Гадания...

Подружки, на принцев гадая...

В комнате было тихо. Лишь приоткрытая дверь слегка одарила сидящие внутри силуэты легким дуновением ветра. Три девицы сидели по кругу, шептались между собой и улыбались. Брюнетка тихо хихикнула и поправила одну прядку, пряча ее за ушком. Сегодня ночь на Ивана Купала, а значит... Время гадания.

Свечу у зеркал зажигают

Вспыхнул огонек и в танце закружился над свечой. Белокурая девочка восторженно протянула что-то свое, а затем аккуратно положила предмет в мелкую тарелочку, дабы воск не стек на пол. Какой ей достанется принц? Оля самая младшая в компании. Ей всего девять лет, но она решила принять в этом участие. Сказала, что уже взрослая. Катя с Полиной ей разрешили, поэтому сейчас с улыбкой глядели на младшую и то, как она взволнованно перебирает свои тонкие пальчики. Шепот продолжается, казалось кроме них троих никого нет.. Но тень с такими же белоснежными локонами, мелькнула во тьме и растворилась в коридоре. Через щель и не разглядеть, кто это был... Не помешали ли они обряду? А вдруг духи? Да откуда ж им тут взяться.. Девушки продолжили гадания, делая все новые обряды. Взгляды сверкали, ноготочки постукивали по деревянному полу и скребли, создавая неприятные шорохи. Никто не обратил особого внимания на пропавшую личность... Но кто это оказался в самом деле?

Знать любит, не любит, желая

У сотни ромашек они оборвут лепестки..

Антон шмыгнул через комнату девиц. Он знал, что сегодня они гадают на будущих женихов, от того и мешать не стал. По возбужденному шепоту, а после мертвой тишины он со спокойствием понял, что остался незамеченным. Тихо и осторожно он стал идти на первый этаж. Зачем ему туда? Он захотел свободы и воли. Сегодня делай, что хочешь... Не спи целую ночь и на утро беги праздновать Иван Купала. Пойдут на речку купаться, наделают всего.. А Катька с Полинкой будут бегать туда-сюда, все ища всякие предметы для гаданий. Не каждый день такой! Когда можно отдаться своим мечтам, погрузившись в вечные раздумия и переживания. Улица встретила беловолосого приятным ветерком, прошедшим по челке и ушедшим куда-то за затылок. Тишина окутала, только шелест листьев деревьев не давал покоя. Как прекрасно... Как отлично! Улыбка сама растянулась на лице, заставляя душу расцвести вновь, сщурить глаза за окулярами и зашагать по петляющей тропе. Никто и не заметил его ухода. Вот шанс побыть одному. Как прекрасно и одиноко одновременно.. Природа становится отличным собеседником. Молчит, слушает твое сердцебиение в груди и укрывает от злых бурь. Особенно, когда сейчас все распустилось и недавно распустившиеся листья на ветках берез скрывают тебя лучше, чем холодной зимой. Ощущение, что рядом кто-то идет, но и при этом шагов не слышно. Только мирный вой зверей вдалеке заставляет встрепенуться, отвлекаясь от мыслей. Завтра.. Завтра...

К седой ворожее с надеждой бегут..

Девушки бегут в поселок, ища старух. Каждая тащит что-то свое в руке, пока парни неторопливо следуют за ними. И не погуляешь нормально... Они сейчас разбегутся кто-куда и все. Потом не найди никого. Антон выглядел слишком сонным, то и дело облокачивался на рядом идущего Ромку и неожиданно пробуждаясь, обратно выпрямлялся. Бяша что-то завороженно болтал, прыгая и тянув руки вверх. С этого зрелища сложно не засмеяться! Солнечный блеск нежно окутывает спину, проходит по позвоночнику к затылку, гладит и ласкает. Тепло разливается по телу, наконец согреваясь этим утром. Под день должна снова настать жарища, которой простой ветерок не противостоит никак. Только мешало то, что они могли бы купаться до вечера.. Да гадания продолжаются. И еще как. Молодые начнут пускать венки в реку, шепча имя возлюбленного и прикладывая руки к груди. Сердце бешенно стучало в груди, понимая, что он не испытывает ничего к девушкам. Рома... Захватил его чувства. Он не станет гадать на него с остальными девицами, будет бродить вдалеке толпы с низко опрокинутой головой, а после свалится без сил в поле и уснет. На утро так и не проснувшись. Горечь сдавила его, но ноги продолжали нести тело за друзьями, которые в это время обсуждали всякие эти заговоры и все подобное. Вдруг это правда? Нагадает одна красавица на Антона, заберет его душу и наконец его беспокойная жизнь останется позади. Начнется новая - полная любви и страстей. Только не мог он жить в счастье без него. Без шатена, который обязательно поймает момент, как бы потрепать своего белоснежного дружка по волосам, лохмача прическу. А может взаимно это?

Толкований непонятных слов, ожидая..

Смирнова вопила вдалеке непонятные пророческие слова, пока сердце Петрова приписывало свои. И никогда не посмеет забыть он о тебе, будет рядом в горе и дождь.. Под окном бродить будет в ссорах, на коленях просить прощения твоего. Заслужил ты такой любви, да не понял сам еще о ней. О сколько тебя учить придется.. Первая любовь, первое желание и первое отрицание... Души его без жалости, дабы понял юноша, что нужен он тому, без него и дня не проживет. Позабудет о конфликтах, со слезами вскрикнет слова о муках, пока луна будет танцевать со звездами в мрачном небе, заливая поля снежными искрами. Слова кружились, то противоречили сами себе, то вновь подхватывали один ритм и запевали в один голос. Один - разум, второй - сердце. Выбирай дорогу, которая роднее. Выбирай то, что дарило тебе душевный покой. Выбирай то, что считаешь нужным... Сердце. Он пойдет по зову сердца, отыщет любовь свою исколеченную и вернет былую силу к себе! Он не посмеет рыдать себе на коленях от отказа, до последнего дня продолжит любить и не отвернется... Никогда. Не в этот раз и не в этой жизни. Толчок выводит из плохих мыслей. Пятифан склоняется к Петрову и спрашивает о его состоянии, но тот мотком головы по-немому отвечает ,,все хорошо,,. Троица обменялась несколькими шутками и продолжила свой путь, поглядывая на толпы молодых девиц у окон домов, жалеющих их женихов и молящих о взаимности юнцов. Будет ли у него также? День проходит быстро, словно он просто моргнул по два раза. Антон сидит под деревом, скрывшись в его тени. Шаги в сторону реки отвлекают его от мыслей. Шеренга девиц подходит к берегу, обменивается легкими смешками и восторженными возгласами. Гадают... Пускают венки... Алый закат озаряет ровную гладь реки, уходящее солнце манит за собой. Боль вновь ударяет в сердце. В самую душу. Дерет его и рвет на части, заставляет согнуться по палам и задохнуться. Дыхание возращается в норму, стеклянные изумрудные глаза прикованы к запястьям девушек, в которых они держут бережно сплетенные веночки, которые вот-вот собираются пустит в путешествие. Не увидев их никогда.

И в ночь на Купалы...

Пятифан стоит еще дальше. Его взгляд темного леса примкнут к сидящему Петрову, который по виду сейчас рыдать готов. Что с ним сегодня? Где его прежний товарищ? Которым он дорожил, ценил и... Любил... Фырчок. Такой гулкий, что сердце внутри замирает от подобной безразличности к ситуации. Да пусть катится к черту Антон! Когда он ему нужен стал?... Обернувшись на место, где сидел белесый, Ромка увидел пустоту. Ушел. Куда же он устремился в такую темень? Голова наклоняется, пальцы похрустывают под давлением друг друга, после чего шатен наконец уходит, перед этим глянув на хохочущих девиц. Венки плывут по реке, румянец от заката катится по стеблям листьев, лепесткам цветков и их яркими серединками. А на него кто-нибудь гадает? Не стоит. Он сейчас хочет найти одного человека и высказать без всяких приворожений, насколько он ему нужен.

Ручью доверяют венки.

В надежде на свидание...

Белокурый сидит в поле, перебирает в руках белые лепестки ромашки, глядит на нее с еле заметной улыбкой. Растение не сорвано, находится в земле. В своем укрытии, где вечный покой, хоть и бывают переменные ветра. Похожа ли его жизнь на жизнь ромашки? Скорее...

Ромашки рвать не стану!

Как судьбу свою узнать? На гадалки не ходил, не нужно ему это. Зачем? Чтобы тебе по ручке поводили пальчиком, наболтали непойми что и потом спокойно попросили денег за такой поступок? Он не хотел этого. Ему нужны были настоящие слова, а не бредни старух и баб хитрых. Рома шел по немного вытоптанной тропе, глядя прямо. В траве сидел Антон. Его белокурые локоны четко выделялись, а в руках застыли лепестки цветка. Ромашка.. Не гадает ли? Только вот нет знакомого шепота со словами - Любит – Не любит... Любит – Не любит.. - Словно скорбно сидит один, согнувшись и упираясь подбородком в колено. Сердце застучало быстрее. Сколько ему не предложили за сегодня гаданий.. Все подходили к такому, как он, сильному и хмурому. Уже брали в свои ладони его запястье, как он грубым ответом отшивал всяких цыганок. Нет! Он сам выяснит все, сам поймет свои чувства!

Не привлечет внимание цыганка ворожбой.

Застыв на пол пути, Пятифан опустил взгляд, задумался. А вдруг его чувства невзаимны? Клевета! Столько внимания он получал от своего друга, столько заботы и переживания! Он каждый раз лечил ему царапины после побоев и драк, а после пытался смешить всякими неуклюжими рассказами о жизни и интересных случаях. Тут и сомневаться не стоит. Вновь трава зашоркала по ногам, ударяла по оголенным до коленей ногам, которые не закрыла ткань шорт. Антон, видимо, уже начал слышать всякие звуки, поэтому приподнял голову и глянул перед собой. Боиться обернуться и увидеть там смерть свою. Да лучше будет, если она снесет его отсюда.. Подальше от этих мыслей. Незванный гость стал ближе, уже оставался в двух шагах от белесого. Напряжение неожиданно спадает. Что на него нашло? Может это не взрослый никакой, не девушка.. Но кто тогда...? Рома. Понимая ответ, Петров медленно оборачивается на своего друга и вопросительно воскидывает бровь. Снова видно его мужество, широкие плечи и мышцы. Он должен завидовать, но он восхищался этим. Засматривался на него, впадая в ступор при взаимном взгляде. Сейчас они глядели друг другу в душу. У каждого сердце билось быстрее всего на свете, каждый вздох словно становился последним.

Мне ни к чему гадания!

Антон поднимается с земли, отряхивая себя от лишних листиков и стеблей. Обратно поднимает взгляд на предмет симпатии и поджимает губы, глядя прямо ему в глаза. Блеск, встречающийся с еще светлым небом, словно развеял его сплошной лес, заставил по новому украсить жизнь и глянуть на хулигана с другой стороны. В глазах светловолосого тоже мерцают огни. Яркие отблески изумруда, самого чистого и драгоценного. Он был готов поклясться, что нигде не сыскать ископаемое, похожее на цвет глаз того. Даже изумруд уступал место таким сверкающим окам.

В глазах твоих сияние..

Как предзнаменование...

Пятифанов явно волнуется. Видно то, как он перебирает свою футболку, хоть и молчит. Боится сказать что-то, или слова просто сами не лезут. Волнение подбирается под кожу. Что-то он чувствовал всей своей душой, что-то хорошее, однако оно бросало в ошеломление. Что ему скажет Рома? Он знает о его чувствах? А что если он решит разрушить их дружбу, превращая в пух и прах? Превращая лишь в прекрасное воспоминание прошлого... Громкое сглатывание со стороны белокурого, шатен как по команде вздыхает и продолжая упрямо смотреть в глаза немому собеседнику, говорит. Неловко, но с видной тревогой.

Что буду я.. С тобой.

—Тох.. Ты мне нравишься... —Как друг? - с неким разочарованием спрашивает Антон. —Нет.. Сердце отреагировало на эти слова шумно. Забилось в груди, готовое выпрыгнуть. Он случайно не спит? Не сон ли это? Только едкий, но такой родной запах табака кружит рядом, указывая на реальность. Слов не хватает, язык немеет с каждым мгновением. Глаза начинают слезиться то ли от чувств, то ли от переживания, которое начинает проходить. —Ты мне тоже! Воскликнул белесый, бросаясь к шатену и обнимая его за шею. Крепкие руки легли на его бока, прижали к себе. Тяжелое дыхание Ромки стало усмиряться.. Может он беспокоился даже больше, чем Антон. Жадно заглатывая ноздрями аромат, исходящий от бывшего друга, он отдаляется от шеи и смотрит в темные глаза.

Мне ни к чему гадания, в глазах твоих сияние!

Недавний огонек вспыхнул с новой силой и у Петрова и у Пятифана. Они глядели друг другу в глаза, не отрываясь от объятий. Ладони только крепче сжимали тела, желая больше не отпускать никуда и забыться бесконечным сном, если больше не увидят они своей любви. Лица приближаются, веки слегка прикрывают глаза. Выдохи опаляют кожу щек, но отдает по всему торсу, уходя к ногам. И вдруг на губах ощущаются чужие. Шершавые, но приятные. Желанные, но вплоть до этого дня неприкосаемые. Сильнее прижавшись к темноволосому, белокурый чувствовал как его губы приятно сминают, сам тоже помогал. Не прошло и несколько мгновений, как мокрый от слюны язык стал пробираться в другой рот, открывая для себя новую территорию. Рома неторопливо целует, начинает использовать язык и вскоре углубляет поцелуй, уже касаясь им до нёба Антона. Причмокивание и тяжелое дыхание исходит от парочки и продолжается на протяжении нескольких минут, пока они не отстраняются друг от друга, томно разглядывая опухшие и покрасневшие губы.

Как предзнаменование, что буду я с тобой.

..Сваты - Ольга Николаевна - Гадания..