Чёрные ногти, февраль и ночёвки

- Ром,.. ты накрасил ногти? - Петров отвлёкся от комикса, смотря на необычное явление, коего он до селе не наблюдал. - ... Возможно.. - голос был злой и тихий. Парень словно негодуя зациклился на своих ногтях и ответил не подумав через сомкнутые зубы. - В смысле "возможно"? Я же прямо сейчас вижу что они накрашены. - Антон опустил правую руку с комиксом на ноги, сидя по турецки. - Да, но мне это не нравится. Чувства не такие. Словно подделка. А ещё постоянно надо следить чтобы ничего не поцарапалось и не отвалилось. Просто гадость. Даже нормально понервничать нельзя. - Рома скривил губы и нахмурил брови, наверное даже не подозревая как мило сейчас выглядел в глазах Антона. - Ты про свою привычку грызть ногти? - не отрывая взгляда от книжки с картинками спросил он. - Это не привычка! - огрызнувшись, Рома повернулся ненадолго к собеседнику. - И я их не грызу. - а после уставился обратно на свои ногти, покрытые чёрным глянцевым лаком. - А что тогда? - Петров оторвался от своего нового комикса и посмотрел на парня сидящего в метре от него. - Элегантно откусываешь? - светлая бровь сама норовила подняться. Брюнет вновь быстро глянул на Антона и уже отводя взгляд спокойно сказал. - Возможно. - Завязывай со своими вредными привычками и словами паразитами, а то язык тебе отрежу. - Пятифан поднял одну бровь в недоумении. И сразу после этого улыбнулся и высунул язык, закрывая ненадолго глаза и вытягивая подбородок вперёд, а после вновь возвращаясь в прежнее положение и хищно улыбаясь. Парень дразнился, и Антон это мог понять с закрытыми глазами. Этому недоумки всегда хотелось найти приключений на свою задницу или просто побесить кого-то, чисто как хобби. - Ну и чем же ты собрался мне его отрезать, а? Свой нож я тебе не отдам. - и злобный смех. - Не отрежу, так откушу. - спокойным тоном произнес Антон и продолжил залипать в свой комикс. - Что? - Рома вновь недоумевал над словами собеседника. - Эй! Что ты имел ввиду!? - он сначала пытался расплавить Петрова взглядом. - А ну отвечай блять! - а потом подскочил как ошпаренный. - Всё, перестань дурачится. - он помахал рукой перед лицом брюнета и это стало последней каплей для Пятифана. - Тоха, твою мать! Отвечай! - Рома приблизился совсем вплотную. Он схватился за, свободную от комикса, левую руку светловолосого и стал трясти так, что всё его тело качалось из стороны в сторону, мешая читать. Антон быстро глянул на номер страницы, запоминая, и также быстро закрыл комикс, откладывая его в сторону. И уже свободной рукой, держа за затылок удивлённого парня, приблизился к его лицу и прикоснулся к его губам. Равновесие оба потеряли быстро и свалились так, что брюнет был прижат к кровати. Одна рука Пятифана лежала на груди Антона и немного отталкивала от себя, а другая была прижата к кровати рукой белобрысого, что даже не планировал такого и на вопросы об этом, смог бы лишь банально ответить "случайность". Поцелуй с самого начала уже был глубоким, а Антон напирал и наращивал темп. От чужого горячего языка в своём рту, Рома затаил дыхание, в попытках неумело ответить. Поцелуй был мокрым, скользким, жарким, но ни один из них не мог сказать что противным. Когда Петров наконец отстранился, они оба стали выравнивать дыхание и смотреть друг другу в глаза. Щёки пылали огнём. А губы стали на несколько тонов ярче от прилива крови. У обоих на губах осталось чувство поцелуя и обоим хотелось повторить. - Ты чего это.. так неожиданно? - голос был хриплый и Ромке пришлось прочистить горло, чтобы привести его в норму. - А нечего было докапываться. Я просто хотел заткнуть тебе твой грязный рот. - и Петров провёл большим пальцем по мокрым губам напротив, а после облизал свои, что не ускользнуло от взгляда Романа. - Только из-за этого? То есть, мне надо доёбываться до тебя и материться чтобы ты меня целовал? - Нет, не только. И лучше не надо. Просто, мы уже месяц встречаемся, а целовались всего один раз, и то сейчас. - Я, кстати, ногти покрасил ради тебя... - немного неловко признался он. - Но тебе же не нравится. - А мне много чего в этой жизни не нравится. - левую руку, ту что была на груди парня, Рома плавно завёл за затылок и притянул к себе, снова призывая к поцелую. Его правую руку отпустили и он закинул её на плечо Петрова, прижимая к себе ещё ближе. - Я наверное сейчас скажу самую странную вещь в моей жизни, но... Возьми меня прямо сейчас. Антон поднял взгляд и нервно закопошился, пытаясь отстраниться от парня. - Я б рад... но... - М? Что такое? - он недоумевающе нахмурился, смотря на реакцию светловолосого. - Отпусти меня. - тихим шёпотом сказал он, пряча лицо в плечевом сгибе Пятифана, когда понял что его просто так не отпустят. Старшеклассник услышал шевеление одежды и скрип половиц за собой и тут же отпустил парня, оборачиваясь. - Оль, что ты хотела? - Антон тут же нормально сел, свесив одну ногу с кровати, немного краснея и заводня руку за затылок, неловко улыбаясь. - А почему Ромка сказал взять его? - девочка уже не стесняясь зашла в комнату брата, держа в руках какого-то плюшевого уродца. Пятифан резко залился краской от услышанного и спрятал лицо в подушке. - Он имел в виду на руки. - быстро выкрутился Антон, чувствуя что только он может спасти эту ситуацию и его улыбка стала более уверенной, а рука с затылка переместилась на кровать. - Но Рома уже слишком большой для этого. А ты его не поднимешь. - невинно продолжала девочка, состроив брови домиком. - Рома просто хотел вспомнить детство. - тут же парировал старший брат, а Пятифан посмотрел его, всё так же прикрывая лицо подушкой от детских глаз и кивнул, намекая ему продолжать в том же духе. - Но ты всё равно его не поднимешь. Ты слабый, а он тяжёлый. - она уже начала хныкать, чувствуя как её нагло обманывают. - Нет! Он меня поднимет! Да, Антон? - Рома неожиданно и резко опустил подушку, слишком смело и уверенно смотря на очкастого. - Ну... - Антон покосился в сторону, будучи неуверенным в собственных силах, в то время как Ромка уже мужественно просебя решил провести эксперимент. Пятифан заставил подняться белобрысого на ноги, после чего сам встал на его кровати и запрыгнул ему на спину, держась руками за его плечи. Антон со всей силы ухватил парня за ляжки и проходил кружок по комнате. После он присел, неспеша отпуская Рому, чуть не падая сам, пока брюнет прямо встал и гордо задрал нос, так и говоря всем своим видом: Ну что, видела какой он сильный!? - Хорошо... А почему вы прижимались друг к другу на кровати? - Оля продолжала смотреть на обоих парней своими большими глазами. Пятифан вновь с жалобным взглядом и пылающими щеками посмотрел на Петрова, чтобы тот хоть как-то спас ситуацию. - А... Рома меня учил целоваться. - он довольно и уверенно улыбнулся сестре, а брюнет отвернулся от светловолосых, натягивая воротник спортивки на лицо, пробормотав что-то невнятное. - Целоваться? - девочка повернула голову на бок, не понимая чему тут можно научить. - Да. - уверенно сказал Петров. - А как именно? - Смотри.. Крепко обнимаешь человека которым дорожишь, но не со всей силы, а то человек задохнётся. - последовал утвердительный кивок. Старший брат сел на колени перед сестрёнкой, обнимая её. - Потом прижимаешься губами к его щеке. - после этого смачный чмок в Олину щёчку. - И целуешь! - он отстранился, поднимая ладони вверх и широко улыбаясь, пока брюнет поражался его умению так правдоподобно пиздеть детям. - Ага! Ясно! - Оля обняла брата за шею и так же, как показал Антон, чмокнула в щёку. Она подбежала к Роме и сделала то же самое, так как он уже давно успел стать чуть ли не её вторым братом. А потом она схватила мохнатое пугало которое успела отбросить и побежала вниз к маме и папе. Антон тихо закрыл дверь, надеясь что сегодня уже их никто не побеспокоит. - Я уже испугался... - Пятифан тяжело приземлился на кровать светловолосого, расслабляя мышцы шеи, опуская голову, после чего вздохнул. - Ты слишком смелый у меня в комнате. Такие выражения себе позволяешь. Уф. - он, сощурил глаза, гладенько улыбаясь, показывая превосходство. Но Роман этого терпеть не собирался и в нахала тут же была брошена подушка. - Ты первый начал целоваться! - его скулы тут же порозовели. - А ты первый ко мне полез. - он ухмыльнулся, ловя небольшую подушку перед лицом. - Да потому что!.. - он ненадолго замолчал, стараясь унять агрессию, чтобы не кричать на весь дом. - Да потому что мы уже месяц встречаемся! - шёпотом начал кричать он. - И каждый день проводим вместе! А поцеловались только сейчас! - он весь покраснел, пока так громко шептался. Антон тихо посмеялся, подходя к своему парню, наклоняясь и целуя его в губы, из-за чего рассерженный котёнок замер от неожиданности. - Я всё понимаю, но не предлагать же сразу секс. Тем более что в доме ребёнок. А моя дверь на замок не закрывается. - То есть.. - он положил обе свои руки на руки светловолосого, что обхватил его за щёки. - Если комната будет закрываться, и в доме не будет детей - ты согласен? - он как-то слишком хитро и довольно улыбнулся, а глаза по лисьи сщурились. - Ммм... Я подумаю... Но скорее всего - да. - Тогда завтра после школы идём ко мне... Мама на работе будет допоздна. - чуть не пропел он последнее предложение, немного покраснев. - Хорошо. Как скажешь, волчок. - Щас как укушу тебя. - он нахмурился. - Придумай другое прозвище. - Не-а. Мне очень понравилось как ты выступал на новогодней сценке, так что оно останется, чтобы всегда мне напоминать о том дне. - он ухмыльнулся, целуя парня в щёку. - Надо будет как-нибудь повторить. - Ага, зайчик. - он посмеялся. - Но я, если честно, в жизни больше не хочу видеть эти уродливые маски. - Ммм. Вот тут я с тобой согласен... Но.. знаешь... Тебе идут эти ногти. - посверлив взглядом новый маникюр брюнета, он отпустил его щёки, ложась на кровать. - Правда? - он воодушевлённо улыбнулся, садясь ближе к Антону. Петров кивнул. - Значит я не зря так долго с ними мучился. - он широко улыбнулся во все зубы, ложась рядом с белобрысым. - Не зря. Но больше так не делай. Мне нравится когда у тебя обычные ногти. Так ты больше на себя похож. - он чмокнул его в нос, беря в свою руку его. - Хорошо. - он нежно улыбнулся, чувствуя, что его и правда любят. - Я запомню. За окном завывал ветер, а мягкая кровать и тёплая рука любимого человека заставляли забыть о непогоде, что творилась в их деревушке. Тихое, размеренное дыхание рядом вселяло покой, а насыщенный и бурный день с ранним подъёмом уже давали о себе знать наплывшей усталостью. Глаза медленно начинали закрываться и всё о чём сейчас хотелось думать, так это о том, как же прекрасно лежать на одной кровати с любимым человеком и совсем не чувствовать сезонного холода. Дверь в комнату неожиданно скрипнула, и послышался топот маленьких ножек. - Я вспомнила, что хотела сказать! Мама вас позвала на ужин! - громко прокричала малышка, сжимая губы и немного краснея со своей забывчивости. Первым с кровати поднялся Антон. - Хорошо, мы скоро придём. - он сонно улыбнулся сестрёнке, так и не отпуская руку хмурящегося брюнета. Девочка кивнула и убежала обратно на кухню. - А мы не можем хоть немножко поспать?... Еда ведь никуда не денется... - недовольно пробормотал Пятифан, потирая глаза что уже успели слипнуться. - Еда остынет, а мама с папой и сестрой расстроятся что мы не поели с ними. - он хихикнул. - Может отпросишься у мамы на ночёвку? - Ромка тут же оживился, такой прекрасной идее, садясь на кровати, предварительно потянувшись. - Хорошо. Только чур, завтра ты отпрашиваешься на ночёвку. - последовал утвердительный кивок со стороны светловолосого и брюнет уже сам тащил парня к выходу, почувствовав как скручивает его живот от непонятно откуда взявшегося голода. Похоже завтра их ждёт ещё более насыщенный день.