Истинное злорадство

*** Чуя Накахара. За время совместной работы он мог кое что обозначить для себя. Он упрям, груб, не церемонясь может послать взрослого человека на три буквы, или чего хуже, избить. И самое главное, и пожалуй, разочаровывающее: он вообще его не слушал. Сколько ему не говори, он упрямо пойдет на своем. Какие либо уговоры на него не действует, и провокации тоже. Дазай понимает, что если что-то не предпримет, он потеряет свой статус «няньки». На данный момент он стоял за барной стойкой вместе с Чуей, и наблюдал за тем, как тот безжалостно отпугивает бедных и и испуганных клиентов. — Чуя, это чересчур, — говорит Осаму, наблюдая за действиями подопечного. — Да мне плевать! Если они испугались меня, то значит что они не достойны выпить здесь! — подросток вздохнул, слушая безумный смех Накахары. — И откуда ты такой взялся… — пролепетал он, протирая очередной бокал. Внезапно его привлек звук колокольчика, и он увидел нового посетителя, кажется его возраста. Он добродушно поприветствовал его. — Добро пожаловать, — Дазай улыбнулся, но мужчина даже не поднял на него взгляд. Он шатался из стороны в сторону, будто уже пьяный, и держался за голову. Дойдя до барной стойки, он уселся на высокий стул, не обращая внимания на запугивание Чуи. — Да это хамство какое-то! — воскликнул он, когда не получил ответно реакции на свои провокации. Лицо мужчины приобрело грустный вид, он всматривался в невидимую точку перед собой, которую не мог разглядеть Осаму. — Вам что нибудь преложить? — вновь спросил он. — Что нибудь покрепче, — сиплым голосом ответил брюнет. — Чуя, а ну марш на кухню за бренди, у нас закончились. Чуя фыркнул, но все же удалился. Подождав, пока Накахара окончательно удалиться, он наклонился к мужчине, и спросил: — У вас что то случилось? Немного помедлив, брюнет произнес: — У каждого что-то случается, так почему вы интересуетесь именно моим горем? — Мне показалось, что вы несчастны, поэтому и спросил… — Так вы тоже несчастны? На минуту воцарилось молчание. — Ну как сказать… Скорее из-за того, что не могу покончить с жизнью. Поэтому могу считать, что мы похожи, - Дазай улыбнулся. — Почему ты хочешь умереть? — спросил мужчина. — Думаю, потому что у меня нету цели жизни. Ради чего я живу? Да и я убил столько людей, мне никогда не отмыть руки от крови, зачем же мне здесь оставаться? Мужчина долго думал, изучал его взглядом. — Думаю, я тебя понял, тихо ответил тот. — Как тебя зовут? — Дазай Осаму, можешь звать меня по имени, он улыбнулся. — Сакуноске Ода. Для тебя Одосаку, мужчина вымученно улыбнулся. — Не расскажете, почему вы грустите? — поинтересовался подросток. — Ну, недавно я узнал, что один мой хороший друг погиб, - тихо ответил мужчина. — Отличный повод, что бы выпить… — попытался сгладить ситуацию. — Прости, я не знаю как поддерживать людей в этой ситуации… — Ничего, я не просил поддержки. Они вновь замолчали. — А вот и бренди, — пропел Чуя, входа за стойку. Заметя неловкое чувство между двумя, Накахара остановился, удивленно глотая воздух. — Эй, Дазай, что стряслось? Этот недоразвитый что-то сделал? Осаму удивленно взглянул на Чую. Он не думал, что первым делом этот буйным подросток начнет его защищать. — Чуя, с чего ты это взял? Мы просто болтали, — Накахара смутился своего порыва, и молча налив бренди в рюмку гостя, ушел назад. — Милый мальчик, хмыкнул Одосаку, отпивав глоток спиртного. — Не сказал бы, - шатен покачал головой. — Да неужели? Он так ринулся тебя защищать. — Он видимо написался. — По его поведению тогда можно судить, что он всегда пьяный, — неловко рассмеялся Ода, и тут же залпом допил остатки. — Ладно, мне пора, меня ждут дети. — Вы женаты? — удивился Дазай. — Нет же, это Сиротки, за которыми я присматриваю. Неужели вам так интересно мое семейное положение? Осаму стушевался. — Извините. — Ничего, ладно, мне и вправду пора. Надеюсь, мы еще встретимся, произнес Сакуноске, и бросив пару купюр ему на стол, направился к выходу. — Приходите еще! — крикнул Дазай, но след знакомого так и простыл. Шатен вздохнул, и вновь принялся за тягостную работу. Он так и не заметил Чую, застывшего возле двери.

***

— Ты можешь идти домой, — сообщила Кое. Осаму удивленно глянул на девушку, думая, с чего это она дала возможность ему отдохнуть в рабочую смену. — Ты хорошо потрудился. Иди, уже темно, — он завернула в сторону, и направилась в погреб, в сторону склада. Осаму покачал головой на это, но послушно ушел в раздевалку. Захватив пальто, он направился к выходу, но его остановил разгоряченный Чуя. — Ты уходишь? — спросил он. Дазай спокойно кивнул, открывая стеклянные двери. — Возьми меня в собой! — промычал Накахара, хватаясь за него как за спасательный круг. — Ты опять напился… — простонал шатен, отдергивая парня. Не хватало ему еще пьяного напарника под боком. Ему бы домой без происшествий добраться, это чучело он точно в собой не возьмет. Пусть работает. Поняв, что ему откажут, Накахара еще более усерднее принялся упрашивать Осаму. — Ну пожалуйста, ну Дазай, — огорчено простонал он, но такие провокации не действовали. Осаму оттолкнул от себя напарника, и окончательно закрыл дверь. И чего это он так взбушевался? Наверное, вино просрочено.