Фанатизм или что-то большее?

— Это что ещё за чмо? — хрипло протянул Бакуго в микрофон низким голосом. На экране мелькнуло видео какого-то комика: тот активно жестикулировал и что-то увлечённо рассказывал своей аудитории. — Что там? — раздался голос ещё одного стримера, с которым Кацуки общался по  дискорду. — И вот, знаете, она до сих пор этим опилирует: «ну он же молочный зуб был». А, ну да, ты тогда очень помогла! — раздался смех стендап-зрителей. — Я так сидел, условно, над столом, книжку читать учился, типа а-о-а, вплотную лицом к ребру стола сидел. Она вот так сзади подходит, плюёт в кулак и — бабах! И я об стол. Комик неловко посмеялся. — Весь в крови, а ещё, знаете что, типа зуб выпал, крови хоть валом, и я смотрю на неё, — парень сделал паузу, показывая, как это выглядело, — ни капли растерянности в её глазах, вот ни капли! Смех и аплодисменты раздались эхом в большой студии. — "Быстро в ванну", и я потопал. На мгновение из Кацуки вырвался едва заметный смешок, точнее — скорее оскал. Лицо его мгновенно изменилось, он сменил позу и, с явной интригой, приблизился к монитору. — Так это… Деку? — стример пытался читать чат, где сообщения с каждым моментом сыпались всё быстрее и быстрее, пока видео с комиком шло на экране. Прочитать всё было просто невозможно: текста было слишком много. Бакуго завис на месте, пытаясь успеть уловить хоть малую часть этой информации о «чудике», глаза блестели от любопытства и едва сдерживаемого интереса. Тут же резко с характерным звуком раздался донат, светящийся на экране монитора. -minaqq- "Охх, Дино-токсик! Только попробуй хоть как-то обидеть моего комика Деку!" — Ха, ты даже не представляешь… — ухмылка не сходила с его лица, а в чате все уже взрывались ожиданием настоящей жести. Это было неудивительно. Динамит всегда был прямолинейным до крайности. Его конфликты, ссоры, оскорбления — аудитория просто обожала это смотреть. Но вот что важно: Бакуго почти никогда не делал этого ради хайпа. Все эти сцены, даже если они случались часто, не были рассчитаны на внимание. Почти 3,6 миллиона фолловеров сами знали, что он такой — настоящий, без фальши. Он любил быть в центре внимания, но не так. Не через тупую драму или хайповые скандалы. Хоть его и называли мудаком, ему было всё равно. То, что он говорил или обсуждал о других — свои мысли, правду, как он её видел — для него это было естественно. И зрители это чувствовали. В том, что он говорит именно то, что думает, а не льстит всем, нет ничего сверхъестественного, — как однажды выразился он. Пару раз клацнув по клавиатуре, он нашёл аккаунт Изуку Мидории с почти двумя миллионами подписчиков. С интересом заглянув в его профиль, он перешёл в раздел хэштегов и открыл первое попавшееся видео. — Мама говорит: ты что, куришь? — я говорю: нет. А она не отстаёт: ты куришь, ты куришь. Я говорю: нет. Но у сигареты есть такое свойство, что когда ты кладёшь её за ухо… — он медленно положил палец за ухо, оттергивая свои отросшие тёмные кудряшки. — То ты перестаёшь её чувствовать через полчаса, час. И я стою такой с сигаретой за ухо и говорю: мам, честно говоря, меня раздражает твоё недоверие… — зал взорвался хохотом, раздались аплодисменты, комики рядом едва сдерживали смех, как и он сам, — Ес-если хочешь, сдай меня в детдом, либо мы в одной лодочке плывём. И вот мама берёт сигарету и достаёт её сама. Я смотрю и говорю: ты фокусница! Стример немного откинулся назад на игровом кресле, стараясь скрыть лёгкое хихиканье. Донаты сыпались один за другим, но его внимание было уже не на них — он наткнулся на что-то интригующее, что пробудило азарт. Всегда критиковавший всё вокруг, он вдруг ощутил щекочущее предвкушение: наконец-то появился контент, который мог его по-настоящему зацепить. И в этом моменте начала чего-то нового и неизвестного, улыбка невольно скользнула по лицу стримера.

***

— Бля, мозги не ебите, — Кацуки настраивал камеру, одновременно скользя взглядом по чату. Сегодня был юбилей его канала, и «взрывной чувак», как его называли фанаты, решил особо не заморачиваться: устроить уютный вечерний стрим, просто болтать с аудиторией и отвечать на вопросы. Прошло полчаса, но чат всё ещё не давал ему расслабиться — очередной вопрос снова про Мидорию Изуку. Люди требовали, чтобы он посмотрел новое шоу с Деку, а сообщения сыпались так быстро, что экран казался готовым взорваться. Кацуки лишь скривился, сдерживая смешок и готовясь к новой волне буйства фанатов. Он откинулся назад на игровом кресле, надел светящиеся наушники и, поправляя свои вечно лезущие во все стороны волосы, улыбнулся сквозь лёгкое раздражение. — Сказал же, сегодня домашний стрим, — Бакуго с выдохом развалился на кресле. За все эти месяцы в его жизни Деку появлялся слишком часто, и на каждом стриме как-то упоминался. Смотреть каждое его интервью, каждое шоу, куда бы он ни попадал, короткие видео о нём — всё это стало неотъемлемой частью стримов Кацуки. Он ржал как не в себя от его не самых смешных шуток, внимательно слушал рассказы о его жизни, а месяц назад даже заказал мерч. Это давно перестало быть просто фанатизмом — это было нечто большее. Точно большее. На стримах он часто сдерживался, чтобы не перематывать моменты, где Изуку попадал в крупный план, потому что у него внезапно возникало желание пересчитать все его веснушки. Он не мог точно вспомнить, когда всё это началось, — казалось, будто так было всегда. Куда бы он ни заходил, эта зелёная макушка встречалась ему повсюду — в ленте соцсетей, в поисковике, даже в собственной галерее. Однажды Киришима даже подарил ему на стриме большую картонную дакимакуру с Деку. Кацуки тогда чуть не отдубасил его прямо на глазах у зрителей, и это было чертовски весело. Тем не менее с тех пор картонный Мидория стоял на фоне всех стримов почти месяц. Аудитория заражалась этим увлечением, росла, и то, что сначала казалось хайпом или попыткой привлечь внимание насчёт Мидории, постепенно утратило всякое значение. Каждый фолловер мог видеть, как у Кацуки горят глаза, как он улыбается до ушей, видя очередную публикацию Изуку. Зрители видели в нем самого искреннего фаната, что забавляло их. Но Кацуки... Кацуки был влюблён. Сильно, безумно, глупо. Он сам отчасти не понимал, во что ввязался. Влюбиться в популярного человека, который, возможно, даже не подозревает о твоём существовании, — это казалось невозможным. И это злило его. Он думал о том, что Изуку может уже быть в отношениях, может даже иметь семью, ведь не станет же он делиться личной жизнью в каждой камере. Эта тайна мучила его. Он мечтал увидеть его в реальности, провести пальцами по мягким волосам, пересчитать веснушки, поговорить по душам. Этого бы ему хватило. Но шансов на это почти не было. Он уже делал столько попыток — коллаборации, сообщения в директ, любые возможные контакты. Всё безрезультатно. Из глубокой задумчивости его вывел один донат, ярко мигающий на экране компьютера. -kaminaripokemon- "Кацукацу, посмотри-ка, Деку в прямом эфирее~~ (ссылка удалена)" Стример нахмурился, негодование было явно заметно, но донат точно притянул его внимание. Он мгновенно схватил мышку и направил курсор на ссылку. — Чё это там… — пробурчал Бакуго, стараясь показать себя незаинтересованным, пока видео загружалось. Он мельком посмотрел на чат, где зрители ликовали и хвалили автора доната. Ладони у Кацуки сразу вспотели — он был в замешательстве, но проигнорировать эфир очевидно не смог. — Да-да-да, меня в детстве жутко дразнили из-за имени. Типа моё имя означало Деку — «бесполезный», и я от этого просто бесился. — Комик был одет открыто: в чёрную майку и зелёные шорты. Он откинулся на диван и бросил взгляд на руку. — И вот однажды я пришёл домой, опять жалуясь на одноклассников, и рассказал об этом отцу. Он был очень строгий и жуткий человек, служил на военной базе, поэтому дома его часто не было. — Изуку почесал нос, — И мы целый вечер сидели и придумывали дразнилки для одноклассников. — Из зала послышались смешки. — На следующий день прихожу в школу, а там мальчик кричит: Деку, бесполезный! И я сказал: Тори, у тебя мама шлюха! — Весь зал взорвался смехом, как и сам Изуку. — До сих пор вспоминаю, как мне тогда попалось, ха… — Изуку стер с глаз мелкие слезинки от смеха. Бакуго тоже не сдержался и хохотнул — редко услышишь от него матерные слова. В этом и была вся изюминка: мат в идеальный момент звучал как настоящий праздник для ушей. — Аж предоставить это страшно, — улыбнулась интервьюерша. — Теперь ещё один вопрос. Ты, должно быть, в курсе, что в последнее время твоё имя часто мелькает у стримеров, даже у миллионников, Динамит, например. Как ты к этому относишься? Сердце Кацуки мгновенно замерло, холодные капельки пота скользнули по лбу. Весь зал и чат словно замерли вместе с ним, ожидая ответа. Его красные глаза округлились, зрачки сжались до крошечных пуговиц. Он ощутил, как внутри поднимается странное волнение — смесь волнения, неловкости и предчувствия, что сейчас всё внимание направлено только на него. — Ха-ха… знаешь, я обычно стараюсь не обращать на это внимания, никогда особо не задумывался, — по лицу Кацуки пробежала лёгкая серая тень, будто он на мгновение забыл, как дышать. — Но сам лично… Кацуки-кун, — он подчеркнул имя, и у Кацуки сердце сжалось от неожиданности, — мне правда о-очень приятно. Бакуго чуть не свалился с кресла. Он схватился за грудь, неровно дышал, в полном шоке от этих слов. Каждое слово Мидории казалось маленьким волшебством, которое заставляло щеки краснеть, а внутри разгоралось сладкое, почти детское волнение. Казалось, мир вокруг замер, а сердце билось громче, чем когда-либо, — и в этот момент Кацуки понял — Мидория просто чертовски умеет добивать его словами. — Честно говоря, я его зритель. Не постоянный, но всё же. В последнее время там много меня, а на себя я так много смотреть не могу. А насчёт коллаборации… думаю, можно и без этого. Просто человеческая встреча двух молодых людей, — Деку усмехнулся и глянул прямо в камеру, своими невинными глазками, словно точно зная, что на него сейчас смотрят те самые алые глаза, полные страсти и полного ахуя, на фоне непрекращающихся донатов.