Мелочь

       Мин настолько безбожно сильно опаздывал на работу, что, впрочем, уже скорее и смысла не было бежать в офис на такой скорости, как он делает это прямо сейчас. Наверное не было смысла вообще идти на работу. Рабочий день для всех почти окончен, а директор только мчит на работку. Ммм. Ничего страшного. Начальство не опаздывает, а задерживается. Задерживается на полный рабочий день.       Утро было прекраснейшее вплоть до очаровательных покатушек в лифте, который решил именно сейчас позабавиться и поиграть на нервишках занятого по самое горло человека. Юнги не страдал клаустрофобией или еще какой-нибудь приколюхой, но вот опаздывать люто ненавидел. Это заставляло его сильно нервничать и обкусывать кожу вокруг ногтевой пластины, подковыривать ее и сдирать до крови. Это обусловлено его нелюбовью к придиркам и отчитыванию другими его бедной макушки. И хоть на данный момент выше него никого нет, и Юнги явно по башке за такую мелочь не получит, его тело реагирует на пережитый стресс все так же. Кровавыми обдертыми пальцами. Да и к тому же сегодня должен был прийти на стажировку его новый секретарь. Он не участвовал в найме сотрудников – для этого у него есть люди в отделе кардов. Но не должен же он подавать плохой пример для своих сотрудников. Требуешь – соответствуй. И Юнги старался придерживаться этого правила во всем. Да и как это – первый рабочий день в должности секретаря и без чашки кофе для босса. Мин конечно утрирует в этом плане. Он же все таки не безрукий: если захочет сам сделает, не сломается. Секретарь требуется для более важных моментов. Зарплату ему начисляют не за беготню от своего места до кофемашины. А вообще если быть честным: Юнги только после тридцати минут в лифте вспомнил о новом сотруднике. Даже досье не просмотрел, что уж там говорить про доскональное изучение. Поэтому личность секретаря и его умения станут для Мина сюрпризом. Он очень сильно надеется, что отдел кадров взял не первого пришедшего с учетом всех критериев в списке, прописанным самим Юнги. Там было много пунктов... Может даже слишком. Бедный Сокджин, помощник его зама, выполнял двойную работу уже третий месяц.

***

      Но суждено ли Юнги сегодня вообще попасть на работу? Проспал? Ладно, с кем не бывает. Сломался лифт? Пустяки, просто не повезло. Попасть в несерьезную аварию прямо около офиса? Пф, ну не каждому же дано водить машину. Это такие мелочи на самом деле, но когда все это происходит в один день... Мину срочно нужно закурить. Тихонько присесть на скамейку со спинкой, неторопливо достать пачку с кармана и легко затянуться. Горечь осядет на корне языка, сизый дым наполнит его легкие, и голова на пару минут приятно закружится, отпуская сегодняшние переживания. Лопнутая капсула приятно скрасит жизнь виноградным привкусом. И Мин Юнги довольный поплывет к главному входу, вваливаясь в холл. Все ему приветливо улыбаются и здороваются, ведь он совсем не злой и страшный босс. Кивает каждому, расплываясь в блаженной улыбке в ответ. Он точно знает: здесь его все любят и уважают. Его даже не огорчит внезапное столкновение с чьей-то грудной клеткой. Немного больновато, но терпимо. Мальчишка в небесной рубашке с черным галстуком мило распахнул свои округлые глазки, уставился прямо на него. Но вот испуганный взгляд быстро сменился на более уверенный и приценивающийся. Ему явно нравилось то что он видит прямо перед собой. Мин, к слову, особо никогда не наряжался, но выглядел всегда как с иголочки, аккуратно и опрятно. Он часто ловил на себе заинтересованные взгляды, но не придавал им особого значения, лишь слегка подпитывал свое эго. Приятно знать, что даже в скучном деловом костюме он может кому-то приглянуться. Но этот парень выражал взглядом свою заинтересованность слишком откровенно. Юнги хотелось спрятаться. Даже с учетом того, что он взрослый серьезный дядя и стесняться совершенно не в его стиле. Но в данной ситуации хочется прямо прикрыть свои покрасневшие щеки. Особенно после того, как этот самый паренек открыл свой рот. — В детстве мама говорила, что отдаст меня взрослому дяде за непослушание, — глазки мальчишки кокетлево стреляли в Юнги, заставляя впасть в полнейший ступор. Он обсмотрел его с ног до головы в очередной раз и наконец зацепился взглядом за бейдж на груди, — я так плохо себя вел, господин Мин. Только вот прошло немало времени с тех пор, и теперь я буду совершенно не против, если мамочка отдаст меня такому мужчине как вы. Пиздец. С ним заигрывает ребенок прямо на входе здания его фирмы. Если засудят, то за решеточкой его быстро порешают... В колонии особо жестоко обращаются с педофилами. Сколько этому ребенку вообще лет? Ему хоть восемнадцать есть? У него на шее висит точно такой же пропуск. Он работает у Мина в офисе... — Мне двадцать пять, господин, не переживайте, Вас не посадят. И да, сегодня мой первый день, — парень заправил выбившуюся прядь за ухо, включая режим глупышки-стесняшки. Похлопал пару раз ресничками и опустил взгляд в ноги, но вскоре опять вернул его в глаза напротив. — Я немного растерян пока что, и мне совсем не к кому обращаться за помощью. Можно я буду спрашивать у вас интересующие меня вопросы?       Воу. Юнги не успевает осмысливать все происходящее в такой короткий промежуток времени. Только что к нему самым дерзко-нелепым образом попытались подкатить, а после сменили тактику на более... Более какую? Но он все же непроизвольно кивнул головой. Слишком много экшена на сегодня, чтобы думать как выкрутиться. — Может тогда обменяемся айди в какао?       А что Юнги? Он просто протянул ему свой телефон, заранее его разблокировав. Глазки-бусинки и веер ресничек точно обладают какой-то магией. Но то как они загорелись после его телодвижений. Он точно больной. — Спасибо большое, сомбэним! Мне уже пора бежать. Надеюсь завтра побольше полюбоваться вашим красивым личиком!       Юнги лишь кивнул. Опять. Вызывайте скорую.