Первое и последнее сентября

Последние отголоски когда-то яркого летнего солнца давно не внушали ему радости. Первое сентября как день рождения - с каждым разом приносит все меньше счастья и все более жгучую боль. Средняя, старшая школа, бакалавриат, теперь вот магистратура. Зачем он раз за разом возвращался? Зачем брался за то, что покорялось лишь его невероятной силе воли, а не его мечтам? Вряд ли он и сам знал ответы на эти вопросы. Наставники не чаяли в нем души, все прочили ему великое будущее. Но думали ли они о нем на самом деле? Кирилл видел много зла на своем веку, видел, как бушуют эпидемии и войны, как прочитавший в лифте по пути на пару одну строчку получает плюс за семинарское занятие наравне с ним, прочитавшим всю книгу, как то немногое, что доставляет ему удовольствие, уходит из его жизни, пока со временем не ушло окончательно. Друзья, фильмы Марвел и настолки - все отныне в прошлом. Впереди новый виток тяжелого пути, новые люди, которые, возможно, станут новыми друзьями. Ох уж это загадочное слово "возможно"... Кирилл снова один - один в холодной бездне. Один в безжалостном водовороте бюрократии, задыхающийся от туч обострявшей его астму книжной пыли, среди людей без души и без идей. Погрузившийся в раздумья, он шел угрюмо на трамвай. 26-й номер, полчаса пути, и он на месте. Перед ним огромные грязно-серые бараки, поражающие воображение своим масштабом и безвкусием. Тут он проведет еще 2 года...а может и все 5. Впрочем, не будем о грустном. Подписав все необходимые бумажки и забравшись в битком набитый лифт, Кирилл доехал до 11 этажа, где находилась его комната. Она была пуста - малознакомые пока соседи ушли отмечать этот своеобразный праздник. Разложившись и переодевшись, решился перекусить. Ел он редко - 50 кг на весах говорили сами за себя. Но даже ему приходилось чем-то да питаться. Расплатившись за свой скромный ужин, он сел за стол и взглянул в окно на стороне выхода. Там стоял и курил могучий русский богатырь. Кирилл вздохнул с облегчением - вспомнил, что его народ и экономика его страны в надежных руках, впереди у них лишь светлое нефильтр... кхм, будущее. Повернув голову, он обнаружил, что стул перед ним более не пустовал. Напротив него сидела пошло улыбающаяся гора плоти. Витя - один из новых одногруппников Кирилла. "Ну что, вот она, новая жизнь", - начал он. "Новый опыт, новые, так сказать, приключения". Кирилл лишь грустно вздохнул. "Слушай, друг, - продолжал Витя, - а я ведь не с пустыми руками из дома приехал, а привез с собой одну прикольненькую настольную игру...". Кирилл на миг оживился. Вот он, шанс спасти не годы, но хотя бы день. В назначенный час Кирилл зашел Вите в комнату. Никаких игр он не увидел. Зато увидел множество свечей и лепестков розы. "Привет, Витя, где ты?", - спросил он недоуменно. "Оооо, пупсик, ты пришел", - послышался голос из ванной. "Располагайся, я сейчас буду!". Кирилл присел на ближайшую кровать у окна и взглянул на бескрайнее звездное небо над общежитием. Чуть ниже - панорамный вид на трамвайную остановку и магазин. Через 10 минут зажегся свет, и перед Кириллом предстал Витя...совершенно без одежды. Приложив усилие, он подобрал свой маргариновый склад, и между ног засветился кровянистый. Изо рта Вити капали слюни, он жадно смотрел на Кирилла. Последний медленно отполз к краю кровати. "Ты проник в мою комнату - а сейчас я проникну в тебя", - посмеялся Витя. Он схватил Кирилла за руки и прижал к кровати. Кирилл отчаянно сопротивлялся, но что могли сделать его 50 кг против 250 его захватившего? Витя склонился над ним и обездвижил. Кирилл увидел, как его орган наполняется кровью. Как блестят его звериные глаза. Витя жадно впился ему в губы, сорвав его рубашку словно плохо приклеенное объявление. Он весь потел и дрожал от возбуждения. Он лизал его тело, плавно идя вниз, к штанам, оставляя прерывистую скользкую дорожку. Внезапно он почувствовал, что нечто обвилось вокруг его шеи. Не придав в порыве страсти этому значения, он продолжал идти вперед. "Дааа, мой сладкий зайчик, сегодня ты будешь мо..." - Витя не успел договорить. Внезапно раздался хруст, и туша рухнула со сломанной шеей, разломав кровать. "Не сегодня, - сказал Кирилл, подбирая хобот, - это первое сентября стало для тебя последним".