаживайся, — Лань Хуань указал рукой на соседнее место, доставая ещё одну чашку для чая. — Как прошло собрание?       — Всё хорошо, — Ван Цзи принимает чашку, медленно отпивая из неë. — К вечеру напишу отчёт.       — Хорошо, — кивок от дяди. — Ты молодец, Ван Цзи.       — Спасибо, дядя.       — Эм, Ван Цзи... — неловко начинает Сичень после недолгого молчания. — На самом деле мы с дядей обсуждали один момент и понимаешь, пока тебя не было тут кое-что случилось.       Он замолчал, по его лицу было видно, что он не знает как сказать про этот момент.       — Что случилось? — Лань Чжань хмурит брови, лёгкая паника поселилась после слов брата. Вдруг что-то случилось с его любимой омегой, его Вэй Ином, от этой мысли лёгкие мурашки прошлись по спине.       — Это касается Молодого Господина Вэя.       — Что? — он резко замирает, сердце бешенно колотится в панике. — Что с Вэй Ином? Где он?       — Он... — начал бы Цижень, но его прервал хлопок двери.       На пороге стоял сам виновник разговора, который и толкнул дверь нараспашку. Его волосы были запутаны, одежда неопрятная, сам он тяжело дышал, лихорадочно бегая глазами по помещению. И вот они натыкаются на такое до боли родное лицо, на глаза Усяня наворачиваются слезы, руки лихорадочно трясутся, пока он поднимает их, ноги не слушаются, но он всё равно делает маленький шажок вперёд.       — Л-лань Чжань... — голос дрожит, под конец срывается на хрип.       Альфа подрывается с места, несмотря на все правила приличия, которые запрещают так делать, и быстро преодолевает расстояние между ним и мужем. Бережно берёт лицо напротив в ладони, в то время как младший сжимает его одежду в ладонях, уже заходясь в тихой истерике.       — Вэй Ин, что такое? — спрашивает Второй Нефрит, глаза полны беспокойства, сердце сжимается от вида такого ранимого мужа.       — Л-лань Ч-чжань... — всё таким же дрожащим голосом говорит Вэй Ин, снова всхлипывая, слезы начинают течь по бледным щекам.       — Я здесь, я рядом,— Ван Цзи бережно обнимает супруга, заставляя того уткнуться мокрым от слез носом ему в шею, аккуратно гладит по спине, пытается успокоить, сказать, что он рядом и не даст в обиду. — Вэй Ин, всё хорошо. Я рядом с тобой.       — Л-лань Чжань, — Начинает Вэй Ин после недолгой паузы. Он всё ещё крепко сжимает белое ханьфу, боясь отпустить. — Не оставляй меня больше одного...       — Мгм, не оставлю. — целует в висок, крепче сжимая в объятиях.       — Домой. Пошли домой. — тихо выдыхает Вэй Усянь.       — Мгм. — Ван Цзи поворачивается лицом к брату и дяде, но в этом положении сделать полноценный поклон не получится, поэтому он просто кивает головой, в ответ получая то же самое.       Он подхватывает мужа на руки, направляясь в сторону цзинши. Пройдя всего-то метров десять, Лань Чжань замечает, что человек в его руках уснул, прижавшись к его шеи и глубоко дыша запахом сандала. По пути к нему навстречу попали взволнованные бежавшие в сторону ланьши Лань Сычжуй и Лань Цзъни. Они остановились перед ним, облегченно выдохнув.       — Хань Гуан Цзюн, приветствуем, — ученики отвешивают поклон, получая в ответ кивок головы.       — Мы как раз искали Учителя Вэя, рады, что он с вами. Теперь всё будет хорошо, надеюсь, — говорит Цзъни, пытаясь отдышаться.       — Мгм, что с ним случилось? — этот вопрос очень сильно его беспокоил, но ещё больше его беспокоило состояние супруга.       — Разве Учитель Лань и Глава Ордена не рассказали вам? — растерянно спросил Цзинъи.       — Он не успел, Вэй Ин пришёл.       — Тогда я могу рассказать, пока мы идём до цзинши, я там свои вещи оставил, надо забрать. — предлагает Сычжуй.       — Мгм.       Они прощаются с Цзинъи, продолжая идти в сторону цзинши.       — Так что случилось? — нарушает тишину Ван Цзи.       — После вашего отъезда... — начинает Сычжуй, но его прерывают.       — А-Юань, мы сейчас одни.       — А? Да, хорошо. — он мельком улыбается. — И так, после твоего отъезда Папа-Вэй стал странно себя вести.       — Странно? — недоумение так и читалось в глазах Лань Чжань. Вэй Ин был неугомонным омегой и очень часто что-нибудь да вытворял. В последнее время бывали дни когда он и правда странно себя вёл, но это быстро проходило. На это У Сянь отвечал, что просто задумался и вообще «Всё нормально, Лань Чжань. Не обращай внимания».       — Да, — Сычжуй кивнул. — Спустя час после твоего отлета в Ланьлин Цзинь он стал растеренным, начал зависать, смотреть в одну точку и просто выглядит грустно. Мы подумали, что это просто из-за разлуки и после того как ты вернёшься обратно, всё встанет на круги своя. Но спустя пять часов Папа-Вэй начал делать гнездо из твоих одежд.       — Что? — Ван Цзи даже замирает на месте от удивления.       Вэй Ин не вил гнезда, единственный момент когда он его делал это течка и то не всегда, но она была чуть больше месяца назад, значит до следующей ещё как минимум месяца два.       — Вот и я удивился, — рядом остановился Сычжуй. — Папа-Вэй просто не вылазил из гнезда, сутки напралет валялся в нём. Я начал приносить ему еду, но он постоянно отказывался, говорил, что поест попозже, однако каждый раз даже не притрагивался.       — Он не ел всю неделю и просто пролежал в гнезде всё это время? — Ван Цзи хмурит брови, в нём растёт желание отругать мужа за это.       — Да, — грустно выдыхает А-Юань. — Я пытался его растормошить, как-то поддержать. Звал на ночную охоту, но он лишь слабо улыбался и отказывался.       — Мгм, спасибо, можешь идти к себе, — они уже дошли до цзинши, Сычжуй поклонился отцу и направился в свою комнату.       Ван Цзи кивнул, направляясь внутрь дома. Там на кровати действительно было гнездо из его ханьфу. Он подходит к нему, аккуратно укладывая туда мужа, что сразу прижался к белой ткани, вдыхая запах сандала. Лань Чжань садится на край кровати, тянет руку к осунувшемуся лицу Вэй Ина, нежно гладит по щеке. Видит как тот слабо улыбается и тянется к теплу, ластясь к руке. Взгляд Ван Цзи излучает нежность и безграничную любовь к этому омеге. Он продолжает гладить мужа по щеке, переходя на тёмные волосы. Запускает руки в шёлковые пряди, проводит пальцами по всей длине, подцепляя кончик волос. Подносит прядь к лицу, чувствуя запах спелой вишни, невесомо целует. Ван Цзи всегда любил эти непослушные волосы, любил мыть их по вечерам и расчёсывать утром, делать разные причёски, если Вэй Ин разрешал. Он аккуратно выпускает прядку из рук, теперь гладя просто по макушке и наклоняется, чтобы оставить лёгкий поцелуй на лбу, на который омега одобрительно урчит. Его действия прерывает стук в дверь, заставляя подняться и пойти открыть.       — Брат, — На пороге стоял Сичень с привычной слабой улыбкой.       — Ван Цзи, я по поводу Господина Вэя, — Ласково начинает Глава Ордена, но его взгляд излучает полную серьёзность.       — Мгм, проходи, — они проходят в цзинши, садятся за стол около большого окна. Лань Чжань начинает готовить любимый чай его Вэй Ина.       — А где Господин Вэй? — принимая чай от брата, спрашивает Сичень, на что Ван Цзи переводи взгляд на кровать.       — Спит, — коротко отвечает он, снова возвращая свой взор на брата       — Понятно, — он проследил за чужим взглядом, натыкаясь на кучку одежду, где внутри лежал омега, свернувшись калачиком и прижимая ханьфу мужа к носу. — Ван Цзи, понимаешь, пока тебя не было Господин Вэй. Он...       — Сычжуй мне рассказал, — Ответил на заминку брата Лань Чжань.       — О, хорошо, но он сам не всё знает. — Отпив из чашки говорит Сичень. Ему сложно сообщать такие моменты жизни любимого человека его драгоценного брата. Он знает как Ван Цзи ценит Вэй Ина, как он его любит, как оберегает и всегда переживает.       — Есть что-то ещё? — Второй Нефрит сразу напрягается, беспокойство за мужа колоком бьётся в голове. Новости от Сычжуя ему крайне не понравились, а тут что-то ещё.       — Об этом никто кроме меня не знает и, если честно, я сам случайно узнал, — он собирается с духом, чтобы продолжить, ведь знает Ван Цзи будет тяжело это слышать. — Его одолевает большая слабость последние дня четыре, даже несмотря на то что он может весь день пролежать в гнезде. Я это понял когда попросил Господина Вэя немного прогуляться со мной, хотел, чтобы он освежился, но спустя минут пятнадцать на него напала сильная усталость, обратно я нёс его на руках. В тот же день я навестил Господина Вэя вечером, уговорил его поесть со мной за компанию хотя бы немного, но его сразу стошнило, — Он замолкает, видя в глазах брата огромное беспокойство и.. вину? — После этого я хотел позвать лекаря, однако Господин Вэй умолял, чтобы я этого не делал, говорил, что просто очень сильно скучает и переживает за тебя, убеждал, что когда ты приедешь всё будет хорошо. И я послушался... — виновато заключает Сичень. Он понимал, что не стоит слушать омегу, но всё равно так поступил.       — Не стоило мне ехать, — Ван Цзи виновато склонил голову, сжимая руками ханьфу на коленях до побелевших костяшек на утончённых пальцах.       — Ван Цзи...       — Если бы я не уехал, ему не стало бы плохо. — В глазах альфы стали собираться слезы.       — Мы не можем этого утверждать, — Сичень пытался как-то подбодрить брата, сказать, что от него это не зависело. — Ему могло стать плохо даже если бы ты остался.       — В таком случае я был бы рядом, а не в другом ордене, за тысячи километров от него. — Ван Цзи сидел и винил себя, что недоглядел, оставил мужа одного мучаться с недугом.       Его мысли прерывает шелест, доносящийся с кровати. Он поднимает голову, смотрит на елозившего Вэй Ина, на теперь слишком худую руку, которая прижимала белое ханьфу к груди. На лице омеги читалось тревожность, брови были нахмурены, а носик временами недовольно дергался, рука сжалась сильнее, впиваясь рукой в ханьфу мужа. Сердце Ван Цзи сжалось от вида измученного мужа, такого уставшего.       — Брат, — Ван Цзи снова переводит своё внимание на человека за столом. — Я поговорю с Вэй Ином и уговорю сходить к лекарю.       — Надеюсь у тебя это получится, буду ждать новостей, — Сичень с братом поднимаются с места, они делают лишь пару шагов к двери, как по цзинши раздаётся громкий крик.       — ЛАНЬ ЧЖАНЬ! — Вэй Ин подрывается на месте, учащённо дышит, глаза, намокшие из-за начинающихся слез, начинают бегать по комнате, руки дрожат, всё также прижимая ханьфу супруга к груди.       Ван Цзи в мгновение ока оказывается рядом, прижимает мужа к своей груди, крепко обнимая хрупкое тело.       — Я здесь, — он начинает осыпать заплаканное лицо мелкими поцелуями, стараясь того успокоить. Сичень понимая , что он тут явно лишний, тихо уходит.       — Лань Чжань... — Тихо выдыхает омега, ластясь в руках мужа, подставляет лицо под поцелуи, начиная слабо улыбаться. — Я соскучился.       — Я тоже соскучился, — Ван Цзи слабо улыбается, чмокая пухлые губки напротив. — Очень сильно.        Яркая улыбка расцветает на губах У Сяня, он утыкается носом в шею супруга, вдыхая полной грудью запах сандала. Он так сильно скучал, что думал сойдёт с ума.       — Лань Чжань, — слабо зовёт омега и продолжает после вопросительного мычания Ван Цзи. — Не злись на меня.       — Если я и злюсь то только на себя.       — Что!? — Вэй Ин тут же встрепенулся, заглядывая в глаза мужа с недоумением. — Это ещё почему?       — Оставил тебя одного, когда тебе было плохо, — видя, что супруг собирается возмущаться он добавляет. — Задержался.       — Лань Чжань, ты не виноват, что пришлось задержаться! — Вэй Ин берёт лицо мужа в свои ладони. — Это всё вина глав других орденов, что решили растянуть собрание, а не решить всё за одни день, так что не смей себя винить!       — Мгм, — вина всё равно колет сердце Ван Цзи, но легче согласиться с Вэй Ином, иначе тот не успокоится, будет убеждать его в обратном. — Как ты себя чувствуешь?       — Я? — невинно спрашивает У Сянь, хлопая пушистыми ресницами. — Со мной всё в порядке, гэгэ.       — Вэй Ин, — предупреждающи говорит Ван Цзи, за столько лет супружеской жизни он научился очень хорошо распознавать когда его муж ему врёт.       — Ха, ладно-ладно, — Вэй Ин закатывает глаза, устало вздыхая. — Я устал, хочу спать, у меня болит голова и есть хочется, — в подтверждение его слов по цзиньши разносит звук урчащего живота, заставляя омегу виновато закусить губу, отводя взгляд в сторону. Зная как Ван Цзи переживал и сердился, если он пропускал хотя-бы один приём пищи, то было страшно представить, что будет с ним, когда он узнаёт о недели голодовки.       — Я всё знаю, — надежда на сохранность своего маленького секрета тут же рухнула. — Брат и А-Юань всё рассказали.       — Лань Чжань... — слабо зовёт Вэй Ин, даже не зная что сказать. — Прости...       — Больше так не делай, пожалуйста. — он берёт ладони супруга, заставляя того поднять голову, с виноватым выражением лица, встречаясь с заботливым взглядом Лань Ван Цзи, излучающий бесконечную любовь. — Между нами не должно быть места для «спасибо» и «прости».       — Хаха, ты как всегда прав. — Омега утыкается лбом в чужой, счастливо улыбаясь.       — Я схожу за ужином, — после очередного урчания голодного желудка, сказал альфа.       — Только давай быстрее, — Вэй Ин нехотя выпускает супруга из своих объятий.       — Мгм. — Он последний раз целует губы напротив, поднимается с кровати. — Я скоро вернусь.       Ван Цзи выходит из цзинши, идёт на кухню, чтобы приготовить им ужин, оставляя в полном одиночестве омегу. Вэй Ин немного приуныл, он так сильно скучал по своему супругу и вот они только оказались наедине, как Лань Чжань ушёл, хоть и ненадолго. Он валится обратно на кровать, заворачиваясь в одеяло, снова вдыхает запах сандала с ханьфу мужа, разочарованно выдыхая. Запах почти выветрился, остался лишь еле заметный шлейф, но ничего скоро Ван Цзи вернётся и он будет нюхать уже не эти тряпки, а своего мужа, наконец ляжет на его крепкую грудь, уткнется ему в шею и будет вдыхать и вдыхать. Вэй Ин уже начинает дремать, когда дверь в цзинши тихо открывается. Спустя пару минут на кровать аккуратно садятся.       — Вэй Ин, — зовёт Лань Чжань, гладя мужа по чёрным волосам.       — Ммм? — омега поворачивает голову, заставляя руку переместить на щеку.       — Пошли есть, — Ван Цзи гладит уже щеку большим пальцем очерчивая контур скул.       — Мфх, — недовольно мычит У Сянь, приоткрывая глаза. — Не хочу вставать.       Альфа слабо улыбнулся, ему так нравился вид разнеженного супруга, который нежился в его руках всем видом прося больше объятий и поцелуев. Он наклоняется к лицу Вэй Ина, оставляет нежный поцелуй на лбу, спускается ниже и целует в нос, слушая довольное мурлыканье. Ван Цзи берёт мужа под коленками, поднимая на руках и чувствует, что Вэй Ин весит меньше чем до этого. Его снова колет чувство вины, но он не позволяет отразиться этому на лице.       — Лань Чжань! — взвизгивает У Сянь, обхватывая чужую шею руками. — Положи меня обратно, я же тяжёлый!       — Вэй Ин не тяжёлый, — твёрдо заявил Ван Цзи, идя к столику с едой.       Омега тихо рассмеялся, расслабляясь в сильных руках мужа. Он знает, что Ван Цзи нравится носить его на руках, но это всё равно каждый раз его смущало. Лань Чжань подходит к столику уже собираясь посадить супруга на подушку, но к нему только крепче прижимаются.       — Можно я у тебя на коленях посижу? — С надеждой в глазах, Вэй Ин смотрит в светлые омуты мужа. — Не хочу тебя отпускать.       — Мгм, — теперь он садится уже сам, усаживая на свои колени супруга, который немного поюлозил, пытаясь найти позу поудобнее и довольно откинулся на мощную грудь, когда смог это сделать. Его талию тут же обхватили свободной рукой сильнее прижимая к груди.       Вэй У Сянь окинул стол с едой голодным взглядом, принимая из рук альфы свои палочки. Он взял тарелку с пресным рисом, начиная его медленно есть. Взгляд был устремлён на блюда именно для него, сильно приправленные специями, но глядя на них возникало сильное желание опустошить свой желудок, поэтому так и не притронувшись к ним, он продолжал есть просто рис.       — Вэй Ин, — зовут со спины.       — Что такое, гэгэ? — омега с улыбкой поворачивается лицом к мужу.       — Ты не ешь, — Ван Цзи смотрит в немного бледное лицо супруга с беспокойством. Вэй Ин никогда не отказывался от еды, тем более если это готовил сам Ван Цзи. — Тебе плохо?       — Нет, со мной всё в порядке, — У Сянь приближается к лицу напротив, мельком целует в губы. — Просто боюсь меня стошнит, если я это попробую.       — Если хочешь, то можешь есть мою. — предлагает альфа, почти уверенный, что ему откажут. Лань Чжань гладит супруга по талии, всё ещё смотря с беспокойством.       Вэй Ин переводит взгляд на соседнюю порцию и действительно тушёная капуста не вызывает отвращения, а наоборот заставляла слюну скапливаться во рту. Он тянется к ней палочками, берёт небольшой кусочек себе в рот. Глаза сразу расширяются и руки повторно тянутся за ещё одним кусочком.       — Гэгэ, с каких пор это так вкусно! — жуя тушёную капусту уже вместе с рисом, искренне удивляется омега.       Ван Цзи облегченно выдыхает, смотря как Вэй Ин уже пробует баклажаны, с удовольствием жуя такую ненавистную раньше еду.       — Вэй Ин, давай сходим к лекарю, — Предлагает альфа. Он решил не оттягивать этот разговор, ведь чем раньше они сходят, тем быстрее узнают, что происходит с Вэй Ином.       — Хм, хорошо, — Легко соглашается У Сянь, продолжая жевать капусту с баклажанами.       — Что? — недоверчиво спрашивает Ван Цзи. По его растерянному лицу сразу становится понятно, что он явно не ожидал такого лёгкого согласился от своего упрямого супруга, который не любил лекарей.       — Гэгэ, я же вижу, что ты очень сильно переживаешь по поводу моего состояния, — он разворачивается на чужих коленях, обхватывает лицо напротив своими ладонями. — Поэтому лучше сходить, чтобы мой дорогой гэгэ перестал обо мне волноваться, — с улыбкой говорит Вэй Ин, прижимаясь своими губами к другим.       Лань Чжань обхватывает тонкую талию, сильнее прижимая к себе с напором отвечая на поцелуй. Он прикусывает нижнюю губу, слышит тихий стон, сразу зализывая место укуса, продолжает с жаждой целовать пухлые губки, уже проникая во внутрь языком.       — Ха, гэгэ... — выдыхает Вэй Ин в губы напротив. — Я люблю тебя.       — Я тоже. — ещё раз целует, но уже в нос, переходя на левую щеку. — Тоже люблю тебя.       У Сянь утыкается носом в шею Ван Цзи, счастливо улыбаясь, чувствует медленные поглаживания на спине.       — Давай сейчас сходим к лекарю, — Лань Чжань целует в висок, решая не откладывать важный поход. — До отбоя ещё есть время.       — Хорошо-хорошо, — Смеясь сказал омега, приподнимаясь на ногах мужа. — Пошли.       Он собирается встать на ноги, но руки на талии не дают этого сделать, а наоборот садят обратно.       — Хаха, гэгэ неужели ты не хочешь меня отпускать, — мурлыча говорит Вэй Ин, закидывая руки на шею Ван Цзи. Он приближает своё лицо к чужому, смотря в нежные глаза супруга.       — Мгм, не хочу, — слабый кивок, а в глазах плещется столько любви, что можно утонуть. — Никогда не отпущу. Мой.       — Л-лань Чжань! — смущенно пискнул У Сянь, пряча руками покрасневшее лицо. — Я же просил тебя предупреждать.       — Люблю смотреть на твою реакцию, — Ван Цзи отнимает чужие руки от лица, смотря на розовые щеки. — Красивый, — Завороженно и совсем тихо выдыхает.       — В-всё, пошли уже! — Вэй Ин быстро отстраняется и поднимается на ноги, сгорая от смущения. Только супруг мог довести его до такого состояния.

***

      Они подходят к домику лекаря держась за руки. Ван Цзи стучится в дверь и открывает еë после громкого «Войдите!», пропускает Вэй Ина вперёд, придерживая для него дверь. За небольшим столом сидел лекарь Лань Сун, выводящий иероглифы на бумаге. Он поднимает взгляд, рассматривая пришедших.       — О, приветствую Господин Лань и Господин Вэй, — лекарь встаёт с места отвешивая приветственный поклон, на что получает изысканный поклон от Ван Цзи и немного неумелый от У Сяня. — Что привело вас сюда?       — Лекарь Сун, можете осмотреть Вэй Ина. Он плохо себя чувствовал в последнее время. — говорит Ван Цзи гладя большим пальцем ладонь мужа, что снова лежала в его руке.       — Конечно. Господин Вэй, заходите за ширму там будет кровать, подождите меня там. — он указывает на ту самую чёрную ширму, переводя своё внимание на Второго Нефрита. — А вы, Господин Лань, можете подождать тут.       — Нет! — слишком резко отвечает Вэй Ин, крепче сжимая чужую ладонь. — Лекарь Сун, можно он будет со мной, пожалуйста?       — Мне без разницы, если хотите то Господин Лань может присутствовать при осмотре.       — Мгм, — Ван Цзи кивает, а ответ крепче сжимая ладонь в своей руке.       Бета уходит за дверь, где предположительно была купальня. В то время как они заходят за ширму и, в ожидании лекаря, сидят на кровати.       — Волнуешься? — заметив нервозность мужа, спросил Ван Цзи.       — Немного, — Вэй Ин поднимает их сцепленные руки, целует костяшки на руках альфы, пытаясь так успокоиться, переключая своё внимание. — Ты же знаешь, что я не люблю лекарей.       — Потерпи немного, — он поворачивает свободной рукой лицо супруга к себе, целует его в лоб.       — Угу, — Вэй У Сянь ярко улыбается, уже представляя как они будут лежать в обнимку в гнëздышке, которое он так старательно делал, когда это всё закончится. Эти мысли придавали ему смелости.       Их идиллию прерывает вернувшийся лекарь.       — Какие у вас жалобы? — лекарь берёт левое запястье омеги в свою руку, щупая пульс.       — У меня дикая усталость, хотя я ничего не делаю. Постоянно хочется спать и в последние дни меня тошнило от любимой еды. — рассказывал Вэй Ин, немного переживая. — Ещё я начал делать гнездо без причины, но такого никогда не было.       — Хм, Господин Вэй, а когда у вас была последняя течка? — лекарь Сун отстраняется, гладя свой подбородок указательным пальцем.       — Почти месяц назад, — вместо омеги отвечает Ван Цзи.       — Ага, у меня есть догадки по поводу причины вашего плохого состояния, но я хочу сначала убедиться в своих выводах.       — Хорошо, — Вэй Ин напрягается слушая слова лекаря, в голове сразу появляются плохие мысли, лишь запах сандала и тёплая ладонь, что держит его руку помогают успокоиться.       — Можете лечь на кровать и снимите верх, мне нужно ощупать ваш живот.       У Сянь выполняет поручение лекаря оголяет свой торс, ложась головой на подушку всё ещё не выпуская руку Ван Цзи, что теперь стоит рядом. Лекарь Сун подходит, прощупывает низ живота с сосредоточенным лицом.       — Вот здесь больно? — он сильнее надавливает в центре низа живота.       — Да, — Вэй Ин напряжённо отвечает на вопрос.       — Хм, всё понятно, — Лекарь отходит от кровати. — Можете одеваться.       — Лекарь Сун, что с ним? — напряжённо спрашивает Ван Цзи, помогая супругу одеться, завязывает красный пояс на тонкой талии мужа.       — Что-ж, могу вас поздравить, — радостно говорит лекарь.       — С чем? — не понимающе спрашивает Вэй Ин. Ему видели те плоха, а их тут поздравляют.       — Господин Вэй, вы беременны, — неожиданно выдаёт лекарь, заставляя замереть супругов на месте, после чего сразу уходит в соседнюю комнату.       — Ч-что? — не веря произносит У Сянь, медленно переводит взгляд на такого же ошарашенного Ван Цзи. — Лань Чжань...       Тот несколько раз медленно моргает, пытаясь переварить услышанную информацию, поворачивается к омеге, сгребая того в свои объятия. Он аккуратно обнимает, будто боится причинить вред, целует в макушку, после зарываясь носом в волосы. Вэй Ин прижимается к телу напротив, обвивая руками чужую талию, утыкается носом в грудь. На глаза набегают слезы, от счастья. Они так давно хотели завести своего ребёнка. Мечтали как будут нянчить свою кроху, ходить на поляну с кроликами и просто лежать все вместе по вечерам. Как будут в четвером ходить на ночные охоты, когда малыш подрастёт. Представляли как Сычжуй будет нянчиться со своим младшим братиком или сестричкой. И вот, наконец то у них получилось! У них будет ребёнок, о котором они так долго мечтали!       — У нас будет малыш, — тихо выдыхает Вэй Ин, пока слезы скатываются по его щекам.       — Малыш, — повторяет Ван Цзи последнее слово супруга, только от этого слова тепло разливается в груди. — Наш.       — Да, гэгэ, — омега отстраняется, замечая стоящии в глазах мужа слезы, обхватывает его лицо руками. — Наш малыш.       Он улыбается ещё ярче, приближается к лицу Ван Цзи и нежно целует, делится своим счастьем. Альфа прижимает худое тело к себе за талию, отвечает на поцелуй. Они целуются медленно, лениво, наслаждаясь этим моментом, будто заново изучают губы друг друга.       — Люблю тебя, — Вэй Ин смотрит в светлые глаза, где плещется столько любви, что можно утонуть.       — Люблю Вэй Ина, — Ван Цзи прислоняется рукой к ещё плоскому животу омеги. — И нашего малыша тоже уже люблю.