Спой со мной напоследок

Пожелав Хосоку лёгкой дороги, так как он первого мая улетел в Джакарту для продолжения тура, Юнги отложил телефон и вернулся к работе. Чуть позже пришло уведомление, что Намджун выставил сторис. Глянув на календарь, он почти не сомневался, что там будет, и не ошибся. Открыв приложение, Шуга увидел картинку о том, что до дембеля осталось сорок дней, а ниже шла подпись: «Скоро я смогу выйти!». Вздохнув тяжело, он снова убрал смартфон, но сосредоточиться на текущих делах так же быстро не получилось. Помимо мыслей о том, сколько дней ждать до воссоединения группы, его беспокоил приезд Чимина. Вдруг что-то пойдёт не так? Или отпуск вообще отменят, как было при дембеле Хоби. Эти и другие мысли, словно грозовая туча, кружили над головой днём и ночью. Вернувшись домой, Юнги получил сообщение: «Уже не терпится задушить тебя в объятиях». Губы тут же растянулись в улыбке, а на сердце стало гораздо спокойнее.

Мин Юнги

«Не думай, что я забыл про твоё наказание»

Пак Чимин «Не переживай, я тоже о нём помню)))» — Вот же неугомонный, — вслух произнёс он.

Мин Юнги

«Поедешь к родителям или сразу домой?»

Пак Чимин «Загляну буквально на один день, так как потом улетаю в Японию. С тобой сможем увидеться после возвращения» Шуга снова издал тяжёлый вздох, но понимал, что бессилен что-либо сделать. Зато, учитывая продолжительность отпуска, они смогут побыть вместе вплоть до официальной церемонии увольнения. Жаль только, что в этот период придётся ходить на работу, но здесь он тоже не мог ни на что повлиять.

Мин Юнги

«Очень сильно жду»

Поскольку следующий день был пятницей, он планировал, чем займётся на выходных. Настроение оставалось приподнятым лишь до тех пор, пока не послушал новую песню Намджуна и Tablo «Stop The Rain». Друг выложил парочку сторис в поддержку клипа, поэтому Юнги полез за наушниками. Практически каждое слово было наполнено грустными мыслями и чувствами, что невольно перенесло его в тёмные дни, когда он испытывал проблемы с ментальным здоровьем. Переключиться на что-то позитивное удалось с большим трудом. Окончательно прогнать тень воспоминаний помог любимый голос, прозвучавший в трубке субботним днём. — Привет, как твоё настроение? — с улыбкой произнёс Чимин. — Кажется, у меня снова началась депрессия. Это всё Джун со своей новой песней. — Мы с Чонгуком тоже послушали. Очень грустная, но нам понравилось. — А я в одном шаге от того, чтобы снова начать пить антидепрессанты, — «ворчал» Шуга. Из трубки послышался смех, а на собственном лице, как это обычно происходило, появилась улыбка. Они проговорили всё отведённое время, снова прощались долго, не желая заканчивать диалог, вновь и вновь повторяя, как сильно ждут встречи. — Кстати, насчёт вашей с Чонгуком поездки, — сказал Юнги. — Не слишком там развлекайтесь. — Когда мы в прошлый раз ездили туда зимой, Тэхён сказал в точности то же самое, — ответил парень. — Можешь не волноваться. Нам предстоит снимать контент, потом немного отдохнём и вернёмся. — А почему едете не в один день? — Потому что у него отпуск начинается позже. Когда разговор всё-таки завершился, Юнги по-прежнему улыбался, предвкушая момент, когда любимый человек снова окажется в его объятиях. Выходные пролетели так быстро, что и половины из запланированных дел не получилось осуществить, но он не расстраивался, поскольку самое главное всё-таки сумел сделать. Шуга посетил спортивный зал, встретился с друзьями, а ещё поколдовал над музыкой. С утра проснулось вдохновение, которое не отпускало чуть ли не до самого понедельника. Жаль, что не смог повидаться с Джином, который на днях вернулся из Японии, зато они пообщались по телефону. — Поскольку завтра пятое мая, а значит, День защиты детей, я собираюсь сделать пожертвование. — Отличная идея, — сказал Юнги. — Снова анонимно? — Нет, на этот раз от своего имени. В понедельник информация о том, что Сокджин перевёл сто миллионов вон детской больнице Сеульского медицинского центра Асан, облетела весь интернет, как и его послание. «Мне больно видеть детей, борющихся с болезнями. Я решил сделать небольшое пожертвование в надежде, что больные дети быстро поправятся и смогут беззаботно играть» На следующий день в Сеул вернулся уставший, но довольный Хосок. Лично встретиться тоже не получилось, но они смогли поговорить в формате звонка. А в среду приехала «тарелка» Тэхёна от Spotify в честь миллиарда прослушиваний песни «Love me again». Официальный аккаунт группы выставил об этом сторис, чтобы фанаты смогли порадоваться вместе с ним. Хоби находился в агентстве в тот момент и скинул несколько фоток в общий чат. Тэ прислал в ответ много смайликов. Затем Чон включил прямую трансляцию, чтобы поговорить насчёт финальных концертов, и косвенно упомянул других мемберов, дав призрачную надежду, что они тоже на них появятся. Но главным событием седьмого мая стал очередной день рождения Холли. Так как приехать к родителям Юнги не мог, мама позвонила по видеосвязи и продемонстрировала сытого и здорового питомца. — Кажется, он ещё подрос. — Нет, просто ты давно его не видел. — Как же давно? Я приезжал в январе, и Холли однозначно был компактнее. Мама заулыбалась, поглаживая рыжую шёрстку. Родители привязались к малышу, и разлучать их ни за что бы не стал, несмотря на то, что сильно порой скучал по нему. Следуя ежегодной традиции, Чимин отправил домой букет в честь Дня отца. Господин Пак поделился этим на своей страничке в Инстаграм. Внутри содержалась записка со следующим содержанием: «Спасибо тебе от всего сердца за то, что всегда был большой поддержкой, просто будучи моим папой. Береги себя. Я всегда буду тебя любить. Твой сын Чимин». Своему отцу Шуга тоже отправил цветы, но слова благодарности казались после только что прочитанного недостаточно…искренними? — Похоже, я знаю, кому в следующий раз поручу заполнять поздравительную открытку, — сказал он, улыбаясь. В пятницу утром Хосок отбыл в Бангкок, пообещав привезти оттуда что-нибудь интересное. После разговора с ним Юнги отправился на работу, думая о приближающихся выходных, которые начались с активности Тэхёна на Weverse. Он решил немного пообщаться с Арми, а также поделился фотографией собаки, уснувшей на кирпиче. Глядя на снимок, Шуга произнёс: — Надо же было так поймать кадр. Почти сразу за этим зазвонил телефон. — А я только подумал о тебе. — Приятно слышать. А о чём шла речь? — спросил Чимин. — Мне понравилась подпись, которую ты сделал к букету для отца. Вот думаю нанять тебя, чтобы в следующем году подписал и для моего. — Хён, как не стыдно? Это же твой папа. Как я могу писать ему от твоего имени? Юнги засмеялся, нисколько не пристыженный тем, что услышал. — Просто никому не говори, и всё будет в порядке. — Нет уж, давай ты будешь поздравлять своего отца, а я – своего. — А я разве не упомянул, что будет вознаграждение? — Какое? — в голосе появилась заинтересованность. — Когда приедешь в отпуск, обсудим возможные варианты, — ответил Шуга. — Дашь поработать в твоей студии? — Ну ты знай меру, — «возмущённо» произнёс он. Теперь настала очередь Чимина смеяться. В воскресенье Намджун, по уже выработанной им традиции, выставил очередную картинку, отмеряющую время до окончания его службы. Надпись гласила: «Ветеран, до твоего увольнения осталось тридцать дней! Как насчёт того, чтобы поделиться с младшими полезными армейскими советами?» — Тридцать дней, — Юнги смотрел на изображение, зажав экран пальцем. — Как же быстро летит время. Переведя взгляд в окно гостиной, за которым светило майское солнце, он мысленно перенёсся в тот день, когда стало окончательно ясно, что придётся идти служить. Было много эмоций, по большей части связанных с длительным расставанием с фанатами, поскольку существовал риск, что после возвращения не получится остаться такими же популярными и востребованными. Сейчас, спустя столько времени, Юнги чётко понимал, что страхи оказались напрасными. Фанатская любовь и поддержка стали лишь сильнее, а число Арми значительно увеличилось. Их помнят и очень ждут. Осознание этого вселяло надежду и прогоняло ненужные сомнения. Не успел он слишком глубоко уйти в размышления, как получил новое уведомление. Хосок «отчитался» о прошедшем в Бангкоке концерте. Мощь и энергия шоу, которое он устроил для фанатов, легко чувствовалась через выставленные им снимки. Юнги начал сравнивать ощущения в данный момент с тем, как было во время собственного тура. Города сменяли друг друга так быстро, что порой не успевал запомнить название, зато отлично сохранились эмоции, которые он испытывал. Чем-то похоже на то, когда они выступали всемером, с той лишь разницей, что ему одному доставался весь заряд энергии. Шуга чувствовал бурлящий в крови адреналин, почти глох от криков Арми, звучавших со всех сторон, и чувствовал себя абсолютно счастливым. Всё это накрывало с головой во время каждого выступления и долго не отпускало после. На лице от воспоминаний появилась грустная улыбка. Хорошие были деньки, вот бы их однажды повторить. Начало недели, выпавшее на двенадцатое мая, означало, что у Тэхёна стартовали учения, поэтому в ближайшее время он не сможет выходить на связь, а у Хосока закончился второй концерт в Бангкоке. Во вторник Джин пообщался с фанатами на Weverse по поводу выхода его заглавной песни к новому альбому. Многих «шокировало», что он променял тунца на девушку. — Арми не простят тебе такого предательства, — смеясь, сказал Юнги. — И ты туда же? — «гневался» Сокджин. — Я же написал, что никогда не был женат на тунце. — Ты хочешь меня в этом убедить? Из трубки послышался смех. Вечером того же дня Хоби вышел в прямой эфир. Он пожаловался, что снова простудился, уже порядком раздражаясь от того, что никак не может до конца вылечиться, ведь даже во время службы в армии так сильно и часто не болел. Юнги слушал его, собираясь ложиться, и решил позвонить после окончания трансляции, чтобы поддержать. Здоровье артиста подвергается серьёзному испытанию во время такой нагрузки, практически нон-стоп, поэтому он сказал другу, что не стоит зря расстраиваться, поскольку здесь мало что от него зависит. Хосок был благодарен и понимал, конечно, но всё равно злился, чувствуя себя уязвимым и слабым. — Когда появится возможность, давай встретимся. — Вряд ли это случится скоро, так как через три дня улетаю в Макао. — Главное, не забывай, что мы всегда рядом, пусть и не физически. Ты сможешь со всем справиться. — Спасибо, хён. Спокойной ночи. — И тебе. Даже самому стало легче после того, как звонок завершился, поскольку отлично понимал, что сейчас испытывал друг, и всё, что он мог в данной ситуации, – поговорить с ним по телефону, надеясь, что Хоби сможет немного отдохнуть, прежде чем череда концертов продолжится. В четверг «эстафету» на Weverse принял Чонгук, который оставил несколько коротких сообщений и поотвечал на сообщения Арми. Параллельно с этим позвонил Чимин. — А почему ты так редко пишешь что-то или выставляешь? — поинтересовался Шуга. — Могу задать тот же вопрос, — ответил парень с улыбкой. — А если серьёзно? — Хочу тебя поддержать таким образом. Ты же ничего не пишешь с тех пор как… с прошлого года, поэтому я решил, что буду следовать этому же принципу. — Чимин, ты же знаешь, что вовсе не обязан? — Да, но я так решил. Переубедить не получится. Юнги не знал, что сказать, точнее, знал, что не нужно ничего говорить, чтобы быть понятным, но всё же произнёс: — Я тоже тебя люблю. — Знаю, — Чимин вздохнул, желая оказаться рядом и обнять. Молчание, наполненное глубоким смыслом, связывало двух людей тонкой нитью, идущей от сердца к сердцу. — Обещаю, что мы обязательно увидимся. И вот опять эта удивительная способность знать, о чём Юнги думает или переживает, проявилась в действии. — Я не против, если ты станешь чаще появляться в медиапространстве. — Хорошо, уговорил, — ответил Чимин. После разговора в груди ощущалась лёгкость, а на лице по-прежнему сияла улыбка. Отложив телефон, Юнги вдруг почувствовал нетерпение, какое бывает в ожидании подарка. Возможно, не совсем правильная ассоциация, так как речь шла о встрече с живым человеком, по которому безумно соскучился, но точно передающая его состояние. Теперь не осталось сомнений, что они увидятся, значит, можно расслабиться и просто ждать этого дня. Приятное чувство и совсем не страшное. В пятницу, шестнадцатого мая, вышла заглавная песня «Don’t Say You Love Me», клип на неё, а также второй альбом Сокджина Echo. Ранее Юнги довелось услышать студийные отрывки, а сегодня, как только рабочий день подошёл к концу, он отправился на прогулку вдоль реки Хан, надев наушники и внимательно оценивая каждый трек. Когда добрался до финального, он пришёл к выводу, что альбом значительно отличается от первого, где превалировали весёлые мелодии, но в целом ему очень понравилось то, как продемонстрирован разносторонний вокал в различных настроениях и стилях. Он отражал более глубокий уровень зрелости и личного повествования, подчёркивая развивающееся артистическое мастерство. Учитывая, что Джин поедет в тур, фанаты смогут насладиться живым исполнением этих песен, которые к тому времени наверняка станут любимыми. Достав смартфон, Юнги написал другу сообщение: «Ты проделал огромную работу и можешь собой гордиться». Ответ не заставил ждать и вызвал улыбку: «Спасибо, я знаю». Пару часов спустя Хосок, полетевший в Макао, репостнул к себе в сторис вышедшую новинку. Чуть позднее Сокджин выставил несколько постов в Инстаграме с кусочком песни и отрывками из клипа. Когда через полчаса пришло уведомление, что Намджун тоже выставил пост, Юнги не сомневался, что это в поддержку хёна, но ошибся. Там были только фотографии лидера и его совместная с Табло песня «Stop The Rain». Поскольку больше от него ничего не было, Юнги вслух произнёс: — Интересно. Поссорились или просто забыл? Возможно, сильно занят, — в итоге решил он. Через час началась прямая трансляция «PLAY TIME», посвящённая камбэку Джина с альбомом Echo. Пока он проводил распаковку и смотрел свой клип, присоединились и начали активно комментировать сначала Хосок, потом Чимин, затем Тэхён и следом за ним Чонгук. Получая уведомление за уведомлением, Шуга взял лежавший рядом телефон и, поняв, в чём дело, решил тоже подключиться, но что-либо писать не стал, едва успевая читать их сообщения. Когда трансляция закончилась, они продолжили общаться. Чимин выставил пост с фотографией Джина. Чонгук поделился «секретом», что Тэхён только что вышел из душа. — Даже не хочу знать, откуда он об этом знает, — произнёс Юнги, листая дальше. Сокджин немного пообщался с Арми и вскоре ушёл, а мемберы, похоже, не собирались успокаиваться. Тэ начал звонить Гуку, видимо, чтобы «отругать» за раскрытие столь интимной информации о его времяпрепровождении, на что тот лишь смеялся в комментариях. Чимин хохотал вместе с ним, тоже сообщив об этом в виде текста. Прекратить их переписку смог вернувшийся Джин, который быстренько всех разогнал. Юнги не переставал качать головой, дочитывая последнее, и улыбаться. — Ну что за хаотики? Поскольку начались выходные, он ждал звонка от Чимина. В субботу от него пришло короткое сообщение с извинениями и обещанием позвонить завтра. Так как Хосок по-прежнему находился в Макао, желание с кем-нибудь встретиться «упало» на Джина, но оказалось, что у того запланирована фан-встреча с Арми, поэтому он укатил в Сонсу. Раз желающих не нашлось, Юнги поехал в спортивный зал, где хорошенько себя погонял, сделав парочку дополнительных подходов, помня слова Хосока. После большого количества сожжённых калорий у него проснулся аппетит. Приехав домой, он заглянул в холодильник и практически ничего там не обнаружил, поэтому оформил доставку. Пока ждал курьера, Юнги принял душ и переоделся. Когда с едой и уборкой на кухне было покончено, он пошёл в домашнюю студию. Видимо, сказался сытный ужин, так как все мысли враз покинули голову. — Значит, в другой раз, — не слишком расстраиваясь, Шуга отправился в спальню. В самом разгаре шёл концерт Хосока, поэтому ему удалось посмотреть несколько отрывков, после чего лёг. Утро воскресенья началось довольно рано, что неудивительно, ведь он завалился спать в начале одиннадцатого вечера, хотя обычно раньше часа ночи редко удавалось уснуть. Решение сходить на тренировку однозначно было правильным. Перемещаясь из комнаты в комнату и попутно собирая какие-то вещи, чтобы убрать их на место, Юнги не заметил, как наступил обед. Кроме чашки кофе, сегодня он ещё ничего не ел и не пил, поэтому отправился на кухню, желая что-нибудь приготовить. Помня «правило наушников», первым делом Шуга сходил за кейсом, затем включил музыку и занялся продуктами. Не успел он приступить к нарезке, как позвонил Чимин. — Привет! Чем занимаешься? — Только взял в руки нож, чтобы порезать мясо, и поставил воду под рамён, — ответил он. — А какие у тебя планы? — Сегодня выходной, практически никаких дел нет. Сейчас с тобой поговорим, потом наберу отцу, чтобы предупредить о времени приезда. — Ты про отпуск? — Юнги глянул на экран телефона. — Сегодня уже восемнадцатое. Вау. — Соглашусь лишь отчасти. Не «уже», а «ещё». — Прости, ты прав. Мне действительно не понять. — Ладно тебе, давай сменим тему. Лучше скажи, что я получу, если соглашусь подписывать открытки для твоих родителей? — Я же сказал, что обсудим варианты, когда ты приедешь, — он задумался. — Хотя, знаешь что? Возможно, это не такая уж хорошая идея, учитывая, как сильно у нас различаются почерки. — Просто признай, что не хочешь меня пускать в свою студию. — И ты только что назвал ещё один аргумент, чтобы отказаться от твоих услуг. — А я уж размечтался, — тихонько произнёс Чимин. — Что ты сказал? Я не расслышал. — Спрашиваю: почему вчера не присоединился к трансляции? — Ну почему же? Я смотрел, — ответил Шуга. — Я имею в виду комментарии. Мог бы написать что-нибудь. — Зачем? Вы там такую переписку устроили, что едва успевал читать, — он помешивал лапшу. — Я думал, что телефон ускачет со стола от того количества уведомлений, что слал Weverse. Чимин начал хохотать, а Юнги не мог нарадоваться его голосу, ощущая, как губы растянулись в улыбке. Несмотря на то что собирался ещё пообщаться с отцом, в конечном счёте всё отведённое время парень потратил на разговор с ним. Они много шутили и смеялись, дразнили друг друга и планировали, что будут делать в отпуске. — Беги по своим делам. — Скоро увидимся, — пропел Чимин. — Пока. Попытка встретиться с Джином номер два тоже провалилась, так как в воскресенье у него состоялось ещё одно мероприятие «Hi-Seokjin Hi-touch», на котором он раздавал подарки, приуроченные к выходу нового альбома. Помимо прочего, Сокджин заготовил специальный подарок в виде зонта с названием альбома Echo, так как в Корее начался сезон дождей. Через несколько часов Тэхён решил поиграть с Арми, поэтому выставил на Weverse пост: «Я пришлю фото, а вы попробуйте отгадать, сколько мне лет, ок?». Затем опубликовал свою фотку, за ней снимок заката с просьбой написать, в каком году тот был сделан, потом парочку детских снимков. Видимо, получив за час недостаточно реакций, он написал в комментариях под одним из сообщений Арми: «Конец ~~ Давайте попробуем снова в следующий раз». Вечером Сокджин выставил пост со своими фотографиями с подписью: «Посетите Сингапур». — Было бы здорово всем вместе туда отправиться, — произнёс Юнги, просматривая кадры. Мысль о том, что группа вновь сможет путешествовать по миру, принесла радость, ведь они действительно это заслужили. Чем больше стран посетят, тем больше Арми увидят. Осталось лишь дождаться. Засыпая с улыбкой на лице, Шуга не сомневался, что всё так и будет. В понедельник, направляясь в аэропорт, Сокджин позвонил Юнги, но тот долго не отвечал. — Видимо, ещё на работе. Он уже хотел сбросить вызов, но тут услышал в трубке: — Прости, не мог найти ключи в сумке, потом ты позвонил, — оправдывался Мин. — Ты уже в самолёте? — Ещё в дороге. Хотел с тобой поговорить, пока добираюсь. — В Нью-Йорке сейчас наверняка отличная погода, — произнёс он мечтательно. — Что хёну привезти, чтобы порадовать своих тонсенов? — На твоё усмотрение. — Ладно. Кстати, не забудь завтра посмотреть RUNJIN с Томом Крузом. Ты знал, что он – наш фанат? — Неужели? — Я чувствовал себя таким польщённым, когда это услышал, — в голосе Джина слышалось чуть ли не благоговение. — Я позвонил по видеосвязи домой и познакомил его с мамой, дядей и даже дедушкой. Они как раз обедали. — Надеюсь, ты взял для них автограф? — Конечно, иначе меня на порог не пустят. Оба рассмеялись. — Мне пора, до скорого, — произнёс Сокджин, когда водитель дал сигнал, что приехали. — Удачного полёта. Не прошло и часа, как позвонил Хосок. — Привет, я вернулся в Сеул, — сказал он. — А я недавно говорил с Джином, он в Штаты отправился. — Знаю, мы разминулись немного, но поговорили, когда я сел в машину. — Рассказывай, как концерты? Как твоё самочувствие? — Юнги нацепил наушники, чтобы освободить руки. — Сильно устал, тело всё ещё болит, но в целом я очень доволен. — Это самое главное, а отдохнёшь когда-нибудь потом. — Ну спасибо, утешил, — Хосок рассмеялся. Посмотреть выпуск RUNJIN, как обещал, Юнги не смог, потому что забыл. Хорошо, что Сокджину было не до того, поскольку в среду он участвовал в зажигании огней на Эмпайр-Стейт-Билдинг в честь выхода своего альбома, а уже на следующий день снимался в шоу Джимми Фэллона. От Чимина не было никаких вестей, видимо, готовился к поездке в Пусан, а потом в Японию. Придя в среду на работу, Юнги написал ему во время обеденного перерыва, чтобы спросить о времени отлёта, но ответа не получил ни в тот день, ни на следующий.

***

— Ничему тебя жизнь не учит, — сказал Чонгук, глядя на сборы друга. — Зачем из своего приезда каждый раз делать тайну? — Это называется не тайна, а сюрприз. Получив вчера сообщение от Юнги с вопросом насчёт поездки, он намеренно не стал ему отвечать. — Ну ты и упёртый. — Кто бы говорил, — парировал Чимин, закрывая чемодан, а затем чуть слышно добавил: — Четыре дня с ним возиться. — Вообще-то, я всё слышал. — Отлично. Значит, проблем со слухом у тебя нет, — он смотрел на друга с улыбкой. — Прими мои поздравления. — Ага, спасибо. Очень рад. И это мне придётся тебя терпеть. — Как скажешь, — Чимин выглядел крайне довольным собой, поэтому даже не стал спорить. — Помоги вещи донести. — Обойдёшься. — Тогда никаких сладостей можешь не ждать. — Манипулятор, — Чонгук с лёгкостью перехватил ношу и пошёл следом за ним на выход. — Когда ты улетаешь? — Двадцать третьего мая. Ты же отправляешься на следующий день? — Да, заброшу вещи домой и сразу в аэропорт. — Значит, увидимся уже на месте. — Жду не дождусь, — «радостно» сказал Чон. — Поумерь свой сарказм. Может, я тоже не горю желанием столько дней видеть твою рожу. Хватает и здесь. — Да мы практически не видимся, за исключением вечеров и выходных. — А ты представляешь, сколько это часов в неделю? А в месяц? Не говоря о том, что приходится на ежедневной основе слушать твой храп у себя под ухом. Чимин посмотрел на чистое небо, ощущая на коже порывы ветра и солнце, припекающее голову. — Ой, иди уже, — Чонгук передал багаж. — Передавай хёну привет. — Обязательно, — он забрался в машину. — И не забудь сладости, ты обещал. — Ладно, пока. Чимину не терпелось оказаться дома, пусть и всего лишь на несколько часов, поэтому уже слушал вполуха. Все мысли были в другом месте. Достигнув жилого комплекса в районе пяти часов вечера, первым делом он поднялся в свою квартиру, чтобы оставить багаж. — Надо бы убраться, — оглядев помещение, сказал он, затем пошёл к Юнги. На принятие душа ушло не меньше получаса, большую часть из которого Чимин просто стоял с закрытыми глазами и наслаждался потоками тёплой воды. В армии на всё отводилось определённое количество времени, а сейчас можно было никуда не торопиться. После того как помылся и переоделся, он пошёл на кухню. Хотелось перекусить, но решил, что дождётся возвращения Юнги. Пробежавшись по меню доставки и выбрав несколько блюд, парень оформил заказ на определённое время, затем, пользуясь отличной возможностью, зашёл в домашнюю студию.

***

Юнги с трудом дожил до конца рабочего дня, постоянно смотря на время. Как жаль, что сегодня только четверг. Хотелось поскорее оказаться на выходных и позвонить Чимину, чтобы узнать, почему он молчит. Отправленное сообщение прочитано, но ответ от него так и не пришёл. Вряд ли что-то случилось, иначе уже бы сообщили, но волнение всё равно не отпускало. А вдруг отпуск отменили? Нет, невозможно, поскольку им с Чонгуком нужно будет улететь. Решив, что не станет ждать субботы, он закончил дела и сел в машину, по дороге домой набирая новое сообщение и не выпуская телефон из рук на случай, если поступит звонок. Подойдя к двери квартиры, Юнги испытал чувство дежавю, потому что она оказалась незапертой. То же самое было на прошедший день рождения. С громко колотящимся сердцем он зашёл в прихожую, затем в гостиную, откуда доносились какие-то звуки, и замер, увидев Чимина, который перелистывал каналы на телевизоре. — Что ты здесь делаешь? Парень чуть не подпрыгнул, не ожидая, что за спиной кто-то есть. — Боже, напугал, — сказал он, отложив пульт и подойдя ближе. — Я думал, что ты у родителей. Руки сами обвились вокруг талии Чимина, а мозг до сих пор находился в шоке. Юнги боялся моргнуть, чтобы прекрасное видение не исчезло. Вместо слов парень скользнул руками ему на шею, прижимаясь всем телом, и поцеловал, соскучившись до невозможности. — Решил сделать сюрприз, — шепнул он, снова накрывая его губы поцелуем. — Получилось? — Ещё спрашиваешь? — глядя в любимые глаза, Юнги произнёс в искреннем порыве, не выпуская из своих объятий: — Мне так тебя не хватало. — К сожалению, я ненадолго, так как утром улетаю. — А когда вернёшься? — На следующей неделе, — уклончиво ответил Чимин. — Давай потом поговорим. — Дай хотя бы принять душ, — улыбаясь, сказал Юнги. — Пошли вместе. Скидывая по дороге одежду, они завалились в душевую кабину, где продолжили целоваться, сильнее распаляя друг друга. Когда широкая ладонь окольцевала его возбуждённую плоть, Чимин застонал и, не тратя зря времени, схватился за его член, отмечая привычную тяжесть. — Теперь верю, что скучал, — улыбаясь, сказал он. — Позвольте за вами поухаживать, — Юнги нашарил на полке тюбик со смазкой. Он убрал руку Чимина и начал стимулировать оба члена, наслаждаясь громкими стонами и не сдерживая своих. Потребовалось буквально несколько минут, чтобы достичь оргазма. Прижав парня к стенке, Юнги впился жадным поцелуем, желая продлить момент и ощущая, как Чимин прошёлся ноготками по его спине, намеренно оставляя царапины. — Какой же чертовски горячий, — снова касаясь его губ, но уже мягче, сказал Юнги. — Ты тоже очень и очень хорош. Парень зарылся в тёмные локоны, сильно отросшие с прошлой встречи, которая была (даже представить страшно) в декабре прошлого года, а сейчас на улице уже май. Видимо, это отобразилось в его взгляде, так как Юнги наклонился вперёд, соединяя их лбы, и закрыл глаза. Окончательно успокоившись, они помылись и вышли из кабины. Сняв с вешалки полотенце, Шуга накрыл его голову, чтобы вытереть, затем перешёл на тело, уделяя особое внимание интимной зоне. — Мне завтра улетать, — с улыбкой напомнил Чимин, останавливая его действия. — Придётся подождать до моего возвращения. — Не выпущу тебя из постели, — пообещал Юнги. — Или я тебя, — в голом виде он проследовал в гардероб. — Скоро приедет доставка, и сможем поужинать. — Отлично, не хочется сегодня готовить. После того как оделись, они переместились на кухню, а через несколько минут в дверь позвонил курьер. — Вижу, ты очень голодный, — оценив два больших пакета, сказал Юнги. — Не успел пообедать, так как спешил к тебе, поэтому решил заказать побольше, чтобы и на ужин осталось. — Здесь ещё и на завтрак хватит. — Ну и отлично, — достав столовые приборы, Чимин спросил: — Как прошёл день? — Ты не отвечал на сообщения, поэтому я волновался и места себе не находил. А оказалось, что тебе снова захотелось устроить сюрприз. — По-моему, классно получилось, — он довольно улыбался. — У тебя такое забавное лицо было, когда пришёл. — А ты едва от страха не подпрыгнул. Оба начали смеяться, заново вспоминая этот момент. Остаток вечера они провели бок о бок, не желая даже на минуту расставаться, а когда легли в первом часу ночи, прижались друг к другу, так и уснув. Правда, через некоторое время Чимин проснулся, вспомнив, что не поставил будильник. Осторожно дотянувшись до телефона, он выставил время и, прежде чем снова лечь, поцеловал Юнги в щёку. Тот улыбнулся во сне, выглядя при этом таким хрупким и беззащитным, что сердце в груди забилось сильнее, желая спрятать и защитить его от всех бед. — Не спится? — прохрипел Шуга, не открывая глаз. — Забыл про будильник. Чимин удобно устроился у него под боком, прижимаясь носом к груди, и медленно вдохнул запах дома. Как же хорошо. Казалось, он только прикрыл глаза, а уже раздался сигнал телефона. Проверив время и убедившись, что действительно шесть часов утра, парень убрал со своей талии руку Юнги и потихоньку поднялся с постели. Не удержавшись, он оставил на щеке лёгкий поцелуй, затем накинул штаны с майкой и вышел из спальни, плотно прикрыв за собой дверь. Завтракать не хотелось, поэтому Чимин пошёл в свою квартиру за вещами, которые понадобятся в путешествии. Приготовив всё необходимое, он связался с менеджером, который уже был в паре минут от дома, затем осмотрелся по сторонам, вновь отмечая, что хочет навести порядок. Непонятно, откуда взялось это желание, но Чимин решил, что займётся квартирой после того, как приедет обратно. Благополучно добравшись до аэропорта Гимпхо, они сдали багаж, но пройти паспортный контроль никем не замеченными не получилось. Несколько фанаток узнали айдола и начали щёлкать телефонами. Максимально непринуждённо Чимин проследовал в зал отлёта и уже там смог спокойно выдохнуть. Садясь в самолёт, он надеялся, что время пролетит быстро, и вскоре сможет вернуться домой.

***

Юнги проснулся от звука захлопнувшейся двери и в ту же секунду понял, что лежит в постели один. Прикрыв глаза, он сделал медленный и глубокий вдох, обещая высказать Чимину всё, что думает по поводу его молчаливого побега. Даже не позволил нормально попрощаться, пожелать лёгкого пути, хотя бы поцеловать. Поскольку злиться бесполезно, а изменить что-либо невозможно, он встал с кровати и приблизился к окну, за которым начинался новый день. Успокоив стук взволнованного сердца и настраиваясь на новое ожидание, Юнги пошёл в ванную. Раковина стояла сухой, как и душевая, значит, Чимин ушёл к себе, чтобы не разбудить. — Ну, приедешь ты обратно… — ворчал он вслух, выдавливая пасту. Несколько часов спустя, когда Юнги уже был на работе, на телефон поступило сообщение: сначала в общий чат от Хосока, который улетел в Тайбэй, о чём и написал, а затем от Чимина в личку, что благополучно добрался до места. Отправив «ок», он вернулся к делам. Больше в тот день они не контактировали. Собираясь вечером спать, Юнги получил уведомление из Инсты о том, что Джун выложил сторис в честь первой годовщины своего альбома, и улыбнулся. Друг тоже находился в отпуске и вовсю наслаждался свободным временем. Поскольку впереди выходные, он решил, что будет неплохо встретиться. Написав другу сообщение, Юнги получил ответ, что на субботу уже есть планы, и предложение увидеться в воскресенье. На вопрос, что будет в субботу, Намджун сообщил о каких-то делах, не вдаваясь в подробности. Согласившись на воскресенье, он убрал телефон и лёг спать. Ранним субботним утром из Нью-Йорка вернулся Сокджин. Теперь стало понятно, о каких «делах» шла речь. Юнги хотел пожаловаться Чимину, что ему предпочли другого, чтобы вместе над этим похихикать, но потом вспомнил, что он всё ещё сердится, поэтому не стал. Через несколько часов Гук отчитался, что прибыл в аэропорт, чтобы отправиться вслед за Паком. Ни тому, ни другому улететь по-тихому не получилось, и практически сразу в сети появились снимки от фанатов. — Привет, — Шуга обнял Намджуна при встрече. — И тебе привет. Отлично выглядишь, — окинув его взглядом, произнёс друг. — Рассказывай, как дела? — В отличие от тебя, мне приходится каждый день ходить на работу, поэтому нечего особо рассказывать. Лучше скажи, сколько сотен музеев успел посетить за время отпуска? Джун рассмеялся, но отнекиваться не стал, так как список и в самом деле был немалым. — Неужели я так очевиден? — Готов поспорить, что твоя галерея в телефоне переполнена снимками, так что делись впечатлениями. Вечером того же дня, отыграв второй концерт в Тайбэе, Хосок вышел в прямой эфир. Так как был дома и ещё не собирался спать, Юнги решил послушать. Друг немного пообщался с Арми, отвечая на их вопросы, а затем поделился печальными новостями по поводу его собаки Микки, сказав, что тот не очень здоров. Сразу же вспомнилось, как Тэхён переживал за Ёнтана, чья смерть для всех стала большим ударом. Второй день молчания от Чимина уже начинал порядком беспокоить. Хотелось с ним поговорить, узнать, как дела, но Юнги снова убедил себя ничего не предпринимать, ведь он скоро вернётся. Правда, не знал, когда именно, но звонить и спрашивать не стал. Был вариант выведать всё у Чонгука, и тот наверняка бы рассказал, но Юнги отказался от этой идеи. Каждый раз бросать взгляды на календарь и гипнотизировать дату, желая её скорейшего наступления, было бы ещё тяжелее. Настроившись на ожидание, сколько бы оно ни продлилось, Юнги выставил время подъёма, поскольку завтра понедельник, и пошёл в ванную, чтобы подготовиться ко сну. Привычные и однообразные действия хорошо отвлекали от забот и помогали легко заснуть, поэтому утром он чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Во второй половине дня из Тайбэя вернулся Хосок. Юнги написал ему с предложением встретиться, но получил ответ, что друг планирует отлежаться дома, обещая, что позднее с радостью придёт в гости. Настраиваясь на ещё один вечер в одиночестве, он решил отказаться от доставки, которой баловался последние несколько дней, и сам принялся за готовку. Ещё один ритуал, помогавший снять напряжение и разгрузить голову, действовал безотказно. Зайдя в спальню и собираясь лечь, когда с ужином было покончено, он вдруг вспомнил о «лампе вдохновения», подаренной Чимину. Достав её из шкафа и настроив, Юнги лёг на постель. Глядя в потолок, где отображались планеты, он ощущал умиротворение и даже не заметил, как уснул.

***

Чимин получил багаж и вместе с менеджером отправился в сторону выхода из аэропорта, когда время едва перевалило за полночь, а значит, наступило двадцать седьмое мая. К сожалению, как и в случае отлёта, выйти незамеченным не получилось. Не помогла ни маска, ни очки, ни натянутая до самых глаз шапочка. Несколько человек окружили его и начали снимать. Стараясь вести себя естественно и не поддаваться панике, так как охраны с ними не было, он быстрым шагом достиг парковки, где дожидался автомобиль, и с облегчением выдохнул, лишь когда дверь закрылась. — Спасибо, — сказал парень, выходя на улицу после того, как они достигли дома. — Доброй ночи, господин Пак. Взяв вещи, он отправился в свою квартиру. Поскольку был первый час, Чимин хотел спокойно подготовиться, прежде чем идти к Юнги. Он намеренно ничего ему не писал и не звонил, понимая, какая была реакция после пробуждения в пустой постели, но считал, что поступил верно. Прощаться всегда тяжело, поэтому в этот раз Чимин решил уйти по-тихому. Закончив водные процедуры, парень оделся и пошёл в другой корпус. Стараясь не производить лишнего шума, он зашёл в квартиру и направился в спальню. Из-за закрытой двери виднелась тусклая полоска света. Чимин обрадовался, думая, что Юнги не спит, но, зайдя внутрь, обнаружил, что горел не свет, а лампа, отображающая на стенах и потолке космические объекты. На лице появилась улыбка. Выключив её и скинув штаны с футболкой, он забрался в постель, затем приподнял край одеяла и, скользнув ближе, прижался к тёплой спине. Несколько минут парень лежал спокойно, закрыв глаза и настраиваясь на сон, но ничего не получалось. Чимин с осторожностью провёл от сгиба локтя Юнги до плеча и тут же услышал шумный выдох. — А я уж думал, что ты просто лёг спать. — Я вернулся. — Вижу, — Шуга повернулся на другой бок, лицом к парню. — Ничего не хочешь сказать? Чимин сдерживал улыбку, как мог, слыша недовольство. — Не хотел зря беспокоить. — Между прочим, я собирался тебя проводить, а в итоге проснулся, когда уже никого не было. — Прости, — парень переместился на его подушку, оказываясь в паре сантиметров от губ. — Я скучал. Искренность, отражавшаяся в карих глазах, и нежность, звучавшая в любимом голосе, всегда задевали струны души, и сегодняшняя ночь не стала исключением. Юнги коснулся его лица подушечками пальцев, прежде чем податься вперёд и поцеловать. Сначала почти невесомо, чтобы ощутить мягкость, затем более настойчиво, чтобы показать, как сильно ждал. — Хочу тебя, — прошептал Чимин, наваливаясь сверху. — Прямо сейчас. — А как же… — Я подготовился, так что не отвлекайся. Он прильнул к губам Юнги, чувствуя ладони на своих ягодицах. Надавливая пахом на его промежность, парень спросил: — Почему на нас до сих пор надеты трусы? — Сам задаюсь этим же вопросом. Юнги помог ему избавиться от нижнего белья, затем стянул с себя боксеры и, разведя ноги шире, вновь притянул Чимина, ощущая своим членом чужое возбуждение, но сейчас главным было другое. — Нужна смазка. — Держи, — парень всучил ему бутылёк, после чего снова впился в губы. Выдавив немного геля, Юнги хорошенько промазал края его ануса, прежде чем лезть внутрь. Он старался не спешить, но Чимин сегодня был обделён терпением. — Давай быстрее. Чего ты тянешь? — Сейчас исправлюсь, — он на пробу вставил один палец. — Не больно? — Нет. — У нас давно не было, поэтому… — Со мной всё хорошо, смелее, — парень завёл руку за спину и направил его кисть глубже в своё тело. — Вот так хорошо. Помассировав слегка простату, которую находил уже с закрытыми глазами, Юнги на время её оставил, чтобы заняться растяжкой. Чимин изнывал от нетерпения и желания. Убрав его руку, он сказал: — Достаточно, — затем приставил член к анусу, но с первой попытки вставить не получилось. — Чёрт. — Позволь-ка мне это сделать, — сказал Юнги, затем снова уложил его к себе на грудь и, обхватив возбуждённую плоть, спросил: — Хочешь сегодня побыть сверху? — Если ты не против. — Без презерватива? — Давай без, — глаза Чимина блестели от страсти. — Хочу почувствовать тебя глубоко и без ограничений. — Как скажешь, — он начал давить на сфинктер, вынуждая себя принять. — Расслабься. Парень закрыл глаза и сделал, как велели, испытывая дискомфорт от проникновения крупной головки, но это ощущение продлилось недолго. Когда член полностью оказался в нём, он медленно выдохнул, привыкая и немного ёрзая, чтобы устроиться поудобнее. — Всё хорошо? — Признавайся, ты точно что-то принимаешь. Твой член с каждым разом становится всё толще и длиннее. Юнги рассмеялся, поглаживая его ягодицы и слегка разводя в стороны. — Кроме генетики, больше некого благодарить. Чимин опёрся руками с обеих сторон от его головы, больше не желая ждать, и приподнял таз, выпуская член до середины, потом медленно опустился, направляемый широкими ладонями, и сел ему на бёдра. — Как же потрясающе, — сказал он с придыханием. — Сейчас будет ещё лучше. Юнги чуть подвинул его, чтобы упереть пятки в матрас, затем толкнулся вверх и вошёл глубже. — Боже. — Нет, меня зовут Мин Юнги. — Я хотел сам, вообще-то, — сказал Чимин, подстраиваясь под его движения. — А ты думал, что, если забрался на мой член, то сможешь всем руководить? — Такой был план, — ответил он, улыбаясь. — Сегодня я всем заправляю. Юнги снова двинул тазом, загоняя член до упора. — Не будем никуда спешить. Согласен? — Обеими руками за, — он наклонился к его лицу и поцеловал. Шуга не переставал двигаться, наслаждаясь приятной тяжестью тела Чимина, который громко постанывал, когда член задевал внутри него комок нервов, посылая импульсы, и ощущая жаркую узость, которую не хотелось ни на миг покидать, но желание кончить перевесило, поэтому он стал совершать более резкие и короткие движения, унося обоих за грань. Когда из него вырвалась сперма, Юнги обхватил Чимина поперёк туловища, не позволяя шевелиться, и зажмурил глаза. Тот, в свою очередь, сжал его мышцами ануса, усиливая эффект и заставляя мозг уплывать, тоже содрогаясь в оргазме, который растёкся между их животами тёплой лужицей. Чуть отдышавшись, но продолжая испытывать эйфорию, парень «недовольно» произнёс: — Ты кончил прямо в меня. — А в кого надо было? Секунду они глядели друг на друга, а потом начали смеяться. — Ох, ты снова меня сжимаешь, — ворчал Юнги, — слезай. Чимин не спеша приподнялся и, когда обмякшая плоть покинула его анус, ощутил стекающую по бедру сперму. — Пошли в ванную, — Юнги наспех обтёр их салфетками и помог встать с постели, — помою тебя. Когда зашли в душевую кабину, он настроил воду, после чего осторожно проник двумя пальцами в припухший анус, промывая от семенной жидкости. Чимин обнял его за шею, позволяя орудовать в своей заднице. — Прости, что так получилось, — послышалось над ухом. — Ничего страшного, — он отклонился, чтобы посмотреть в глаза. — В следующий раз буду более чётко формулировать свои желания. Они начали целоваться и так увлеклись, что почти забыли, зачем сюда пришли. — Как же я рад, что ты вернулся, — Юнги коснулся губами его виска. — Я тоже рад, но лучше бы нам пойти в кровать. Меня так в сон клонит, что едва могу стоять на ногах. — Да и мне скоро на работу, а из-за тебя придётся идти невыспавшимся, — снова заворчал он. — Зато хорошо потрахавшимся, — с улыбкой ответил Чимин. — Твоя правда. Сил и желания на разговоры не осталось, поэтому, забравшись под одеяло, вскоре они заснули. Утром Юнги встал первым и, глядя на спящее рядом счастье, улыбнулся. Пока Чимин будет дома, надо запланировать что-нибудь особенное. — Во сколько ты придёшь вечером? — пробормотал парень неразборчиво. — Если задумал готовку, то не стоит. Лучше закажи на свой вкус и наслаждайся отпуском. Чимин улыбнулся, не открывая глаз и не поднимая голову с подушки. Шуга поцеловал его в щёку и, задержав взгляд ещё на мгновение, пошёл собираться. Во второй половине дня Намджун выставил сторис, чтобы поделиться с фанатами новостью о том, что победил на AMA's в категории «Популярный K-pop артист», затем ещё одну, где содержался такой заголовок: «Все участники BTS снимут военную форму в июне», а ниже шла его приписка: «Скоро, совсем скоро». — И правда, уже очень скоро, — вслух произнёс Юнги. Приехав вечером домой, он нашёл Чимина в гостиной с книжкой в руках. Встав с дивана, парень приблизился к нему и поцеловал. — Целый день пытался себя убедить, что ты точно здесь и никуда не уйдёшь. — Конечно, не уйду. Что за мысли такие? Вместо ответа Юнги обнял его, наслаждаясь теплом самого дорогого человека, с радостью осознавая, что томительное ожидание наконец-то закончилось. Чимин понимал без слов, прижавшись всем телом и щедро даря любовь тому, кому принадлежало его сердце. Между ними всё осталось по-прежнему, несмотря на время и расстояние, которое прожили вдали друг от друга. Если это не судьба, то что тогда?