OTP Челлендж: Asriel x Frisk

      Признаться честно, Фриск не раз сталкивалась с личностями, у которых были различные проблемы с головой. Кто-то был умственно отсталым, кто-то имел раздвоение личности, а кто-то не мог контролировать свои эмоции. И, к сожалению, болезни эти преследовали не только людей.       Как вскоре поняла девушка, в мире существовала далеко не одна, а целых две разумные расы. Люди и монстры. И когда-то они жили в мире, но из-за какого-то случая между ними вспыхнула война, победу в которой одержало человечество. Но вместо того, чтобы убить уцелевших монстров, люди заточили их под землю, тем самым лишив их возможности увидеть небо и звезды когда-нибудь еще. И это имело свои последствия. Поначалу движимые ненавистью по отношению к людям, монстры в скором времени стали постепенно чахнуть, утопать в этой пучине гнева, что в конечном итоге обернулось не самыми лучшими последствиями. Ослабленный разум некоторых монстров стал подвержен психическим расстройствам.       И Фриск, однажды попав под землю, где и обитала эта необычная раса, встретилась с одной семьей, которая испытывала данный недуг. Почти каждый из ее членов был со своими тараканами в голове. Лишь глава семейства — Азгор Дримурр смог сохранить свой рассудок в целости, так как являлся хорошим ученым. И он старался найти лекарство для своей семьи. Правда пока у него это плохо получалось, но знал, что когда-нибудь это случится.       Что же до его родни, то они были по-разному психически больны. У его жены Ториэль — это биполярное расстройство, которое выражены в смене настроения. Обычно это между депрессией и периодами аномально повышенного настроения. И у женщины было такое. Только она постоянно металась между гневом и печалью. В первом случае она постоянно ссорилась со своим супругом и детьми, а также последних из них без причины наказывала, избивая и обзывая неудачниками. А когда же наступил период печали, то она большую часть времени не покидала свою комнату. Лежала и грустила, разочаровавшись в жизни. Даже собственная родня не смогла ее развеселить. Иногда в этом состоянии она чуть не покончила собой. И если бы не муж с детьми, то та давно отправилась бы праотцам.       Что же до детей, то у них проблемы были не меньшими. Старшая дочь — Чара, что являлась человеком, страдала неврозом. Ну, или на понятный язык — панические атаки. Несмотря на якобы спокойный вид на деле в глубине души очень сильно боится. Боится умереть от своей глупости или от руки опасного монстра. Из-за этого у нее постоянно происходит паника. У красноглазки иногда поднимается температура. А еще по ее телу проходит волной жара или холода. Но хуже всего, когда у девушки происходит нехватка воздуха, тем самым задыхаясь.       Но вот у него некровного брата было намного печальнее. У него была сильная зависимость, а если конкретно – к алкоголю. Несмотря на свой буйный характер, он постоянно выпивал. И для этого у него не было особых причин для этого. Он постоянно заходил в бар огненного бармена и пил крепкие напитки. Даже родители не смогли его успокоить и отучить, а когда пытались силой забрать у него алкоголь, то Азриэль становился очень злым и бешенным. Не раз сцапался со своей родной матерью, за что получал множественные тумаки. Но это его не останавливало. И поэтому, несмотря на все усилия, парень оставался зависимым алкоголиком.       Прямо сейчас Фриск находилась в доме детей Азгора и Ториэль, так как сами жили отдельно от них. Чара была на кухне, пытаясь приготовить себе завтрак. И при этом было видно, как на столе лежали какие-то таблетки со стаканом воды. Это были специальные для нее от невроза. Они не могли полностью излечить девушку, но хотя бы ей от этого становилось чуточку лучше. — Привет... — поприветствовала Фриск красноглазку, — вижу... ночь прошла не очень, учитывая таблетки, что лежат на столе. — Это... мягко сказано, мелкая. Помимо кошмаров... мне становится или слишком жарко... или слишком холодно. А иногда и вовсе... не могу дышать. — Мне жаль. А таблетки хотя бы помогают тебе? — Лишь иногда. Я вообще не уверена, что когда-нибудь вылечусь от этого... невроза. — Чара. Не теряй надежды. Я верю, что когда-нибудь ты сможешь избавиться от этого психического расстройства. И тогда ты сможешь жить спокойно. — Эх... не знаю. А даже если и так, то вот моему брату... вряд ли можно помочь, — вздохнула обладательница красивой меховой куртки, — уверяю тебя. Алкоголь его рано или поздно... прикончит. — Не говори так. Понимаю, что зависимость – это страшная вещь. Но неизлечимых болезней не существует. Когда-нибудь появятся соответствующие лекарства. — Разве? Думаешь, что у зависимости будет лекарство? — Оно уже давно существует. И это... собственная сила воли. — Серьезно? — Да. Только ты сам должен противиться своим темным желаниям. Сам должен отказаться от зависимости. — Скажешь тоже. Мой брат с этой дрянью уже пять лет живет. Не думаю, что он в один момент возьмет и бросит выпивку. — Я и не говорила, что это будет легко... — грустно промолвила шатенка, поправив свитер, — иногда требуется помощь близких, чтобы справиться с этим. — Наши родители не раз пытались его отучить. В ответ они получили лишь ссоры с Ази. — Так потому что вы пытались силой заставить его перестать пить. Так не работает. Нужен иной подход. — Эх... все равно ничего не выйдет. Мой брат неисправим... — А я думаю иначе. И знаешь что, Чара? Я попробую исправить Азриэля своим способом. И я уверена, что у меня это получится.       Красноглазка с недоверием посмотрела на девушку, выпив очередную таблетку. Как-никак, а вылечить брата - абсолютно нереально. Однажды подсев на что-то, навсегда останешься зависимым. И не важно. Игры, алкоголь или что-то еще. От этого невозможно избавиться. — Брось, малая. Это все равно бесполезно. — Нет. Нет ничего невозможного. И зря, что не веришь в исправление своего брата. И с такими словами пацифистка отправилась в комнату Азриэля, где прямо сейчас спал его владелец после тяжелой службы в служении короля подземелья.       Поднявшись на второй этаж и открыв дверь, девушка увидела довольно неприятную картину. На полу лежали множественные бутылки, стены были повреждены чем-то опасным, кровать сама была не в лучшем состоянии, а стол, на котором стоял компьютер, и вовсе был замусорен. Что же касается хозяина комнаты, то он спал в обнимку с бутылкой дешевого виски. — Ммм... Чара... дай поспать... — Уж нет. Я пришла к тебе, чтобы серьезно поговорить... Услышав голос человека, антропоморфный монстр слабо приоткрыл свои очи и перевернулся своим телом набок. — Эээ... Фриск? А ты что в моей комнате... делаешь? — Говорю же, чтобы с тобой обсудить серьезные вещи. — Оххх... это еще... какие? — тяжело промолвил Азриэль, приняв сидячее положение и держась за свою больную голову, — и вообще... нахера в мою комнату вошла без моего разрешения? — Сейчас не об этом речь, — серьезно промолвила зеленоглазка, сев на свободное место кровати, — ты страдаешь зависимостью. — Блять... опять двадцать пять. И ты туда же... — Азри... это серьезно. Твои родители переживают за тебя. Много пить нельзя. Особенно в течение пяти лет. — Мне... похрен. Это... моя жизнь. И я сам решаю, как ею распоряжаться. — Так нельзя. Если ты не перестанешь пить, то ты рано или поздно умрешь. — Мне... все равно. И тебя абсолютно не касается. — Как раз наоборот, Ази. Я не хочу терять своего друга. Козлик с недоверием посмотрел на шатенку, приложив к своему лбу пустую бутылку из под виски. Как-никак, а он помнил, как пытался поймать ее при помощи жестоких атак и уловок. И все же, несмотря на все это, девушка ни разу не испытывала к нему злости и отвращение, чем удивила сына капитана королевской стражи. — Вот скажи... зачем ты хочешь, чтобы я перестал пить? Мы не лучшие друзья, да и не друзья вовсе. Просто знакомые и всё. Мы общались всего-то пару раз, от силы. Первый раз был, когда мы встретились на окраине Сноудина, а второй, когда я тебе показывал наш дом. — И что? Ты все равно мой друг, которого не должна бросать на произвол судьбы. — Только не будешь изображать из себя святую деву, и пытаться меня излечивать от зависимости. Все равно меня уже слишком поздно спасать. — А вот и не поздно. В конце концов... я пришла сюда потому, что искренне хочу тебе помочь. И ласково она погладила плечо сурового монстра с красными глазами. Но тот убрал ее от себя. — Не надо. Все равно не можешь мне помочь. Да и никто не сможет... — Я знаю. Единственный, кто может тебе помочь — ты сам. А для этого нужно пересилить себя. Перестать употреблять эту гадость. — Ты думаешь, что это легко? Думаешь, что могу просто взять и бросить?! — начал поднимать голос Азриэль. — Я не говорила, что это будет так просто. Одних слов недостаточно. Нужна еще и сила воли. — Ага... как же. Сила воли... ее у меня как раз давно нет. — С чего взял? Ты же капитан королевской стражи! Самый сильный, среди всех подчиненных короля. — И что с того? Меня никто все равно не уважает. А многие даже ненавидят... — Не говори так. Если бы это было так, то тебя давно бы сменили. А значит, тебя ценят. — Хм. Возможно, меня и ценили когда-то... пока не стал злоупотреблять взрослые напитки. — А почему ты стал их пить? Из любопытства? — поинтересовалась Фриск. — Нет. Эм, скорее... из-за личных проблем. — Проблем? Хм... может твои родители сильно на тебя давили морально? Или, может, проблема в короле, который требует от тебя больше положенного? — Мгм... — Значит я права. Но не в этом одном всё дело. Думаю, что к краху твоей нервной системы привели и иные обстоятельства. Из-за всего этого ты больше не смог сохранять своё хладнокровие и начал проявлять злость, гнев по отношению ко всем, кто тебя окружал. И если бы не алкоголь, то рано или поздно ты стал бы с оружием нападать на тех, кто тебя раздражал. На Чару. На родителей. На короля. На всех. И некоторых из них... ты бы ненароком убил.       Азриэль отвернулся от девушки, прикусив свою губу. Ведь та была права насчет этого всего. Да. Все эти внешние проблемы сильно ударили по его психике. Все требовали от него всего и сразу. К тому же, многие жители и без того не шибко его любили. И не выдержав этого, козлик стал неприлично много пить, за что его часто стали ругать, как родители, так и король. Но ему было уже по барабану. По сути ему нечего терять. Так зачем помогать такому как он? И все же эта девушка сильно за него переживает, хоть они и не являются хорошими друзьями. — Скажи... я зачем тебе нужен? Ты не должна мне ничего. — Потому что не хочу, чтобы твоя жизнь закончилась таким образом. В конце концов, у тебя есть семья, которым не все равно собственное дитя. — Эх... знаю. — Поэтому... ты должен пересилить себя и бросить пить. Если не ради себя, то хотя бы ради родителей, Чары и... меня. — Тебя? — удивленно поднял брови Азриэль, — но я же вроде говорил... — Я слышала, что мы не друзья. Но ты вроде не раз видел, что я помогала другим жителям. И должен понимать, что я никого не брошу в беде. — Но... ты не должна нам. — Мне плевать. Как-никак, а вы разрешили пожить у вас, пока я не буду готова отправиться дальше. — Да... потому что я понимал, что другие не шибко дружелюбные монстры могут на тебя напасть. — И все же я вам благодарна. И поэтому хочу помочь тебе пересилить твою зависимость. — Эх... — Без "эх", капитан королевской стражи. Хватит пить тебе. — Словами... не поможешь. — Ясно дело. Нужно делом. И Фриск, взяв голову Азри, повернула ее к себе и посмотрела в его красные очи. — Давай договоримся. Если у меня не получится, то перестану пытаться тебя вылечить. Но... если же мне удастся... — То что? Девушка неуверенно осмотрелась в комнате, думая о том, что же предложить. Но, не придумав ничего лучше, она тихо произнесла: — То сходишь со мной... на свидание. — Чего? — Ну... ты же до этого приглашал на меня на свидание. — Да, но... зачем это тебе? — Захотела. Так что обещай, что если вылечу тебя от зависимости, то пойдешь со мной на свидание.       Монстр был озадачен таким вот предложением. Зачем девушке это все? А главное, она серьезно или шутит? Парень не знал, но неожиданно это его заинтересовало. Хоть они не друзья, но в жизни, кроме родителей и Чары никто не относился к нему по-доброму. И немного подумав, парень решил довериться этой зеленоглазой человеческой девушке. В конце концов, что ему терять? — Хорошо... Фриск. — Хи-хи-хи. Обещаю, что ты не пожалеешь. — Хм. Надеюсь на это.