Redemption of Remorse

Дверь закрылась за его спиной, забрав с собой последний луч света, пробивающийся сквозь щель. Женская нога слабо ощущала холодное серебро ножа. Глаза не успели привыкнуть к темноте и всё тело напряглось. Быстро моргая, девушка попыталась разглядеть очертания помещения, в которое её привёл офицер. Комод открылся и мужчина по-свойски зарылся внутри. Через несколько секунд свечка на тумбочке рядом с кроватью зажглась и девушке представилась возможность для обзора. Потрёпанная и явно давно не убиравшаяся комната пахла стариной, даже воздухом напоминая об условиях своего содержания. — Я уже успел помечтать о тебе…— бархатным голосом почти пропел мужчина, снимая маску. Отвращение, зияющее в ней, словно чёрная дыра, с каждой секундой всё больше увеличивая пространство поражения, как будто скрутило её желудок в трубочку. Могла ли девушка представить, что злодейка—судьба сведёт её с тем, от кого она 5 курсов подряд воротила нос? Нет. Также пай-девочка Гермиона, хвостиком бегающая за Поттером не могла подумать, что в облике проститутки будет выискивать сведения в борделе. Пожиратель оказался без мантии и маски, стоя спиной к Эри. Он развернулся, представ перед девушкой. Гермиона была слишком удивлена, чтобы сказать хоть слово. Повзрослевший и до неузнаваемости изменившийся Маркус Флинт стоял перед ней, широко открыв глаза. Его лицо было противоположностью того, что Грейнджер помнила со времён школы. Теперь Флинт был статным мужчиной, с грубыми чертами, несколькими шрамами на лице и слабо проглядывающимися морщинами. Девушка гадала, как именно он дослужился до офицера и скольких из Ордена успел убить. Вместо того, чтобы начать яростно раздирать её одежду, душить, бить и кусать, как она думала это будет происходить, Маркус медленно подошёл к постели и машинально, словно эти движения уже давно были отточены, головой лёг на её колени, обняв за талию. Носом уткнулся в её живот. Девушка опешила, смотря на эту картину, но когда глаза Флинта сверкнули в непонимании, руки автоматически потянулись к мужским волосам, запуская в них пальцы. Неужели это было своеобразной прелюдией? Не то, чтобы Грейнджер в деталях представляла себе, что происходит в борделях, но она была уверена, что в подобных заведениях нет места человеческим желаниям тепла и заботы. Тем более когда дело касается малодушных тёмных волшебников, которым, казалось, чужда любовь в любом её проявлении. Впрочем, как и самой Гермионе. Когда последняя надежда на окончание войны была потеряна, она обратилась к сильнейшему тёмному Колдуну Венгрии — Йожефу Салаши. Девушка отдала все свои сбережения, оставшиеся от продажи родительского дома, а после взяла взаймы у Гарри Поттера, подчистую обчистив его ячейку в Гринготтсе, чтобы заполучить Кровавый Алмаз. Красный драгоценный камень был заколдован и вживлён в миокард её сердца. Он блокировал все эмоции и забирал на себя часть получаемого урона. Артефакт сделал из неё Ледяную Королеву. Он ожесточал её душу с каждым прожитым днём. Лучшим катализатором для усиления работы камня являлась тёмная магия, которой у Гермионы в организме было в избытке. Пока многие сослуживцы всё ещё пользовались Авадой только в самых крайних случаях, Грейнджер не стесняясь раскидывалась всеми непростительными, добивая ужасными заклятиями из разрешённой магии. — Мой Лорд в ярости…— прошептал Флинт, подбородком вжимаясь в её бедра. Она поморщилась, но не отстранилась. Слишком сильно его откровенность привлекла внимание, —После попытки нападения на Министерство через подземные пути, Хозяин обезумел. Думаю, он не рассчитывал, что орден способен подобраться так близко. Теперь каждое здание охраняется лучше, чем когда-либо. Флинт тяжело вздохнул, что-то вспоминая. Гермиона же всё это время перебирала пряди угольных волос. Противно было точно также, просто теперь ей ещё и удалось осознать, что даже пожиратели — всего лишь люди, а не смертоносные машины для убийств. Большинство из них. — Малфой ещё злее, чем обычно. После стычки в катакомбах… Его наказания стали в два раза жёстче, — горько усмехнувшись, Маркус поднял руку, оголяя предплечье. На нём было тёмное пятно, почти сквозное загноившееся отверстие, которое по всей видимости, по определению не могло заживать. Девушке стало поистине дурно. Кожа на переносице собралась, морща нос от запаха, исходящего от мужской руки. — Почему ты не лечишь это? — скрывая отвращение спросила Гермиона, лишний раз стараясь не смотреть на след Малфоевского гнева. Маркус горько усмехнулся и поправил рукав, убирая от её взора своё наказание. — Такое проклятие может снять только тот, кто наложил его, — мужчина поморщился, слабо ей улыбнувшись, — Сомневаюсь, что Малфой станет ко мне благосклонен… Известие о зверствах четы Малфоев не было новостью. Не то, чтобы ей было интересно слушать о междоусобицах в рядах пожирателей. — Слышала… Мэнор сгорел дотла, — она начала издалека, чтобы вытащить больше информации. — Ради этого знания Гранту сейчас ломают ноги? — с укором произнёс Флинт, — Между прочим, Эри… Ты знала, что сегодня день моего приезда. Я сам намеревался обо всём рассказать. Эрика не упоминала об отношениях с офицером армии Воландеморта. Возможно не успела или забыла, но этого для Гермионы было достаточно, чтобы больше не пытаться аккуратно выполнить свою работу. — Мне нужно быть в курсе происходящего. Моя жизнь зависит от хода войны, — с придыханием подытожила «Эрика». — Твоя жизнь зависит от меня. Если ты не забыла. Я избавил тебя от ежедневного глотания спермы и это твоя благодарность? Извиваться под моим лейтенантом? — он жалобно посмотрел на неё, как будто был действительно оскорблен. И на что надеялся человек, берущий под крыло проститутку? Он помолчал с минуту, вглядываясь в очертания силуэта её тени, а потом посмотрел пристально в глаза и с тяжестью сказал: — Ты думаешь кто-то ещё сможет полюбить тебя? — он прищурился, словно пытался заглянуть за оборотные чары и снять маску с человека находящегося под ней, — Дать тебе заботу? Думать о твоём жалком существовании, в конце-концов? Хочешь полностью насладиться судьбой шлюхи? Гермиона уязвлённо изогнула брови и даже шатнулась от такого неожиданного признания. То с какой лёгкостью он швырялся словами в сторону «любимой» минуту назад девушки, поразила её. Было неудивительно, что он мог позволять себе так обращаться с Эрикой, но зачем тогда было лгать пятнадцать минут до этого, заставляя её подельницу поверить в добродушие. Она пыталась понять его мотивы, одновременно с этим продумывая вопросы, которыми можно получить сведения. Но он опередил мыслительный процесс Гермионы резким рывком с кровати. Кулак, вцепившийся в шею пригвоздил тело Грейнджер к стене, продолжая вдавливать его в побелку. — Эри… Просто согласись остаться моей навсегда…— он потянулся к губам, прикрыв глаза. Грейнджер была готова даже переспать с ним, если бы потребовалось, но действие оборотного зелья, сваренного в полевых условиях подумало иначе. Ресницы распахнулись, когда она плечом почувствовала свой спавший кудрявый локон. Это означало, что как только Маркус откроет глаза, то попытается удушить. Мужская рука и так блуждала вдоль её сонной артерии. Оттолкнувшись бёдрами от стены, Гермиона повела Флинта к кровати и толчком заставила лечь. Вытянув кинжал из чехла, она оседлала его и приставила нож к шее, слегка надавив. Глаза мужчины в ужасе раскрылись. Его зрачки сузились, когда он увидел лицо гриффиндорки перед своим. — Привет, Маркус, — она сверкнула ядовитой ухмылкой, едва проведя лезвием вдоль вены на горле. — Поттеровская сука…— прошептал Флинт, поморщившись от остроты серебра. — Если хочешь остаться в живых, то расскажешь мне всё, что знаешь о нападении в министерских подземельях, — в ответ на это он усмехнулся ей в лицо. Грейнджер уже решила, что он готов на всё, чтобы скрыть правду, но Маркус расслабился, переставая напрягать мышцы шеи и уставился в потолок. — В катакомбах обычно дежурит в два раза больше солдат, — сказал он с лёгкостью, — Но по какому-то стечению обстоятельств… В тот день… Половину нашего состава отправили в Ирландию. Маркус сожалеюще улыбнулся и посмотрел на Гермиону. — Но раз ты здесь и спрашиваешь об этом, значит и вас обвели вокруг пальца, — торжественное лицо Флинта было тяжело не заметить. В каком положении бы он не находился — ему поистине приятно было понимать, что орден понёс потери, — Кому-то удалось подставить сразу две армии, удивительно, да? Дальнейший разговор был бесполезен. Она собиралась уйти, наложив на врага ступефай, но как только мужчина понял, что девушка собирается слезть, перехватил запястья и прижал её к изголовью так сильно, что череп, показалось, треснул. — Твоё лицо сейчас напоминает мне гримасу Тонкс, когда бетон размазал её по полу подземелий…— сладко произнёс Маркус, упиваясь властью, — Может, мне стоило бы научить тебя хорошему поведению? Гермиона с вызовом нахмурила брови и плюнула ему в лицо. Тогда Флинт замахнулся и всадил ей пощёчину, не жалея сил. Хлопок эхом отскочил от стен, возвращая девушку в сознание. Он взял второй размах, но девушка опередила его, угодив коленом в пах. Дезориентировав противника, Грейнджер нащупала рукой кинжал и притянув к себе, занесла его так высоко, как смогла, вонзив острие в глотку Маркуса. Он закряхтел и свалился на неё, вжимая в простынь. Грейнджер удалось вылезти, спихнув с себя тяжёлую тушу. Подхватив его мантию, она бросилась бежать из комнаты, пока пожиратель не успел подняться.