Как смириться со слабостью?

После ночных разговоров Кэйа уснул прямо на руках Дилюка и тот отнес его в спальню. Синевласый открыл глаза и осмотрел комнату. "С сегодняшнего дня будет действовать наказание, должно быть на меня оденут повязку" Послышался стук в дверь. — Можно? — спросила девушка прежде чем войти в комнату? Кэйа понял что он сейчас раздевается и не может поаазатьчся теперь даже Рагнвиндру в таком облике, иначе его наказание продлиться на еще более долгий срок. — Я еще не одет! Прошу подождать! — Голубоглазый принялся одевать свой уже приевшийся прикид, только сегодня одежда была сероватая. Также не забыл одеть маску, чтобы не докопались. Через 10 минут он уже открыл дверь, на пороге который была Барбара и рядом стоящий Дилюк. — Здравствуй, Кэйа! Ты великолепно сейчас выглядишь! Но.. Я к тебе сегодня по очень вескому поводу. Вчера ты нарушил один из самых важных запретов, вышел, даже не прикрывшись перед посторонними! Для чего ты показываешь им свою красоту? Они ведь этого не заслуживают! Я сама виню себя за то что тогда узрела эти божественные волосы! Только один Господин Рагнвиндр заслуживает всматриваться в каждый волосок. Так вот, я хотела сразу перейти к делу, — она передала коробочку которую держала в сумочке красноволосому, — это лекарственные препараты которые тебе нужно проставить в течении недели, они нужно для того чтобы никаких последствий после наказания не было, а так де помогут тебе усвоить то, что таких ошибок больше совершать не нужно. Лекарство идёт в порошке, также при пропуске лекарства метка будет загораться и подавать сигнал в церковь, поэтому если будет пропущен прием, то нам придется взять теуна некоторое время на попечительство церкви, где ты пробудешь до конца недели, — тут она развернулась на маленьких каблучках к Дилюку, — а вы, Мастер, возьмите своего омегу в собственные руки! Омеги иногда капризничают, существо у них такое, и чтобы сделать его счастливым по настоящему нужно дать понять что вы его очень сильно любите и бережете! — Да! Конечно! Я сделаю все возможное чтобы осчастливить своего Кэйю и буду помогать ему все соблюдать. Даже не знаю, как так вышло что я не уследил и дал своим горничным узреть моего омегу в полностью беззащитном виде, я постараюсь чтобы такого больше не повторялось! — слегка поклонился Дилюк "признавая свою вину". — Отлично! В таком случае я начну! Я постараюсь оставить хоть немного видности, чтобы вы случайно не пострадали, если ваш альфа отойдет от вас и вам будет необходимо будет сделать что-то, знаю я этих неугомонных омег! — она тут же помогла голубоглазому усадиться на кровать и выпустила пузыри из пальцев, — сейчас широко откройте глаз и смотрите прямо, первое время будет немного щипать, но после ничего болеть не будет, и еще уверяю вас! Зрение станет даже лучше чем было! Я бы даже не назвала это наказание если честно, — два маленьких пузырика попали в глаз и тут же глаз немного защипало. — Господин Кэйа, можно у Вас спросить? Для чего вы прикрываете второй глаз? Мне необходимо пустить пузырь и в него, потому что глаз присутствует и не слеп. После этих слов Альбериха пробовала легкая дрожь. — Извините.. Но я не могу этого сделать. Мне неприятно взирать на второй глаз. — Альберих прикрыл оба глаза рукой, от того что ослепленный все еще не проходил. — Мы оба закроем глаза, так что не переживайте, все будет полностью конфиденциально, — тут же закрыла глаза Барбара, что сделал и Дилюк. — Черт.. Ладно.. Он снял марлевую повязку и открыл второй глаз. Он был желтого цвета со сдавшимся от яркого света зрачком, веко и нижнюю часть слегка рассекал шрам, полученный еще в ту самую роковую ночь. Пузырь попал и во второй глаз и Марлю которая закрывала глаз, теперь полностью прикрывала лицо. — Вот и все! На все уйдет буквально три дня, а после от 10 до 20 дней зрение будет становится все лучше и лучше! Теперь я думаю что мне пора идти, — она пошла к выходу из комнаты, параллельно видя как Диоюк тут же подбегает к Кэйе и прижимает к себе. — До свидания мои милые! — Барбара уходит в сопровождении двух горничных. — Прошу оставить нас наедине, — бормочет Рагнвиндер Аделинде, что стояла в проходе. — хорошо, пойду приготовлю завтрак, — она грустно посмотрела на взволнованного Дилюка и безжизненного Кэйю и ушла вниз, закрыв за собой дверь в спальню. — Как ты? — спросил красноволосый, гладя любимого за спину. — Все в порядке... Я боюсь что сейчас даже не смогу увидеть твоего лица.. Они лишили меня всего.. — Отдохни и ее думай еи о чем, тебе нужно отдохнуть, — Дилюк положил бывшего капитана на кровать не став укрывать. Он закрыл глаза и стянул верхнюю часть балахона и верёвочка с шапочкой. — как будешь готов открой дверь и позови меня, я тебе помогу, хорошо? — Ага..