Как же здесь всë круто!

      "Ещë совсем-совсем немного, подрисовать нижние реснички..." Втайне от родителей, крайне консервативных и скованных стереотипами о том, чем должен заниматься мужчина, Вольфганг делал роскошных фарфоровых кукол. Платья и волосы помогала делать ему тëтушка-швея, тоже втайне, а вот к созданию тела и росписи лица он не подпускал абсолютно никого — ему хотелось выразить исключительно свои чувства, скрытые переживания в теле и личике куколки. Этого он достигал, несколько меняя анатомию и практикуя разные техники макияжа на лицах его творений.       Нынешний проект нашего юного мастера назывался "Дейзи" — нежная, очаровательная бледнолицая блондинка с короткими вьющимися волосами и большими зелëными глазками, которые были обрамлены лишь тушью. По телосложению Вольфганг еë сделал слегка пухленькой, чтобы она больше походила на ангелочка с картин в их гостиной, на которые он любил смотреть, когда ему особенно тяжко подавлять в себе эмоции. — Готово! — радостно прошептал творец, и, тихонько опуская руки, уснул прямо в кресле, забыв спрятать материалы и саму куклу.       Что-то, похожее на пальцы в перчатке, начало щупать Вольфганга за щëки. От страха того, что это могла быть его мама, он вскочил и лихорадочно, ещë даже не проснувшись, начал запихивать материалы в потайной мини-погреб под своим рабочим столом. Лишь после того, как все материалы были убраны, он обратил внимание на ту, кто его и разбудил. Это была его Дейзи, только уже не в габаритах куколки, а... маленькой девочки! От шока бывшая кукла раскрыла рот широко-широко, будто бы готовилась страшно закричать от удивления и страха. Вольфганг на автомате закрыл ей рот, который постепенно кривился в улыбку, и прозвучал приглушенный ладонью радостный девчачий писк. — Как же здесь всë круто! — завизжала Дейзи, как только Вольфганг убрал свою руку с еë рта. — Тише, пожалуйста, сейчас меня родители убьют! — обеспокоенно шептал мальчик. Кукла поняла, и уже приглушив свой тоненький голосок, принялась задавать тонну таких желанных вопросов. — А здесь всë по-настоящему, не из пластика? Большое? И пальцы разгибаются?! — Аа... Ну... Да, настоящее, это же всë-таки планета Земля! Всë в пределах нормы для среднестатистического гражданина. Пальцы у нас разгибаются, так распорядилась матушка эволюция — сумбурно тараторил Вольфганг, неосознанно начиная умничать, словно пытался выделиться знаниями перед младшей сестрëнкой, которая ещë только в пятом классе, а он уже в восьмом. — Ого... А ты, наверное, мой принц? Так давно мечтаю встретить принца! — радостно продолжила Дейзи, оббегая всю комнату еë создателя, энергично шевеля пальчиками и трогая все элементы интерьера подряд. — Ну, слушай, я твой создатель, чего уж там до принца — я весь чумазый, зажатый, с уставшими глазами... Принцы совсем по-другому выглядят ведь. Была б у меня семья другая, может я и стал бы совсем как принц — грустно ответил Вольфганг. — Ну ты и завернул! Принцы в сказках красивые, я не спорю, но есть же в них красота внутри! Вот еë главное заиметь, а остальное... Дело времени и пары коробок с красками — возмутилась кукла, подходя к юному творцу. Это высказывание вызвало у Вольфганга замешательство — первый день в человеческой оболочке и уже философствует! Да и про сказки знает... — А ты откуда знаешь? В наши времена будь ты красив и богат, то всем сойдëшь, главное ещë уметь тенью стать за руководством — спросил мальчик, подняв одну бровь. — А вот могу — и знаю! Не зря же у меня и ушки слеплены, всë же не зря я слушала всë, что ты во время процесса создания говорил! — парировала Дейзи. Она подошла к Вольфгангу, тихонько улыбнулась и ласково потискала его за щечку. Пока юноша находился в шоке и мог лишь мычать с определенной интонацией, кукла задала странный вопрос. — Давай сбежим? Я знаю одно место, где твоей душе станет гораздо лучше — и протянула аккуратную фарфоровую руку. — Гх... Погоди немного, мне нужно подумать. Иначе на эмоциях я такое ляпну, что сделаю ещë хуже — тяжело ответил Вольфганг и упал без сознания.