Единый ритм

«Главное помните, что занятие любовью — это самое глупое и священное событие в человеческой жизни» ©Патриция Бриггс

***

Прикосновение тела к телу, но каждый из них понимал, что это отнюдь не так. Прозаично, но сейчас, в данный момент их соитие приобретало странно-душевный и возвышенный оттенок. Их первый секс должен был быть наполнен страстью и негой, но вместо этого вокруг них атмосфера полного доверия и излишней нежности. Она необъяснимо появилась—каждый ждал другой—, но была самым желанным, о чем никто из них и подумать не мог. Седрик в смятении, лишь повторяет ласки эльфа так, как умеет, как думает, что было бы верно. Иногда прерывается на то, чтобы громко выдохнуть или тихо простонать, когда чужие губы и язык проходятся по шее, оставляя влажную дорожку, на которой видны небольшие красноватые отметины. Шея оказалась одной из эрогенных зон. Фран тихо ликовал, когда его привычка, в первую очередь ласкать шею партнера, возымела такой большой отклик у оного. Усталые глаза, еле движущиеся и подрагивающие руки у обоих от перенапряжения и усталости. Но до чего же нежны были прикосновения пальцев, пропитанные всей той любовью, на которую способны были они оба. До чего кротки взгляды, но даже той секунды хватало, чтобы они тонули в друг друге. До чего сладки поцелуи, глубокие, короткие и те, которые оставались на теле. До какой же степени способны они были любить в тот момент. До той степени, которая выходила за грань, которая была иррациональна и понятна лишь им двоим. Человек и мироходец, непохожие внешне, но такие одинаковые внутри. Два одиночества, что встретились на краю Вселенной, в богом Времени забытом месте, под давлением сроков и обязанностей. Они любили друг друга до одури, до затуманивавшегося сознания, до отвратительно громкой шуршащей ткани под их телами. Фран шепчет уже какое по счету заклинание за день, но в этот раз чисто потому что хочет. Очищающее заклинание, которое дает им больше времени для наслаждения друг другом, но никак не для подготовки. Фран же и аккуратно снимает чужие очки, откладывая те на тумбу, а после целуя в каждое веко. Седрик видит лишь очертания партнера — настолько все плохо со зрением—, но не смеет возражать. Его принимают, он принимает. Личность, внешность и правила их безмолвной игры. - Где мне тебя коснуться?,- на выдохе, тихо. Седрик не опытный любовник, он лишь постигает мир близости. Такие вопросы не стыдные, они нужные. Нужные для них, для обоюдного удовольствия. По инструкции действовать легче и правильней. -Уши,- отвечают ему. Сан-Фран поворачивает и слегка наклоняет голову, открывая вид на левое заостреннее и удлиненное ухо. Белые волосы попадают в рот, когда ученый нежно, губами и языком, касается зардевшей части тела. Аккомпанемент звонких стонов заставляет лишь сильнее стараться, выводя на ушной раковине незамысловатые узоры. А после поцелуями по скуле доходит и до губ, аккуратно целуя. Голый торс к голому торсу, кожа к коже. Среди них нет ведущего и ведомого, они равны. Оба с готовности отдают и принимают ведущую роль. Разве что Фран тихо шепчет, советует, как лучше погладить, как сильно надавить и сделать более нежным прикосновением. Неопытность партнера дает такое небольшое упущение в их ролях. Они не хотят подмять под себя, они хотят дарить любовь и доставить удовольствие. А их время ограниченно. Ограниченно должностью Франа и временными парадоксами, Эбардо и проблемами в Поэне. Они не могут растрачиваться на ласки столько, сколько хотят. Нижнее белье обоих снято. Стыд у Седрика лишь на краю сознания, нагим не перед кем, не считая детства, он не был. Непривычно. Как и непривычно смотреть на голого эльфа. - Хочешь я тебе отсосу?,- с нахальной улыбкой вопрос, который застает врасплох. - Что?,- максимальное удивление и неловкий кашель. Руки ученого останавливаются на бедрах эльфа, ласкавшие до сих пор, а глаза распахиваются. - Что "что"? Ложись,- улыбка не сходит с чужих уст, а ладонь надавливает на чужую грудь, заставляя упасть спиной на кровать. Скорее от удивления, нежели от силы толчка. - Фран, нет-нет, это немного…,- смущение опалило лицо, колени на автомате сводятся, - давай оставим это на следующий раз? - Давай без давай,- ладони ложатся на чужие колени: Фран пытается развести ноги, но Седрик не дается,- да или нет? -черт, Фран, это правда лишнее,- мужчина продолжает сопротивляться, метаясь по кровати, и лишь глубже закапываясь в собственную неловкость. Собирается с силами и отвечает еле слышно «да». Фран лишь хмыкает на это заявление, но руки убирает на бедра, придерживая. Поцелуи на икрах ощущаются странно, Седрик пытается увести их от чужих шаловливых губ. Но Фран каждый раз следует за ними. Хитро щурит глазки, периодически снова растягивая губы в ехидстве, прекрасно понимая, что он своего добьется, стоит лишь чуточку постараться. Губы перемещаются на крупное бедро, а после доходят и до живота. Седрик лишь сильнее напрягается от такой ласки, а Фран понимает почему: чертовы комплексы насчет собственной фигуры у ученого не дают тому расслабится, когда внимание уделено самым «проблемным» участкам. Попытки расслабить, дать доступ к телу терпят крах. Седрику до чертиков неловко, до чертиков стыдно за свою фигуру. Он не худой, некоторые участки его тела рыхлые, которые не должны получать столько внимания, которое эльф сейчас им и оказывает. - Седрик, дорогой, расслабься. Хотя бы попытайся,- просьба, которая услышана. Просьба, которую пытаются выполнить. Просьба, которую выполнить слишком сложно. Попытки Франа дают свои плоды, когда спустя пару минут дрожащие ноги слегка разводятся в сторону, а лицо утыкает в сгиб локтя. Черт, как же стыдно. А магу не стыдно. Разве только чуть-чуть, когда он устраивается между чужих ног, своими руками еще сильнее их разведя. Парень тянется, чтобы достать лубрикант с тумбочки и не задеть очки. - Черт,- в сопровождение звуку открывающегося колпачка от Седрика. Холодная субстанция касается пальцев правой руки эльфа, который заблаговременно подпилил свой маникюр. И Седрик только сейчас это замечает, застенчиво выглядывая из под собственной руки. Губы накрывают член, нежно посасывая оный. Пока лишь губами, без зубов и языка. Но ученому хватает и этого, чтобы слегка вскинуть бедра и сдавлено простонать. Эльф бы улыбнулся, если бы мог. Но вместо этого он аккуратно прикасается пальцами к чужому анальному отверстию, не входя, лишь поглаживая, слегка надавливая, давай время на осознание и привыкание к мысли. Вторая рука накрывает член, двигаясь в такт движениям головы. Фран добавляет язык именно в тот момент, когда вставляет первый палец в чужое нутро. Аккуратно держит с минуту, а после поступательно начинает брать темп, слегка сгибая. По Седрику легко определить, что тот чувствует: разная громкость стонов и частота дыхания, бросание взглядов в секунду времени, легкие судороги в ногах. Второй палец входит легко - Фран подгадал момент, когда его любовник был максимально расслаблен. Так легче стимулировать, так легче вырвать стоны погромче. Член все также скользит в его рту, магию минета в академии не изучал, но слишком хорошо знал, как сдать предмет на отлично и теперь вовсю этим пользовался. Предстательная железа находится легко, а прикосновение к ней заставляет человека чуть ли не выгнутся, зажимая рот рукой - лишь бы не сильно громко застонать. Каждый толчок, каждое движение отдавалось в комнате хлюпающими звуками и задушенными стонами. Седрик метался бы сильнее, но улетающим сознанием понимал, что лучше дать Франу свободу воли и движений, а не заставлять того ловить любовника по кровати. Черт, как же хорошо. - Понравилось? - Фран прикрывает глаза и лезет за поцелуем, он тут молодец и требует благодарность за собственный труд.