𝐜𝐡𝐨𝐨𝐬𝐞 𝐲𝐨𝐮𝐫 𝐥𝐨𝐯𝐞

[ɪ ᴅɪᴅɴ'ᴛ ꜰᴀʟʟ ɪɴ ʟᴏᴠᴇ ᴡɪᴛʜ ʏᴏᴜʀ sᴍᴇʟʟ, sᴇx ᴏʀ ʟᴏᴏᴋs]

— Закрой ебальник наконец и укати свои яйца куда-то в ад. Малыш, как тебе идея, а? — звучит устало. Очень устало. Звонок обрывается, как только Чона замечают. — Эм, — Чонгук неловко краснеет ушами. В его окружении никто так грязно не разговаривает, поэтому и смысл слов долго доходит. — Прошу прощения, но я, кажется, не вовремя? Он осторожно на диван садится, столик перед собой рассматривая. Его ждали — ещё горячая чашка кофе так к себе и манит. Чонгук же только с улицы, где с самого утра дождит. Прохладно, влажно и совсем неуютно. В кабинете Ким Тэхёна не лучше, но хоть тепло. И да, кофе — приятный бонус, согласитесь. — Вы всегда не вовремя, Чон Чонгук, — хмурится мужчина, в ладонях лицо пряча. Он в своём кабинете наверняка ночует, без перерывов работая. Во благо своей группировки, а не отца компании, что Тэхёном даже не унаследуется, ведь семья Ким до сих пор живёт в общества рамках. Чонгук Ким Тэхёна не понимает. Но их отношениям понимание и не нужно. Тот выбрал путь бандита, наплевав на семью, светского мира требования и ожидания. А Чон просто приказ семьи Ким исполняет. Имеет ли он выбор? Маловероятно. Но он и не жалуется. — Я подобрал Вам ещё несколько кандидатов, — вытягивает Чон из рюкзака десять папок. Он у него розовый с милыми брелоками котят. Тэхён недовольно вздыхает. Как же ты меня заебал — мысленно, но Чон слышит. Чонгук уверен, что его всем арсеналом фраз виртуозных каждый раз матерят. Но что он может поделать — такова у него уж работа. Приказали купить для Господина Ким мороженое самое вкусное — купил. Приказали научить Главу семейства Ким танцевать — научил. Приказали найти Ким Тэхёну человека подходящего — найдёт. Да, пока ещё ни один вариант не подошёл, но всё-таки прогресс на лицо, ведь последние три раза его даже не выгнали. Сегодня четвёртый. Чонгук надеется, что всё пройдёт где-то между «да сколько, блять, можно, Чон Чонгук» и «просто скажите мне, с кем мне пойти на это ебанное свидание, и я пойду, хорошо?». Но Тэхён просто молчит. У Чонгука на коленях лежит, утыкаясь лбом в его живот мягкий. А сам Чон медленно читает анкету некого мистера Пака. Вслух. Пальцами Ким Тэхёна мягкие прядки перебирает, размышляя о том, как приятно пахнут волосы этого мужчины грязноротого. Какими-то травами? Что-то такое. Едва горькое послевкусие с незаметной сладостью на языка кончике. В кабинете слышны только настенные часы. И сопение. Чонгук не смог поймать тот момент, когда Ким Тэхён просто отрубился, заставляя Чона лишь удивлённо глотать тёплый воздух. Это так странно осознавать. То, что на Чонгука коленях лежит главарь сеульской мафии, а он даже не боится. Нет, он кончиками пальцев нежно по коже фарфоровой проводит, минуткой слабости наслаждаясь. — Папа всегда говорил, — не открывает глаз своих чёрных, но рукой прохладной ладонь Чонгука тёплую обратно к щеке возвращает. Почти что мурчит. — что я, красивый омега, должен найти себе сильного и привлекательного альфу. Звучит так спокойно. Будто Ким Тэхён и правда смирился, что он лишь просто красивый омега, в жизни которого цель тоже только одна — выйти замуж и родить детей. Чонгука всегда будут злить эти чёртовы стереотипы. Разве вторичный пол хоть как-то связан с личностью человека? Даже кандидатов он выбирает самых разных, ориентируясь на совместные интересы и взгляды на жизнь. Поэтому он тайно восхищается Ким Тэхёна внутренней силой. Мужчина пошёл против всех и продолжает бороться с большинства мышлением узким, отстаивая свои принципы. Он чёртов мафиози, да. Чонгук в принципе до сих пор удивлён, что Ким Тэхён не убил его, как только увидел. Всё же он работает на семью Ким и… не слишком ли сам факт того, что тебе партнёра чужой человек найти пытается? — Но что поделать, — открывает Тэхён глаза, улыбаясь губ уголками. Они у него в помаде красной. Интересно, а какова она на вкус? Чонгука щеки пунцовеют от одной только мысли о… — простите, сильные и привлекательные альфы, но мне тоже нравятся красивые омеги. И к себе за шею Чонгука притянул, в красную щеку, что горит, целуя. Заставляя мысленно материться теперь уж Чона. Он даже и близко не предполагал кандидатом в списке бесконечном «для Ким Тэхёна» стать. Но стал. — Мой сынок кого-то наконец выбрал? — удивляется Тэхёна отец. Он как раз подписывал документ какой-то, весь в работе, как и его чадо. — Да, сэр, — кивает. Неловко галстук поправляет, что сегодня утром младший Ким завязывал, пока Чонгука кожу спины узорами любви покрывал. — И кто же этот «особенный»? — на последнем слове глава семьи усмехается, от бумаг отрываясь. — Вот, — протягивает анкету собственную, наблюдая за тем, какими большими у Кима старшего глаза становятся. — Чон Чонгук? — не верит. — Чон Чонгук, — пытается не краснеть. — У тебя есть близнец с таким же именем? — с надеждой. — Сомневаюсь, — теперь уже Чон удивляется. Всякое бывает, но близнец? Серьёзно? — Ты альфа? Бета? — звучит отчаянно. — Нет и нет, сэр, — уверенно. — Я омега. — Омега? — повторяет как-то растерянно. У мужчины по лицу видно, что стресс. Он из тех, что никак не поймёт — мир меняется. А вместе с миром и люди. — Омега, — у Чонгука ещё много дел. И к Тэхёну заехать надо. У них ведь сложные отношения. Один — мафиози, второй — дворецкий в доме Ким. А ужин готовить опять очередь Чонгука. Что за несправедливость! — И чем же ты ему понравился? — спрашивает. Обречённо как-то, потому что понимает, что нет у него на сына влияния. Но чувствуется, что мужчине интересно. — Ему нравится меня целовать, — невозмутимо, к сожалению, не получается, и Чонгук всё-таки улыбается. Но он ведь и не врет.

[ɪ'ᴍ ɪɴ ʟᴏᴠᴇ ᴡɪᴛʜ ʏᴏᴜʀ ᴘᴇʀsᴏɴᴀʟɪᴛʏ. ɪᴛ's sᴏ ʙᴇᴀᴜᴛɪꜰᴜʟ, ʏᴏᴜ ᴋɴᴏᴡ?]