Pixel-Erinnerungen

      Сегодня весь день шёл дождь. Он прекратился только ночью.       — Нет, ну ты выйди! — тащишь меня на балкон. — Такой кайф!       Я медленно осматриваю двор, а потом поднимаю глаза к чистому небу. И правда хорошо. Будто и не душное лето сейчас, а мрачная осень, щедрая на депрессию. Превосходно.       — Милый, может погуляем? — ты спрашиваешь, мягко обнимая меня за плечо.       — Собирайся, пойдём.       Ты идëшь в дом, а я остаюсь на балконе. Это мне собираться пару минут, а вот тебе мучаться с волосами. Они не нравятся тебе, потому что проблемные и мешают, но я так люблю их…       Покурить бы. Моя балконная тоска не обходится без едкого дыма. Либо очень весело со светлым, либо очень грустно с обожжёнными фильтром пальцами.       И что я забыл тут? Понятия не имею. Всё не то, слишком много лишнего и неправильного.       Затушив сигарету я тоже возвращаюсь домой. Нужно найти футболку, чтобы тебе не пришлось ждать меня в дверях из-за такой глупости. «Rosenrot», какие воспоминания.       — Готов?       Я киваю и иду в коридор за кожанкой. Холодно у вас, климат, по-нашему, «Питерский». Не то, что моя курортная хрень с миллиардом градусов тепла и солнцем круглые сутки. Я бы приезжал к тебе на лето, осень и половину весны.       Минуту рассматриваю свои начищенные сапоги. Ухаживаю за ними больше, чем за собой, они правда прелесть.       Позвякивая тремя килограммами всякого металла, обуваюсь, затягивая шнурки, и выхожу. Будем собирать шутки про собаку на цепи, если пойдём куда-нибудь в торговый центр или на оживлённую улицу.       Выходим в подъезд. Я подумал, что нужен зонт, но чëрт… Нет, такого андеграунда, как розовый зонтик твоей матери, мы не потянем.       Отходим от дома, ты берёшь меня под руку. Чувствую себя Осборном, князь тьмы местного разлива.       — Мне нравится, как мы смотримся вместе. Гармонично, металично. Купим тебе тоже сапоги и футболку с… Кто тебе больше понравился из блэка?       — «Darkthrone»       — Дарктроне, дэ. Вот их футболку. И всё, пара металистов года будет. Самые крутые в городе, — начинаю смеяться.       Тем временем отходим всё дальше и дальше от дома. К лесу. Мне там нравится, он необычный, не такой, как у меня: больше хвойных деревьев, а у меня сплошные листья, редко где какая-нибудь карликовая ель встретится по пути в горы.       Опускаю руку, переплетая пальцы с твоими. И так следуем по тропинкам, едва разглядывая что-то впотьмах. Если бы не Луна — я бы уже в канаве отдыхал.       Идти недалеко, уже слышно шум дороги. Жаль. Но что расстраивает куда больше, так это надвигающиеся тучи, в этом всë-таки минус твоего европейского Питера…       — Пойдём домой, — я разворачиваю тебя, держа за плечи, будто сам бы ты не понял, что делать, и вновь беру за руку.       Нужно было торопиться, мне на самом деле всё равно, не промокну, но вот тебя беречь надо.       — Ну нет, пойдём в парк!       — Давай, давай, шагай!       — Ну дождь не начался ещё даже, может мимо пройдёт, — ты пытаешься упираться, но понимаешь, что рискуешь остаться тут один, а потому уже через пару минут соглашаешься на дом и посиделки за… Ну за пивом, это уже классика. Может и плохо, но хорошо тоже никогда не будет.       — Погуляем ещё, обязательно. А зимой сюда притащимся с корпсом. Но сейчас домой, скучно нам не будет вдвоём. А если будет — техникал в помощь, будем драться.       Ты нахмурил брови, отталкивая меня.       — Иди ты со своим драться. Я только пару историй услышал, уже не хочу с тобой связываться.       Я экстренно стал вспоминать, что успел наговорить. Были грехи, были.       Трогать я тебя не стал больше, до дома мы дошли молча и на дистанции.

***

      Несколько минут я не хотел раздеваться, а просто стоял в прихожей и смотрел на своё отражение в зеркале.       — Красавчик, — сам с собой заигрывать не будешь — никто не будет. — Ты случайно не церковь?..       — Заходи уже, церковь.       Я только смирился с тем, что неотразим и слишком хорош для этого мира, а ты тем временем и переоделся, и пиво достал, и готовить что-то начал. Как ты это делаешь?       Парадный тотал блэк сменился на домашний, сапоги остались плакать без меня, я остался плакать без сапогов. Но уже на кухне с тобой.       — А дождя нет, — с этими словами ты щëлкнул меня по лбу. — Пошли бы не твоё любимое кладбище.       Я щурюсь, но совсем не жалею о том, что мы дома.       — Вот через минут десять посмотрим.       И скоро всё-таки пошёл дождь. Мог бы дать тебе ответного щелбана, но воздержался. Ты и так настрадался, пока жарил картошку и воевал с маслом.       Тарелки на столе, банки пшикают, настроение замечательное.       — За Ваше умение жарить картошку. Я Ваш фанат, уважаемый! — делаю пару глотков.       А ты улыбаешься, кивая.       Ничего особенного, ничего такого, что запомнилось бы. Но мы вместе, а значит лес, прогулка, пара жестянок на двоих и посиделки на кухне станут самыми замечательными воспоминаниями.