АЛЕТЕЯ

Солнце село, оставив догорать за зелёно-золотым горизонтом яркую светлую полосу. Его сияние заменил свет десятков жёлтых, оранжевых, красных бумажных фонариков на городской площади, потонувшей в запахах сладостей из многочисленных ларьков, музыке бродяг-артистов и криках зазывал, звоне колокольчиков на ветру, развевающем разноцветные ленточки на прилавках и деревьях, смехе и голосах людей, пришедших на Фестиваль Основания*. Толпа окружила импровизированную сцену, на которой уличные актёры разыгрывали бессмысленные забавные сценки, заставляя от души смеяться вечно полных сил детей и улыбаться их уставших родителей. В праздничном шуме тонули шаги двух молодых людей, выделяющихся своей одеждой – чёрной формой под тёмными с серебристым узором накидками. Эти двое медленно шли по площади, внимательно оглядываясь по сторонам, словно выискивая кого-то. - Похоже, их всё же здесь нет, - сказал один из них, бывший заметно старше второго, всматриваясь не в самих проходящих мимо людей, а словно в нечто иное, что должно было быть в толпе и остаться незамеченным простыми людьми. Увидев, как его напарник остановился, глядя в сторону одиноко стоящей маленькой девочки с тряпичной куклой в руках, он окликнул его: - Фар, нам нужно идти. Не время по ярмаркам гулять. - Подожди минуту, я сейчас вернусь, - ответил юноша и направился к девочке, которая его не помнила, но которую он знал как младшую сестру своего друга. - Привет, - он присел перед ней на корточки. – Ты потерялась? - Сестрёнка… - растерянно прошептала девочка, глядя в землю. - Где она? - Она не пришла, - так же тихо проговорил ребёнок, прижимая к груди куклу. – Я побежала её искать и потерялась. Помоги, тут очень холодно и страшно… Девочка подняла взгляд. Страх наполнял её яркие изумрудные глаза.

- * -

- Да, это так. Лицо Аллеса было мрачным, когда он подтвердил догадку Лорени, стоящей перед ним, не знающей, что говорить дальше. - Значит, ты скрывал это? - Что он скрывал? – в комнату вошёл Лем. Оценивая обстановку, сел на стул поодаль от товарищей. - У меня были лишь догадки. Аллес поднялся со стула и подошёл к окну, за которым ветер гнал опавшую листву. Став к нему спиной, посмотрел на ничего не понимающего Лема и Лорени, выжидающую, что он скажет. Потом, вздохнув, произнёс: - Моё полное имя на сегодняшний день – Арлес Дестино Фар Хино. Я Дитя Зелёных огней и живу уже третью жизнь. И в прошлой жизни я действительно был первым крылатым подопытным. Со стороны стола послышался шумный выдох. - Только не говори, что ты не знал этого, - раздражённо произнёс Лем. - Только догадывался, - не глядя на него, повторил Аллес. Потом пояснил: - При перерождении бóльшая часть воспоминаний стирается безвозвратно, лишь некоторые остаются в памяти, но и они слишком расплывчаты, чтобы дать что-то стóящее. Нужен специалист, который сможет их возродить, ибо Дитя не может сам восстанавливать свои воспоминания. В Службе неплохие специалисты в этой области, но и они смогли сегодня узнать немногое – лишь самые яркие события из моих предыдущих жизней. То, что было проще всего достать из глубин подсознания. - И что ты ещё… вспомнил? – осторожно поинтересовалась Лорени, видя хмурое лицо Аллеса. На губах мальчика появилась ухмылка. - Меня убили, - сказал он несколько изменившимся голосом. – Два раза. Один и тот же человек. Лем и Лорени переглянулись. - И кто он? – спросил юноша. - Всё произошло слишком быстро, - Аллес качнул головой. – Оба раза это заняло мгновения. Пока удалось лишь узнать этот факт. Завтра мы продолжим, но, боюсь, это не даст многого. - Всё равно это лучше, чем ничего, - вздохнул Лем. - Пожалуй, соглашусь, - Аллес оттолкнулся от подоконника. – Пойду прогуляюсь. - Всё это странно, - пробормотал Лем, когда за Аллесом закрылась дверь. - О чём ты? – спросила Лорени, взглянув на юношу. - А? – тот словно очнулся от раздумий. – Нет, ни о чём. «У тебя есть догадки, Хино, - думал он. – Не хочешь говорить об этом раньше времени?» - Он сказал, что живёт уже третью жизнь, - вспомнила Лорени. – Лем, а ты? - Только первую. - Но как вы об этом узнаёте? - Никак. Просто знаем. - Это удивительно. Значит, вы можете жить вечно? - Нет, - Лем покачал головой. – Если мы умрём в любой день, кроме своего дня рождения, то уже не переродимся. Пожалуй, это единственное, что нас отличает. - А сила? - Сила… - юноша задумался. – Случай с Аллесом, скорее, является исключением, нежели правилом. С другой стороны, все мы изначально не равны. Я бы не сказал, что Аллесу повезло. Имея большую силу, приходится её сдерживать, чтобы никому не навредить. В том числе себе самому. - Значит, ваши с ним силы не равны? - Боюсь, что так, - Лем отвёл взгляд. – Он намного сильнее меня, это приходится признать. Но, как я уже сказал, ему не повезло. Лорени не знала, что ей сказать на это. Чтобы прервать неловкое молчание, Лем спросил, направляя разговор в другое русло: - Ты решила, что будешь делать дальше? Ведь твои поиски завершены. - Да, завершены, - эхом повторила Лорени, садясь на краешек стула, на котором несколько минут назад сидел Аллес. – Я не смогу отсюда уйти, пока не восстановлю крыло. А это очень долго, как минимум, год. Пока буду помогать в Архиве: Алессандро нужен помощник. Но, если я захочу, я могу покинуть это место. - Но… - начал Лем. - Я знаю, - оборвала девушка. – В таком случае они перепишут мне память. Но я думаю остаться, если мне позволят. Хотя бы в качестве прислуги. Не хочу забыть тех, кто спас меня, - на её губах появилась лёгкая улыбка. - Улыбнулась, - заметил Лем. - Что? - Ты редко улыбаешься. - Наверное, это потому, что в моей жизни не так много поводов для улыбки. - Поэтому такие моменты становятся намного ценнее, - проговорил Лем, оглядываясь на свою жизнь. А что… вызывало улыбку у него? Он вспомнил свои дни рождения, проводимые в кругу семьи; тысячи зелёных огней на морской глади; первую школу… Последнюю улыбку матери. После смерти Брины всё будто пошло наперекосяк. Князь, без памяти любивший жену, стал лёгкой добычей для прицеп. Только нахождение в замке Луки – пусть начинающего, но охотника – спасло его жизнь. И жизнь самого Лема, камнем летящего с вершины одной из замковых башен, пойманного Лукой в искривление. Он помнил затуманенное сознание и пронизывающий холод бестелесного, почти завладевшего его телом. Лука стал его героем. Мальчик рос вместе с желанием стать похожим на своего дядю. Но именно после того случая, когда он чуть не погиб, ему начали сниться кошмары. Останки чужого сознания, воспоминания из иных реальностей завладели им на долгие годы. Ни одной искренней улыбки с тех пор. Но теперь, глядя на Лорени, на её светлую улыбку, на крохотные, едва заметные огоньки на глубине обычно холодных, непроницаемых глаз, ему тоже хотелось улыбнуться. Что-то было в этой обычной и в то же время загадочной девушке, будто заставляющее стереть из памяти все плохие чувства. Умиротворяющее. Очищающее. Но…

- * -

Знакомая мелодия в очередной раз заставила Лорени остановиться у двери в музыкальную комнату. «Хм, играют в четыре руки?» - она с удивлением дотронулась до ручки и приоткрыла дверь. За фортепиано в комнате, имеющей свой истинный облик, действительно сидели двое, в которых девушка без труда узнала Алессандро и Аллеса. Они доигрывали первую – спокойную – часть, правда, слегка изменённую. - Всё же не стоит ничего менять… - задумчиво проговорил мальчик, завершив игру и несколько неловко правой рукой делая какие-то пометки на листе с нотами. Сидящий слева от него Алессандро улыбнулся. - Давно мы не играли вместе. - Да, - со вздохом проговорил Аллес, снова кладя пальцы на клавиши. – И никогда прежде – «Песнь Забвения», - добавил он и, скомандовав: «Не отставай!» - бойко начал вторую часть. Едва только его пальцы коснулись нужных клавиш, резкая боль молнией пронеслась по голове Лорени. Перед глазами поднимались облака пыли и дыма, отовсюду слышались грохот, оглушительные взрывы, крики, и во всём этом хаосе – двое мальчишек, пробирающихся среди тёмных руин какого-то собора, разрушенного до самого основания. - Держись крепче, Алессандро! – мальчик постарше, лет одиннадцати-двенадцати, провёл рукой по волосам, убирая с лица мешающие длинные светлые пряди, остановившись на мгновение, чтобы осмотреться, что оказалось весьма затруднительным в том ужасе, что творился вокруг них с младшим братом, со всей силы вцепившимся в его дрожащую окровавленную руку. – Я вытащу нас отсюда! Совсем рядом с ними упал снаряд – и видение прекратилось. Как и игра. Открыв глаза, девушка поняла, что сидела на полу. Руками она закрывала уши, чтобы не слышать грохота войны, но теперь было настолько же мучительно тихо. Кто-то сидел на корточках напротив неё. Подняв голову, она столкнулась взглядом с Алессандро. Мужчина положил свои ладони поверх её и медленно опустил пробираемые мелкой дрожью руки девушки, не сводя с неё обеспокоенного взгляда. - Пойдём, - мягко сказал он и помог Лорени подняться. – Аллес, - довольно строго обратился он к мальчику, с не меньшим беспокойством смотрящему на девушку, - вы больше не будете посещать эти сеансы. - Но… - хотел возразить Аллес, но мужчина резко его оборвал: - Никаких! – почти рявкнул он. Потом сказал тише: - Мы найдём иной способ всё узнать, но сохраним ваше здоровье. Похоже на то, что Лорени накрыл побочный эффект. Не хочу, чтобы это повторилось. Он убрал руку с плеча Лорени и повёл всё ещё испуганную девушку по коридору. Аллес провожал их растерянным взглядом. - Побочный эффект?.. – сказал он в пустоту. - Как ты себя чувствуешь? – спросил Алессандро, когда они с Лорени оказались в её комнате. Девушка села на край кровати. Она была очень бледна, глаза покраснели, тело по-прежнему трясло. - Голова раскалывается, - призналась она с тяжёлым вздохом. Прохладная ладонь Алессандро коснулась её лба. - Я принесу лекарства и что-нибудь холодное, - мужчина собирался уйти, но Лорени остановила его. - Вы не обязаны это делать, - сказала она бесцветным голосом. – Вы ведь один из старших, у Вас и так забот хватает. - Здоровье моих подчинённых – одна из моих забот, - ответил он после секундного раздумья. Выпив при Алессандро горькую настойку, Лорени заговорила: - Вы сказали про побочный эффект. Такое уже было? Её голос был уставшим, казалось, будто она не проговорила эти слова, а просто выдохнула. Алессандро, сидевший в кресле перед маленьким столиком, нахмурился. - Двоим из наших сотрудников пришлось изменять воспоминания, частично их подтирать. Это было… некоторое время назад. Это очень трудоёмкий процесс, не терпящий ошибок. Однако ложные воспоминания породили у одного из них нечто, похожее на галлюцинации. В итоге ему вернули настоящую память. Побочный эффект может возникнуть и в случае восстановления воспоминаний. То есть, в твоём случае. Я сообщу специалисту, который работал с тобой, об этом происшествии. - Но почему Вы решили, что это побочный эффект? - Ты совершенно не реагировала на действительность, пока находилась в этом состоянии. Точно так же было и со… с ним, - он кашлянул. – Я не буду спрашивать, что ты видела, для твоего же блага. И, как я уже сказал, ты больше не будешь пытаться восстановить все свои воспоминания. Оставь прошлое в прошлом, мир на нём клином не сошёлся, - он поднялся с кресла. – Отдыхай пока. Он ушёл, оставив Лорени наедине с мыслями об этом странном и страшном видении. Это, несомненно, были Алессандро и Аллес, или, вернее, Фар. Воспоминания одного из них, а может, обоих. Воспоминания, заложенные в «Песни Забвения». Ведь Фар писал о них с братом?..

- * -

- Повтори, что ты сказал? Лем, сидя за столом, ошарашенно смотрел снизу вверх на Аллеса, нависшего над столешницей, широко расставив руки, глядя в глаза напарнику. - Я хочу, чтобы ты поймал его образ в моей памяти, - терпеливо повторил Аллес. - Ты шутишь? Ты хочешь, чтобы я сделал то, с чем даже специалист не справился? - Да, хочу. Решительный настрой Аллеса сломил сомнения Лема. - Хорошо, - юноша сдался. – Я попробую, но ничего гарантировать не могу. Слабым голубым светом засияла связующая нить. Тишина и темнота вокруг, будто время остановилось во мраке. Преодолевая день за днём, год за годом, на удивление легко, будто следуя за каким-то невидимым проводником, пробираясь среди тысяч, миллионов мгновений нескольких жизней, Лем наконец смог отыскать нужную минуту. Мгновение, когда его лицо оказалось у самого лица Фара, когда взгляд охотника встретился со взглядом безумца, вонзившего в его грудь длинные когти. В эту же секунду нить исчезла: Аллес открыл глаза, прерывая видение. - Зови Лорени, - уверенно сказал он. – Я знаю своего убийцу.