2 стороны одной Монеты

2 Глава ... — Подъем! Вставай! Поднимайся! Живо! Елеонора слушала, как тетя Петуния будила Гарри и барабанила в дверь, пока она уже жарила бекон. — Ты что, все еще не встал?— Послышался ее раздражённый голос. Гарри что то ответил, но девушка не услышала, что именно, ведь в эту минуту в комнату зашел Дадли – двоюродный брат девушки и Гарри. Елеонора и Гарри – брат и сестра, у которых родители разбились в автокатастрофе. Тогда им было всего год, и с тех пор они живут у сестры их матери - тети Петунии. Она жила вместе с мужем - дядей Верноном и своим сыном – Дадли. По внешности Гарри и Елеонора были довольно похожи. У мальчика было худое лицо, зеленые глаза и короткие каштановые волосы, которые никак не хотели ложиться в укладку. У девушки же, тоже было худое лицо, карие глаза и каштановые волосы средней длинны, которые слегка завивались. Но больше всего им нравились их шрамы ввиде молнии на лбу. Первый их вопрос к тете был: "Откуда он взялся?". На что она отвечала, что это последствия от автокатастрофы. Характер же у них был совсем разный. Парень был более спокойный, и он всегда был легкой целью для Дадли. Елеонора же была более уверенной, по-этому могла постоять не только за себя, но и за брата. Дурсль-младший несколько боялся, несколько уважал девушку, по-этому и не трогал ее. Гарри тоже мог постоять за себя, но это было крайне редко. Когда Гарри зашел в кухню и подошел к сестре, что б помочь приготовить яйца и уже стоял, разбивая их, вошел дядя Вернон. — Причешись! — рявкнул он Гарри вместо утреннего приветствия. Как не удивительно, Елеонору любили (если так можно сказать) больше, чем Гарри. Может, это связано с их двоюродным братом.. Девушка уже ложила бекон на тарелку, когда в кухню зашел Дадли. Он был нереально похож на его отца. Когда Гарри с трудом поставил тарелки с яйцами и беконом на стол – там почти не было свободного места, Дадли считал свои подарки. А когда он закончил, лицо его вытянулось. — Тридцать шесть! А в прошлом году было тридцать семь! Гарри и Елеонора, почуствовав опасность, стали есть быстрее, ведь потому, как широко раздуваются ноздри их братика, можно было подумать, что он собираеться перекинуть стол. — Дорогой,-начала говорить тетя Петуния, видимо, тоже почуяв опасность,- мы по дороге купим тебе еще два подарочка. Еще два, как тебе это, малыш? У Дадли на лице застыла задумчивая гримаса. — Тогда у меня будет.. будет.. — Тридцать восемь, мой сладкий!- Помогла ему тетя. — А.. Тогда ладно.- сказав это, он плюхнулся на стул. ... Полчаса спустя Гарри и Елеонора уже сидели в машине. Они впервые ехали в зоопарк, потому-что раньше их оставляли у соседки. Но увы, она сломала ногу, по-этому пришлось взять и их тоже. Брат и сестра были в радостном возбуждении, несмотря на то, что дядя Вернор пригрозил им, что любое баловство закончится неделей без еды. Мальчик и девушка говорили ему, что ничего не зделают, но он им не поверил. Он никогда им не верил, ведь с ними случались странные вещи, и они никак не могли им объяснить, что они тут не причём. Однажды тетя Петунья заявила, что ей надоело, что Гарри возвращается из парикмахерской в таком виде, словно вовсе там не был. Взяв кухонные ножницы, она обкорнала его почти налысо, оставив лишь маленький хохолок на лбу, чтобы, как она выразилась, «спрятать этот ужасный шрам». Дадли весь вечер изводил Гарри глупыми насмешками, и Гарри не спал всю ночь, представляя себе, каким посмешищем он станет в школе, где над ним и так издевались из-за мешковатой одежды и заклеенных скотчем очков. Однако на следующее утро он обнаружил, что его волосы снова успели отрасти и выглядит он точно также, как выглядел до того, как тетя Петунья решила его подстричь. За это ему запретили целую неделю выходить из чулана, хотя он пытался заверить Дурслей, что понятия не имеет, почему волосы отросли так быстро. У Елеоноры была похожая ситуация. Ее волосы постоянно закручиваются, а тете это никак не нравилось. Однажды она отрезала ей волосы так коротко, что они ели доставали до ушей. Но тетя была довольна, так как они уже не крутились. Но на следущий день волосы снова были такой же длинны и такие же вьющиеся, как и до стрижки. Она не ела два дня. И вот, они в зоопарке. Дадли устроил истерику, что его порция мороженого слишком мала, и ему заказали еще одну, а Елеоноре и Гарри разрешили доесть первую. Позже они поняли, что не может все быть настолько хорошо, и что-то объязательно пойдет не так. После обеда они пошли в террариум. Там было прохладно и темно, а за освещенными окошками прятались рептилии. Там, за стеклами, ползали и скользили по камням и корягам самые разнообразные черепахи и змеи. Гарри и Елеоноре было интересно абсолютно все, но Дадли и Пирс настаивали на том, чтобы побыстрее пойти туда, где живут ядовитые кобры и толстенные питоны, способные задушить человека в своих объятиях Дадли быстро нашел самую большую в мире змею. Она была настолько длинной, что могла дважды обмотаться вокруг автомобиля дяди Вернона, и такой сильной, что могла раздавить его в лепешку, но в тот момент она явно была не в настроении демонстрировать свои силы. А если точнее, она просто спала, свернувшись кольцами. — Пусть она проснется, — произнес он плаксивым тоном, обращаясь к отцу. Дядя Вернон постучал по стеклу, но змея продолжала спать. — Давай еще! — скомандовал Дадли. Дядя Вернон забарабанил по стеклу костяшками кулака, но змея не пошевелилась. — Она спит. – с упрёком сказала Елеонора. — Мне скучно! — завыл Дадли и поплелся прочь, громко шаркая ногами. Гарри и Нора подошли ближе к змее, но место Дадли. — Тебе, должно быть, ужасно скучно, - сказал Гарри — Ты одна, а вокруг только глупые люди, которые стучат по стеклу. Невероятно раздражает, правда?-поддержала брата Елеонора. Внезапно змея приоткрыла свои глаза-бусинки. А потом очень, очень медленно подняла голову так, что та оказалась вровень с головой Гарри и Норы. Змея им подмигнула. Гарри смотрел на нее, выпучив глаза. Его сестра была не менее удивлена. Потом они быстро оглянулись, чтобы убедиться, что никто не замечает происходящего, — к счастью, вокруг никого не было. Змея указала головой в сторону дяди Вернона и Дадли и подняла глаза к потолку. А потом посмотрела на Гарри, словно говоря: «И так каждый день». — Я понимаю, — пробормотал Гарри, хотя и не был уверен, что змея слышит его через толстое стекло. — Наверное, это ужасно надоедает. Змея энергично закивала головой. — Кстати, откуда вы родом? — поинтересовалась Елеонора. Змея ткнула хвостом в висевшую рядом со стеклом табличку, и девушка тут же перевел взгляд на нее. «Боа констриктор, Бразилия», — прочитал он. — Наверное, там было куда лучше, чем здесь?– спросил Гарри. Боа констриктор снова махнул хвостом в сторону таблички, и Гарри прочитал: «Данная змея родилась и выросла в зоопарке». — А понимаю, значит, вы никогда не были в Бразилии? Змея замотала головой. В этот самый миг за спиной брата и сестры раздался истошный крик Пирса, от чего Гарри, Елеонора и змея подпрыгнули от неожиданности. — ДАДЛИ! МИСТЕР ДУРСЛЬ! СКОРЕЕ СЮДА, ПОСМОТРИТЕ НА ЗМЕЮ! ВЫ НЕ ПОВЕРИТЕ, ЧТО ОНА ВЫТВОРЯЕТ! Через мгновение, пыхтя и отдуваясь, к окошку приковылял Дадли. — Пошел отсюда, ты, — пробурчал он, толкнув Гарри в ребро. Гарри, не ожидавший удара, упал на бетонный пол потащив за собой сестру. Последовавшие за этим события развивались так быстро, что никто не понял, как это случилось: в первое мгновение Дадли и Пирс стояли, прижавшись к стеклу, а уже через секунду они отпрянули от него с криками ужаса. Гарри и Нора сели и открыли от удивления рты — стекло, за которым сидел удав, исчезло. Огромная змея поспешно разворачивала свои кольца, выползая из темницы, а люди с жуткими криками выбегали из террариума. Елеонора вместе с Гарри готовы были поклясться, что, стремительно проползая мимо него, змея отчетливо прошипела: — Бразилия — вот куда я отправлюсь… С-с-спасибо, амиго… Владелец террариума был в шоке. — Но тут ведь было стекло, — непрестанно повторял он. — Куда исчезло стекло? ... Позже, сидя в чулане, Гарри и Елеонора не разговаривали. У них обоих не было друзей, не было родственников кроме Дурслей, они были полностью одиноки, не считая друг друга.