Бакэнэко.

В детстве блондин любил читать старинные японские легенды. Самой запоминающейся для него стала легенда о вампирах. Японский фольклор всегда был разнообразен своими сказаниями. Даже тех же полюбившихся мальчику вампиров была не одна разновидность, как в легендах других стран. Парнишка с огромным интересом изучил каждую разновидность вампиров, но больше всего ему полюбился лишь один вид - бакэнэко. Это были такие демонические кошки, которые являлись долгожителями, как, например, кицунэ. К слову, у них тоже могло быть несколько хвостов, как и у необычайно красивых лисиц. Чем старше был кот-вампир, тем сильнее он был, и тем больше хвостов он имел. Главной ассоциацией с этими кошками стал огонь. Бакэнэко часто изображаются облизывающими масло из ламп. Поскольку в старинных лампах масло делалось из рыбьего жира, который привлекал милых пушистиков. Поговаривают, что в начале февраля, где-то в третьих-четвертых числах, все хвостатые собираются в кошачьем храме на вершине вулкана Нэкодакэ, который прозвали кошачьей горой. И Риндо верил и хотел верить в эту легенду, хоть и понимал, что кошки-вампиры, которые превращаются в японских красавиц, а может даже и красавцев, которые убивают мужчин, довольно жутко. Мать мальчика всегда запрещала ему читать эти глупости, говоря, что ему потом будут сниться кошмары, а после он и психику себе испортит этими страшилками. Впрочем, в чем-то она была права. Хайтани правда начали сниться сны с участием такого мифического существа. Только вот кошмарами это нельзя назвать. В самом первом сне Риндо очутился около подножья вулкана, и ноги словно сами вели его на вершину. Туда, где находился кошачий храм. Рин не помнил дороги, зато помнил, как, поднявшись на вулкан, мальчишка увидел дерево. Черт возьми, дерево возле храма? Как оно вообще выросло прямо на вершине вулкана. А может вулкан был мифом, чтобы разнообразить легенду и придать ей яркие краски, а на самом деле это просто гора? Впрочем, это не важно. Все равно ведь сон. Но блондина зацепило не это. Под деревом сидел юноша необычайной красоты. У парня были фиолетовые глаза с хитрым взглядом, прямо как у кота. А самым запоминающимся в нем были его косы. Сам он, похоже, был блондином, но макушка и середина волос были окрашены в черный цвет. Этот неизвестный парень смотрел прямо на Риндо, словно заглядывая ему в душу. А Рин молчал, с трепетом разглядывая аккуратное и почти бледное лицо парня. Они оба молчали, в то время как между ними словно появлялась особая связь. Связь, похожая ни на какую другую. И когда мальчишка хотел заговорить, то он резко проснулся, тяжело дыша. Этот сон ему приснился в возрасте семи лет, и все года не выходил из его разума, периодически снясь снова, но уже с большим количеством деталей и подробностей. Дошло до того, что Хайтани даже запомнил дорогу до необычайно красивого места. Правда, в храм он так ни разу и не попал. Хотя, какая разница? Главное, что теперь в его сердце поселился тот юноша с косами. Юноша, чьи глаза были подобны сапфирам. *** Маленький Риндо потирает аметистовые глазки, сидя на кухне. Ещё пару минут назад мальчишка только-только проснулся, а теперь смотрел за тем, как мать готовит завтрак и онигири для сына. — Мам, я опять видел тот сон! — Это был третий по счету сон про того юношу. — А вдруг это предсказание будущего? — Риндо Хайтани, ты опять всю ночь читал свои страшилки? — Мать строго смотрит на ребёнка, уперев руки в бока. Женщине уже порядком надоели бредни малыша. — Не говори глупостей, это все выдумки. — Но... — Никаких "но". И вулкан, и вампиры вы-ду-ма-ны. — Оборвала мать. — Ну мам! Тот мальчик из сна...он такой реалистичный! — Противится Риндо, обиженно надув розоватые губы. — Что за мальчик? — Брюнетка слышала о таком впервые. — Мальчик с красивыми фиолетовыми глазами и светлыми косичками, которые попеременно окрашены в черный цвет! Мальчишка рассказывал об этом с таким восхищением, словно говорил о ком-то богоподобном. Зато мать выглядела шокировано. Зрачки женщины слегка расширились от удивления, а поварешка с неприятным звуком упала на мраморную плитку кухни. Она выглядела так, будто увидела что-то жуткое позади Риндо. — Рин, это все твои выдумки. Возьмись лучше за ум. — Через несколько секунд молчания ответила мама, выглядя так, словно она думает о чем-то важном. Ее голос немного смягчился, подтверждая эту догадку. Маленький мальчик лишь вздохнул, уткнувшись личиком в свои колени. Ему было так обидно, что его матушка ему не верит. Но с другой стороны, Риндо было любопытно, почему она так странно отреагировала на описание внешности того мальчика? А вдруг это не выдумки и мама пытается обмануть его? А вдруг мама вообще одна из бакэнэко и боится, что Рин узнает об этом? Но отныне мальчик точно не будет рассказывать своей матери о том сне, все равно не верит.. *** Хайтани уже пятнадцать лет, а ему все так же снится тот чертов сон. Дошло даже до того, что он смог поговорить с тем юношей. Правда недолго и этим диалогом было лишь одно слово от того парня. Он назвал Риндо своим братом. Ну и глупости.. но Рин почему-то продолжал прокручивать это у себя в голове. С уст того парня это звучало так по родному. А его голос был так нежен, слегка охрипший, что придавало ему необычайно красивое звучание. Дошло до того, что блондин купил огромный лист бумаги, рисуя на нем местность из сна. Не понятно зачем, но он хотел запечатлеть ее, словно боясь, что когда-то он больше не увидит тот сон. Сон, который грел душу. Сейчас Риндо сидел у себя в комнате, дорисовывая вулкан и храм с деревом сакуры возле него. Выглядело сказочно. Этому рисунку он посвятил целую неделю, подробно вырисовывая каждый кустик, каждый листик и каждое деревце. После этого Риндо как-то автоматически потянулся к чистому листочку, беря в руки хорошо заточенный карандаш и начиная вырисовывать черты лица того юноши. У него они были острые, такие красивые на вид. Рин с трепетом рисовал фиолетовые запавшие глаза, светлые брови и тонкий рот с бледными губами. А после аккуратно вырисовывал длинные косы. Мальчишка, конечно, художником не был, но он действительно старался нарисовать максимально похоже. И у него это получилось. Рисунок выглядел прямо, как и живой человек. По крайней мере, так казалось Риндо, который настолько привязался к парню из сна, что он был готов в этот же момент сорваться со своего места и побежать к выдуманному храму. В этот момент в комнату зашла мать, которая хотела о чем-то поговорить с сыном, но замерла, увидев рисунок парня, а после и рисунок несуществующей, как ей казалось, местности. На женщину накатил прилив гнева, увидев знакомое лицо на рисунке. Ничего не говоря, она выхватила два листа бумаги, разорвав их на части, в то время как Риндо с шоком смотрел за всем этим, чувствуя, как его сердце болезненно защемило от обиды. — Опять ты продолжаешь. — Кричала мать. — Меня уже порядком заебали твои идиотские сны! Я думала, что тебе, наконец, перестал сниться этот бред, а ты, оказывается, решил от матери родной это скрывать. Риндо не понимал, с чего так завелась женщина, он ведь не совершил преступление, лишь просто не говорил матери о своих снах. Между прочим, по понятной причине. Это же она не желала слушать мальчишку, когда он был ещё ребенком. В горле образовался ком, а на глаза навернулись слезы. Брюнетка продолжала кричать на сына, но Рин уже не мог разобрать слов. Его тоскливый взгляд был устремлён на клочки разорванной бумаги. В этот момент он почувствовал опустошение и сильную обиду. Он много лет мечтал коснуться того юноши, мечтал подробно рассмотреть природу там. Но теперь его словно лишили такой возможности. Конечно, он может попробовать нарисовать это вновь, но из головы словно вылетел образ длинноволосого, а вместе с ним исчезали и все воспоминания о том сне. Нет, нет и ещё раз нет.. Он не может вот так просто обо всем забыть, надо успокоиться. И у него это получается, несмотря на крики матери, которая была ещё больше зла на то, что сын игнорировал ее слова. В этот вечер Хайтани принял решение о том, что как только ему исполнится 18, то он уедет от матери куда подальше. Уедет и будет жить в том месте, которое хотя бы немного будет похоже на то, что из сна. Ведь сон стал настолько родным, что Риндо уже не мог без него. Но и хотелось чего то большего, чем просто смотреть на недолгие по времени картинки, а после просыпаться с ощущением неприятной пустоты. И самое печальное было в том, что пустоту эту заполнить невозможно, как бы он не старался. Блондин пробовал найти себе увлечения, перепробовал себя во многом. Даже на разные кружки записывался, но все без толку. В какой-то момент он даже перестал спать, думая, что после недосыпа он уснет настолько крепко, что у разума даже не будет сил на то, чтобы вновь продемонстрировать ему тот сон. От части это было верно. Хоть в ту ночь он сна правда не увидел, зато после видел его целую неделю. И то время было для него сущим кошмаром. В парне воевало две стороны: одна мечтала о том, чтобы видеть сон чаще, а другая хотела забыть о нем, желая избежать утренних последствий в виде тоски. На протяжении многих лет Риндо поглощала печаль, которая становилась все сильнее с очередным просмотром сна. Он определенно привязался к тому красивому и таинственному храму, привязался к волшебному юноше. И более того, Рин чувствовал к парню с косами то, что не чувствовал ни к кому другому. В моменты их "встреч" у Хайтани появлялось приятное чувство спокойствия и комфорта. А в животе порхали бабочки. Такое чувство появлялось лишь в присутствии обладателя изящной внешности. Тот парень правда был похож на кота. Причем на домашнего, которого явно многие готовы одарить вниманием и заботой. Ну а как иначе? Такую красоту сложно не заметить. У каждого бы появилось желание его приласкать, одарив теплом и заботой. *** Хайтани сидит в поезде, слушая в наушниках музыку, ласкающую уши. Ему только вчера исполнилось восемнадцать лет, и он тем же днём твердо решил, что пора осуществить свою мечту и уехать от матери. С того момента, когда женщина порвала его рисунки, Риндо наотрез отказывался доверять матери, а их общение снизилось почти к нулю. Темноволосая тогда извинилась, оправдывалась тем, что блондин и вправду достал этой бредятиной. Но для мальчика те рисунки значили многое. А мать отнеслась к этому так, словно это совсем ничего не значит. После того, как прошла неделя с их ссоры, то она даже обвинила во всем Риндо, якобы это он ужасный сын, который не слушается свою мать. И тогда он очень хорошо заполнил одну фразу. "Может, тебе к психологу пора? Ты слишком помешан на детских историях" Родная мать уже собирается к психологу отвести? Так ещё и просто из-за сна? Отвратно. Хайтани тогда почувствовал сильное отвращение и к своей матери, и к себе. Он не понимал, почему женщина так реагирует на его сны, но и понимал, что в чем-то она была права. Может, ему правда стоило бы пойти к психологу? Он же взаправду помешался просто на какой-то выдумке. Но что то не давало ему покоя. Он чувствовал, что это намного больше, чем страшилка для детей. И Риндо убедился в этом лично. Сердце забилось чаще, а зрачки расширились, когда, едя в неизвестном направлении, он увидел ту самую местность. Риндо тут же рванул к водителю, прося остановить поезд. Пожилой мужчина покрутил у виска, не понимая, зачем Рину выходить в такой глуши, но все таки выпустил блондина наружу, уезжая дальше. Ноги сами торопливо шли, чуть ли не переходя на бег по знакомой тропинке. Хайтани не мог поверить своим глазам. Перед ним правда стояла гора, не вулкан конечно, как во сне, но все таки очень похожая на него. А навершие горы было что то похожее на храм, около которого была розовая точка. Предположительно, розовой точкой являлось дерево сакуры. Ноги уже болели от быстрого темпа, но Риндо не обращал на это свое внимание, продолжая идти к заветной точке. Он не знал, сколько он туда шел. Двадцать минут, полчаса, час, а может даже больше. Но он чувствовал сильное волнение. Он надеялся на то, что, забравшись на гору, он увидит того самого юношу. Интуиция его не подвела. Забравшись на гору, Риндо поспешил к той самой сакуре, а под ней сидел парень, который плел себе косы. Его взгляд устремился на блондина, в то время как на лице расползалась кошачья ухмылка. — Я тебя ждал. — Заговорил незнакомый, но уже такой родной юноша. — Не могу в это поверить.. это сон? Риндо медленно и с неуверенностью подошёл к тому парню, садясь около него. — Как тебя зовут? — Ран Хайтани. — Представился он. — А твое имя мне уже известно, Риндо. — Хайтани?.. не может такого быть. Сразу же вспомнился момент из сна, где Ран назвал его своим младшим братом. — Подожди, это поэтому мама так реагировала на тебя?.. — Зрачки расширились от волнения. — Получается, ты мой старший брат? — Угадал, милашка. Ты довольно сообразительный. — Послышался довольный смешок длинноволосого. — Тогда почему я никогда не слышал о тебе? Почему мама скрывала тебя? — Знаешь почему ты в детстве увлекался японским фольклором? Это я тебя на него подсадил. — Размыто ответил Ран. — А знаешь почему я тебе так много рассказывал о нем? Потому что часть из него - сущая правда. — Я тебя не понимаю.. — Голос дрогнул от того, насколько же много сейчас произошло. Риндо был счастлив оказаться в том месте, куда его тянуло всю жизнь. Но осознание того, что перед ним его брат, вводит в заблуждение. — К тому, что я сам являюсь бакэнэко. — В этот момент голос Рана смахивал чем-то на кошачье мурлыканье. — Правда полукровка, но это не столь важно. А наша матушка уж слишком помешана на том, что ничего мистического не бывает, поэтому она решила выгнать меня из дома, чтобы я в аду горел за свою расу. Но тогда, в детстве, меня подобрала пожилая парочка, которая верила в мистику и даже построила этот храм. Забавно, не так ли? Они считали, что я дар, который им послал Бог за все их старания. Ведь они строили этот храм для таких, как я. У Риндо не было слов. Это все правда? Его старший брат действительно кот-вампир? — Докажи это. — С недоверием произнес блондин, все ещё сомневаясь в том, что сказал Ран. — Легко. В этот же момент облик старшего Хайтани изменился. Он превратился в крупного кота с ярко желтыми глазами и белой пушистой шерсткой. Клыки у такой кошки выглядели более угрожающе, чем у обычного домашнего любимца. Зато и выглядел длинноволосый в этом обличии так, словно это самый красивый кот во всей вселенной. Рука Рина неловко потянулась к коту, поглаживая его мягкий мех, почесывая его за ушком и приподнимая его мордочку, лаская подбородок. Ран мурлыкал, как домашний котенок, но после этого тут же снова обернулся человеком, находясь в неприличной близости к младшему. На лице старшего расползалась наглая ухмылка, когда он заключил Риндо в крепкие объятия. — Я скучал по тебе, братишка. — Тон Рана перешёл на тихий, располагающий к себе шепот, ласкающий слух блондина и вызывающий тонну мурашек по телу. — Ты знал, что я приду? — Для этого мне пришлось слегка схитрить. Одна из особенностей бакэнэко – умение пробираться во сны людей. Вот я и решил воспользоваться своей способностью, посылая тебе сны с моим участием. — Сумасшествие.. — Хочешь верь, а хочешь нет - дело твое. Но, тем не менее, сейчас мы вместе. — Промурлыкал юноша, чмокнув младшего в щёку. — А храм? Там правда куча таких, как ты? — Нет, храм заброшен. — Ран сел в более удобную для себя позу, исследуя брата взглядом. — Многие теперь живут среди людей, ну а я приглядываю за храмом. — Я хочу остаться с тобой. — И ты обещаешь, что никогда не покинешь гору? — Обещаю. И блондин сдержит свое обещание, теперь он не отпустит старшего брата. Они навсегда будут вместе, ведь это было мечтой и Риндо, и Рана. Храм обязательно расцветёт благодаря уходу двух юнош, связанных не только братскими узами, но и красной ниточкой судьбы. На губах младшего запечатывается мягкий и нежный поцелуй, что символизирует любовь братьев, которые знали друг друга так давно, но впервые смогли ощутить тепло каждого из них.