Home

Тэхён проводит ночь без сна. Думая. Немного плача. Просто размышляя, что же ему делать. Ну, он вроде как знает, что ему нужно делать. Он слишком хорошо знает, что лучше всего сделать прямо сейчас, какое решение будет лучшим для всех: он должен отпустить Юнги. Это лучше всего для стаи и для Юнги тоже: это не подтолкнёт его начать войну с другой стаей, пытаясь освободиться от условленного спаривания. Это избавит их от многих проблем. Но точно так же, как когда Тэхён не решился признаться Юнги или позволить своей влюбленности пройти мимо, он не может выбрать вариант, который заставил бы его оставить Юнги позади и двигаться дальше. Чем больше он пытается заставить себя быть рациональным, тем больше он обнаруживает, что не может не слышать того, что говорит ему его сердце и внутренний волк. Возможно, ему стоит послушать Юнги и поддержать его, пока он попытается провести ещё одни переговоры с лидером другой стаи. Возможно, ему не стоит сдаваться так сразу. Всё ещё не зная, что делать, Тэхён с нетерпением ждёт наступления утра, зная, что сейчас есть только один человек, с которым он может поговорить, который может заставить его задуматься о том, как правильнее поступить. Итак, когда солнце уже несколько часов как взошло, Тэхён умывается и одевается, прежде чем выйти из дома. Он не чувствует сонливости, но он такой уставший: прошлой ночью он много раз пытался заснуть, но не смог. Он чувствовал беспокойство, его разум был слишком тревожным, полным мыслей, и он чувствовал тяжесть в груди, которая была настолько давящей, что никак не позволяла телу Тэхёна расслабиться, чтобы заснуть. Тэхён явно не в самой лучшей форме, и у него немного болит голова, но ему нужно это сделать, ему нужно поговорить с Сонми; поэтому он подталкивает своё тело к сиреневому дому, надеясь, что лидер не заставит Тэхёна уйти. Он действительно не знает, чего ожидать от Сонми, не знает, злится ли она на Тэхёна за то, что он спутал все планы, или она просто скажет Тэхёну, чтобы он оставил Юнги в покое, даже не слушая его объяснения. Итак, когда после робкого стука в дверь Сонми открывает, омега на мгновение перестаёт дышать, парализованный. Он ожидает её первой реакции с тревогой. Они смотрят друг на друга, и на мгновение всё вокруг замолкает, даже разум Тэхёна. Выражение лица Сонми серьёзное и непроницаемое. Но после того, как это первое мгновение прошло, выражение лица Сонми смягчается, и прежде чем Тэхён успевает это осознать, женщина притягивает его к себе, заставляя его тело полностью расслабиться. Наконец, в те долгие секунды, в течение которых Сонми продолжает обнимать его, молча давая понять, что ничего не изменилось в её взгляде на него, Тэхён продолжает чувствовать себя умиротворенным. Ни головной боли, ни страха, ни давящей тяжести на груди. Просто облегчение. Такое облегчение и осознание того, что он не одинок в этом. — Заходи внутрь, я была почти уверена, что ты появишься, — говорит ему Сонми, отступая от двери и жестом руки приглашая Тэхёна войти. Они не сразу начинают говорить об этом. Сонми замечает, что Тэхён совсем не спал, и когда он говорит ей, что он ещё даже не завтракал, лидер торопит его сесть за стол и отправляется на кухню. Тэхён протестует, что в этом нет необходимости, но он знает, что это бесполезно. Сомни не слушает его. Тем не менее, Тэхён чувствует себя немного лучше от мысли о том, что о нём заботятся. Особенно, когда эта забота исходит от образа человека, который напоминает ему маму. Ту маму, которой у него на самом деле никогда не было, но он всегда хотел её иметь. Сонми готовит быстрый и вкусный завтрак и ест его вместе с Тэхёном. Она признаётся, что плохо готовит, что у Юнги это получается лучше. Её истории о злоключениях с готовкой звучат всё время, пока они продолжают есть. Альфа явно пытается отвлечь Тэхёна, немного его подбодрить, что заставляет его задуматься о своём внешнем состоянии — он, должно быть, выглядит очень грустным. Сонми почти всё время говорит, и Тэхёна это совершенно устраивает, потому что он всю ночь разговаривал сам с собой и знает, что ему нужно отвлечься, чтобы услышать чужой голос. Но когда они заканчивают есть, то снова становятся серьёзными, и достаточно одного взгляда на внезапно расстроенное выражение лица Сонми, чтобы Тэхён понял, что пришло время заняться проблемой. — Итак, я думаю, Юнги тебе всё рассказал, — начинает она, её руки лежат на столе одна на другой. Тэхён подтверждает, медленно кивнув. — И что ты об этом думаешь? — кажется, Сонми немного обеспокоена ответом Тэхёна. Тэхён глубоко вздыхает, давящая тяжесть на его груди снова ощущается. — Я не думаю, что Юнги сможет изменить мнение того лидера… поэтому я думаю, что… у нас нет никакой надежды, — он откашливается, когда его голос начинает дрожать. — Но я… я не знаю, могу ли отказаться от него. Омега делает ещё один глубокий вдох, на этот раз надеясь избавиться от комка, из-за которого у него внезапно сжимается горло, а глаза начинают увлажняться. Сонми кивает на это, и Тэхён не совсем понимает, сказал ли он то, чего она ожидала, или нет. — Я могу это понять, — говорит она, глядя на него открыто и искренне. — Когда вчера вечером я увидела тебя и Юнги вместе, это действительно разбило мне сердце… По тому, как вы смотрели друг на друга, я сразу поняла, что вы влюблены… И я даже не могу себе представить, как это должно быть больно, выбрать себе пару в один момент, а в следующий момент обнаружить, что ты не можешь его иметь. Ужасно. Как будто мир смеётся над тобой. Вот что чувствовал Тэхён. — Юнги действовал импульсивно, он не остановился, чтобы оценить ситуацию, он просто действовал инстинктивно… из любви, — говорит Сонми, и лёгкая улыбка кривит её губы при этой последней фразе. — И мне хотелось бы, чтобы он действовал более разумно, рассказал тебе всё, прежде чем начать за тобой ухаживать. Но, в конце концов, я не могу его винить, ты ему очень нравишься, Тэхён, и его волк выбрал тебя в качестве партнёра, и когда это происходит… чувства становятся слишком сильными, чтобы их как следует контролировать. Тэхён не может смотреть на женщину перед ним, её слова заставляют его сердце болеть так, что он снова готов расплакаться, но он пытается удержать их, моргая несколько раз. Он слишком хорошо это представляет: он не может оставить Юнги, потому что его волк не хочет, потому что это его пара, и его нельзя заставлять быть вдали от пары, заставлять не любить его, отказаться и отвернуться… Это немыслимо… — Кроме того, он, похоже, действительно уверен в своей идее, он правда верит, что убедит Джуну принять ещё одну сделку, поэтому вполне нормально, что он начал ухаживать за тобой, не особо задумываясь о последствиях. — Вы думаете, что он действительно сможет убедить этого лидера? — Тэхён наконец говорит и задаёт вопрос, которого он больше всего ждал. Только Сонми может дать им с Юнги почти уверенный ответ, потому что она единственная, кто раньше вёл переговоры с тем лидером, единственная, кто его знает. Сонми вздыхает. — Трудно сказать, поскольку прошло много лет с тех пор, как я в последний раз слышала о нём, и… в конце концов, я даже не знаю, когда он вернётся, чтобы попросить Юнги связать его дочь. Только услышав эти последние слова, Тэхён почувствовал тошноту. — Я не знаю, передумал ли он, или, может быть, он нашел какого-то другого альфу, с которым можно спарить свою дочь… единственное, что я знаю… это то, что есть несколько возможностей, с помощью которых Юнги действительно убедит его изменить своё мнение. Но это будет действительно сложно, этому человеку нужна сила… и могущественная родословная… а Юнги — символ власти. Вот почему Тэхён не верит, что план Юнги сработает, потому что лидер, который хочет власти, никогда не позволит ускользнуть возможности иметь в своей стае кого-то вроде Юнги. Нет ничего даже далеко равноценного, что Юнги мог бы дать этому лидеру в обмен на свою свободу, что гарантировало бы лидеру такое же количество власти, какое он будет иметь с Юнги как с партнёром своей дочери. — Но Юнги хочет попробовать, и я не стану его останавливать. Потому что это будет бесполезно из-за того, насколько он решителен, но также потому, что я хочу, чтобы вы оба были счастливы, и если у всех нас есть шанс закрыть это дело, ничего не потеряв, то я тоже буду бороться за это. Я помогу Юнги вести переговоры, я буду бороться за ваше счастье… но мой приоритет — защитить свою стаю, поэтому я буду очень честна с тобой, Тэхён, если он не примет ничего из того, что Юнги предложит ему, и всё станет ужасно, я без колебаний сделаю то, что лучше для моей стаи, и прикажу Юнги спариться с той девушкой. Тэхёну трудно глотать, комок в горле теперь настолько удушает. Слова Сонми резкие, но честные и правильные. Ему больно, волк внутри него сходит с ума, но Тэхён с ней согласен, он знает, что это то, что она должна сделать как лидер, и последнее, чего хочет Тэхён — это стать причиной войны. — Мне не нравится эта мысль, так же, как мне не понравилось, когда тринадцать лет назад мне пришлось пообещать этому мужчине, что Юнги женится на его дочери. Я ненавижу это. И я искренна, когда говорю тебе, что как мать, я была бы так счастлива увидеть именно тебя своим зятем. Тэхён закрывает глаза и глубоко дышит, эти слова делают его одновременно таким счастливым и таким грустным, мощная смесь эмоций, от которой ему хочется плакать. — Но как на лидере стаи, на мне лежит большая ответственность. Стая должна быть на первом месте, даже выше моего собственного сына, — в её глазах есть сожаление, но также и решимость. Тэхён может только представить, как тяжело, должно быть, было принять такое решение тринадцать лет назад — продать собственного сына, чтобы обезопасить всех, после того, как она только что потеряла своего любимого человека. Свою пару. Она безумно сильная женщина… Тэхён смотрит на Сонми, позволяя ей увидеть глубокое восхищение, которое он испытывает к ней, которое только растёт, чем больше он её узнаёт. Она такая сильная, что поступает правильно, чего бы ей это ни стоило. И Тэхён тоже хочет быть таким. Он также должен быть сильным, не позволять своему эгоизму взять над ним верх, не тогда, когда под угрозой так много жизней, жизни всех людей, которые приветствовали его в стае, заботились о нём, были его друзьями. Он не может рисковать их жизнью, потому что влюбился не в того человека, они этого не заслуживают. — Я не буду просить вас выбрать меня и Юнги вместо своей стаи… Я хочу, чтобы вы сделали то, что будет лучше для стаи, а не для меня, это правильно и это самое главное, — сердце Тэхёна болит, пока он произносит эти слова слабым и безжизненным голосом. Но он уверен, что самое лучшее, что можно сделать, — это быть честным. Глаза Сонми наполняются слезами, она прекрасно видит, насколько сломлен Тэхён от этого. — У тебя такое прекрасное сердце, Тэхён, этот мир тебя не заслуживает. После этого Тэхён больше не может сдерживать слёзы, поэтому Сонми подходит к нему ближе и крепко обнимает, пока тело омеги не перестанет трястись, а её сосновый аромат успокаивающе и защитно окутывает его. И только когда Тэхёну удается перестать плакать, Сонми говорит снова, осторожно отодвигая лицо Тэхёна от своего плеча, чтобы посмотреть на него. Она смотрит на него с любовью и беспокойством. — Выбор, что делать, только за тобой, дорогой, только ты можешь остановить Юнги от попыток заставить Джуну передумать, если ты этого хочешь. Но позволь мне сказать тебе вот что: следующие дни или месяцы могут стать единственным моментом, когда у тебя будет возможность остаться с Юнги… Так почему бы не извлечь пользу из этих моментов?! Особенно, если есть хоть малейший шанс, что, возможно, тебе не придётся его отпускать. Вы оба уже влюблены, вам будет одинаково больно, не важно оставишь ли ты его сейчас или после того, как он поговорит с Джуну. Вы всё равно будете страдать оба. Дай себе шанс побыть счастливым хотя бы на какое-то время, и кто знает, может быть, его окажется больше. Тэхён внимательно слушает её. Он пришел к ней, потому что искал ответы, потому что он доверяет Сонми и её мудрости и знал, что она направит его на правильный путь. И она указала ему на это, но Тэхён всё ещё не уверен, что он собирается делать. 🐺 Тэхён целый день сидит в своём доме, не совсем в настроении находиться среди людей и в основном не желая случайно встретиться с Юнги. Тэхён знает, что если бы он увидел Юнги прямо сейчас, то последовал бы своему сердцу и выбрал бы не самый рациональный вариант. Тэхёну сейчас нужно оставаться рациональным, нужно по-настоящему думать о том, что делать, не поддаваясь влиянию своих чувств. Поэтому он остаётся один большую часть дня, за исключением тех нескольких часов, когда к нему приходят сначала Сокджин, а затем Чимин. Тэхён обнаруживает, что Сокджин уже знает об устроенном много лет назад спаривании для Юнги. Альфа поговорил с ним об этом, когда Сокджин спросил, почему он не носит кольцо, которое ему подарил Тэхён. Итак, когда Сокджин приходит в дом омеги, Тэхёну не нужно объяснять ему причину его подавленного настроения. И на самом деле это очень освобождает, потому что Тэхён знает, что он снова сломается и заплачет, если попытается рассказать всё вслух… а он устал от слёз. Сокджин остаётся с ним некоторое время, молча обнимая омегу, рассказывая ему обо всех людях, которых ему пришлось отвергнуть прошлой ночью, пересказывая самые забавные и нелепые признания, которые он услышал. А затем бета побуждает Тэхёна пойти той ночью на «погоню». Он того же мнения, что и Сонми: считает, что Тэхён должен максимально использовать время, которое он имеет, чтобы уделить его Юнги. Но Тэхён не думает, что это была бы мудрая идея, он не видит смысла позволять ему любить Юнги ещё больше, когда они, вероятно, не смогут быть вместе. Сокджин всё ещё здесь, когда входит Чимин с самой широкой улыбкой, которую Тэхён когда-либо видел у него, его сильный запах в воздухе говорит о его хорошем настроении. К сожалению, улыбка с губ Чимина спадает, когда он замечает подавленного Тэхёна, который весь спрятался между рук Сокджина. К счастью, именно Сокджин рассказывает младшему альфе всё, избавляя Тэхёна от необходимости открывать рот, чтобы рассказать разрывающую сердце правду. Но у Тэхёна в горле всё равно образуется комок, когда он слышит, как Сокджин объясняет ситуацию. Тэхён закрывает глаза от слёз и старается не думать о том, как безумно болит сердце и как вдруг становится трудно дышать. Сокджин уходит, оставляя Тэхёна огорчённому Чимину, который очень рад занять место беты в обнимашках Тэхёна. Они переходят с дивана к гнезду омеги, ложатся, и Чимин обхватывает Тэхёна за талию, прижимая его спину к своей груди. Успокаивающие феромоны Чимина наполняют воздух, и это позволяет им немного облегчить боль и мысли. Когда тяжесть в его груди становится немного легче и тело наконец расслабляется, Тэхён спрашивает Чимина, как прошло с Намджуном, поскольку он знает, что это причина, по которой Чимин пришёл к нему. По широкой улыбке Чимина, когда он прибыл сюда, он уже мог сказать, что, вероятно, всё было более, чем замечательно, и он искренне рад за своего друга. Чимин не решается рассказать Тэхёну о Намджуне, чтобы не ранить своим счастьем, когда его друг так разбит, но Тэхён успокаивает его: — Мне нужно услышать что-то хорошее, что-то радостное… и к тому же мне очень любопытно. — Хорошо, тогда… но если тебе будет больно, я остановлюсь, — искренне говорит ему Чимин. Тэхён кивает, нежно сжимая одну из рук Чимина, прижатую к его животу. — Он не ожидал, что это я, он так удивился, когда я сказал ему, что я его поклонник! — Видел бы ты его лицо, Тэ, это было так забавно! Тэхён улыбается, первая улыбка за день, потому что он легко может представить Намджуна с потерянным выражением лица, и это действительно забавно. — Он был так польщён, он понятия не имел, что он мне нравится, но он сказал, что был счастлив, потому что он всегда был немного влюблён в меня, восхищаясь тем, насколько я уверен в себе и заботлив. Но он никогда бы не подумал, что может мне понравится как потенциальная пара, потому что мы были очень близкими друзьями, и он сказал, что никогда не замечал, чтобы я относился к нему иначе, чем к другим. Тэхён фыркает. — Он умный, но недостаточно, когда дело касается любви, — говорит омега. — Ты чертовски прав, — фыркает Чимин. — Итак, он принял мои ухаживания, и мы хотим посмотреть за эти три месяца, сможем ли мы стать настоящей парой, найти новый баланс в наших отношениях. После этого мы много танцевали и много говорили… о наших чувствах, моих подарках… и… возможно, мы немного поцеловались. Тэхён улыбается и, хоть не может видеть Чимина, поскольку тот лежит позади него, но по счастливому тону, которым он произнёс эту последнюю фразу, омега понимает, что Чимин тоже улыбается. — И как оно? — с любопытством спрашивает Тэхён, пытаясь игнорировать злые завистливые мысли, которые пытаются напомнить ему, что у него так и не случилось первого поцелуя с Юнги. И, вероятно, этого не будет. Чимин прижимается лбом к плечу Тэхёна, немного смущаясь, когда он говорит: — Очень мокро. Тэхён рассмеялся, потому что это был не тот ответ, которого он ожидал, и теперь он тоже чувствует себя неловко. Чимин крепко обнимает его, пока они продолжают хихикать, Тэхён чувствует себя немного лучше. Когда Чимин уходит после долгих и приятных объятий, он спрашивает Тэхёна, увидит ли он его сегодня вечером на «погоне». — Наверное, нет, — говорит Тэхён с разбитым сердцем. Он даже не заметил, что каким-то образом наконец принял решение. Чимин обнимает его в последний раз, целуя в лоб, но не убеждает передумать, он знает, почему Тэхён решает не идти, знает, что он пытается поступить правильно. Солнце садится, восходит луна и приближается момент начала «погони». Тэхён пытается отвлечься едой, а затем рисованием, продолжает говорить себе, что принял правильное решение, что это избавит Сонми и Юнги от попыток договориться с Джуну. Так лучше. Он не будет зря питать свои надежды. Так лучше. Так лучше. Он это знает. Его устраивает то, что он решил. Или, по крайней мере, он продолжает повторять это, пока его взгляд не падает на деревянного волка на столе, того самого, которого Юнги вырезал специально для него. Он берёт его в руки и с грустью думает о том, как он на самом деле думал, что у него всё это есть, когда Юнги начал за ним ухаживать. Если бы он только знал. Он думает о смелости, которая потребовалась ему, чтобы сделать этот большой шаг, о том, как он преодолел свои страхи только потому, что знал, чего хочет. Он хотел остаться с Юнги, потому что чувствовал, что он тот самый. Его желанная пара. Он был готов рискнуть всем, потому что знал, что Юнги того стоит. Он не мог отпустить Юнги, даже не попытавшись, он не может убить свои чувства, прежде чем дать им шанс расцвести. Тогда он позволил своему сердцу вести его. Почему он не делает то же самое сейчас? «Дай себе шанс побыть счастливым хотя бы на какое-то время, и кто знает, может быть, его окажется больше». Сонми защитит стаю несмотря ни на что, стая будет в безопасности, что бы Тэхён ни решил сделать. Теперь ему не нужно быть рациональным, он может позволить своему сердцу вести его в последний раз. Надеясь на лучшее. Он хочет остаться с Юнги. Он хочет надеяться. Не сдаваться, пока всё не будет потеряно. Они в любом случае могут быть обречены, тогда почему бы не провести это время вместе? С громко бьющимся сердцем в ушах Тэхён встаёт со стула, выходит из дома и бежит к озеру, его волк кричит, чтобы он пошёл к своей половинке. 🐺 Тэхён приходит к озеру вовремя, там ещё много людей, включая Чимина. Альфа позволяет короткому вскрику радости сорваться с губ при виде друга и тут же обнимает его. — Боже! Ты пришёл! Слава Богу! Тэхён крепко обнимает Чимина, улыбаясь от его крайней радости. — Да, я понял, что не могу потерять возможность побыть с ним хотя бы ненадолго. — Вот это дух! — Чимин улыбается ему, лаская обе его руки. — Юнги был здесь? — Да, он, Намджун и остальные, за кем ухаживали, уже в лесу, уже готовятся к «погоне». — взволнованно говорит Чимин. — Ты совершенно вовремя! Юнги наверняка так переживает, придёшь ли ты за ним или бросишь одного. Тэхён вздыхает с облегчением, он тоже переживал из-за этого, он вряд ли бы себе простил, если бы принял решение слишком поздно. В воздухе витает ощутимое волнение, и у Тэхёна тоже начинается мандраж, адреналин от бега всё ещё течёт по его венам, заставляя его чувствовать себя готовым сделать что угодно. По большей части он чувствует, что не может дождаться встречи с Юнги и сказать ему, что хочет остаться с ним как можно дольше. Все поклонники стоят полукругом, Сонми в центре. Её глаза встречаются с Тэхёном вскоре после прибытия омеги, и они обмениваются понимающими взглядами, прежде чем улыбнуться друг другу. Проходит несколько мгновений, прежде чем Сонми наконец говорит им, что пришло время «погони», и желает им «спокойной ночи» с язвительным взглядом, который заставляет всех смеяться. Её слова напоминают Тэхёну, что он на самом деле не думал о том, что принесёт ему ночь с Юнги. Но он решает, что это не имеет значения, он просто хочет остаться со своим альфой, не так уж важно, что они собираются делать. — Увидимся завтра, Тэхён, — прощается Чимин, целуя в щёку. — Надеюсь, ты проведешь прекрасную ночь. — Я надеюсь, что и для тебя она будет прекрасной. Больше всего надеюсь, что твоя ночь будет наполнена мокрыми поцелуями, — шутит Тэхён, заставляя Чимина рассмеяться и пнуть его в бок. Все те, кто занимался ухаживаниями за своими желанными людьми, начинают бежать в сторону леса. Чимин — один из тех, кто спешит к деревьям, жаждя поскорее встретить свою пару. Тэхён изначально хотел успокоиться и не бежать, но чем больше он теряет времени, тем больше он боится, что Юнги подумает, что Тэхён не пришёл, что он не хочет с ним оставаться. Тэхён ни за что не хочет, чтобы он так думал. Поэтому он тоже начинает бежать, но останавливается у нескольких деревьев после начала леса, чтобы раздеться и оставить свою одежду в кустах, куда он вернётся за ней завтра утром. После раздевания он потягивается, его волк так взволнован и готов взять над ним верх, чтобы скорее поиграть в эту веселую игру и заявить права на свою пару. Луна сегодня невероятно большая и яркая, Тэхён может видеть её сквозь ветки, его волка особенно привлекает её красота. Волк слышит их, слышит членов своей стаи, разбросанных по лесу, слышит хруст костей людей, перевоплощающихся недалеко от него, тяжёлое касание земли многочисленными лапами, их тяжёлое дыхание. Он также может чувствовать их запахи, их так много, некоторые из них настолько сильны и всё ещё свежи, что Тэхёну действительно трудно уловить более слабые и тонкие ароматы. Ему нужно приложить усилия, потому что в этом море ароматов Тэхёну нужно найти того, кого так сильно жаждет его сердце. Это будет непросто, но Тэхён знает, что его волк чувствует запах мандарина Юнги лучше всего остального, и это, вероятно, ему поможет. В конце концов, в этом и заключается удовольствие от погони — доказать своему будущему партнёру, что ты можешь найти его даже посреди огромного леса, даже когда между вами двумя так много других волков. Коричневый волк начинает преследование, прижимая морду к земле, пытаясь найти хоть какой-нибудь след, который мог бы указать ему, где находится его пара. Его волк полностью сосредоточен на задаче, его инстинкты готовы к любому признаку присутствия Юнги. Он чувствует запах корицы Чимина, всё ещё достаточно сильный, чтобы заставить его сделать вывод, что белокурый альфа, должно быть, убежал не слишком далеко. Также он встречает Чана и Юхён, которые лают на него, радостно виляя хвостами, прежде чем вернуться к своей задаче. Тэхёну требуется некоторое время, чтобы наконец почувствовать первые нотки мандарина, и когда он это делает, его волчье тело сотрясает возбуждённый трепет. Это слабый след, но это означает, что он на правильном пути. Он следует за запахом, иногда заканчивая его не в том направлении, потому что не мог понять, откуда он исходит. Медленно, но верно запах мандарина становится всё сильнее и сильнее, и вдруг… волк замечает в тёмном лесу проблеск белого цвета и сразу понимает, что это Юнги. Волк начинает бежать быстрее к этому белому отблеску, который медленно увеличивается в большое пятно, а затем превращается в красивого большого волка, который поворачивает голову в сторону Тэхёна, прежде чем он успевает до него добраться. Белый волк лает, приветствуя Тэхёна, радостно виляя хвостом, аромат мандарина становится настолько сильным, что Тэхён внезапно не может чувствовать ничего другого, все запахи в лесу полностью забыты. Юнги тоже начинает бежать к нему, и они встречаются на полпути, начинают бегать вокруг друг друга, лаять, не в силах сдержать счастье, которое наполняет их сердца. Белый волк уткнулся мордой в шею Тэхёна, а затем потрётся о неё своей шеей, учуяв запах омеги. Тэхён отвечает на этот жест взаимностью, воркуя, волк чувствует себя невероятно гордым и довольным тем, что пометил свою половинку своим запахом, а также тем, что его пометили в ответ. Они продолжают тереться мордочками и телами друг о друга, пока не почувствуют удовлетворение. Затем они продолжают осыпать друг друга вниманием и небольшими жестами привязанности: альфа слегка покусывает ухо омеги, омега облизывает морду альфы. Они продолжают играть, пока погоня не начнётся снова. Юнги застаёт Тэхёна врасплох, когда он внезапно снова начинает бежать на полной скорости, но тот сразу же следует за ним, не колеблясь, его инстинкты подсказывают ему преследовать его, чтобы показать, что он может его поймать. Удивительно, но бурому волку удаётся добраться до альфы и толкнуть его на спину, воспользовавшись тем, что белый волк кажется отвлечённым. Юнги раздражённо лает на Тэхёна, всё ещё лежа на спине. Омега удовлетворенно кружит вокруг альфы, а затем начинает убегать, опасаясь последствий своей маленькой шутки, когда белый волк снова встаёт. Юнги начинает бежать за Тэхёном, игриво угрожая, на этот раз Тэхён впереди. Они играют еще немного, и Юнги получает свою маленькую месть. Тэхён постепенно начинает замечать, что Юнги куда-то его ведёт, пока они продолжают гоняться друг за другом и играть. Юнги протестующе лает каждый раз, когда Тэхён пытается пойти в другом направлении, а не в том, куда его ведёт Юнги. Место, куда альфа направлял его, оказалось пещерой, большой и достаточно высокой, чтобы они могли войти в неё как в волчьей форме, так и в человеческой, и у Тэхёна впервые есть возможность открыто наблюдать, как Юнги снова принимает свою человеческую форму. Коричневый волк смотрит на пещеру, склонив голову набок, немного озадаченно. Внутри пещеры свет. Юнги подбадривающе ему улыбается. — Да ладно, идём же. Я приготовил для тебя сюрприз! — говорит он, входя в пещеру. Тэхён тоже перевоплощается, его волк этому не слишком рад, ему так сильно понравился бег. Он приближается к пещере, но затем колеблется, потому что понимает, что он там будет голым, у него нет одежды, в которой можно было бы спрятаться. Он будет обнажён и уязвим. Осознание этого поражает его, и его первая реакция — прикрыться, найти решение, омега чувствует, что начинает паниковать, и знакомое смущение начинает вызывать у него беспокойство. Но затем он заставляет себя поверить, что на самом деле у него нет причин так бояться. Там просто Юнги, его Юнги, человек, который никогда его никоим образом не осуждал, который заботится о нём. Он любит Юнги, доверяет ему и может преодолеть смущение ради него. Если есть кто-то, кто заслуживает того, чтобы владеть им всем, так это Юнги, и Тэхён уверен в этом на сто процентов. Поэтому он концентрируется на этом, на любви и доверии, которые он испытывает к Юнги, и входит в пещеру, которая оказывается меньше, чем представлял себе Тэхён ранее. Юнги ждёт его внутри, ближе к чему-то, похожему на кровать, застеленную всевозможными подушками и одеялами на каменном полу. Вся пещера освещена множеством свечей, которые, как замечает Тэхён, имеют форму сердца. Он смотрит на альфу, забавляясь этой маленькой сентиментальной деталью, и смеётся над тем, как Юнги краснеет. Перед всем этим Тэхён теряет дар речи, теплое ощущение разливается в его сердце, он так тронут тем фактом, что Юнги приготовил это для него и создал такое уютное уединенное место, где они могут провести эту особенную ночь вместе. Мысль о том, что Тэхён мог бы решить не пускаться в погоню и оставить Юнги одного, когда он очевидно так сильно ждал его, заставляет его сердце разрываться. Он чувствует такое облегчение, что последовал зову сердца. — Мне очень нравится здесь. — говорит Тэхён с довольной улыбкой на лице. При этом лицо Юнги светлеет. — Я думал, что мог бы сделать больше… — Это уже так прекрасно, — Тэхён вкладывает в свой голос больше убеждения и мягкости. Их глаза встречаются, и какое-то время они смотрят друг на друга с глупыми улыбками на лицах, оба чувствуют себя такими счастливыми, находясь рядом. Вместе. Именно в этот момент Тэхён понимает, что Юнги заставляет себя не смотреть ни на что, кроме лица Тэхёна. Тэхён догадывается, что он не хочет заставлять Тэхёна чувствовать себя некомфортно, зная, что он не любит обнажаться перед другими. И он получает подтверждение этому, когда Юнги переводит взгляд на кучу одеял и сжимает их, чтобы взять одно. — Можешь надеть это, если хочешь прикрыться, — говорит альфа, и Тэхён не может не улыбнуться тому, какой внимательный Юнги. Он в очередной раз находит подтверждение, что Юнги никогда и никоим образом не воспользуется им, уважая Тэхёна со всей его застенчивостью и недостатками. Вот почему Тэхён делает шаг вперёд, борясь с беспокойством, которое вызывает у него обнажение перед кем-то. Он убирает руки, которые подсознательно снова обвили его, пытаясь прикрыться, от своего тела, и делает глубокий вдох, прежде чем сказать: — Нет, всё в порядке… Юнги позволяет одеялу выпасть из рук, глаза слегка расширяются от удивления. Всё ещё сидя перед самодельной кроватью, он поворачивает лицо к омеге, его глаза всё ещё не отрываются от лица. — Ты уверен? — Юнги пытается убедиться, сканируя выражение лица и запах Тэхёна в поисках каких-либо признаков дискомфорта. Но Тэхён чувствует себя хорошо, может быть, немного нервничает, но он уверен в том, что делает, уверен, он хочет, чтобы Юнги увидел его полностью обнажённым и понял, как много он значит для Тэхёна. — Да, — с улыбкой подтверждает Тэхён. — Теперь, когда ты знаешь, что я к тебе чувствую, я хочу быть с тобой полностью открытым и честным во всём, потому что я доверяю тебе и хочу, чтобы ты владел всем мной. Юнги взволнован этими словами, его запах наполняется счастьем. Он встаёт перед Тэхёном, но всё ещё достаточно далеко, чтобы они оба могли смотреть друг на друга прямо. Тэхён видит, как глаза Юнги медленно и осторожно перемещаются от его лица к телу. Но он не только видит их, он чувствует их, как нежную ласку, которая щекочет тело Тэхёна, не вызывая у него желания прикрыться, но заставляет дрожь возбуждения путешествовать по его позвоночнику. Омега ясно видит, как движется адамово яблоко Юнги, когда альфа сглатывает, его глаза всё ещё прикованы к Тэхёну, и на лице омеги появляется легкая ухмылка. Конечно, он не может не чувствовать себя довольным тем, как Юнги, кажется, заинтересован видом его тела. Это не первый раз, когда Тэхён с любопытством смотрит на обнажённое тело Юнги, но на этот раз Тэхён делает это правильно и по большей части без ощущения, что он делает что-то, чего не должен. Он поражён тем, как тело Юнги выглядит тонким и стройным, но в то же время сильным, его мышцы круглые и крепкие. У него узкие бедра и плечи, по сравнению с Тэхёном, а также более светлый тон кожи. Когда его взгляд снова достигает взгляда Тэхёна, альфа делает несколько шагов вперёд, чтобы быть ближе к омеге, их руки автоматически находят друг друга, пальцы переплетаются. Их близость заставляет сердце Тэхёна биться в обычном ритме. — Я хочу быть честным, — Тэхён чувствует необходимость сказать, его глаза снова встретились с глазами альфы, которые теперь достаточно близко, чтобы Тэхён мог видеть каждую деталь его лица. — Я не думаю, что у нас дела пойдут лучше, я не думаю, что этот лидер изменит своё мнение, но если у тебя есть надежда, то она будет и у меня, я поверю, что у нас есть шанс быть вместе надолго. Я пришёл сегодня вечером, потому что хочу остаться с тобой, Юнги, я хочу позволить себе любить тебя свободно и открыто, до тех пор, пока мы больше не сможем это продолжать… — признаётся Тэхён тихим голосом. В глазах альфы внезапно появляется печаль и боль, которую Тэхён может полностью понять, потому что то же самое он чувствует в своём сердце. Тэхён поднимает ладонь, чтобы погладить щеку Юнги, альфа наклоняет навстречу ей, чтобы мягко прижаться к руке Тэхёна. — Я хочу притвориться и поверить хотя бы сегодня вечером, хотя бы ненадолго, что однажды ты станешь моей парой, что мы будем любить друг друга всю свою жизнь. Я хочу прожить эту ночь так, как если бы у нас не было никаких препятствий. Юнги берёт руку Тэхёна в свои ладони и отводит её от лица настолько, чтобы запечатлеть в ней сладкий поцелуй, и ещё, и потом ещё. — Спасибо, что решил прийти, несмотря на… всё, я очень рад, что ты здесь. Я так сильно надеялся. В глазах Юнги есть ранимость, которая причиняет боль омеге, он не привык видеть Юнги таким, и ему это совсем не нравится. Юнги действительно этого не заслуживает. — Конечно, я пришёл за тобой, — Тэхён прижимается лбом к Юнги и на мгновение закрывает глаза, его рука возвращается на щеку Юнги, альфа всё ещё держит его в своей руке. — Я так люблю тебя, Юнги. Тэхён никогда бы не подумал, что скажет кому-то эти слова, но они легко слетают с его губ, потому что именно это он чувствует. Его сердце настолько полно любви, что Тэхён глупо беспокоится, что его груди не хватит места, чтобы вместить её. Юнги счастливо улыбается и тыкает Тэхёна в нос. — И ты мой друг, — продолжает Тэхён. — Что бы ни случилось, ты всё равно будешь самым важным для меня. — И ты всегда будешь таким для меня. Они оба улыбаются друг другу, их сердца ноют от сильных положительных эмоций, которые заставляют их биться быстрее, но также и от боли, которую заставляют их чувствовать эти слова. Юнги немного отстраняет их лица, ровно настолько, чтобы как следует посмотреть Тэхёну в глаза, открыто позволяя Тэхёну увидеть свою боль, счастье и свою любовь. — Могу я поцеловать тебя, Тэхён-и? — говорит он, и это почти шёпот, но Тэхён слышит эти слова так громко, что его сердце мгновенно реагирует на них, безумно толкаясь в грудь. Это действительно происходит. Тэхён ценит тот факт, что Юнги спрашивает его, и это ещё раз доказывает, насколько внимателен Юнги, когда дело касается его. Волнение и счастье наполняют тело Тэхёна, и прежде чем он успевает слишком много об этом подумать, омега кивает, давая своё согласие и жаждя этого поцелуя. Он нервничает лишь в те несколько секунд, которые предшествуют поцелую, гадая, получится ли у него это сделать, но как только губы Юнги касаются его, Тэхён не может думать ни о чем другом, кроме Юнги. Это похоже на взрыв счастья внутри его тела, его разум совершенно пуст и очищен от каких-либо грустных мыслей, адреналин хлынул по его венам. Их первый поцелуй — это просто долгое мягкое касание их губ, они прижимаются друг к другу, руки Тэхёна обхватывают лицо Юнги и наклоняют его достаточно, чтобы сделать эту позу удобной для них обоих. Они продолжают целоваться нежно, наслаждаясь этим сладким и невесомым прикосновением. Тэхён позволяет Юнги вести себя, и когда поцелуй становится немного более интенсивным, губы альфы начинают двигаться, что у Тэхёна всё внутри дрожит от этой ласки и волнения. Руки Юнги медленно ложатся по обе стороны талии Тэхёна, новое ощущение заставляет его трепетать. Юнги прикасается к нему так же, как целует, нежно и медленно, заставляя омегу наслаждаться каждой секундой этого. Тэхён уже немного перегружен всеми этими новыми эмоциями и ощущениями, от которых у него кружится голова… но и возбуждён настолько, что ноги становятся, словно желе, и кажется, будто что-то взрывается внутри его желудка. Каждое ощущение непривычное, странное, но прекрасное. Поэтому Тэхён чувствует необходимость осторожно оторваться от губ Юнги, его щеки горят, дыхание затруднено. Юнги улыбается, и Тэхён тоже не может не сделать этого, он испытывает эйфорию. Омега погружает одну руку в волосы Юнги, нежно гладит их, наслаждаясь тем, насколько они мягкие. — Всё хорошо? — Юнги хочет убедиться. Тэхён кивает. — Более, чем хорошо, хён, — подтверждает он немного смущённо. Юнги посмеивается и осторожно прижимает тело Тэхёна ближе к себе, обхватив руками спину омеги. Из-за новой близости их тел температура внутри тела Тэхёна повышается, и когда они снова начинают целоваться, ему становится ещё жарче. На этот раз их губы двигаются менее осторожно и застенчиво, и немного более смело и страстно, Тэхён продолжает следовать за темпом и молчаливым руководством альфы. На самом деле, когда Юнги слегка приоткрывает губы, Тэхён подражает ему, не зная, чего сейчас ожидать, но очень желая попробовать всё. Юнги углубляет поцелуй, их языки встречаются, он медленно и осторожно скользит в рот Тэхёна, заставляя омегу внезапно затаить дыхание. Поначалу он удивлен и немного озадачен; это такое странное новое ощущение, даже забавное, когда их языки соприкасаются сильнее. К сожалению, Тэхёну снова приходится отстраняться из-за нехватки кислорода; он был так сосредоточен на новом любопытном ощущении и на продолжении поцелуя Юнги, что как бы забыл дышать. Юнги, похоже, это не раздражает, он слегка посмеивается и мягко предлагает Тэхёну дышать через нос. Тэхён немного краснеет. Он постарается запомнить это, даже если каждый раз, когда их губы встречаются, мозг Тэхёна полностью отключается, и всё внутри него становится таким… сумасшедшим. Они снова целуются, язык Юнги нежно облизывает рот Тэхёна, медленно ласкает его. Сильные руки бродят по спине, лелея его мягкую кожу, заставляя мурашки бежать по коже омеги, и он не может себя контролировать. Это просто так приятно. Его внутренности словно горят, температура тела становится всё выше и выше. Прикосновения и поцелуи усиливают возбуждение Тэхёна, каждый раз, когда руки Юнги приближаются к выпуклостям его ягодиц, Тэхён чувствует, как внутри его внутренностей вспыхивает искра возбуждения. Он хочет, чтобы Юнги прикоснулся к нему, желание настолько сильное, что член Тэхёна начинает твердеть. Взволнованность всем этим настолько сильна, что, хоть Тэхён и дышит через нос, ему приходится снова отстраниться, Юнги пользуется моментом, чтобы провести языком по нижней губе омеги, а затем сладко посасывает её, заставляя Тэхёна ахнуть. Они оба тяжело дышат, их запахи пронизаны желанием и возбуждением, глаза Юнги невероятно тёмные, а то, как он голодно смотрит на Тэхёна, только ещё больше возбуждает омегу. Юнги снова чмокает губы Тэхёна, а затем начинает оставлять следы поцелуев на его подбородке, пока не достигает мочки уха. Тэхён приоткрывает губы в очередном вздохе, когда Юнги начинает посасывать её, вздох, который заканчивается стоном, когда Юнги прижимает тело Тэхёна к своему и наверняка чувствует его эрекцию. Юнги тоже задыхается, прежде чем отвести взгляд и снова посмотреть на своего омегу. Они оба знают, что ситуация становится острой, и если они хотят остановиться, им придётся сделать это сейчас. Альфа не уверен, хочет ли Тэхён уже сделать этот шаг, поэтому он останавливается, желая получить ответ. Еще до того, как Юнги успевает произнести слова, Тэхён уже знает, о чём он собирается его спросить, поэтому, когда их взгляды встречаются, Тэхён говорит: — Я хочу тебя, Юнги, — и он знает, что за него говорит не его возбуждение, он очень этого хочет. — Я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне и сделал меня своим. Я хочу, чтобы ты был моим первым и единственным. В груди Юнги раздается низкое рычание, его глаза краснеют, его волка волнуют слова Тэхёна. Это должно напугать, он должен бояться, что волчьи инстинкты альфы возьмут верх и Юнги не будет таким же нежным, как до этого. Он должен бояться оказаться в объятиях взбудораженного альфы и просить взять его. Но его волк вообще не чувствует угрозы или страха, он знает, что ни Юнги, ни его волк не причинят ему вреда. Что альфа рычит только потому, что его затронули и возбудили такие многозначительные слова Тэхёна. Тэхён тоже следует своим инстинктам, наклоняя голову набок и подставляя шею альфе, подчиняясь и показывая другому, насколько он ему доверяет. Юнги растроганно смотрит на Тэхёна, прежде чем приблизить свое лицо к его шее. Он делает это медленно, чтобы не напугать Тэхёна, и нежно скользит губами по шее омеги, тело Тэхёна полностью расслабляется в руках альфы. Всё начинается с поцелуев губами, а затем переходит к легким покусываниям. Юнги покусывает его кожу, не настолько сильно, чтобы причинить ему боль, но достаточно, чтобы заставить его почувствовать давление своих клыков, заставляя возбуждение Тэхёна нарастать. Юнги посасывает его нежную кожу, переходя от одной стороны шеи к другой, Тэхён автоматически обнажает шею всё больше и больше, его руки всё ещё погружены в волосы Юнги. Тэхён громко охает, когда Юнги начинает сосать его очень чувствительные ароматические железы у основания шеи. Давление там заставило разум Тэхёна внезапно наполниться необузданным желанием быть укушенным своей парой, настолько сильно, чтобы это оставило столь желанный след, который свяжет их навсегда. — Ты так хорошо пахнешь, — говорит ему Юнги, уткнувшись носом в железы, отвлекая Тэхёна от этих опасных мыслей. Эти слова также льстят Тэхёну и его волку и заставляют омегу удовлетворенно мычать, прежде чем он снова начнет задыхаться, когда Юнги оставляет следы на его шее, впадая в ещё большее отчаяние, чем раньше, но не причиняя омеге вреда. Ощущение настолько приятное, что Тэхён почти неосознанно начинает тереться тазом о Юнги, его член требует некоторого внимания. Его движения становятся настолько отчаянными, что он начинает немного хныкать. Юнги отстраняется от шеи Тэхёна и страстно целует губы, заставляя его язык смаковать рот омеги, который больше не чувствует своих ног от сладости момента. Когда они запыхались, Юнги берёт Тэхёна за руку и ведёт его к куче одеял и подушек. Он выглядит неряшливо: его тёмные волосы растрепаны, губы влажные и опухшие, глаза менее яркого красного оттенка, но всё же не совсем человеческие, его щёки и верхняя часть груди светло-красного цвета. Он тоже твёрдый, глаза Тэхёна не могут не упасть туда, и он автоматически облизывает губы, оценивая вид. Тэхён лежит на одеялах, лицом к Юнги, который не сразу следует за Тэхёном на кровать, а предпочитая просто смотреть на омегу несколько мгновений, осознавая, как красиво он выглядит. Это заставляет Тэхёна ёрзать от того, как напряжённый взгляд Юнги делает его чувствительным. Он впервые чувствует себя красивым, желанным и любимым. Когда Юнги тоже садится на одеяла, сердце Тэхёна подпрыгивает от предвкушения, и он автоматически приоткрывает губы, когда лицо Юнги приближается к нему, чтобы снова глубоко поцеловать. Когда они отстраняются, Юнги медленно оставляет след поцелуев от шеи Тэхёна до его груди, а затем ниже, заставляя Тэхёна дрожать и извиваться в предвкушении, уже представляя, как удивительно было бы чувствовать губы Юнги вокруг своего члена. Но прежде, чем он успевает посмаковать эту фантазию, поцелуи альфы возвращается к груди Тэхёна, затем к шее и к губам. Он целует каждый дюйм тела омеги, нежно покусывая мягкую кожу его бёдер, красивые слова и похвала слетают с его губ, в то время как он смотрит на тело Тэхёна, как будто это самое прекрасное, что он когда-либо держал в руках. Все эти знаки внимания и поцелуи заставляют грудь Тэхёна наполняться гордостью и любовью, а все его внутренности поглощает возбуждение. Губы и руки Юнги касаются его так, как никто другой его не ласкал, поэтому тело Тэхёна реагирует на каждое прикосновение, задыхаясь, дрожа, его руки хватаются за волосы или плечи Юнги. Альфа целует и игриво кусает мягкий животик Тэхёна, щекоча омегу и заставляя его хихикать, несмотря на его возбужденное состояние. Получив такую ​​милую реакцию, Юнги продолжает заставлять Тэхёна извиваться под его прикосновениями и нежно хихикать. — Ты такой мягкий, любимый, — говорит Юнги, последний раз чмокнув Тэхёна в животик, его голос полон любви и поклонения. — И ты пахнешь так нежно и приятно, — добавляет он, его нос мягко ласкает кожу Тэхёна. Юнги наклоняет голову, чтобы их губы снова встретились. — Ты красивый, такой невозможно красивый, — говорит он между поцелуями, заставляя Тэхёна улыбаться и краснеть. Юнги снова опускается, но на этот раз он останавливается на груди Тэхёна, чтобы поиграть с его сосками, заставляя омегу выгнуть спину, наслаждаясь этим незнакомым чувством и безмолвно умоляя альфу о большем. Тэхён осмеливается посмотреть вниз и чувствует, как его член дергается от новой волны возбуждения, которая наполняет его при виде Юнги, щелкающего языком по соску, в то время как его руки ласкают бока Тэхёна, двигаясь вверх и вниз. Соски Тэхёна всегда были чувствительными, но теперь, когда с ними играет кто-то другой, Тэхён чувствует, что каждый сантиметр его тела стал невероятно чувствительным, прикосновения Юнги разжигают огонь, который Тэхён не может контролировать. И ему это так сильно нравится. Его член жаждет внимания, бедра начинают непроизвольно двигаться в поисках трения, которое Юнги даёт ему, нежно прижимая бедро, находящееся между ног Тэхёна, к его промежности. Омега стонет, а Юнги рычит, оценивая его звуки наслаждения. Юнги долго оставляет любовные укусы на груди Тэхёна. Чем больше омега хнычет от удовольствия, тем больше Юнги, кажется, воодушевляется продолжать. Тэхён трётся своим членом о бедро Юнги, уже немного отчаянно. После сосков Юнги начинает дразниться, целуя и покусывая кожу вокруг члена. Он оказывается между ног Тэхёна, омега инстинктивно раскрывает их ещё сильнее, ещё больше обнажая себя перед альфой. Глаза альфы светятся ярко-красным светом, его ноздри шевелятся от запаха Тэхёна, распространяющегося в воздухе, такого же мощного, как оба их запаха, приправленных их возбуждением. Тэхён знает, что он уже намочил простыни под ними, но чувствует себя настолько возбуждённым и потерянным в желании, что ему даже не стыдно. Он чувствует себя полностью мокрым, даже кончик его члена течёт, Тэхён не уверен, что продержится долго, он просто ошеломлён всеми этими новыми ощущениями и своей любовью. Юнги обеими большими руками обхватывает пухлые бедра Тэхёна, чтобы они оставались неподвижными и открытыми, и расцеловывает кожу на их внутренней стороне. Если бы не руки Юнги, прижатые к его бедрам, Тэхён снова начал бы покачивать ими в поисках трения, умоляя Юнги прикоснуться к нему там, где он хочет больше всего. Похоже, Юнги не собирается ускорять события, желая насладиться каждым моментом их ночи, доставляя все возможные удовольствия. И он, кажется, довольно серьёзно настроен в своём намерении боготворить Тэхёна. Тэхёну нравится, что альфа действует медленно, потому что он не хочет, чтобы всё закончилось быстро, но, чёрт возьми, это уже слишком! Тэхён так сильно хочет, чтобы Юнги прикоснулся к его члену, а когда он так близко к паху, он хочет его только сильнее и отчаянно скулит. К счастью, его нытья и просьб достаточно, чтобы Юнги смягчился и начал уделять Тэхёну внимание, которого он жаждет. Сначала Юнги начинает посасывать и ласкать губами яички Тэхёна, заставляя омегу издать глубокий и протяжный стон, его спина выгибается, руки закидываются за голову, чтобы схватить подушку. Юнги делает это несколько мгновений, осторожно втягивая в рот один шарик, а затем другой. Затем он, наконец, прикасается губами к члену Тэхёна, быстро облизывая его от основания до кончика, заставляя омегу вздрагивать от удивления, и новый всплеск возбуждения наполняет его живот. Юнги делает это снова, быстро, а затем ещё медленнее, сначала с одной, а затем с другой стороны члена Тэхёна. Он любовно посасывает кончик, затем скользит губами по всей длине, чтобы облизать. Тэхён уже не может контролировать свою руку, когда та хватает Юнги за волосы. Альфа начинает щелкать кончиком языка по головке, одна из его рук обхватывает основание члена, хватка настолько крепкая, что Тэхён сходит с ума. Омега не может остановить звуки, срывающиеся с его губ, он продолжает задыхаться и стонать, чувствуя, будто плывет, всё его тело похоже на желе… горящее желе. Медленно Юнги начинает всё больше и больше втягивать Тэхёна в свой рот, его член постепенно окутывает удивительное тепло. Это первый раз, когда ему отсасывают, и Тэхён от этого немного бредит, он полный беспорядок, который не может перестать двигаться в поисках большего. Тэхёну не нужно много времени, чтобы кончить, когда Юнги начинает покачивать головой, он уже знает, что кончит. Пик удовольствия настигает, когда он опускает глаза, чтобы посмотреть на Юнги, и обнаруживает, что альфа тоже смотрит на него, и его глаза полны возбуждения. Зрелище настолько грязное и сексуальное, что Тэхён больше не может этого выносить. В путанице бессвязных и возбужденных мыслей Тэхён начинает лепетать Юнги, что-то о том, что он больше не может выносить этой интенсивной ласки. Но Юнги только ускоряет темп, погружая Тэхёна всё глубже и глубже в свой рот. Омега может ясно почувствовать, как его головка касается задней части горла Юнги, и именно тогда он чувствует, как его внутренности напрягаются и взрываются. Он сильно кончает, его тело дрожит, а в глазах на несколько секунд всё темнеет и кружится. Юнги глотает всё, что смог вытащить из Тэхёна своей любовью. Отрывая от себя член только тогда, когда омега падает на простыни, полностью изнуренный. Это так хорошо… Юнги подбирается к нему ближе, уткнувшись носом в его шею и оставляя легкие поцелуи на ключицах и щеках Тэхёна. — Мне очень жаль, — выдыхает Тэхён. — Я не хотел заканчивать так быстро, — говорит он, чувствуя себя неспособным пошевелиться и настолько слабым. — Всё в порядке, я воспринимаю это как комплимент, — Юнги посмеивается, ложась рядом со своим омегой, положив одну руку ему на грудь, чтобы притянуть его к себе, и снова прижимать нос к шее. — Но мы ещё не закончили, — быстро говорит Тэхён. — Хм? — Юнги звучит удивленно. — Ты ещё не получил оргазм! И я хочу кончить ещё раз, с тобой внутри меня! — говорит Тэхён, явно чувствуя, как всё ещё твердый член Юнги прижимается к его бедру. Омеге сейчас не очень-то хочется двигаться, но он знает, чего хочет, и не позволит своему чувствительному телу лишить его возможности впервые по-настоящему заняться любовью. Юнги стонет, его бедра сильнее прижимают его эрекцию к Тэхёну, его аромат мандарина усиливается. — Мне бы это очень понравилось, — его голос звучит глубоко от возбуждения. Альфа целует шею Тэхёна, а затем поднимает верхнюю часть его тела, нависая над омегой, и их губы встречаются в медленном поцелуе. Тэхёну понадобится пара минут, чтобы его член снова встал, поэтому он решает извлечь из этого ожидания максимум пользы. Юнги так хорошо позаботился о Тэхёне, что Тэхён хочет, чтобы ему было хорошо. Он чувствует себя немного взволнованным при этой мысли, потому что это первый раз, когда он делает что-то сексуальное по отношению к кому-то другому, но он чувствует себя готовым и не таким неуверенным, как он ожидал. Возможно, это эффект его оргазма и феромонов, которые Юнги всё ещё выпускает и благодаря которым его разум становится легким, а тело полностью расслабленным, как будто ничто не может его напугать сейчас. Он ложится на бок, продолжая целовать Юнги, руки альфы обхватывают лицо омеги, удерживая его рядом, пока Тэхён меняет положение. Тэхён заводит одну руку себе за спину и заставляет её скользить между ягодиц, где он начинает собирать как можно больше смазки, чтобы смочить ладонь. Это несложно, потому что его возбуждение и оргазм заставили его выделять столько скользкой влаги, что она смачивает и внутреннюю часть его ног. Прикосновение пальцев к входу заставляет его автоматически сжиматься, его разум уже думает о том, когда прикасаться к нему будут не его пальцы, а Юнги. С губ Тэхёна срываются легкие вздохи, и это привлекает внимание альфы, заставляя его отвести своё лицо от лица Тэхёна, чтобы посмотреть, что делает омега. Брови Юнги удивленно поднимаются, и Тэхён оценивающе замечает, как член альфы дергается от интереса. — Бля, — шепчет альфа, Тэхён впервые слышит ругательства изо рта самого вежливого альфы. Но он не собирается останавливаться, перемещая руку из-за спины он медленно приближается к члену Юнги и мягко, влажно скользит по его длине. Юнги стонет, его член становится злобно-красным, что заставляет Тэхёна сразу понять, что Юнги страдал молча, в то время как его член все время нуждался в ласке. — Дай мне знать, если я сделаю что-то не так, — говорит Тэхён альфе, прежде чем начать медленно двигать рукой по члену альфы. Юнги кивает, покусывая губы, слишком потрясенный столь ожидаемым ощущением, его дыхание настолько затруднено. — Делай со мной то, что ты сделал бы с собой, — инструктирует его Юнги, прекрасно зная, что это будет первый раз, когда Тэхён занимается лаской руками. Тэхён так и делает, уделяя особое внимание головке альфы, прежде чем смешать его предэякулят с его собственной смазкой в грязной комбинации. Он делает свои движения плавными и медленными и меняет силу хватки следя за реакцией Юнги и изменениями в его запахе. Тэхён наслаждается прекрасными звуками, исходящими от его альфы. Другой рукой Тэхён обращает внимание и на яички Юнги, которые, очевидно, довольно чувствительны. Юнги реагирует на это гораздо громче, побуждая Тэхёна продолжать осторожно с ними играть. Тэхён осторожно приближает лицо к шее Юнги, давая альфе время осознать, что он делает, и остановить его, если он не хочет, чтобы Тэхён был рядом с его самым чувствительным местом. Альфы гораздо более тревожные и защищающиеся, чем омеги, когда дело касается их шеи, они не привыкли подчиняться. Но Юнги, не колеблясь, раскрывает себя Тэхёну, и это заставляет волка омеги радоваться, как сумасшедшему, от такого знака доверия, которого Тэхён никогда не видел ни от одного от альфы в его старой стае, даже в отношении своих жён. Он кусает и посасывает шею альфы, его волчьи инстинкты берут над ним верх и заставляют отмечать любимого человека любовными укусами, в то время, как он продолжает усиливать движение руки вокруг члена Юнги. Его большой палец время от времени щелкает по кончику головки, заставляя Юнги дрожать и издавать более гортанный стон, от которого каждый раз в животе Тэхёна вспыхивает искра возбуждения. Тот факт, что мандариновый аромат Юнги всё ещё источает желание и настолько силён, позволяет Тэхёну довольно легко снова впасть в возбуждение. Но у Юнги, очевидно, уже есть идея, как заставить Тэхёна снова затвердеть. Когда движения омеги, поцелуи и стимуляция его яичек становятся слишком сильными, Юнги выгибается ему навстречу, а после берет руку Тэхёна, которая только что обхватывала его член, и под любопытным взглядом омеги подносит её к своему рту. Юнги мягким движением языка облизывает его ладонь, прежде чем начать сосать длинные пальцы омеги, сохраняя при этом зрительный контакт. Тэхён никогда бы не подумал, что такое зрелище может его возбудить, но это так! То, как Юнги, кажется, наслаждается вкусом Тэхёновской смазки, сводит волка омеги с ума, а Тэхён тоже чувствует себя взбудораженным. Они целуются снова, страстно и глубоко, Тэхён чувствует восторг от вкуса себя на языке Юнги, это приносит такое мощное удовлетворение, которого он никогда раньше не чувствовал. — Тэхён-а, могу я попробовать тебя ближе? Это будет очень интимно, но я не хочу, чтобы ты боялся. — спрашивает Юнги, губы влажные и красные, когда они отстраняются друг от друга, а взгляд альфы скользит вниз. Тэхён даже не колеблясь говорит «да», а затем снова жадно целует Юнги, позволяя их губам беспорядочно встретиться, Юнги посасывает нижнюю губу и кусает её. Юнги приказывает Тэхёну встать на четвереньки, и омега с удовольствием подчиняется. Юнги прижимает омегу грудью к одеялу и поднимает его задницу повыше, обнажая её, широко раздвинув ноги. Тэхён на самом деле не знает, чего ожидать, он понятия не имеет, что он почувствует, но если это будет хоть немного похоже на минет, Тэхён уверен, что у него снова легко начнётся эрекция. Юнги встает позади ног Тэхёна, и омега слышит низкое рычание альфы при виде того, как он выставляет себя напоказ для него. Альфа позволяет своим рукам бродить по крепким бедрам Тэхёна, а затем нежно сжимает ягодицы, заставляя его удовлетворенно мычать. Он начинает немного хныкать, когда руки Юнги приближаются к его спине, и омега автоматически выгибается её ещё сильнее. Юнги оставляет поцелуй в нижней части позвоночника омеги, снова кладя руки на задницу Тэхёна, на этот раз, чтобы развести его ягодицы, продолжая опускаться губами вниз. Вниз до тех пор, пока он не прикасается ртом прямо ко входу Тэхёна, заставляя омегу вздрагивать от незнакомого ощущения, а затем ещё раз, когда чувствует, как влажный язык Юнги впервые осторожно облизывает его. Альфа стонет от сладкого вкуса на своем языке и снова ныряет, его лицо оказывается между ягодицами омеги, оставляя ласковые касания, от которых дырочка Тэхёна сжимается и становится более скользкой, а член неумолимо твердеет. Длинные и медленные облизывания сменяются легкими посасываниями, а затем язык Юнги начинает кружить вокруг его входа. Первое проникновение внутрь заставляет Тэхёна трястись от восхитительного ощущения. Альфа ускоряется, начиная буквально трахать его языком, влажные звуки, которые издают его движения, заставляют Тэхёна краснеть и гореть всем телом. Юнги решает помочь языку своими длинными, узловатыми пальцами, используя их, чтобы раскрыть Тэхёна. Удовольствие увеличивается настолько, что альфе приходится удерживать бёдра омеги другой рукой от движений навстречу. Это просто слишком приятно, и Тэхён не может не искать большего, он хочет, чтобы пальцы Юнги вошли глубже и двигались ещё интенсивнее. К тому моменту, как Юнги оказывается в нём на три пальца, Тэхён становится полностью твердым, он стонет, умоляя Юнги о большем. Альфа подчиняется, не теряя ни секунды, вероятно, чувствуя такое же нетерпение, как и Тэхён, оба их члена настолько болезненно тверды, что они просто молят о некотором облегчении. — Как ты хочешь, чтобы я это сделал? — спрашивает Юнги у Тэхёна, оставляя поцелуи на его спине, пока они оба делают несколько вдохов, чтобы немного прийти в себя. — Я хочу видеть тебя, — быстро говорит Тэхён, потому что, несмотря на невероятное плотское желание, которое он испытывает, он также чувствует, что хочет, чтобы этот момент был особенным, чтобы они могли объединиться более глубоко. Он хочет смотреть на Юнги, когда тот окажется внутри него, когда Тэхён наконец-то переживет тот особенный момент любви, о котором он всегда мечтал во время течек. Он поворачивается на спину, прижимаясь к одеялу, и Юнги тут же оказывается между ног Тэхёна. Омега чувствует, нарастающее внутри предвкушение, и не может не улыбнуться, когда его глаза встречаются с тёмными глазами напротив. Член Юнги, разумеется, не такой большой, как фаллоимитатор, который Тэхён использовал во время течки, поэтому он не особо боится, что растяжение может причинить боль. Или он просто слишком возбужден, чтобы волноваться… Юнги нависает над ним и их губы встречаются в сладком поцелуе. Он тоже мягко улыбается, глядя на Тэхёна с такой любовью, несмотря на то, что он тоже перевозбужден и еле себя сдерживает. — Ты готов, любовь моя? — спрашивает Юнги, пристально глядя ему в глаза. — Я так готов, альфа! — нетерпеливо отвечает Тэхён, заставляя Юнги слегка усмехнуться, прежде чем снова поцеловать его, на этот раз более страстно, их языки ласкают друг друга, заставляя Тэхёна затаить дыхание. — Скажи мне, если тебе больно или ты захочешь остановиться, — серьёзно говорит ему альфа. — Я обещаю, — уверяет его Тэхён, целуя альфу в щеку, молчаливая благодарность за то, что он был с ним таким осторожным и нежным. Юнги прижимает их носы друг к другу, заставляя Тэхёна мягко улыбаться. Альфа перемещает ноги Тэхёна, прижимая их к груди, чтобы получить удобный доступ к его дырочке, и прижимает к ней тяжёлую головку. Он смотрит на Тэхёна в последний раз, чтобы проверить, всё ли с ним в порядке, прежде чем начать проникать в него. Растяжка шире, чем три пальца Юнги, и немного болезненна, но омега старается привыкнуть. Это просто… потрясающе, Тэхён чувствует, как его разум полностью сходит с ума от чудесного присутствия любимого альфы внутри него. Его член ощущается невероятным, и Тэхён чувствует, что его сейчас будто разорвут на две части, но в то же время это так приятно, а Юнги над ним такой красивый… Это удовольствие только возрастает, когда, позволив Тэхёну приспособиться, Юнги начинает медленно толкаться внутрь. Омега обвивает талию альфы, млея от удовольствия. С каждым толчком член полностью втискивается внутрь так глубоко в Тэхёна, что он не может сдержать хриплые стоны. Это гораздо более интимно и романтично, чем ожидал Тэхён. Их глаза устремлены друг на друга, лица так близко, что они могли бы поцеловаться, но не делают этого, потому что это всё слишком ошеломляет, это слишком хорошо, Тэхён не может даже сформулировать связную мысль. Ему удается только держать глаза приоткрытыми, чтобы видеть своего любимого, чувствуя, как удовольствие обжигает его живот и каждый сантиметр члена Юнги покидает его, а затем возвращается, чтобы снова его ошеломить. Юнги зарывается лицом в изгиб шеи Тэхёна, вдыхая его сладкий клубничный запах, и, возбуждённый им, начинает двигать бедрами быстрее. Его стоны и ворчание теперь присоединяются к стонам Тэхёна, образуя музыку, которая резонирует и отдаётся эхом по всей пещере. Их тела двигаются, скорость увеличивается, Юнги отчаянно меняет угол своих толчков, пока не находит самое чувствительное место внутри Тэхёна — омега выгибает спину и вскрикивает, когда его тело на мгновение сотрясается от яркой вспышки удовольствия. Юнги продолжает бить по этому месту, его бедра теперь шлепают по заднице Тэхёна, звук смешивается с влажным звуком хлюпающей смазки омеги, стекающей по телу Юнги, и громкими стонами. Тэхён ничего не может с собой поделать, это слишком приятно, и он не может даже подумать о том, что должен удержать эти громкие звуки. Тэхён в блаженстве кончает во второй раз, Юнги даже не понадобится прикасаться к его члену для дополнительной стимуляции. Он настолько вовлечен физически и эмоционально в своего альфу, что его телу легко достичь следующего оргазма, который кажется даже более сильным, чем предыдущий. Пальцы на ногах Тэхёна поджимаются, руки сжимают волосы Юнги, а всё его тело трясётся. Его стенки туго обволакивают член Юнги, заставляют альфу тоже кончить с рыком, одновременно кусая шею Тэхёна не настолько, чтобы причинить боль, но достаточно, чтобы удовлетворить его инстинкты, которые говорят ему потребовать свою омегу. Он несколько раз шепчет имя Тэхёна, тоже ошеломлённый невероятными ощущениями. Узел образуется на члене Юнги, ещё больше растягивая Тэхёна и заставляя его чувствовать себя таким сытым, таким полным и удовлетворённым, его разум совершенно опустошен, а его тело внезапно кажется таким сладко утомлённым. Ему кажется, что он парит в воздухе, его тело совершенно невесомо, и только теплое присутствие тела Юнги всё ещё приземляет его. Юнги отрывает голову от шеи Тэхёна и смотрит на омегу, его глаза ищут любые признаки дискомфорта, но омега просто улыбается ему, чувствуя эйфорию. Альфа улыбается в ответ, выглядя таким же усталым, как и Тэхён, его лоб покрыт потом, как и их тела. Дав друг другу немного времени, чтобы отдышаться, Юнги заставляет их двигаться и лечь на бок, чтобы подождать, пока узел сойдет. Однако именно это движение заставляет узел Юнги немного сдвинуться внутри Тэхёна, который шипит от чрезмерной стимуляции. Им придется подождать несколько минут, чтобы расцепиться, но это дает им прекрасный повод побыть так исключительно близко друг к другу без сексуальной суматохи. Руки Юнги обхватывают тело Тэхена, притягивая его ближе. Омега прижимается носом к ароматическим железам Юнги. Запах мандарина повсюду вокруг него, Тэхён чувствует, что даже запах своей собственной кожи, стал словно смесь аромата клубники и мандарина. Это дает его разуму ощущение покоя, которого Тэхён никогда в жизни раньше не чувствовал. Ему кажется, что именно так он всегда должен пахнуть, всегда неся на своей коже запах человека, которого он любит больше всего мира и которому он навсегда принадлежит. — Я люблю тебя, Юнги, — шепчет ему Тэхён, целуя пространство между его ключицами. При этих словах альфа крепче обнимает омегу, а затем подносит руку ему под подбородок, побуждая омегу поднять голову и встретиться с ним глазами. Глаза Юнги снова стали темно-карими, что полностью гипнотизирует омегу. Он настолько красив, что Тэхён не может оторвать от него взгляд и автоматически улыбается. — Я тоже тебя люблю, — Юнги улыбается ему в ответ, лаская большим пальцем его щеку. — Моя драгоценная омега, — говорит он, и в его тоне сочится столько любви. Эти слова вызывают слёзы на глазах Тэхёна, потому что они кажутся такими правильными и заставляют его чувствовать себя невероятно счастливым и любимым. Тэхён нежно целует Юнги в губы. — Мой альфа, — говорит он, глядя на другого только с обожанием. 🐺 Следующие два месяца пролетают быстро, слишком быстро, по мнению Тэхёна, но он делает всё возможное, чтобы прожить эти два месяца полноценно, наслаждаясь каждой секундой. Тэхён и Юнги всё это время живут в утопии, проводя каждый день вместе, становясь ближе, чем когда-либо, и исследуя новую сторону своих отношений. Они позволяют себе вести себя и жить как пара, делая всё, что сделали бы, если бы всё было по-другому, если бы у них не было отношений с истекающим сроком годности. По сути, это два месяца безмерного счастья. Два месяца празднований, танцев, Тэхён пишет всё больше и больше историй для детей и одну для взрослых тоже. Месяцы игр, организованных Сонми и её советом, и таких испытаний, как стрельба из лука, ловец, боевые поединки, в которых победителем, конечно, становится Юнги, но Тэхён тоже может выиграть несколько матчей, из-за чего он чувствует себя очень гордым. Его, конечно, дисквалифицируют, потому что он сражается против Юнги, и, несмотря на то, что Тэхён на удивление способен поддерживать невероятные бойцовские навыки альфы дольше, чем он себе представлял вначале, в конце концов Юнги находит способ победить его. Юнги заканчивает матч сладким поцелуем в губы, в то время как омега всё ещё лежит в грязи, пытаясь отдышаться. Он делает это почти на глазах у всей стаи, и от этого лицо Тэхёна горит, когда люди вокруг начинают аплодировать и ворковать над этой милой сценой. Юнги и Тэхён на самом деле не скрывали свою любовь и новый сдвиг в их отношениях, поэтому всей стае потребовалось несколько дней, чтобы понять, что они влюблены, и это, в конце концов, никого не удивило, потому что для большинства людей в стае Юнги и Тэхён всегда были парой, с тех пор, как альфа привёл Тэхёна. Они никогда не меняли своего мнения. Но для них неожиданностью становится новость о том, что Юнги обещан ещё одной омеге из другой стаи. В намерения Тэхёна не входило сообщать всей стае об устроенном Юнги спаривании, но слухи легко распространялись. Тэхён признаётся в ужасной ситуации другим учителям, его друзья конфиденциально рассказывают об этом своим друзьям, и постепенно всё больше и больше людей начинают знать. В конце концов, Тэхён не злится на это; ему становится не по себе от того, как после этого люди начинают смотреть на него и Юнги с грустью, жалостью и беспокойством, но он чувствует себя по-настоящему благодарным за поддержку, которую изо дня в день начинают оказывать им люди из его стаи, и они стараются сделать всё менее грустным и горьким для пары, осыпая их большой любовью. Услышав эту новость, трейни предлагают Тэхёну свою поддержку, обнимая его и говоря, что они уверены, что обещанная Юнги омега никогда не будет такой нежной, сильной и красивой, как Тэхён. Они даже просили разрешение надрать задницу этого ужасного лидера и сказать ему, чтобы он оставил в покое их будущего альфу стаи. Они заставляют Тэхёна так сильно смеяться, а его сердце становится менее тяжёлым от печали при мысли о том, что грядёт, и более полным любви и благодарности. По крайней мере, если у него не будет Юнги в качестве пары, у него всё равно будет стая, которая любит его и поможет ему оправиться от горя. Тэхён старается не слишком много думать об устроенном Юнги спаривании в течение этих двух месяцев; ему на удивление легко не думать о будущем, поскольку Юнги рядом с ним заставляет его забыть о любых плохих вещах или мыслях. Он чувствует себя невероятно счастливым. Каждый раз, когда он видит Юнги, мир внезапно становится ярче, всё внутри Тэхёна оживает, и на самом деле трудно не искать прикосновения и внимания Юнги. Это действительно странно, поскольку Тэхён никогда не был человеком, который слишком сильно любил физический контакт, но когда Чимин говорит ему, что у него это то же самое к Намджуну, Тэхён приходит к выводу, что новоиспеченные пары, вероятно, именно такие. Прилипчивые, всегда стараясь быть в присутствии любимого человека, не отрывая глаз друг от друга. Они сохраняют в основном те же привычки, которые были у них всегда: встречи у озера по утрам и дни, такие как всегда, за исключение того, что теперь Юнги всегда сидит рядом с ним во время еды, и им действительно трудно сосредоточиться на книге, когда они читают, потому что постоянно целуются, лёжа на траве или купаясь в озере. По вечерам Юнги большую часть дней возвращается домой с Тэхёном, чтобы спать вместе… А иногда по ночам они занимаются чем-то большим, чем просто спят. Тэхён даже не может выразить радость, которую это ему доставляет: вид Юнги в его гнезде, его присутствие рядом и сон в его объятиях почти каждую ночь заставляет его чувствовать себя в мире, безопасности и любви совершенно по-новому. В каком-то смысле он чувствует себя целостным, как будто он нашёл человека, которому принадлежит, того, с кем так легко быть самим собой и делиться всем, что приходит ему на ум. В эти месяцы они больше рассказывают друг другу о своей жизни, Юнги рассказывает Тэхёну некоторые эпизоды из его детства, о его отце и о том, как он подружился с их общими друзьями. Тэхён рассказывает ему о своей особой связи с Соджуном и о мелочах, которые делали его счастливым, когда он был в своей старой стае, о своих сложных отношениях с братьями, и он даже может признаться Юнги в том, как некоторые из альф из его старой стаи несколько раз пытались воспользоваться им. Юнги подозревал, что нечто подобное могло произойти. Той ночью, когда Тэхён признался, Юнги обнимал его очень крепко, но очень бережно, осыпая его лицо множеством поцелуев, которые начали щекотать Тэхёна, и в итоге он хихикал до тех пор, пока у него не заболел живот. Несмотря на все приятные вещи и моменты, которые принесли Тэхёну эти два месяца, и то, каким счастливым он себя чувствует, иногда ночами даже теплое и спокойное присутствие Юнги рядом с ним не может избавить его от озабоченности. Обычно перед сном, в те моменты, когда они с Юнги перестают разговаривать и закрывают глаза, Тэхён иногда обнаруживает, что не может заснуть, потому что начинает думать о будущем. Он начинает думать о том дне, когда другой альфа стаи прибудет в их деревню, и о том, что это, возможно, единственные моменты, которые он когда-либо сможет провести с Юнги. В эти ночи он чувствует себя настолько напуганным, настолько разбитым и болезненным, что иногда не может сдержать слёз и прижимается к Юнги так невозможно ближе, плача при мысли, что ему придется отпустить его. Запах страданий Тэхёна обычно легко будит Юнги, и, несмотря на то, что он чувствует ту же боль и рискует связать себя с кем-то, кого он не любит, Юнги всегда тот, кто пытается успокоить Тэхёна, пытается его ободрить. Он каждый раз находит слова утешения, чтобы напомнить ему, что еще ничего не решено и что, несмотря ни на что, Тэхён никогда полностью не потеряет Юнги, потому что он всегда будет рядом с ним и всегда будет любить только его. И, возможно, это самое обидное. Как Тэхён сможет справиться с болью, которую он будет чувствовать каждый день, видя, как Юнги спаривается с другой омегой?! Это будет постоянная пытка, и Тэхён не знает, сможет ли он это вынести. Ещё одним положительным моментом этих двух месяцев является то, как их группа друзей пыталась успокоить их и придать им сил, подбадривая их — в основном Тэхёна — не сдаваться. Несмотря на то, что теперь в группе ещё две пары, в их динамике ничего особо не меняется, только поцелуев становится больше, чем обычно, но они продолжают оставаться той же громкой и весёлой группой, что и всегда. В конце брачного сезона Юнги решает отправить сообщение Джуну и попросить его прийти в их стаю. Он просит Джисона, одного из его правых рук, и двух других охранников пойти к другой стае, чтобы передать сообщение. И когда они не возвращаются через несколько дней, они знают, что Джуну, вероятно, принял сообщение и готовится прийти в стаю Юнги. Тэхён начинает невероятно нервничать с того дня, как Джисон и остальные покидают стаю, и на этот раз попытаться не думать о худшем и о том, что их ждёт в будущем, практически невозможно. Юнги ждал окончания брачного сезона, чтобы приступить к реализации своего плана, потому что он хотел дать ему и Тэхёну возможность насладиться этим праздником в полной мере и просто побыть бесстрашными какое-то время. Но теперь, когда всё закончилось, бесполезно ждать, пока Джуну придёт к ним, когда захочет. Юнги не хотел проводить свои дни в страхе и сомнениях относительно того, каким будет будущее их отношений. Для них обоих лучше попытаться решить проблему сейчас и покончить с ней. Джуну прибывает в стаю через шесть дней после ухода Джисона. Тем утром Тэхён и Юнги обнимались друг с другом в гнезде омеги, Тэхён всё ещё глубоко спал, но Юнги постепенно пробуждался. Он всегда просыпается первым из них двоих и будит Тэхёна разными милыми и нежными способами, из-за чего омега на самом деле не против, чтобы его разбудили. Сегодня Юнги будит его, усыпая его лицо и шею небольшими поцелуями и тихо зовя его. Тэхёну очень нравится голос Юнги по утрам, он звучит настолько невероятно глубоко и хрипло, что омеге безумно нравится слышать, как альфа зовёт его по имени. — Доброе утро, моя маленькая ягодка, — приветствует его Юнги, когда глаза Тэхёна медленно открываются, улыбка растягивает его губы при ласковом прозвище и от ощущения, как Юнги бережно целует кончик его носа. — И тебе доброе утро, — пытается сказать Тэхён, но получается неразборчиво, его разум всё ещё слишком сонный. Юнги посмеивается над тем, как омега очаровательно пытается разбудить себя, потирая глаза и позволяя им привыкнуть к свету в комнате. Трудно вставать с кровати, когда она такая удобная и так вкусно пахнет клубникой и мандарином, а присутствие Юнги такое тёплое, его поцелуи наполняют сердце Тэхёна любовью. Потерев глаза, Тэхён снова обнимает Юнги за талию и прижимает лицо ближе к шее альфы, глубоко вдыхая его запах и снова закрывая глаза. — Можем ли мы остаться здесь ещё немного? — спрашивает он, слова звучат немного яснее, чем раньше, но по-прежнему заторможенно и сонно. Юнги крепче притягивает к себе Тэхёна, его пальцы играют с его растрепанными локонами, его лицо прижимается к макушке его головы, где он оставляет бесконечные поцелуи. — Ты знаешь, что я не могу сказать тебе «нет», когда ты говоришь так очаровательно, — усмехается альфа и, верный своему слову, не двигается и не заставляет Тэхёна встать, он ждёт, пока омега оправится ото сна, продолжая осыпать его любовью. Тэхён борется со своим желанием снова заснуть, потому что знает, что не сможет, и с огромным усилием отстраняется от Юнги, заставляя себя открыть глаза. Он поднимает голову и сталкивается лицом к лицу с альфой, который выглядит мягким и милым, как каждое утро, его лицо всё ещё опухшее от сна, щёки румяные от тепла комнаты. — Ещё раз доброе утро, — улыбается Юнги. Тэхён улыбается в ответ, протягивая руку, чтобы поцеловать альфу в губы. — Теперь мы действительно можем подниматься. Они начинают свой обычный распорядок: купаются один за другим и одеваются; поскольку Юнги практически каждую ночь бывает в доме Тэхёна, он принёс с собой часть своей одежды, которая теперь находится рядом в гардеробе омеги, что-то настолько невероятно домашнее, что согревает сердце Тэхёна каждый раз, когда он открывает шкаф. Тэхён всё ещё одевается, когда в входную дверь постучали. Юнги не нужно много времени чтобы принюхаться и узнать, кто находится на другой стороне. — Это Чонгук, — говорит он, прежде чем выйти из спальни и направиться к входной двери. Для Чонгука немного странно быть здесь так рано утром, поэтому Тэхён не может не чувствовать легкую тревогу, его желудок болит от нервозности, которую он внезапно почувствовал. Тэхён заканчивает быстро одеваться и слышит, как Юнги открывает дверь и приветствует младшего альфу. — Что-то случилось? — Тэхён слышит, как Юнги спрашивает, и не знает, спрашивает ли он, потому что ему тоже кажется странным присутствие Чонгука здесь, или потому, что он чувствует что-то тревожное в запахе молодого альфы. После слов Юнги следует небольшое молчание, во время которого Тэхён наконец выходит из комнаты, одеваясь, и его лицо превращается в нервную маску. Тот факт, что Чонгук и Юнги выглядят довольно напряжёнными, не помогает ему чувствовать себя лучше. Чонгук поворачивает лицо к Тэхёну, когда омега входит в комнату, и в его оленьих глазах читается печаль, от которой Тэхёна хочется вырвать из-за того, как сильно у него сейчас болит живот. — Хён… — Чонгук возвращается, чтобы посмотреть на Юнги. — Они здесь, — наконец говорит он, и ему нет необходимости уточнять, о ком он говорит. В конце концов, и Юнги, и Тэхён ожидали, что этот момент когда-нибудь наступит. На мгновение они все молчат, сердце Тэхёна начинает бешено биться, его тело парализовано от страха. Юнги медленно поворачивается, чтобы посмотреть на омегу, и в его глазах тоже беспокойство, но также и мощная решимость, которой Тэхён так завидует; но он пообещал Юнги, что будет верить и думать позитивно, если Юнги будет делать то же самое. Итак, Тэхён проглатывает свои страхи и заставляет своё тело расслабиться. Он должен верить, что всё будет хорошо. Тэхён глубоко вздыхает и пытается показать Юнги, что он готов идти, что он готов надеяться и противостоять этому препятствию. Юнги ободряюще улыбается ему, прежде чем сказать: — Тогда давай познакомимся с ними. 🐺 Чонгук ведёт их к тому же входу в деревню, куда прибыл Тэхён, когда впервые появился тут со стаей Мин. Всю прогулку разум Тэхёна полностью отключен, он чувствует такую ​​тревогу, что не может сосредоточиться на реальности, а его тело действует совершенно автоматически. Даже тепло руки Юнги вокруг него не способно его успокоить, вероятно, потому, что, что бы ни случилось дальше, это не зависит ни от кого из них. Поэтому Юнги не может по-настоящему успокоить Тэхёна, даже если он отчаянно пытается. Юнги предложил подойти к подъезду не с главной дороги, а с одного из боковых переулков, поэтому они делают крюк, прогуливаясь между домами за несколько метров до выхода на главную дорогу. — Ты с Чонгуком будешь ждать там, спрятавшись от Джуну и его людей, — говорит он Тэхёну, и, несмотря на его бесстрастное лицо, он знает, что Юнги тоже нервничает. Он надевает эту нейтральную маску каждый раз, когда вынужден скрывать своё беспокойство или сильные эмоции. Каждый раз, когда он видит, как Юнги делает это, Тэхён вспоминает, что он будущий альфа стаи: полностью отсекает свои эмоции и выявляет свою жёсткую сторону. Лидерам никогда не следует показывать свою уязвимость, особенно своим врагам. — Я не думаю, что разумно идти к Джуну рядом со мной, он может воспринять это как акт неповиновения, и я пока не хочу его злить, — объясняет Юнги, и Тэхён кивает, зная, что он прав. Но Тэхён хотел пойти туда с Юнги, потому что ему любопытно увидеть новичков из незнакомой стаи и…в основном… её. В состоянии нервозности он никогда бы не смог оставаться дома, не зная, что происходит. Итак, когда они приходят, Юнги оставляет Тэхёна и Чонгука спрятанными между двумя домами и направляется к группе людей перед входом. Юнги смотрит на Тэхёна в последний раз перед тем, как уйти, в его глазах хранится обещание: он сделает всё, что в его силах, чтобы дать им будущее. Тэхёну удаётся ободряюще улыбнуться альфе, хотя на самом деле он не чувствует надежды, а просто напуган. Чонгук сжимает одно плечо Тэхёна, когда Юнги уходит, молча давая ему понять, что он рядом с ним. Тэхён накрывает руку молодого альфы своей и сжимает её в ответ, пытаясь сосредоточиться на твёрдом присутствии Чонгука, чтобы не потерять рассудок от паники. После того, как Юнги отошёл от них на достаточное расстояние, Тэхён и Чонгук выглядывают со стороны дома, позади которого они прячутся. Он наблюдает за группой людей, собравшихся там. Это Сонми, Джисон и двое других мужчин, которые ходили с ним в стаю Джуну как посыльные. За группой из семи человек из стаи Джуну также стоят еще двое охранников из стаи Мин. Тэхён сразу понимает, кто такой Джуну, потому что он стоит прямо перед Сонми с довольной улыбкой на лице при виде приближающегося Юнги; от этого выражения у Тэхёна немного закипает кровь. Ему не нравится, как этот мужчина смотрит на его партнёра, он ненавидит тот факт, что Джуну, вероятно, видит в Юнги только трофей, просто за то, какое он могущественное существо. Кто-то, кто тоже может дать его стае силу. Джуну невероятно высокий, может быть, даже немного выше Тэхёна, у него маленькие расчётливые глаза и загорелая кожа, широкие плечи и длинные тёмные волосы с седыми прядями — просто глядя на него, Тэхён представляет, что старому альфе, должно быть, под пятьдесят, как и отцу Тэхёна. Рядом с Джуну стоит молодая девушка с опущенной головой, её лицо почти полностью скрыто за длинными тёмными волосами, и она выглядит невероятно некомфортно. Поскольку с ними нет другой девушки, Тэхён догадывается, что она, должно быть, обещанная пара Юнги. Она выглядит хрупкой, но она высокая, с длинными ногами и бледной кожей. Тэхён не может как следует рассмотреть её лицо, пока Джуну не приветствует Юнги, привлекая её внимание. Именно тогда она поднимает голову, и Тэхён видит, что омега, конечно, очень красивая, с особыми чертами, которые делают её лицо уникальным и очаровательным. У нее чудесная красота: ярко выраженный нос, круглые глаза и идеальное v-образное лицо. Он видит любопытство в том, как она смотрит на Юнги, хотя она и почти мгновенно отводит от него взгляд, выглядя застенчивой и нервной. Тэхёну кажется, что он должен ревновать или разозлиться из-за того, что она стоит перед его парой, но, на удивление, это не так. Тот факт, что она выглядит так неуместно, не позволяет ему не грустить из-за её вида. В конце концов, она тоже не виновата. Остальные пять человек — мужчины, стоящие за Джуну и его дочерью, вероятно, их охранники. — А вот и он! Будущий лидер! — Тэхён слышит слова Джуну, когда Юнги оказывается перед ними. Юнги вежливо кланяется Джуну, затем девушке, которая неловко отвечает на этот жест. — Я должен тебе сказать, что, будучи самым могущественным альфой среди нас, ты выглядишь довольно низким и миниатюрным, — посмеивается Джуну, осматривая тело Юнги. Тэхён досадливо сжимает челюсти, и по тому, как слегка напрягаются его плечи, омега понимает, что Юнги тоже не оценил комментарий, но, вероятно, он этого не показывает. На самом деле, он тоже смеётся, и люди, которые плохо знают Юнги, даже не поймут, что это не искренний звук. — Да… но я могу гарантировать тебе, что внешность может быть обманчивой. Джуну снова смеётся. — Я в этом уверен, иначе о чистых альфах не будут так громко ходить легенды! Тэхён не видит выражения лица Сонми, но, как и у Юнги, её поза напряжена, а руки скрещены на груди. — Юнги, это моя дочь Джиюн, твоя будущая пара, — говорит Джуну, после того, как его комментарий был встречен неловким молчанием. Он выглядит весьма гордым, указывая на свою дочь. Юнги снова кланяется ей. — Здравствуй, Джиюн, приятно наконец встретиться с тобой. Девушка, кажется, немного краснеет от такого внимания и тут же кланяется в ответ, почти слишком быстро. — Это удовольствие для меня. — Спасибо, Джуну, что ответил на мою просьбу приехать сюда, — вежливо говорит ему Юнги. — Признаюсь, это застало меня врасплох, — говорит Джуну, — но я всё равно собирался вскоре послать тебе весточку, мы уже достаточно отложили спаривание. — На самом деле… я попросил тебя прийти сюда, потому что хотел с тобой кое о чём поговорить, — осторожно говорит Юнги. Джуну кажется удивлённым, его голова слегка наклонена в сторону, а глаза становятся еще меньше, пока он изучает Юнги, вероятно, пытаясь понять, каковы его намерения. — Очень хорошо, — говорит он после минуты молчания. — Тогда нам придётся многое обсудить, но сначала я, моя дочь и мои люди умирают от голода, так что… — Да, конечно, — говорит Сонми, как всегда, вежливо и нежно. — Пока мы говорим, подаётся завтрак, позвольте мне показать вам дорогу. Джуну удовлетворённо улыбается. Группа начинает двигаться к общей зоне, Чонгук и Тэхён тоже уходят в том же направлении, но другим путём. Появление новичков в общей зоне заставляет привычную громкую болтовню немного затихнуть, все взгляды с любопытством обращены на них. Чан и Феликс бегут к Джисону, радостно обнимая его, прежде чем Чан присоединяется к группе в качестве одного из членов совета и второй правой руки Юнги. Сонми вместе с другими своими советниками, Юнги, Джисоном и Чаном, садится за свой обычный стол с новичками; люди, мимо которых они проходят, вежливо кланяются Джуну, выглядя при этом немного напуганными. И Тэхён может это понять, потому что главные альфы стаи всегда немного устрашают, а рост Джуну и хитрые маленькие глазки не позволяют чувствовать себя непринужденно. Чонгук и Тэхён присоединяются к своим друзьям за их обычным столом, они все обмениваются обеспокоенными взглядами. Они едят, пытаясь вести себя так, как будто это обычный день, в основном ради Тэхёна, пытаясь отвлечь его: Чимин проверяет его несколько раз во время еды, Хосок время от времени нежно поглаживает его спину, Сокджин приносит на стол миску клубники специально для омеги. Все они стараются не замечать слона в комнате, но нервозность ощутима в воздухе вокруг них. Когда они закончили есть, становится только хуже: они замечают, что Юнги, Сонми, Джисон и Чан начинают уходить с Джуну, Джиюн и двумя их людьми. Они покидают общую зону, чтобы поговорить в более приватном месте. Наконец-то пришло время сказать Джуну правду и посмотреть, как пойдет дело. Юнги незаметно поворачивается к своим друзьям, прежде чем исчезнуть из этого места, он ободряюще улыбается им и на долгие секунды задерживается взглядом на Тэхёне, заставляя сердце омеги быстро биться. Тэхён желает Юнги удачи и надеется, что Джуну не слишком рассердится и что стая не подвергнется никакой опасности. Тэхён остаётся со своими друзьями ещё немного, их компания заставляет его чувствовать себя приземлённым, не даёт его разуму уходить в неприятные места и заставлять его чувствовать себя хуже, чем он уже чувствует. Но, к сожалению, Тэхён не может оставаться с ними слишком долго, его разум кричит ему, чтобы он пошел туда, где находятся Юнги и остальные, или просто сделать хоть что-то, вместо того, чтобы просто сидеть и ждать худшего. Он знает, что ему не следует приходить, но омега не может с собой поделать, он так нервничает! Итак, спросив остальных, куда Сонми обычно уходит поговорить о политике с другими альфами стаи, остальные направляют его к одному из обитаемых домов. — Она использует один из них, потому что он более приватный, ты узнаешь его, потому что крыльцо дома идёт от передней части дома к задней части, где есть ещё одна дверь, — говорит ему Сокджин. Тэхён легко находит его не только из-за конкретного крыльца, но и потому, что запах Юнги всё ещё свеж в воздухе и ведёт Тэхёна к месту назначения. Он ожидал, что охранники Джуну будут снаружи, но это не так, они, вероятно, присоединились к остальным внутри, и это на самом деле удача, потому что это позволяет Тэхёну просто оставаться там поблизости. Он сидит сбоку дома, спрятавшись от двери, и теперь, когда он здесь, его сердце чувствует себя немного менее беспокойным, даже если он не знает почему. Это просто помогает. Тэхён терпеливо ждёт. Он даже не знает, чего он ожидает, — криков? Громких звуков, которые скажут ему, что дела идут плохо? Того, что Юнги радостно убежит оттуда и скажет Тэхёну, что им больше никогда не придётся расставаться? Он не знает, он просто сидит, молча пытается прислушаться к тому, что происходит внутри; но он ничего не слышит. Поэтому он ждёт, стараясь не позволять своим мыслям блуждать, стараясь сохранять спокойствие. Он ждёт. Пока он не слышит, как открывается задняя дверь и кто-то быстрыми шагами спускается по лестнице. Тэхён не может ничего с собой поделать, он встает и тихо идёт к задней части дома, чтобы посмотреть, кто вышел. Он немного удивляется, когда видит, что это Джиюн. По тому, как трясутся её плечи, Тэхён догадывается, что она, вероятно, плачет: одна рука закрывает глаза, а другая обхватывает её живот в жесте, который Тэхёну кажется своего рода защитным. Она старается не шуметь. Это не та сцена, которую Тэхён ожидал увидеть, и удивление и печальные чувства, которые он испытывает, когда слышит, как она подавляет свои отчаянные рыдания, делают омегу менее осторожным и заставляют его непроизвольно выйти из своего укрытия. Он двигается не слишком далеко, но достаточно, чтобы девушка заметила, что здесь есть кто-то, кроме неё, и ахнула от страха. Увидев, как она так напугана, Тэхён автоматически идёт к ней, чувствуя необходимость заверить её, что он не представляет угрозы. — Не волнуйся, я не причиню тебе вреда! — говорит ей Тэхён, показывая ей свои ладони в жесте капитуляции. — Прости, я не хотел тебя напугать, — добавляет он, чувствуя себя немного виноватым за то, что из-за страха ванильный аромат девушки теперь пахнет ужасно. Джиюн быстро вытирает слёзы и пытается вести себя так, будто ничего не произошло, как будто она на самом деле не плакала, когда пришёл Тэхён. Она принимает небрежное выражение лица, но, к несчастью для неё, её глаза всё ещё опухшие и немного красные, и они говорят громче, чем выражение её лица. Она открывает рот, готовая что-то сказать Тэхёну, может быть, отругать его за то, что он здесь, но слова замирают у неё во рту, когда клубничный запах Тэхёна достигает её носа, и выражение её лица меняется на удивление. — Ты… ты омега, — говорит она, как будто не веря своим глазам, сканируя Тэхёна и продолжая принюхиваться к воздуху, пытаясь понять, действительно ли она чувствует правильно. — Да, — подтверждает Тэхён, не совсем привыкший к такой реакции, хотя она вполне понятна для чужака. То, как она продолжает смотреть на него, как будто ожидая, что он скажет ей, что она не права, довольно забавно. — Пара Юнги, — догадывается она. И на этот раз Тэхён удивлён. Она умна. — Я мог бы сказать то же самое о тебе, — с губ Тэхёна срывается сухой смешок, но он сожалеет, что сказал это, сразу, когда видит, что глаза девушки наполняются новыми слезами. Она поворачивает голову, чтобы скрыть это от Тэхёна, но уже слишком поздно. — Я Тэхён, — говорит он, смягчая голос, чтобы девушка не чувствовала себя с ним неловко; Тэхён этого не хочет, когда знает, что она уже расстроена. — Я Джиюн, — представилась она через несколько секунд, вернув взгляд на Тэхёна уже без слёз на глазах. — Почему ты здесь, дела идут так плохо? — спрашивает Тэхён, чувствуя, как его желудок болезненно сжимается от нервов. Она вздыхает, её взгляд на мгновение задерживается на доме сбоку от них. — Немного… Папа упрям, ему нравится идея иметь в своей стае чистокровного альфу. Он полностью взбудоражен мыслью, что нашёл для меня такого сильного партнёра, который после его смерти приведёт нашу стаю к величию… — она закатывает глаза, выглядя немного раздраженной. — С тех пор, как умерла моя мать, он был настолько зациклен на идее, что ему нужно найти мне пару, потому что я не могу возглавить стаю, так как я омега. И когда он узнал о Юнги, то решил, что он самый подходящий партнёр для меня, и ни для кого другого… Он хочет объединить две стаи, чтобы создать более сильную, и в то же время гарантировать, что его наследие будет весьма могущественным… Он зациклен на том, чтобы наша стая была самой сильной в мире. Во время разговора она подошла к лестнице и села там, её рот шевелился, как будто она не могла удержаться от разговора. Тэхён догадывается, что у неё, возможно, не так много людей, с которыми можно поговорить и выплеснуть всю печаль и разочарование, которые она чувствует, и это сейчас показывает Тэхёну. Тэхён совершенно озадачен этой ситуацией, потому что он не предполагал, что окажется в такой ситуации со своим романтическим соперником. — Я не думаю, что он примет предложение Юнги, — Джиюн поднимает глаза, чтобы встретиться с Тэхёном, и омега видит в них только искреннее недовольство. — Даже если Юнги предложит часть территории вашей стаи… У моего отца есть гораздо более крупный проект, с Юнги в качестве моего мужа наша стая будет намного мощнее, чем если бы на нашей территории было ещё несколько гектаров леса… Он уже угрожает им. Эти последние слова заставляют тело Тэхёна напрячься; он очень надеется, что Сонми всё держит под контролем и не даст Юнги сделать какую-нибудь глупость. Он доверяет Юнги, но знает, что Сонми была права, когда сказала Тэхёну, что чувства Юнги к Тэхёну сильны и что они, скорее всего, могут заставить Юнги вести себя менее рационально в этой ситуации. Именно поэтому Тэхён хочет удержаться от слишком больших надежд, потому что он хочет оставаться рациональным. Благодаря этому, слова Джиюн не стали для него неожиданностью, он знал, что Джуну не позволит им остаться вместе; но, несмотря на это, он чувствует, что мир давит ему на плечи, ему всё ещё чертовски больно, несмотря на то, что он не смеет слишком надеяться. Вот и всё. Утопия, которую они создали за эти два месяца, в конце концов разбилась о реальность. Тэхён потерял его. Чувствуя, что он не может нормально дышать из-за боли, разбивающей его сердце, Тэхён дрожащими шагами идёт и садится рядом с Джиюн на большой ступеньке. Тэхён концентрирует всё внимание на своём дыхании, глубоко вдыхая, а затем медленно выдыхая, пытаясь держать себя в руках и не позволить ситуации полностью сломить его. — Мне очень жаль, поверь мне, — говорит ему Джиюн, её глаза кажутся более круглыми из-за печали. — Мне тоже не нравится эта ситуация, мне бы хотелось, чтобы меня не заставляли это делать… Мне даже не нравятся альфы, — её голос становится не чем иным, как шепотом, когда она произносит эту последнюю фразу. Это признание удивляет Тэхёна и заставляет его ещё больше грустить из-за неё. — Юнги — великолепный альфа, — говорит он ей, надеясь, что это как-то поднимет ей настроение. В каком-то смысле Юнги — лучший вариант, о котором она когда-либо могла слышать, он тот, кто наверняка будет относиться к ней лучше всех в мире, несмотря на сложную ситуацию. — Но он влюблён в тебя, — говорит она, опустив голову, голос слабый и грустный. — Его волк выбрал тебя… Даже если он хороший человек… Я никогда не буду для него тем, для кого я значу так много, как ты. Тэхён молчит, не в силах попытаться её успокоить, потому что это правда; её отец обрекает её на то, что она никогда не сможет встретить свою настоящую половинку. — С тех пор, как мне исполнилось десять лет, мой отец неоднократно говорил мне не влюбляться ни в кого, потому что в конце концов я никогда не могу быть с ним, и влюбленность просто разбила бы мне сердце… но мое сердце разбито прямо сейчас! Потому что он украл у меня возможность выбирать, любить… и быть любимой по-настоящему, искренне, а не из-за брачных уз. Она шмыгает носом, и Тэхён наблюдает, как она снова вытирает слёзы. — Мне очень жаль, — искренне говорит он. Ни один из них не заслуживает такой боли, они просто пешки в игре, намного более крупной, чем они сами. Внутри Тэхёна загорается искра гнева от мысли, что это началось только потому, что Джиюн — омега. Все всегда возвращается к этому, не так ли? Омеги, которые считаются подходящими только для того, чтобы заботиться о детях, только для того, чтобы род продолжал расти. Они не лидеры, не бойцы, не охотники — им нельзя выбирать что-то другое. — Это неправильно, — Тэхён качает головой, чувствуя, как внутри него нарастает гнев. Он так устал от этого. — Да, так не должно быть, — соглашается Джиюн, и Тэхён чувствует, что она тоже злится, несмотря на всю эту печаль. — Я ненавижу альф и то, что они думают, что могут иметь всё это только потому, что природа одарила их большей силой! Я ненавижу жить в мире альф. — Это касается нас обоих. Они обмениваются взглядами, и, несмотря на печальную ситуацию, Джиюн обращается к нему с легкой улыбкой, на что Тэхён отвечает взаимностью, хотя это довольно странно, что он улыбается девушке, которую едва знает и которая должна быть его врагом. Но она, как ни странно, ему нравится, он чувствует связь между ними. И ему жаль её. Он действительно не ожидал, что это произойдет: он и девушка, которая станет парой его любимого человека, делятся своими чувствами… Звучит как бред. Но он рад, что поговорил с Джиюн, потому что теперь он знает, что она тоже недовольна происходящим. А значит она им не враг, а союзник и жертва положения. Может случиться что угодно, но он знает, что она, вероятно, хороший человек, отличающийся от своего отца и не разделяющий его стремления к власти. И, по крайней мере, приятно знать, что Юнги не придётся спариваться с какой-нибудь стервой, которая будет использовать его, как и её отец. Ему неприятно думать об этом, но на данный момент это единственное, на что он может надеяться. Единственное, что сейчас важно, — это то, что Юнги когда-нибудь снова будет счастлив, и что… он пойдёт дальше и тоже научится любить эту девушку. Это действительно отстой, и ему хочется кричать от разочарования, боли и гнева при мысли о Юнги с кем-то другим. Но у них связаны руки. Внезапно на другой стороне дома раздается громкий хлопок: открывается входная дверь. — Джиюн! — они слышат крик Джуну, и оба вздрагивают от властности и раздражения в его голосе. Девушка смотрит на Тэхёна в последний раз со страхом и грустью в глазах, прежде чем броситься к передней части дома. Тэхён молча и осторожно следует за ней, всё ещё пытаясь спрятаться. Джуну и его люди вышли из дома, и когда Тэхён выглядывает, Чан и Джисон тоже только что вышли из дома. Они все кажутся довольно напряжёнными, и выражение лица Джуну выдаёт его раздражение; но он улыбается дочери и кладет руку ей на плечо, когда видит её. — Давай, дорогая, они собираются показать нам, где мы остановимся на ночь, мы здесь ещё не закончили, — говорит Джуну своей дочери, хотя последние слова звучат скорее для Сонми и Юнги, которые остались позади него в доме. Чан и Джисон ведут гостей к их домам. И только когда он больше не может их видеть, Тэхён вылезает из своего укрытия и видит, что Юнги и Сонми стоят у крыльца и смотрят в его сторону; Юнги, вероятно, почувствовал присутствие Тэхёна сразу после того, как вышел из дома. Они тоже выглядят напряжёнными и злыми, но Юнги мягко улыбается Тэхёну, когда омега начинает приближаться к ним, и раскрывает руки, побуждая омегу обнять его. Тэхён делает это, не протестуя, нуждаясь в прикосновениях другого, чтобы снова почувствовать его близость, прежде чем он больше не сможет этого сделать. Он крепко держит Юнги, закрыв глаза, вдыхая этот теперь уже такой знакомый аромат мандарина, который заставляет Тэхёна быть счастливым и чувствовать себя, как дома, больше, чем где-либо ещё во всём мире. Юнги начинает покрывать Тэхёна своим ароматом, пытаясь его успокоить, потому что от него, должно быть, ужасно пахнет из-за боли. Запах мандарина тоже не совсем приятный, Тэхён чувствует, как Юнги расстроен и зол, но, несмотря на это, его первый инстинкт — успокоить Тэхёна, и от этого ему внезапно хочется заплакать. Он просто так любит Юнги, он такой бережный к сердцу Тэхёна. Это всё так безумно неправильно. Он не хочет никогда его отпускать. Тэхёну требуется много сил, чтобы проглотить слёзы и заставить себя спросить то, что ему интересно: — Он не принял, да? Юнги разрывает их объятия, и ещё до того, как он отвечает, его лицо уже говорит Тэхёну ответ. — Нет, пока не принял, но я попросил его остаться, чтобы мы могли поговорить об этом завтра ещё раз. Прежде чем Тэхён получит возможность сказать Юнги, о чём он сейчас думает, Сонми сделает это и за него. — Это не будет иметь никакого значения, Юнги-я, — вздыхает она устало. — Он хочет тебя, он не сдастся. — Я хочу попробовать ещё раз, — решительно подтверждает Юнги. — Я предложу ему больше или воззову к его сердцу. Он сам не хочет снова спариваться, потому что он потерял свою пару и любил её так сильно, что не может вынести мысли о новом спаривании, боясь, что он может потерять эту другую пару и снова страдать! Я к этому обращусь, заставлю его задуматься над тем, что он заставляет свою дочь отказаться от возможности найти свою настоящую пару! Просто потому, что он одержим властью! Сонми снова вздыхает. — Я не думаю, что он передумает, Юнги, мы не можем рисковать разозлить его сильнее, чем то, что мы уже сделали. — Дай мне попробовать в последний раз, — просит Юнги, умоляя. Сонми долго смотрит на него, и Тэхён может прочитать по её лицу, как она борется: её голова говорит одно, сердце говорит другое. Ей, должно быть, тоже очень тяжело. Выражение её лица полностью меняется, когда она, наконец, снова заговаривает, и насколько тяжело это становится, Тэхён уже знает, что её разум взял верх. — Я не могу, Юнги, я дала тебе шанс, как ты меня просил, и всё прошло не очень хорошо… Джуну открыто угрожал нашей стае, если мы не будем соблюдать условия сделки, он нападёт на нас, и ты знаешь, что мы не сможем выстоять и выжить после них. У них больше воинов, чем у нас. Я не могу рискнуть снова заставить его разозлиться, как сегодня, потому что знаю, что в следующий раз он нас не простит. — Но он согласился остаться! Он хочет обсудить новую сделку! — Нет! Он этого не хочет! Он остался здесь, потому что не уйдёт, пока мы не организуем церемонию спаривания тебя и его дочери! Он решил остаться, потому что хочет организовать детали вашего союза, он знает, что мы не сможем пойти против него! — голос Сонми стал резким из-за отчаяния, которое она, вероятно, испытывает, пытаясь заставить Юнги понять. Юнги готов спорить, но Сонми поднимает руку, давая ему понять, что время переговоров закончилось. — Это моё решение, Юнги. Мне очень жаль, правда, потому что, в конце концов, это всё моя вина… но мы ничего не можем сделать. — Но… — Это приказ, Юнги, — глаза Сонми внезапно краснеют, её голос звучит как рычание, от чего волосы Тэхёна встают дыбом, а голова автоматически наклоняется вниз в знак подчинения. Юнги пытается бороться с тем же инстинктом, который, вероятно, говорит ему тоже подчиниться приказу своего лидера; его гнев заставляет его отказаться от этого приказа. Он пристально смотрит на Сонми. Сонми снова рычит, угрожая, а Юнги снова пытается побороть свой инстинкт, тоже сердито рыча в ответ, его глаза тоже краснеют. Тэхён смотрит на него широко раскрытыми глазами, недоверчиво воспринимая то, что он видит. Тело Юнги напряглось, как будто он готов атаковать, и Тэхён не может не ахнуть. Он действительно пытается бросить вызов своей маме, своему лидеру?! Из-за него?! «‎Его волк выбрал тебя в качестве пары, и когда это происходит… чувства становятся слишком сильными, чтобы их как следует контролировать». Слова Сонми находят отклик в сознании Тэхёна, и омега только сейчас понимает, насколько они правдивы. Юнги, вероятно, не думает здраво, слишком подавлен своим гневом, своей болью, своим желанием быть с Тэхёном… его альфа не отступит. По крайней мере, не из-за угрозы Сонми. Тэхёну нужно что-то сделать, прежде чем всё станет плохо, и Юнги послушает его, потому что он его пара, и Тэхён верит, что, несмотря на своё злое состояние, Юнги услышит это. Несмотря на то, что его инстинкты подсказывали ему не вставать между двумя альфами, потому что он может пострадать, Тэхён приближается к Юнги и берёт его руку, бережно обнимая своими. — Юнги-хён, — зовёт он его успокаивающим тоном, выпуская успокаивающие феромоны. — Альфа… Юнги напрягается ещё больше от внезапного прикосновения и поворачивает лицо в сторону Тэхёна, его глаза опасно блестят. Тэхён вздрагивает от неожиданной реакции, но не отпускает руку Юнги, потому что знает, что альфа не причинит ему вреда. Фактически, когда их глаза встречаются, глаза Юнги возвращаются к своему обычному тёмному цвету, и всё его тело полностью расслабляется, его рука сжимает спину Тэхёна. — Пойдем домой, хён, — подбадривает его Тэхён. Юнги сейчас нужно остыть, поэтому лучше забрать его подальше от мамы и вообще от кого бы то ни было. Глаза Юнги внезапно становятся невероятно мягкими, и он благодарно улыбается Тэхёну. — Да… пойдем, — говорит он, посылая последний гневный взгляд на маму, прежде чем повернуться к ней спиной. Он начинает уходить. Тэхён смотрит на Сонми, её глаза всё ещё красные, но она больше не выглядит злой, просто шокирована и полна сожалений. Ему тоже невероятно жаль, поэтому он нежно ласкает ее руку и говорит: — Я знаю, почему вы приняли такое решение, и я не ненавижу вас за это… и Юнги тоже, ему просто нужно время, чтобы очистить голову. Вы поступили правильно, Сонми. Самое болезненное понимание. Но это действительно правильно: Тэхён не злится на неё. Он понимает. — Спасибо, — говорит ему Сонми с болезненной улыбкой, касаясь руки Тэхёна. Тэхён оставляет там Сонми и догоняет Юнги, чей запах всё ещё так сильно пахнет злостью, что Тэхёну тоже становится не по себе. Дорога к дому Тэхёна тихая, и они продолжают молчать, когда попадают внутрь. Юнги, кажется, не хочет говорить о том, что произошло, и Тэхён готов хранить молчание, но он хочет облегчить боль и злость, которые Юнги сейчас чувствует, поэтому, как только они оказываются дома, он идёт прямо в свою спальню и на кровать. Юнги не нужно много времени, чтобы последовать за ним и лечь рядом с Тэхёном на кровати, а затем уткнуться лицом в его шею, когда омега раскрывает ему руки, молча приглашая подойти ближе. Юнги глубоко вдыхает запах Тэхёна, чтобы успокоиться, и крепко обнимает омегу. Тэхён отвечает взаимностью на крепкую хватку, позволяя своей руке успокаивающе двигаться вверх и вниз по спине Юнги. Постепенно гнев покидает его, уступая место печали и сожалению, и Юнги нет необходимости объяснять Тэхёну, за что он чувствует себя виноватым. У Юнги доброе сердце, и он очень любит свою мать. Очевидно, что воспоминания о том, что он сделал в момент гнева, вызывают у него чувство вины и сожаления. Но вскоре Тэхён понимает, что Юнги сожалеет о том, как он поступил, а не о том, за что он выступал, когда альфа внезапно говорит: «Я всё равно попробую ещё раз». Глаза Тэхёна расширяются от шока, и он чувствует, как кровь замерзает в жилах. — Что?! — спрашивает он, чувствуя, что у него перехватывает дыхание, а его руки больше не двигаются. Юнги отстраняет лицо от шеи Тэхёна настолько, чтобы позволить омеге взглянуть на его серьёзное лицо. — Я собираюсь снова попытаться убедить Джуну, несмотря на то, что сказала мне моя мама. Тэхён не может поверить своим ушам и не может не сказать снова: «Что?!» Это безумие, неужели Юнги действительно планирует не подчиниться приказу главы стаи?! — Юнги, ты не можешь этого сделать, Сонми сказала тебе не делать этого! Юнги двигается так, что теперь сидит на кровати перед изумлённым Тэхёном. — Я поговорю с Джуну наедине и постараюсь заставить его понять. Я не буду его злить, если увижу, что он начинает раздражаться, то остановлюсь, но мне нужно попробовать, Тэ. — Но ты попробовал, и это не сработало! Пожалуйста, Юнги… — Тэхён заставляет его это заметить, и ему не нравится, что он в этом против Юнги, но он не может перестать бояться за стаю. — Я попробовал неправильно! И я хочу попробовать ещё всего один раз, я хочу попытаться обратиться к его сердцу, а не пытаться убедить его, продавая ему кусочки территории нашей стаи. Он не сказал нам, что не открыт для дискуссий, а это означает, что, возможно, если я смогу предложить ему то, что он хочет, возможно, его это убедит! «Он хочет тебя, Юнги, и ничего больше», — думает Тэхён с тяжёлым сердцем. Ему больно смотреть на надежду в глазах Юнги. Он действительно не намерен отказываться от борьбы. И Тэхёну хочется плакать от счастья, потому что это только доказывает, насколько глубока любовь Юнги к нему, но это также причиняет ему боль, потому что Юнги не может отпустить его, и это только заставит его чувствовать себя хуже, когда им придётся расстаться. — Любовь моя, я не думаю, что это сработает, — Тэхён подражает позиции Юнги и говорит искренне. Глаза Юнги, кажется, становятся от этого грустнее, и Тэхён чувствует, как его сердце разрывается от такой реакции; он не хочет причинить ему боль, Тэхён просто хочет, чтобы он понял, что он подвергает риску. Альфа берёт руки Тэхёна в свои, его голова наклонена вниз, глаза устремлены на их соединенные руки. — В ночь погони ты сказал мне, что, пока у меня есть надежда, у тебя тоже будет надежда, так что, пожалуйста, — он поднимает голову и умоляюще смотрит на Тэхёна. — Пожалуйста, продолжай вместе со мной надеяться, что мы справимся. У нас ещё есть маленькая искра надежды, я чувствую это и хочу попробовать… Пожалуйста, поверь в это тоже, мне нужна твоя поддержка. Тэхён вздыхает, потому что Юнги прав, он сказал ему это, и он не может отступить, даже если на этот раз у него действительно нет надежды, ни малейшей. Он просто боится за стаю и за то, как Сонми отреагирует на поведение Юнги. — Пообещай мне, что не позволишь ему ничего сделать с твоей стаей, пообещай мне, что ты не позволишь сердцу руководить тобой и подвергать всех риску, потому что это неправильно, Юнги, я этого не хочу, — говорит Тэхён. Он серьёзен и обеспокоен. — Я обещаю. Поверь, я не хочу, чтобы стая пострадала, но я чувствую, что мне нужно попробовать ещё раз, только в последний раз, и тогда я… — Юнги вздыхает, сжимая руку омеги. — Тогда я сдамся. И Тэхён знает, что Юнги говорит ему правду, но боится, что не сможет сдержать своё обещание. Что, если Джуну скажет ему что-то, что его разозлит, что, если Юнги не сможет отпустить даже после того, как Джуну снова скажет ему «нет»?! Что, если напоминание Джуну о его потерянной паре только ещё больше разозлит альфу и заставит его занять оборонительную позицию? Тэхён не может дать Юнги никаких обещаний, но в то же время он не может сказать Юнги не делать этого, потому что слишком хорошо понимает, какое чувство им движет. Юнги просто хочет быть свободным и любить его. Тэхён снова крепко обнимает своего альфу, и каким-то образом Юнги воспринимает это как согласие. Тэхён шепчет, что он рядом с ним, что он согласен с его решением. Сказать ему, что это не так, не хватает духу. Они проводят остаток дня на улице, после нескольких часов в постели, целуясь и обнимаясь, на сердце Тэхёна так ужасно тяжело, что его разум продолжает повторять ему, что это их последний раз. Они ходят на тренировочную площадку, на озеро, и проводят вместе целый день; они делают то, что обычно делают, и в некоторые моменты кажется, что это обычный день. Они смеются так, будто их сердца не разбиваются, как будто у них не заканчивается время. Так приятно представить, что именно так они и будут жить — вместе. Несмотря на эти маленькие моменты покоя и счастья, Тэхён не может перестать думать о том, что собирается делать Юнги, как он при этом боится и стоит ли ему попытаться убедить Юнги сдаться. Но в основном он начинает думать о том, на что никогда раньше не осмеливался: он начинает задаваться вопросом, что он будет делать, когда Джуну заставит Юнги спариться с Джиюн. Сможет ли Тэхён действительно остаться здесь и наблюдать, как это происходит? Может ли Тэхён действительно прожить всю свою жизнь в этой стае и наблюдать, как Юнги будет с другим человеком? Чем больше он думает об этом, тем больше в его голове начинает формироваться идея, которая, вероятно, решит… всё. Это, конечно, не лучшая идея, и она не избавит его и Юнги от страданий, но она устранит все шансы на то, что стая пострадает, и в долгосрочной перспективе это будет лучше и для Юнги, и для него. Тэхён в ужасе от этой идеи, но как только она появляется в его голове, она, кажется, не хочет покидать омегу. Потому что это правильно. Но Юнги ни в коем случае не должен знать, никто не должен знать, поэтому Тэхён прячет свой страх и боль при мысли о том, что он планирует сделать, чтобы никто не мог учуять это в его запахе. Большую часть дня он держит всё внутри, заставляя себя вести себя как можно лучше, даже если он чувствует, что его сердце разбивается, даже если он чувствует, что его план разорвёт его на части. Но если Юнги не остановит себя, Тэхёну придётся это сделать, ради них обоих, но в основном ради стаи. Стая, которая дала ему так много, дала ему ещё один шанс. Стая, которая является его домом. Дом, который он должен защитить. Его жизнь и его личная жизнь не достойнее их жизни, Тэхён не может отплатить им за всю любовь, которую они дали ему, подвергнув их опасности, ни за слабую надежду, ни за то, что, вероятно, никогда не произойдет. Мир не был добр к Тэхёну, и ему нужно это принять, и Юнги тоже должен это принять. Той ночью, когда они возвращаются в дом Тэхёна, омега целует свою пару так глубоко и страстно, давая ему почувствовать, как сильно он его любит. Он продолжает показывать ему, когда они начинают раздеваться и приближаться к кровати, когда он целует каждый дюйм его бледной кожи, говоря, как от него захватывает дух. Он повторяет Юнги, что любит его, когда альфа внутри него, и они медленно занимаются любовью, наслаждаясь каждым мгновением, Тэхёну нравится то, как он чувствует себя настолько сильно связанным с альфой. Они целуются до тех пор, пока у них не перехватит дыхание и они могут только тяжело дышать, прижав губы близко друг к другу, тело Юнги движется к Тэхёну, его член попадает в сладкое место внутри него, заставляя его голову чувствовать себя такой прекрасно пустой. Их руки соприкасаются, исследуют, их пальцы встречаются с невыносимой нуждой никогда не отпускать свою любовь. Они любят друг друга своими телами, поцелуями, нежными прикосновениями и голосами. Тэхён больше ничего не чувствует, только обожание, тепло, безопасное присутствие тела Юнги и любимый аромат мандарина. Тэхёну так нравится аромат Юнги, он хочет навсегда оставить его с собой. Это прекрасный момент, страстный, нежный, Тэхён хочет, чтобы он никогда не прекращался. К сожалению, это заканчивается, но Тэхён держит Юнги ближе, даже после того, как он достиг своего предела, даже после того, как спавший узел Юнги позволяет им наконец свободно двигаться. Он целует и помечает Юнги своим ароматом, пока тот не засыпает. Тэхён сдерживает слёзы и изо всех сил стараясь не дать выплеснуться эмоциям. Он не спит этой ночью. Он не может. Он не будет. Ему нужно бодрствовать, ему нужно проживать каждое мгновение и хранить его в своем сердце, запечатлевать в голове каждую мелочь любимого Юнги. Его пара. Его прекрасный альфа. Уже очень поздно, когда Тэхёну наконец хватает смелости встать с кровати и оставить Юнги там. Он делает это осторожно, боясь, что он может проснуться, но, к счастью, всё проходит гладко. Итак, Тэхён начинает делать то, чего он никогда от себя не ожидал. Он берёт мешок, который использовал, когда переходил из своей старой стаи в стаю Мин, и наполняет его своими вещами, которых оказывается намного больше, чем тех, с которыми он пришёл сюда. Доказательство того, как много дала ему эта стая. Он двигается осторожно, чтобы не издавать громких звуков и чтобы не заплакать, ему кажется, что ком в горле может задушить его в любую минуту. Закончив, он берёт со стола лист бумаги, идёт в гостиную, зажигает свечу и садится за обеденный стол. Затем он начинает писать. Он всё же позволяет нескольким слезам тихо скатиться по щекам, его сердце разрывается и болит так сильно, что он чувствует, что больше не может дышать. Когда он закончил писать и перестал плакать, он вернулся в постель, ему нужно было ещё немного побыть с Юнги. Его глаза остаются широко открытыми до конца ночи. 🐺 С первыми лучами рассвета Тэхён снова встаёт, поцеловав Юнги в лоб, альфа шевелится во сне, но не просыпается. Ещё слишком рано. Тэхён моется и одевается, его голова кажется совершенно оторванной. Он делает всё механически, повторяя себе, почему он это делает, и игнорируя своё разбитое сердце. Закончив, он берёт мешок, проверяет, чтобы письмо было видно на столе, а затем, последний раз взглянув на своего любимого человека и на свой дом, в который он вложил свою душу, выходит наружу. На улицах деревни никого нет, и это очень хорошо, потому что Тэхён не хочет ни с кем встречаться, зная, что любой попытается убедить его не делать этого. Он подходит к красному дому, который искал; он здесь впервые, но, к счастью, он точно знал, в какой стороне жилого района его найти. Он стучит, глубоко вздохнув, надеясь, что внутри кто-то есть. Тэхёну приходится постучать во второй раз, прежде чем дверь откроется и оттуда выйдет проснувшийся Чан. Он смотрит на Тэхёна, удивлённый и растерянный. — Тэхён-хён, что ты здесь делаешь? Тэхён улыбается ему, даже если это выглядит скорее как грустная болезненная гримаса. Феликс тоже подходит к двери, с любопытством. — Я должен попросить тебя об одолжении, — говорит Тэхён с разбитым сердцем. 🐺

Дорогой Юнги-хен, Прости за то, что я делаю, и за то, как я это делаю, не рассказывая об этом ни тебе, ни кому-либо ещё… но я думаю, что это правильный поступок. Тебе нужно думать о своей стае, Юнги, а не обо мне и не о нас, это неправильно. Я делаю это, чтобы защитить тебя и нашу стаю… и да… возможно, и себя тоже, потому что я никогда не смогу наблюдать, как ты вступаешь в брак с другим человеком или жить рядом с тобой, зная, что я никогда больше не смогу быть с тобой так, как в наши два месяца. Я люблю тебя так сильно, правда, и буду тосковать по тебе каждый день своей жизни, но я должен это сделать. Надеюсь, ты не будешь на меня сердиться. Надеюсь, ты поймешь, что так будет лучше; возможно, сейчас ты этого не сделаешь, но я надеюсь, что в будущем ты поймёшь. Не ищи меня, я обещаю тебе, что со мной всё будет в порядке, я знаю, как позаботиться о себе… Я научился этому благодаря тебе. Ты научил меня быть лучшей версией себя, любовь моя, ты научил меня не сдаваться, не бояться делать то, что я хочу… и я буду хранить каждое твоё наставление близко к сердцу. Спасибо, Юнги, за всё, что ты для меня сделал. Я люблю тебя и надеюсь, что у тебя будет прекрасная жизнь. Пожалуйста, скажи остальным, что мне очень жаль, и что я тоже их люблю, и что, возможно, однажды мы снова увидимся. Я тебя люблю. Навеки твой, Тэхён.