Часть 7. Когда приближается тьма.
13 августа 2023 г., 10:00
— Так, читать эти закорючки мы все равно не умеем, — логично заключил Соник, глядя на такое же, как и у него, озадаченное выражение лица черного ежа. — Так что предлагаю совместно додумываться, что тут понаписано про этот парящий водяной генератор.
— Логично, — кивнул Шедоу, решив начать первым. — Похоже, его придумали те же, кто создал храмы наверху и нарисовал все эти фрески.
— Логично, — отзеркалил Соник, чем вызвал приступ легкого раздражения у напарника. — Вот тут, смотри, видно, как они спускаются вниз, в пещеру. Похоже, раньше отсюда был выход, прямо за центральным храмом с диском.
— Да, только его давным-давно завалило, я видел то, что осталось от прохода, — покачал головой черный еж, всматриваясь дальше в картинку. — Вот тут они, похоже, создают этот самый диск. Значит, он искусственный, как роботы Эггмана.
— Да упаси Хаос, чтобы роботы дока были настолько же крутыми, как эта штуковина, — в шутку испугался синий, продолжая: — Похоже, они хотели, чтобы этот диск излучал энергию Светлой Гайи, генерируя им свет и воду и унимая жар лавы. Ха, что-то вроде идеального города, но не в небесах, как обычно, а наоборот, на самой глубине.
— Необычный подход, и вряд ли кто-то стал бы им тут мешать, — пожал плечами Шедоу. Он всмотрелся дальше в картинку. — Но, похоже, что-то как обычно пошло не так.
— И не говори, — хмыкнул Соник. Он прошел дальше вдоль стен и продолжил: — Вот тут у них начались первые проблемы. С диском. М-м-м, я не совсем понимаю, он типа начал ржаветь?
Герой показал на опоясанную текстом картинку с золотым диском, который снизу, словно старую консервную банку, начала подгрызать ржавчина.
— Не думаю, — агент прошел дальше, сравнивая рисунки. — Подсказка была на входе в зал. Это другая энергия, темная. Она начала захватывать диск, и, похоже, так не было задумано при создании.
Он кивнул на картинку, где были изображены разрушения построек и какие-то фигурки, приближенные к гуманоидным. Они прикрывались руками от тьмы, полосой падающей от той стороны диска, которая потемнела.
— Так, а вот тут, кажется, ответ на то, зачем тут этот бассейн, — синий кивнул сначала на заполненный водой центр зала, а затем на картинку. — Смотри, похоже, вода при контакте с тенью от диска становится темным дымом. Что-то мне подсказывает, что это энергия Темной Гайи. Вон, посмотри, тут они рисуют наполовину монстров в тени, наполовину каких-то лягушек и белок.
— Монстры в тени… — прошептал Шедоу, прикасаясь пальцами к картинке. Он снова стал каким-то странным после этого открытия. И вдруг резко встрепенулся, словно его что-то ужалило, и обернулся к Сонику:
— Тут непонятно, когда и как этот цикл начинается и заканчивается. Нам нужно убираться отсюда как можно быстрее, пока диск не стал темным! — гибрид был необычайно взволнован, бегая взглядом по всей стене.
— Воу, погоди-ка! — осадил заметавшегося напарника герой. — А как же Изумруд Хаоса? Мы не сможем выбраться без него, ты же вроде потому и вернулся…
— Ничего, я найду способ переместить нас по пещерам, — не обращая внимания ни на что, черный еж двинулся на выход, предварительно вцепившись клещом в запястье синего. — Их должно быть полно, выберемся и так.
— Или застрянем к Эггмановой усатой бабке где-нибудь в твердых породах, как живое ископаемое! — Соник затормозил пятками, вырываясь из хватки агента. — Сначала найдем Изумруд, а потом — наверх!
Шедоу обернулся на него, сверкая в полумраке алыми глазами. Из-за густых теней было не разобрать, но он был точно взбешен тем, что герой вырвался.
— Я не буду дожидаться, когда диск почернеет! — прорычал он. — Мы уйдем отсюда, а потом достанем отсюда Изумруд! Скажем этому твоему дружку-хранителю, где он, он будет счастлив сюда прокопаться! — черный еж сделал какую-то резковатую попытку снова схватить синего ежа, но тот довольно легко увернулся.
— Да что с тобой, Шед?! — герой быстро отбежал дальше в глубь зала, где они оставили факел. — Монстры нам не помеха! Мы с тобой можем уничтожить армию Эггмана даже без единого изумруда, а тут какие-то несколько островов и мелкая кучка зверюшек, которые тут еще обитают. Ну и поглощенные тьмой лягушки. Это же ерунда!
— Дело не в них! — рявкнул черный еж, подступая ближе к свету, чтобы снова схватить напарника. — Мне… Нам нужно убираться подальше!
Теперь, когда Шедоу оказался в круге света, Соник смог рассмотреть его лучше и пришел в недоумение, граничащее с легким испугом. Ультимативная форма жизни, живое оружие и живая смерть целой инопланетной расы…боялся. Теперь это было заметно. Нет, он не визжал и не трясся, как обычный рядовой житель Мобиуса, он рычал и чуть прижимал уши к голове, хотя обычно он контролировал свои движения. Теперь же он скалился, смотрел на напарника взглядом, полным какого-то тихого отчаяния, и все время дергал ухом, которое было ближе всего к выходу, словно боясь услышать приближение тьмы.
— Шедс, ты что, боишься? — не выдержал и спросил в лоб Соник. Этот парень не испугался, когда на него падала колония АРК, и нападал целый рой пришельцев. А тут какой-то диск тьмы и туман почти привели его к истерике.
— НЕТ! — взревел черный еж, бросаясь к нему и наконец вцепляясь в запястье. Это было так больно, что синий зашипел, опасаясь, что агент сломает ему руку. — Ты не понимаешь, мне нельзя… Нам нельзя попадать под этот туман!
Тон стал из угрожающего почти умоляющим, но зато синий начал понимать, в чем корень проблемы.
— Ну-ка, погоди! — он перестал вырываться и неспешно начал отступать вместе со свихнувшимся напарником к выходу, чтобы тот просто не оторвал ему руку. — Что значит, нам нельзя? Я знаю, что будет, если я опять попаду под темную энергию, я снова стану похож на пушистого громилу с клыками, но это ничего. Я потеряю в скорости, но зато стану сильнее, это не помешает нам искать Изумруд Хаоса!
На это Шедоу не стал ему отвечать, просто с рычанием потянул на выход. Похоже, не планировал ничего объяснять, пока они не выйдут наружу. Зато к Сонику пришло осознание, что он еще не задал один интересный вопрос.
— Шедоу, а какой эффект на тебя оказывает темный туман Гайи?
Черный еж запнулся и отпустил руку напарника. Он не стал оборачиваться, и в темноте Соник видел только его спину и теперь окончательно прижатые уши.
Они стояли так несколько минут, пока агент не вздохнул как-то обреченно и с усталостью. И не обернулся на героя. Он видел только алые глаза, смотрящие будто сквозь него.
Однако сказать что-либо напарники друг другу не успели. Глаза агента вдруг расширились, он издал какой-то хриплый то ли рык, то ли подавленный вопль, и просто телепортировался из зала. Ничего не понимающий еж остался один, в тишине, нарушаемой каким-то странным звуком, который раньше не замечал из-за того, что был отвлечен сложившейся ситуацией.
Обернувшись, он понял, что случилось, и ему тоже стало не по себе, хотя до этого он сам призывал Шедоу не дергаться.
Пока они спорили, вода в бассейне медленно, но верно превращалась в фиолетовый туман. Соник в мгновение мысли вылетел наружу и пролетел все расстояние до начала платформы, чтобы увидеть, как диск из сияющего золотом становится темным, а вода, что потоками лилась вокруг и ниспадала вниз, превращается в густые облака лилового тумана. Те же изменения происходили с плывущими тучами, клубящимися вокруг летающих под потолком обломков.
Лес наполнился звуками.
Они были в нем и раньше: стандартные голоса редких птиц, какое-то стрекотание насекомых и кваканье жаб. Синий герой даже не придал этому значения, потому что такое оформление было привычным и наверху, под светом солнца. Теперь же все изменилось.
Начиная от центра все кругом начало рычать, скрипеть, выть и вообще издавать тонну звуков, не свойственных обычному лесу. Привычную лесную тишину захватывали порождения темной Гайи, а густой лиловый туман, расползающийся вместо обычного, стремительно расширял границы этого безумия.
А Шедоу, между тем, бесследно пропал. Синий очень сейчас жалел, что у него не было способностей, как у Наклза, и он не умел читать следы энергии хаоса. Тогда бы он смог отследить, куда так панически бежал его обычно неустрашимый соперник. Хотя сейчас у него была еще одна беда.
Лиловый туман стремительно приближался. Соник приготовился встретить давно забытое чувство превращения в клыкастую громадину. Он не думал, что когда-либо еще придется такое пережить, но, похоже, судьба распорядилась иначе. Он стоял на краю обрыва, смело глядя на наступающую волну. Через минуту она накрыла его с головой, и он закашлялся от этого сырого и вяжущего привкуса темной энергии у себя во рту.
