Ты же мне веришь?..

Остальная часть экскурсии прошла спокойно. Пациенты продолжали делать радостные лица, как только замечали вошедшего гостя и самого главу больницы. Они продолжали притворяться, зная, что это за это с ними ничего не случится, пока не придёт время лекарств. —Ну-у, как вам? — сказал Трагер, легонько наклонив голову влево. —А? Отлично! Да... Теперь, я полагаю, я могу походить самостоятельно? —Да-да. Конечно. Но будьте аккуратны, вы знаете какие люди у нас сидят. —Конечно... Знаю. Майлз заходит за угол, делая облегчённый вздох, наконец-то оставшись один. Теперь нужно придумать как помочь этим бедолагам, но в голову ничего не лезет. —Чёрт... Мужчина закусывает губу, продолжив витать в своих же мыслях, не замечая пристальных взглядов пациентов, то проходящих мимо, то некоторое время стоявщих на месте. —Прошу прощения. Мистер Апшер? —Что? Репортёр резко возвращается в реальность, удивлённо посмотрев на немного испуганое лицо доктора. —Ох, это вы, доктор Хоуп? —Да, я... С вами всё хорошо? —Конечно! Я просто задумался. —Мгм... Билли кивает, крепче прижимая к груди стопочку бумаг, будто у него её отберут. —Тогда я пойду, хорошего вам дня. —Подождите! —Да? —А, нет, ничего. Хоуп хочет что-то сказать, но тут же закрывает рот и кивает, начиная медленно уходить, сливаясь с белоснежным коридором. Апшер лишь провожает его взглядом, отказываясь спрашивать то, что крутилось на языке. Всё же он работает здесь, поэтому наверняка за Трагер. Делать ошибку нельзя. Во рту чувствуется свежий вкус крови, но Майлз рано понимает, что слишком сильно прикусил губу, матеря себя где-то в глубине головы. Осторожно оглянувшись, мужчина пошёл в противоположную Билли сторону, рассматривая одинаковые двери кабинетов, отличающиеся только номерками и подписями. —Нет, отпустите меня, мне больно! Этот резкий крик, который вдруг прерывается, немного пугает репортёра, но он не может пройти мимо, поэтому идёт к двери, медленно открывая её до небольшой щёлочки, заглядывая внутрь и видя не самую хорошую картину. Трое пациентов, один из которых уже знаком Майлзу, это Вейлон, но то, чем они занимаются, явно не нравится Парку. Чужие руки блуждают по худенькому телу, но одна крепко закрывает его рот, ясное дело для чего. На мгновение тело Апшера не двигается, он просто не может сделать ни единого движения, с ужасом наблюдая за происходящим. —"Нет, я не могу вот так... Я должен." Майлз громко стучит в дверь, чтобы они точно это услышали. —Тут кто-нибудь есть?? Он специально делает это, они должны испугаться и остать от бедолаги Парка. Пациенты тут же отпускают Вейлона, подталкивая его к двери. —Иди и скажи, чтобы он ушёл. —Только попробуй проговориться. Парк рукавом вытерает накопившиеся слёзы, немного приоткрывая дверь и высовывая голову, удивившись, что это был Апшер. —Доктора ещё нет... —Да?? О боже! Как жаль... — Майлз подмигивает Вейлону, заставив его вздрогнуть, не сразу поняв намёка. —Могу ли я зайти в кабинет и подождать там? Вроде это разрешено для меня. —Да... Конечно... Пациенты тут же заходят за зановески, проклиная, что репортёр пришёл именно в это время, в это неподходящее время. —Спасибо! Майлз заходит в кабинет, быстро оглядывая его, прежде чем вновь перевести взгляд на Вейлона. —Ты тоже к доктору? —Нет... Я уже ухожу. —Ага! Апшер кивает, делая лёгкий жест рукой, теперь Парк понимает для чего, улыбаясь и выходя из кабинета. Теперь его мучения окончены. По крайней мере сейчас. Мужчина снова оглядывает кабинет и спустя пару минут выходит, будто смотря не идёт ли доктор, но на самом деле он сваливает, оставляя стоящих за зановесками пациентов, думающих, что он ещё вернётся. Умеет он иногда запутать. —"Я думал они не поверят... Что ж, а я хорош." — хвалит сам себя Майлз. Всё же, он заслужил похвалы.

...

Вейлон останавливается посреди коридора, сто раз благодаря Майлза в своих мыслях, он действительно очень ему помог. —"Слава богу, что он оказался рядом... Может быть, у нас есть шанс на спасение?" — мелькает в свежей голове Парка. Надежда есть, но вот только сбудется ли она? До конца не было понятно.