отпустить.

Иногда, происходит так, что приходит разлука. Сколько бы раз вы ни находили новые знакомства, находили новые отношения, общались первый раз с интересными людьми, вы явно сможете вспомнить, тот момент когда у вас этого не было. Как бы тяжело это не было, это стоит принять как должное и отпустить, ведь рано или поздно этот момент наступит снова. И вы останетесь наедине с собой. *** Кроули, все свое мучительное долгое существование, знал многое. Он видел величайшие события в мире, читал древнейшие книги, знал самых знатных людей на этой планете, но тоже имел свойство ошибаться. и он никогда не сможет понять ту чудовищную ошибку, что совершил. не сможет принять ее, и она будет расползаться по нему густым туманом, закрывая остатки разума мрачной пеленой нахлынувших воспоминаний. Все мы не без греха, и будучи молодыми и несознательными, склонны совершать ошибки. Все они имеют разную ценность, категорию, значение, меняют нашу жизнь в разные стороны. это словно колода карт, что перемешивается все быстрее с каждым ловким движением рук. сможете ли вы уследить, чтобы это не зашло далеко? Кроули, как ему казалось, в действительности не был не сознательным и точно не молодым. он часто сравнивал себя с бесконечными песочными часами, ведь под его чарами можно было застыть и зависнуть так, что просидеть часа три. интересное сравнение, не так ли? золотистый льющийся в руках песок, стеклянные, до бриллиантового блеска вычищенные часы ручной работы, стоящие перед вами. смотря на них, можно почувствовать бесконечность времени, важность собственной жизни и принятие срочных, сумасшедших решений. Кроули считал, что без этого не обходиться ни одна человеческая душа. Он любил риск, опасность, авантюру, идею. Но он глубоко ценил комфорт и уединение, словно был хищником у которого не выросли клыки. Будучи оккультным существом, он не знал, что такое человеческая молодость. Проведя с людьми 6000 лет, он так и не осознал смысл этого слова. Мог ли он сравнивать свою молодость с тем временем, когда он был ангелом? Хм, кажется, мы отвлеклись от темы. Что же, о ошибках. Кроули, как казалось, прожил очень много. Как он считал, достаточно, чтобы не совершать опрометчивых ошибок. Но..это не так. Даже если вновь вернуться к размышлениями по поводу его долгого существования на земле, можно смело предположить что он действительно очеловечился, ведь находя простые радости жизни в людских вещах, таких как красивая одежда, любимая еда или общение, начинаешь проникаться в это. О, да. В этом и была опасность. Видите ли, Кроули считал что ему не чужды человеческие чувства, но он обыграл сам себя в этой опасной колоде, все быстрее двигающийся под умелыми, хитрыми руками. *** Кроули давно размышлял об отдыхе. Было бы прекрасно, слишком дьявольски хорошо для него, забросить эту работенку и послать на все четыре стороны настойчивых и разбушевавшихся демонов, ещё недавно желающих его кончину. Как лицемерно с их стороны было что то поручать ему, но, разве в этом и есть их менталитет? С уверенностью можно заверить в этом каждого верующего. Демон - по своей природе действительно ужасное существо, воплощение человеческих грехов, способное соблазнить людей на отвратительные, плохие вещи. Чем, они собственно и занимались. Словно какая то крупная контора. С длинными узлами времени, затягивающимися на шее Кроули, эти соблазнения перетекли в простую рутину, где точно и совершенно ясно было понятно - никого не интересует прогресс, интересует лишь завершение. Кроули, двигаясь по течению времени, видел смерть и жизнь, войны и перемирие, страх и радость, победы и проигрыши. Сколько бы он себя не убеждал, хотя и не пытался, со временем он действительно и сокровенно проникся, о чем бы не сказал ни одному живому существу, иногда он не мог сказать это даже самому себе. Он иногда подшучивал над Азирафаэлем за изучение людской психологии, но то, насколько это было действенно и для змия, поразило его. Он наткнулся на эту тему случайно, по привычке прогуливаясь меж стеллажей букинистического магазина. Он мог отрицать многие вещи, но не свои чувства, не свои мысли. Он вынес ясный вердикт, и принял для себя мысль – "Сердцу не прикажешь". Да, это было действительно так. Оно не могло разлюбить, возненавидеть, относится с равнодушием, лишь потому что так хотел Кроули. То, что раньше казалось ему абсурдом, обретало новые краски в этом грешном мире. Он никогда не ожидал от себя подобных размышлений, но сидя в мягком кресле, в магазине ангела которого он безвозвратно любил, он понял, что окончательно влип. И не мог больше выбраться сухим из воды. Мысли едва могли складываться в слова, строчки, предложения, голова дымилась. Схватившись за полку, он размял шею, пытаясь унять кульбит, что совершало сердце. Считая, что чувства могут испытывать лишь люди - он обыграл сам себя. – Чертова Вельзевул... Его настигла вспышка ярости, смешанная с невиданной болью и горечью, и он со всей силы ударил по ближайшей полке, откуда свалилось несколько пыльных томов. Мелкие пылинки взлетели в воздух, кружась вокруг Кроули. Их было заметно в дневном свете, но Кроули отчаянно желал слиться с тьмой, ведь больше не мог выносить то, что удерживало его на протяжении несчастных 6000 лет. Постепенно подкармливая свои чувства, не делая это чем то запретным, святым или предубежденным, он действительно обманул себя, ведь считал что не способен. И это оказалось ложью. От резкого удара костяшки его пальцы напряглись до побеления, а черные расширенные зрачки метались в разные стороны. Сердце ходило ходуном, а остатки здравых мыслей плескались, словно вино на ветру. Безуспешно пытаясь отвлечься, Кроули упал в кресло, решив остановиться на чем то отстранённом. Иногда он слышал о неких психологических сеансах, которые помогают понять внутреннее состояние клиента и решить проблемы. Как удобно. Он ядовито усмехнулся, рассматривая старые брошюры, перебирая многочисленные отчёты, изредка мигая глазами в сторону окна, но не найдя знакомых светлых волос, вновь замирая и отгоняя мысли подальше от себя. Наконец, час пик его возможностей настал, и устало протерев глаза, он услышал лёгкий удар звонка, оповещающий о прибытии. Помявшись на месте, он решил не прятаться, ведь видя сострадающий, что больше всего и ненавидел Кроули, взгляд ангела он начинал задыхаться от собственной убогости и трусости. Кроули больше не желал быть таким. В последний раз обернувшись перед тем как показаться, он понял что пути назад больше нет. И это было действительно так. Клубок мыслей зашевелился в его голове, словно змеи нашёптывали ему на ухо самые ужасные исходы сегодняшнего дня, самые ранящие слова, что он не был готов услышать от своего ангела. Все воспоминания из его теперь казалось мизирной жизни пронеслись перед змеиными зрачками. Сжав кулаки, он позволил себе последний раз обернуться назад, надеясь, что момент после никогда не наступит. Естественно, он ошибается. Очень глубоко. – Кроули! Взволнованный, встревоженный, но до одурения счастливый ангел влетел в магазин, в два шага подошёв к нему. Его настроение сильно отличалось по гамме от того, что ожидал Кроули. Он ожидал многого. – Кроули, у меня есть хорошие новости! Демону до сладкой истомы нравилось слышать его имя из уст ангела. Сознание затемнилось, когда он в последний раз вспомнил как азирафаэль назвал его в первый раз. Его взгляд казалось, не выражал ничего, и одновременно выражал все человеческие чувства, смешанные, словно краски закатного неба. – Мне тоже нужно тебе кое что сказать, Азирафаэль. Он прошипел это, отчаянно выдавил, словно его шепот мог сказать Азирафаэлю обо всем за него. Кроули действительно хотел не смотреть на него, и когда последний кадр в голове пронесся с оглушительной скоростью, через немоготу он взглянул на него. – Метатрон хочет, чтобы я стал архангелом вместо Гавриила! Я..я даже не знаю.. Ангел пролепетал это с смущающие восторженным тоном, будто зная, как отреагирует змий, но нарочито громко и хвалебно, показывая лучи света из своих прекрасных глазах. Он отчаянно вспылил. – Скажи, что ты отказал, прошу?! Ангел растерялся. Он тщетно искал слова чтобы успокоить, приструнить демона. Это было бесполезно. Все в этом мире теперь казалось бесполезным. Кроули больше не сможет ни подчиниться, ни упасть второй раз. Последние остатки его грешной натуры тянулись к светлому ангелу, пытаясь найти в нем тепло. Словно утопающий, хватающийся за канат, привязанный к невыносимо тяжёлой гире с долгом, который никогда не сможет выполнить. – Я могу все исправить! Пойдем со мной, ты будешь моей правой рукой! Демон от нереальности происходящего просто начал словно в бреду качать головой. Эти слова звучали настолько нелепо, что демон пожелал вырвать себе уши и глаза, чтобы не знать, что будет после. Он не смог сказать ни слова, гиря тянула его на дно, и захлебываясь в океане собственных чувств, он понял что смерть - не так страшно, как отвержение. Он резким, немедленным порывом, поцеловал ангела. Он вцепился в его одежду, желая встряхнуть, указать на неправоту. Возможно он просто умолял. В глазах заплясали круги, все разделилось на равные части, все словно встало на свои места и больше не смело двигаться. Или не могло. Он оторвался от его губ, поняв, что утопает. И никто не протянет ему руку помощи. Ведь он грешник, и судьба порой относится жестоко к тем, кто делает вид, что ее не существует. Азирафаэль ошарашенно прикоснулся к губам, и обомлел. Все вокруг них словно заморозилось, ни время, ни хоть одно жалкое людское словно не могло потревожить звенящую, мертвую тишину. Кроули часто видел как плачут люди, находил это чем то, что не достойно его внимания. Ведь это было лишь одним многочисленным человеческим чувством, что исчезнет в течении времени. И пока для них время длилось словно песчинки в старинных часах, у людей он летело, незаметно, словно кружащаяся птица, прорываясь через леденящие ветра, желая перелететь океан, но не у всех эта птица достигала суши. И Кроули надеялся, что он все таки не ошибается. Его сердце упало. Он едва держался на ногах, нелепо то открывая глаза, то закрывая. Кроули не смог сдержать то, что сдерживал 6000 лет, и к чему это привело. Но это было не похоже на что то глупое, несуразное, быстрое. Ангел ушел, просто исчез, нещадно оставляя за собой пустоту. Его чувства расползались в самые темные глубины сознания, и сейчас, схватившись за голову, он понимал в чем его ошибка. Все ошибки имеют разные ценности, степени, важности. Все они могут по разному поменять нашу жизнь. Кто то имеет право считать, что на ошибках учатся, кто то - что их следует избегать. Они могут быть совсем незначительными и роковыми, они могут погубить чью то жизнь и зародить новую. Но Кроули считал, что не способен ошибаться, что не способен чувствовать. И нашел в этом свою моральную погибель.