Память

Тихие шаги. Цок-цок. Цок-цок. Вслед за ней по кафелю тянется мантия. Чёрная, длинная, скрывающая ее от посторонних глаз. Цок-цок. Цок-цок. Потрескивает огонь в камине. Комната мрачная и тёмная - ни одной люстры, ни одной свечи, а окна завешены. Цок-цок. Цок-цок. В правой руке девушка сжимает волшебную палочку, в левой - обручальное кольцо. Цок-цок. Цок-цок. Она остановилась у дивана, который стоял в самом тёмном углу большой залы. Уверенно глянула на сидящую там. Злобно оскалилась. Цок-цок. В бледную руку скользнуло обручальное кольцо. Она сжала его своими тонкими, ледяными пальцами, измазанными в крови. Улыбнулась. Надела на безымянный палец правой руки и глянула на подошедшую к ней девушку. - Все уверены в том, что настал конец. Наступило мирное время. - хмыкнула пришедшая. - Но всё начнётся по новому. Я им это обещаю. Огонь в камине погас. *** Гермиона осматривала друзей. Тот же Гарри с поломанными очками и уставшим взглядом. Тот же Рональд, с рыжими густыми волосами и… — Рон, у тебя что-то около носа. — она указала своим пальцем на переносицу. — Вот здесь. Он косо глянул на неё, затем на друга. Гарри вымученно улыбнулся. Много лет назад было также. — Спасибо, мисс Всезнайка. — Гермиона скорчила недовольную гримасу ему в ответ и засмеялась. Поджала под себя ноги и глянула в окно. Мелькали знакомые пейзажи. Величественные горы сменялись густым еловым лесом, лес — поблемкивающим на осеннем солнце озером, озеро вновь внушительными горами и так вновь и вновь. — Шрам больше не болит, так ведь, Гарри? — оживлённо поинтересовалась Джинни, ввалившаяся в купе вслед за Полумной и Невиллом. — Не болит. — Поттер улыбнулся. Впервые за долгий год. Искренне. Шрам не болел, не стоило бояться, что из-за угла выскочит Лорд Волан-де-Морт и произнесёт смертельные для Гарри слова. Не стоило вообще ничего бояться. Теперь. — Вот и отлично. Значит, настроение у всех отличное, и я, желая его поднять вам всём ещё больше, представляю вам Мари Блэк. — Джинни махнула рукой, приглашая проскользнуть в купе ещё одну спутницу. Девушка. Она чуть выше, чем Джинни, чуть ниже, чем Рон. Светлые локоны ниспадают на её плечи, обрамляя миловидное лицо. Курносый нос, светло-розовые губы, и чёрные, как смоль глаза. Она была не в мантии — в чёрной юбке и белой рубашке, на которой был вышит знак Слизерина. Классическая форма представителей этого факультета. — Мари Блэк? — переспросил Гарри, пристально осматривая девушку, задерживая особое внимание на её лице. — Да. Я младшая сестра Доры. — она улыбнулась, но в глазах мелькнула грусть. Отчаяние. Война осталась в прошлом. Как и важные для неё люди. Они ушли вместе с войной. Навсегда. — Ты дочь Андромеды Тонкс? — поинтересовалась Гермиона, припоминая, как после забавной операции «Семь Поттеров» они спрятались в доме этой женщины. — Да. Мне кажется, мы с вами виделись, нет? — она присела рядом с Гермионой. — Когда вы были у нас год назад. И пару раз в Хогвартсе. — Виделись. Ты была в компании Малфоя, вот мы никак и не могли найти общий язык, нет? — усмехнулся Рон, заслужив неодобрительный взгляд сестры и Гермионы. — Рональд! Не начинай портить день с самого утра! Хогвартс-Экспресс ещё не отошёл от вокзала, а ты так и хочешь с кем-то поругаться. — раздражённо порицала его Гермиона, про себя отмечая, с каким интересом Гарри смотрет на новоприбывшую. — Это же тебя собирались запечь в Азкабан за то, что ты убила десятерых Пожирателей Смерти? — Поттер колебался, задаваясь вопросом — спрашивать у неё, или нет? Любопытство всё же одержало верх. — Их было не десять! — искренне возмутилась Мари. — Их было тринадцать! Почему всё приуменьшают? — ребята засмеялись. Кажется, из купе выветрилось всё напряжение, оставив место непринужденности и лёгкости. — Мари, как и мы, едет доучиваться. Она практически пропустила тот год. — пояснила Джинни, усаживаясь рядом с Блэк. — А ещё одна должна вернуть библиотечные книги, которые бессовестно забрала на всё лето, правда, Мари? — она прищурилась и посмотрела на подругу. — Подумаешь, одолжила книжек на лето. — фыркнула Блэк. — Поправка! — Джинни хлопнула в ладоши, привлекая всеобщее внимание. — На лето мисс Блэк одолжила сорок две книги! И как ты их только унесла? — Эксплуатировала мистера Блейза Забини. Ему не помешают физические упражнения, не находишь, Джинни? — никто, кроме самой Мари не заметил, как щеки Уизли покрылись бледным румянцем, а в глазах зажёгся огонёк. — Сорок две книги? — засмеялся Рон. — Ты прямо как наша Гермиона. Кстати, ты, случайно, не унесла сорок две книги из библиотеки? — Смогла донести только десять. — с улыбкой откликнулась Грейнджер, думая о том, что отныне просто обязана поближе познакомиться с этой Блэк. Твёрдо решив осуществить это сегодня же вечером, она вновь устремила задумчивый взор на мелькающие горы, озера и леса.

***

— Я не ел с самого утра! — Нотт набросился на купленные сласти, как лев на добытое мясо. — Смотри не лопни. — насмехнулась Пэнси, сама закладывая за щеку шоколадную конфету. Сладкий привкус остался на языке после съеденного. Она хотела было взять ещё одну, но вовремя вспомнила о том, что отныне следит за фигурой и состоянием своей кожи, и не может позволить объедаться сладким, как прежде. Одернула руку, которой было схватила угощение в блестящей обёртке р опустила на колено. — С-аих-ор-ы-ме-еф-анфеы? — изумился Забини, сам забивая рот сластями. — С тех пор, как мои весы показали первой циферку «пять», а не «четыре», Блейз. — она осуждающе посмотрела на товарища. — И прекрати говорть с набитым ртом! — Паркинсон, ты с ума сошла? Куда тебе худеть? Тебе уже не стать лучше и очаровательнее, чем ты есть сейчас! Ну-ка, съешь шоколадку! — Нотт развернул плитку и отломил кусок. Без тени застенчивости притянул к себе подругу, обхватив за плечи, и поднёс к её рту ароматный ломтик молочного шоколада. — Ну давай, за маму… Пока Теодор скармливал Пэнси шоколад, человек, который оплатил этот сладкий пир, опершись на руку, смотрел в окно. Мелькали знакомые пейзажи. Величественные горы сменялись густым еловым лесом, лес — поблемкивающим на осеннем солнце озером, озеро вновь внушительными горами и так вновь и вновь. — Малфой, метка больше не жжëт? - проглотив разом всё, спросил Блейз. - Не жжёт. - буркнул Драко в ответ, потирая предплечье. - Ну и какого хрена ты сидишь весь такой расстроенный и раздражённый? У нас впереди целый год "ничегонеделания"! - У тебя вся жизнь сплошное "ничегонеделание"! - поддел его Нотт, заслужив злобную гримасу друга в ответ. - Я думаю, кто ещё из старых знакомых поехал доучиваться? - наконец нарушил своё молчание Малфой. - Ну, я видела Долгопупса, Лавгуд, Уизли-младшую с братом, Поттера, Мари... - начала припоминать Паркинсон, пока Нотт настойчиво впихивал ей шестой ломтик шоколада "Infinite". - Мари мне писала. Где она, кстати? - Ушла с Джинни знакомиться с гриффиндорцами. - Знакомиться? - Драко многозначительно приподнял бровь, удивляясь. - Что ж, ну, пусть познакомится... - попытался съязвить он, однако не смог укрыть смятение на лице от подруги, которая обеспокоенно глянула на него, но не решилась что-либо спросить. - В особенности её интересовала одна такая персона, как мисс Гермиона Грейнджер. - ухмыляясь, протянул Блейз, осматривая друга. Малфой оживился. - Мисс Всезнайка решила закончить обучение? - привычно растягивая слова, спросил Малфой, скрывая за маской презрения и безразличия любопытство. - Я бы сказал, помочь закончить обученин своим друзьям. Ей уже, кажется, нечему учиться. - Нотт откинул в сторону опустевшую обёртку шоколада и, взяв салфетку, заботливо стёр остатки сладости с губ Пэнси. - Значит, Грейнджер ещё появится в этом году... - пробормотал себе под нос Малфой, и вновь устремил задумчивый взор на мелькающие горы, озера и леса.

***

Ах, время, время! Куда ты спешишь? Куда несешься, забирая с собой всё самое лучшее, оставляя это лишь в воспоминаниях и снах? Время утекает сквозь пальцы опущенных рук. Оно скрывается в ночи, прячется в неизвестности, уносит с собой всё то, что некогда было нам ценно. Что значит один лишь год? Год - это триста шестьдесят пять дней, которые, кажется, не могут ничего изменить в нашей жизни. Но на деле, за год мы можем потерять гораздо больше, чем за десять лет. Десять лет могут идти размеренно и рутинно, не приносить ничего внезапного, а год... Год может промчаться как вихрь, снося всё но своём пути. Промчаться и забрать с собой чье-то счастье, спокойствие и даже чью-то жизнь. Последний год жизни волшебного мира унёс с собой слишком много. Он унёс счастливые беззаботные деньки, спокойные тихие ночи, и людские жизни. Но не унёс он любовь к этим денькам, к этим ночам и к этим людям... Время может изменить всё. Даже чувства. Но никогда не изменится одно: любовь была, есть и будет.

***

Онт увидели друг друга почти сразу после того, как вышли из Хогвартс-Экспресса на знакомую платформу, на которую прибывали каждое первое сентября предыдущие семь лет. Они не могли не увидеть друг друга, потому что вместе провели детство. Ругались, дрались, влюблялись, дружили. Дети, пережившие войну. Гарри Поттер - Мальчик-Который-Выжил-Умер-И-Снова-Выжил. К нему были прикованы многочисленные взгляды. Он возмужал - стал выше, шире и крупнее. Волосы стали чуть длиннее и темнее чем прежде, огонёк в зелёных глазах потух, а улыбка стала какой-то сдержанной. Гермиона Грейнджер - подружка Гарри Поттера и величайшая ведьма столетия, магглооожденная, которая вместе с друзьями одержала победу в войне, которая была всегда рядом с Гарри, оставалась его опорой, поддержкой и верной подругой, которую он любил как сестру. Рональд Уизли - парень, который переборол свои страхи, который переборол сам себя и выбрал дружбу, а не собственное тщеславие. Который бросил друзей, а потом, подвергаясь риску, вернулся к ним, обуреваемый стыдом. Он любил их, любил, но понял это, когда оставил одних. Оставил себя без известий о то, что с ними, с его Гарри и Гермионой. Он не смог без них, понял, что лучше умрёт рялом с ними, что пойдёт с Гарри на самую мучительную смерть. Полумна Лавгуд, которая смело пережила всё тяжести войны, которая просвещала своих соседей в камере Азкабана, о том, кто такие нарглы... Невилл Долгопупс - мальчик, который сделал последний, решающий шаг в победе над Волан-де-Мортом, уничтожив последний крестраж - Нагайну, смело выступивший против Тёмного Лорда, не побоявшись мучительной смерти. Джинни Уизли - девушка, которая всю войну сохраняла стойкость и хладнокровие, которая не побоялась принять участие в решающей битве, несмотря на юный возраст. Теодор Нотт и Блейз Забини - друзья, которые... Впрочем, про них стоит сказать лишь-то, что войну, как и жизнь, они восприняли плохой шуткой, которая рано или поздно придет к концу. Пэнси Паркинсон - девушка, которая хотела прожить обычную жизнь, наполненную танцами, прогулками, нарядами и косметикой, а на деле ставшая участницей войны. Драко Малфой - мальчик, у которого был выбор, но он был слишком юн, чтобы понять, что правильно, а что - нет, но достаточно повзрослевший сейчас, чтобы понять, как сильно он ошибся два года назад. И... Мари Блэк - Девочка-Которая-Убивала. Убивала безжалостно. Убивала, скрывая стекающие по щекам слезы. Убивала не только Пожирателей, но и саму себя, всё больше и больше думая о близких, украденных войной. Они встретились. Осматривали друг друга, изучали, понимая, как изменил каждого этот год. Как время их изменило, унесло из детства, выкрало из юношеских годов. Их разъединила война, но вновь объединит Хогвартс, у дверей которого они сейчас стояли. Любимый, родной Хогвартс! Сюда они вошли первокурсниками, которым было по одиннадцать. Первокурсниками, которые ещё понятия не имели о том, через что им предстоит пройти. Именно Хогвартс, родной Хогвартс научил их всему тому, что спасло их в этот страшный военный год. Тому, что уберегло тх от гибели. Не заклятиям, нет. Хогвартс научил их любить и дружить. Любовь и дружба спасли их. - Ну что, теперь всё по-новой начинаем? - улыбнулся Рон, с прежним блеском в глазах глядя на замок, который стал для них домом. - Ну, всё новое - то хорошо забытое старое, так что.. - Мари посмотрела на всех, кто её окружал, и сердце в груди болезненно сжалось. - Так что у нас начинается новая жизнь, которая не сильно-то будет отличаться от старой. - завершила вместо неё Гермиона и устремила задумчивый взор в сторону замка.