Комфорт

Дадзай сидел на краю крыши, покачивая ногами. Нет, он даже не думал прыгать, он просто решил посидеть на крыше. Вид открывался чудесный, темный лес, запах дождя, что уже перемешался с хвойным. Красивое все же они место для дома выбрали. Дождь вымочил каштановые волосы, на пышных ресницах были мелкие капли. Одежда, а именно белая футболка на размера так два больше и черные штаны, так же были до ужаса мокрыми и прилипали к телу, но Осаму пытался не обращать на это внимания. Вот только его парень Достоевский, подумал, что Дадзай хочет именно прыгнуть. - родной, ты чего? - спросил тот обеспокоено, подойдя к нему со спины. Осаму вздрогнул и обернулся. - ох, это ты, милый.. всё в порядке, просто сижу, - ответил Дадзай, опуская глаза. Федор только улыбнулся на это и, подав любимому руку, отвел его домой. - чаю? - спросил Достоевский, проходя на кухню. - да, - последовал ответ. Дадзай не успел нормально переодеться в теплый вязанный свитер и точно такие же, как мокрые, только серые штаны, как Федя зашел в гостинную с подносом, на самом подносе был большой красный мак, а именно садовый как один раз подметил Осаму. Красный садовый мак на языке цветов значит "Давай любить друг друга, пока есть время", Федор на это только многозначительно хмыкунл и пожал плечами. Ручки подноса были "позолочены", а сам он был "серебряный". Чай был уже разлит в чайный сервиз из фарфора с позолоченными краями. Все же, надев свитер, Осаму принялся за чаепитие. Чай был очень вкусный и интересный. Раньше Федя такой не заваривал. - что за чай? - спросил Дадзай. - грушевый штрудель, если хочешь могу рассказать как его готовить, - ответил тот. - хочу! - воскликнул Осаму. - Грушу на две половинки. Одну половинку превращаешь в пюре, другую – нарезаешь на кубики. все в чайник потом. Кидаешь заварку, корицу и мед. Заливаешь кипятком, перемешиваем и даем настояться пять минут, вот и все. - вкусный, мне нравится, мой свет. - рад, - отпив ответил Федор. Когда чай был допит, а посуда убрана, парни отправились в спальню. Большая двухспальная кровать стояла у левой стены, по бокам стояли тумбочки они были кардинально разные по своему содержанию. У Достоевского книги, свечи, даже маленькая иконка, а у Дадзая тумбочка живет своей жизнью.. Единственное что их связывает любовь их хозяев. У другой стены стоял шкаф, а рядом висело длинное и высокое зеркало, вокруг него была повешена гирлянда с желтыми лампочками. Стены были белые, пол, ламинат тоже, только шторы черным пятном выделялись на фоне всей белой массы, а так же выделялась красное, как кровь одеяло. После всех процедур перед сном возлюбленные улеглись, обнимая друг друга так крепко, как будто это их последний день..