Я просто хочу поразвлечься

      Удар по голове. Темнота…       Уилл пытается открыть глаза и вроде как удается. Хотелось сказать хоть какое-то слово, но было бесполезно — кто-то заклеил рот скотчем. Сонливость стала отступать. Следующим действием было пошевелить конечностями, но и тут мимо — они чем-то скованы. А еще он понял, что находится в лежачем положении. Сонливость отступила, и стала наступать паника. Так как было еще в неизвестной комнате темно, паника только усиливалась. Мужчина мог максимум мычать из-за заклеенного рта, чтобы как-то привлечь к себе внимание. Как обычно бывает — оставляют жертву в темной комнате и выжидают, когда та очнется. Уилл ожидал что-то подобное. И не зря. Включился свет и Уилл зажмурил глаза. — О, наконец-то мой любимый очнулся, — прозвучал до боли знакомый голос, который выделил слово «любимый» как-то особенно, как будто Уилл действительно значил для него как нечто большее.       Уилл сразу по голосу понял, что это Льюис. Черт подери, можно было и догадаться. Но в то же время, все было в порядке. У них были нормальные дружеские отношения, могли встретиться, поболтать. Блондин мог в очередной раз все спихнуть на Глитчтрапа. Только вот проблема, рот все еще заклеен. Он замычал чуть громче, и Льюис подошел к нему. На лице парня была слабая улыбка, в глазах виднелась некая нежность и забота. И с этим лицом он резко отрывает наклеенный скотч со рта Уилла. Тот аж вскрикнул от боли. — Ай! Блять, Льюис, какого хуя здесь происходит?! Где я черт подери?! — посыпался поток разных вопросов от блондина, который еще и голову задрал, чтобы лучше видеть лицо, возможно будущего своего мучителя. Уилл представить боялся, что с ним будет, как только выберется отсюда. Но с психикой можно будет попрощаться раз и навсегда. И тогда он точно станет уязвимым для долбанного Глюка. — Это очередные проделки Глитчтрапа?       Льюис смотрел на него практически с тем же лицом, только нежность с глаз вся пропала и осталось в его взгляде ничего, кроме пустоты. Но улыбаться он не перестал. — Нет, он здесь ни причем. Просто скажу, что за время сколько он во мне был, я перенял часть его безумия. Так что, то что я делаю — исключительно мои действия. — Погоди, но я же тоже его последователь, хоть и не по собственному желанию, но все же. Неужели он даст тебе меня убить?       Льюис перестал улыбаться, удивленно глядя на Уилла. — Убить? Я не хочу тебя убивать… — он сделал паузу на пару секунд и быстро глянул в другой конец комнаты, где стоял еще один стол. Стол с предметами, которые ему сегодня пригодятся. — Я просто хочу с тобой поразвлечься.       Уилл уже напрягся по полной программе и волнительно спросил: — В каком плане, поразвлечься? — Ты не глупый, Уильям, — Льюис стал успокаивающе гладить блондина по голове своей ладонью руки. — Но так и быть, подскажу, — он наклонился к уху Уилла и томным голосом прошептал. — Конечно же в сексуальном.       От такого тона голоса или возможно даже ответа, у Уилла прошла быстрая волна мурашек. Он задышал чуть чаще. — Н-но, разве нельзя было просто сказать, мол, «Уилл, я хочу с тобой секса», и я бы возможно даже согласился. К чему все эти столы, оковы… и тот гребанный стол со скальпелями и прочими вещами?       Льюис отошел от Уилла как раз к тому столу на середине его речи, и дослушав ее, он взял в руки первый попавшийся скальпель и приподняв этот инструмент, чтобы Уилл его видел, усмехнулся. — Хах, Уилл… Для меня это был бы самый наискучнейший вариант из всех, которые только могут существовать. — Блять, Льюис… Просто возьми, трахни меня там по-быстрому и разойдемся. Давай обойдемся без этих твоих фетишей, которых ты понабрался от Глюка, — в голосе Уилла звучала уже мольба, чтобы его «друг» сделал все по-быстрому, и чтобы забыть об этом как страшный сон. — Ты сейчас находишься в моих руках. И учитывая твое положение, я бы рекомендовал не диктовать мне условия. В этой комнате будет совершаться только то, что пожелаю я.       Уилл, услышав такой ответ, с громким стуком об железный стол уронил голову. Он прекрасно понимал, что будет сейчас страдать, параллельно как-то получая еще какие-то удовольствия от процесса. Но он не уверен, как много он получит этого удовольствия. С его стороны послышались всхлипы, отчего Льюис, бросив скальпель на стол, который держал ранее держал в руках, и рывком подошел к Уиллу, надев маску «заботы». — Льюис, прошу, не надо… Отпусти меня, пожалуйста… Я психически не выдержу твоих действий, пойми ты это…       Уиллу показалось, что на лице Льюиса что-то дрогнуло. Что-то вроде сомнения в будущих действиях. Льюис отвернулся от него и молча вновь подошел к столу с инструментами. У него действительно промелькнула мысль, что соверши он что сейчас желает — потеряет прежнего Уилла навсегда. И никакие уже психологи не помогут. Но только вот Льюис глубоко вздохнул и выбросил эти мысли прочь. Если сожалеть о содеянном — то позже. Сейчас же, раз он словил, сковал Уилла и осталось только начать процесс — Льюис его начнет. Взяв за края стол, он покатил его в сторону Уилла. — Льюис, не надо! — Уилл начал истерить и активно брыкаться на этом столе. Из глаз полились слезы. — Заткнись, — неожиданно холодно отрезал парень. — Я не хочу колоть тебе успокоительное, поэтому, будь хорошим мальчиком — терпи молча, либо потише.       Только вот Уилл и не думал успокаиваться. Он хотел сломать эти оковы, хотел сбежать куда-нибудь, но главное подальше от этого места и от Льюиса. Но сил Уилла не хватало, чтобы это сделать. Льюис же молча наблюдал за ним некоторое время. И он, понимая, что тот не планирует успокаиваться в ближайшее время, подошел к Уиллу ближе и приподняв его голову за затылок, поцеловал его. Он сразу перестал брыкаться и замерев в одном положении, с широко открытыми глазами смотрел на Льюиса. Льюис же уже хозяйничал в его рту, как будто давно целовался с ним. Брюнет конечно не думал дожидаться ответа от него. Он взял со стола небольшой скальпель, и преподнес его к лицу Уилла.       Уилл увидев инструмент около себя, заметно напрягся и Льюис это почувствовал. Углубив поцелуй и сильнее надавив на затылок, он постарался отвлечь внимание Уилла, и ему это удалось. Вместе с этим отвлечением, Льюис сделал легкий и быстрый длинный порез от виска до подбородка. Уилл почувствовав эту боль, мог лишь промычать своему мучителю в губы.       Льюис отлипает от Уилла, в желании посмотреть на сделанный им порез. Не слишком глубоко и не грубо. Выглядит аккуратно по его мнению. Уилл же пустил новую порцию слез, но на это уже не обращалось никакого внимания. Льюис глянул на одежду Уилла, и понял, что кажется пришла пора от нее избавиться.       Положив скальпель на место, он взял нож побольше. Уилл округлил глаза сильнее, моля, — Льюис, умоляю, остановись… — но тому будто уши закрыли и взяв край футболки, начал ее разрезать. Подрезав там, где надо, он схватил остатки несчастной футболки и бросил их куда-то в сторону. Тоже самое было проделано со штанами и трусами. В итоге Уилл был обнажен, и он сразу почуял прохладу в этом подвале. Он закрыл глаза, не в состоянии смотреть что будет с его телом дальше. — Ах, это тело… Как чистый холст… Еще никем не тронутое… — Ты безумец, Льюис. — Возможно. Я не отрицаю этого, — он улыбнулся вновь и начал гладить его торс легкими движениями ладони. Отложив нож в сторону и взяв в руки тот же скальпель, приподнял его над телом Уилла, думая, где сделать первый порез. И решил он начать с точки, где находилась ключица. Настолько Льюис знал, там довольно-таки тонкий и нежный участок кожи. Опустив лезвие на кожу, надавил. Уилл прикусил нижнюю губу, стараясь придавить болезненные стоны. Льюис конечно же это заметил. — Ох, не стоит так себя сдерживать. Учитывая, что будет потом, боюсь ты будешь только орать… — И начал вести лезвием по коже доходя до бедра. Уилл помимо того, что терпел данную боль, еще и дыхание задержал, боясь, что вдохами только ухудшит ситуацию и сильнее пустит кровь из этой раны.       Льюис поднял скальпель, не доводя его ниже. Отойдя на шаг назад, он осмотрел данный порез и будучи доволен им, начал думать, что можно придумать дальше. И в его голову пришла идея, выцарапать имя Уилла на его руке. Подойдя по левую сторону, он развернул руку боком, но Уилл быстро перевернул ее обратно, пытаясь прижать ее к столу. Льюис молча взглянул на него с не самым довольным лицом, так как вновь видел сопротивление. А во взгляде Уилла виднелась все та же мольба прекратить все это. Льюис опустил взгляд обратно на руку, резко повернул ее как ему надо и с силой зафиксировал ее. Блондин пытался ее повернуть обратно, но не мог.       Льюис, удерживая руку, вновь приложил лезвие к коже, аккуратно и не сильно надавливая на нее, выцарапывал буквы имени своего пленника. Первой была буква «W». Потом «I». Уилл понял, что делает Льюис. И пока тот выцарапывал аккуратно букву «L», Уилл резко перевернул руку, тем самым испортив надпись и сильнее нанеся себе ущерб, так как лезвие сильно углубилось в кожу. — Да твою же налево, Уилл! Какого хрена ты только что сделал?! — Льюис сразу вспыхнул на него, быстро вытаскивая лезвие, и сильно прижал рану своей ладонью, чтобы притупить кровь. И вот незадача, стол с инструментами находился по правую сторону, а он находился по левую. — Постарайся не двигаться, я сейчас что-нибудь найду, чем прибить рану. — Да боже, я тебя не понимаю! Ты причиняешь мне боль, и в то же время пытаешься как-то мне угодить, стараясь не доставлять лишний дискомфорт. — Не хочешь подобных привилегий? Хорошо, я тебя услышал. — Я хочу, чтобы ты уже прекратил все это!       Только вот эти последние слова, Льюис будто бы и не услышал. Разжав левую ладонь Уилла, Льюис со всей силы вонзил в центр ладони скальпель. Блондин заорал от резкой боли. Вытащив лезвие, он сделал еще один удар, углубляя рану. Тоже самое он сделал и с правой рукой. Небрежно бросил скальпель на стол, Льюис взял два гвоздя и молоток. Уилл глядя на все это, громко сглатывает накопившуюся слюну и продолжает рыдать от периодической боли.       Льюис прикладывает кончик гвоздя к ранее сделанной ране, и молотком, несильными ударами, начинает вдалбливать его в ладонь. Боль стала еще сильнее, и крики Уилла стали громче. Прибив первый гвоздь, он обходит стол и приложив второй гвоздь к другой руке, проделывает те же действия.       Закончив вдалбливать гвозди, Уилл учащенно дышит, не зная куда себя деть. Ему уже не хочется куда-то сбегать. Ему хочется сдохнуть. Он не хочет помнить все это, если Льюис оставит его в живых. Потому что, глядя на текущие раны, а в будущем шрамы, он впадет в депрессию. До конца своей жизни.       Льюис тем временем становится на корточки, осматривая какой-то прибор. Он достает оттуда что-то по типу проволоки, и вытягивая ее на возможную длину, начинает обматывать вокруг этих гвоздей. Уилл задрав голову и опустив взгляд к этому прибору, видит букву «V». Понимая, что сейчас будет, начинает нести всякий бред, в надежде, что Льюис все-таки остановится. — Льюис, что угодно, но только не это! Прошу, умоляю тебя… Я уже могу смириться с этими блядскими порезами, но я не хочу испытывать на себе электрический ток. — Я не собираюсь ставить все 220 вольт. Я не настолько псих, ты мне еще живым нужен.       И вновь опускаясь к прибору, ставит показатель на 110 вольт. Как ни крути, все равно будет не очень приятно. И собираясь уже включить его, в очередной раз слышит просьбу не делать этого. Вздохнув, Льюис все же щелкает переключателем на приборе. Он оставит его так на секунды 5-10, поглядывая на состояние Уилла. Но заметив уже на пятой секунде, что ситуация вряд ли останется такой же, выключает прибор.       Уилл теперь дышит реже и рвано. И не говорит абсолютно ничего. Ему не хочется ничего говорить. Просьбы и мольбы прекратить все это уже бесполезны. Хуже уже вряд ли что-либо будет. Пока не менее, он так думал.       Льюис, поднявшись во весь рост, стал открывать оковы, сдерживающие конечности Уилла. И «освободив» его, он поднял его на руки и опустил на пол. Вернее, даже бросил, хоть и на небольшой высоте. Льюис принялся снимать с себя рубашку, которая уже была в крови Уилла, хотя в его планах не было хоть как-то пачкаться. Бросив ее на стол, принялся снимать брюки. Но снимать полностью их не стал, лишь приспустив их.       Опустившись к Уиллу, он приподнял его тело за талию и прижал его к себе, удерживая одной рукой. Другой рукой он повернул голову Уилла в сторону, чтобы его шея была более открытой для него. Он сначала оставил на ней легкий поцелуй. Но потом решил оставить метку в виде засоса, и на худой конец укусил его. Укус был сильным, так как кожа была прокусана, и из ранок пошла теплая кровь, которую Льюис благополучно слизал. Уилл лишь тихо простонал.       Закончив с шеей, Льюис опустил глаза вниз. Слегка раздвинув ноги Уилла, он резко вошел в него во всю длину. Послышался болезненный стон чуть громче. Движения были резкими и грубыми, отчего Уилл не получал никакого удовольствия. Лишь боль. Удовольствие получал Льюис, который еще и иногда рычал в ухо блондину. Вся эта пытка продолжалась до тех пор, пока Льюис не кончил в него. Льюис вышел из Уилла и небрежно бросил на пол как использованную игрушку, а сам встал и натянув трусы с брюками обратно. Заодно и надел обратно и рубашку.       Льюис мог быть мягче с ним, но слова, которые Уилл когда-то говорил ранее, сыграли свою роль. Он посмотрел на блондина, но тот особо не шевелился. Максимум что было видно — слабое дыхание. Льюис, недовольно вздохнув, решил поднять Уилла обратно на этот же стол, но сковывать не собирался. Положив измученное тело на холодную поверхность, он просто молча глядел на него, осматривал. Он явно хотел оставить больше ран, больше порезов, но все-таки можно посчитать, что Льюис его пожалел. Но тело все выглядело не очень. — Убей… Меня… — слабо сказал Уилл, потеряв волю к жизни с таким-то телом. — Извини, но нет.