в солнечной Карелии все прогнозы верные

      Мягко говоря, погода была сегодня не из лучших. Карелия — прекрасное место, чтобы насладиться природным пейзажем, ощутить всю красоту этого мира и просто испробовать на вкус этот чистый свежий воздух, который приятно обволакивал лёгкие. — Мы поедем на водопад.       Локация Антона вызвала у парней кучу эмоций. Скорее то, что они будут делать. Недовольно пробурчали, засопели в нос и продолжали возмущаться, пуская тихое «ууу», потому что перед тем, как отправиться на сам водопад, их Шастун предупредил о том, что это будет поход. Вот отсюда и следовало, столько бурных реакций и эмоций. — Мы следующее какое-то количество часов… — Часов? — в один голос удивленно произнесли трое импровизаторов, на что Антон весело улыбнулся. — … с вами вместе! мы не просто пойдём к водопаду! знаете, что будем делать? мы отправимся в самый настоящий… — нотки интриги в голосе так игрались, щекоча нервишки своих коллег-друзей, что Антону это до жути нравилось — и… — в следующую секунду Антон убегает из поля зрения мужчин, а затем спустя пару минут выбегает с огромными рюкзаками и радостным криком: — мы отправимся в поход! — Как круто… — вылетает из уст Арсения. И он даже не знает, как оценивать эту сумасшедшую идею своего парня: хорошо? плохо? Продолжает стоять с метлой в руках, стаканчиком кофе и отмахиваться от надоедливых насекомых. — Да ты сам их понесешь! — тянет Серёжа, который машет рукой, так же, как и Арсений отмахиваясь от комаров, жужжащих над ухом. — Козёл. — с любовью говорит Арсений, продолжая рассматривать Антона, который стоял светился от счастья с рюкзаками, содержимое которых было весьма тяжелым. — Всё это тащить? — Дима стоит и смотрит, до этого лишь молча улыбаясь. — Чур, я гитару несу. — Арсений протягивает руку, но Шастун спешит её передать Позову, который единственный в компании имел музыкальное образование. — Ааа! И гитара, и рюкзак. — Попов смеётся, не завидуя Димке, на плечи которого свалился такой груз ответственности. — Так, когда вы последний раз были в походе? — интересуется Шастун, накинув на плечи рюкзак. — Ну я, мягко говоря, никогда. — отвечает Позов, после чего Антон его переспрашивает: «Никогда?»       Но вскоре после этих разговоров, они отправляются дальше. Антон их ведет к месту, а все трое дружно идут за ним. Арсений же следует последний и бросает тихое «ой, бля», которое отчетливо слышно на камере, пока те увлеченны беседой.       Ситуация складывалась забавно. Сейчас они шли друг за другом таким образом, как их объявляли в «импровизации». Именно, по такому порядку. Тащатся по заросшей траве, которая путалась под ногами, сквозь густые и пышные кусты растений. Размахивают руками, отгоняя надоедливую мошкару, которая стремительно хотела пролезть в рот. Лезут по огромным камням, поднимаются по маленьким ступенькам, вверх по лестнице, проникая в самую глубь леса, наполненного красивыми певучими звуками птиц, что заполняли зеленеющую чащу.       Они идут по ровной тропе, как вдруг Шаст их останавливает, потому что тому в голову пришла новая и неразумная идея. Любой способ найти приключения на свой зад — вот главная задача сейчас для Антона. А заодно, и неплохой такой контент для чдки. Зрителям точно понравится. — А почему, ну, если мы настоящие туристы… — начинает Антон, как кто-то его перебивает. — Да мы ненастоящие туристы. — начинает Арсений, что шёл рядышком с Антоном, как все остальные дружно подхватывают. И Дима, и Серёжа. — Да мы ненастоящие туристы. — Мы идём по тропе… Стойте. Стойте. — ребята нехотя останавливаются, а Дима комментирует: — Ты что вообще невменяемый? — вот, настоящая воронежская дружба. — Мы должны ходить по лесу! — таинственным и загадочным голосом шепчет Антон, схватившись за лямки рюкзака, смотрит на Арсения, ища в голубых глазах поддержку на все затеи. — Я искусственный турист! — выдаёт Серёжа, не поддаваясь задумкам Шаста, который сбрендил с катушек, по всей видимости. Он не слушается того и идёт только вперёд, когда Антон в свою очередь заворачивает в сторону леса.       Казалось бы, нормально же шли по тропинке, и с чего вдруг Антон решил, что это будет классно? Но тот лишь улыбался во все тридцать два, а в крови бурлил эндорфин, дофамин и серотонин. Арсений уставился на него. Вроде бы и согласный идти за Антоном, но всё же поддавался влиянию Димы и Серёжи, которые в их компании были чуть более адекватными. — Шаст, скажи, это продуманно или твоя импровизация? — спрашивает Арсений, но всё-таки поддается Антону, как и Дима, который идёт за ними позади. А Серёжа так и противится подобного решения, за которым следуют все. — Пошли-пошли. — вновь эта очаровательная улыбка и фигура, спускающаяся вниз. — Урод, блин. — вновь ласково произносит Арсений.       Серёжа так и стоит, наблюдая, как уходят ребята. Съемочная группа дальше не идёт, ожидая, когда Матвиенко последует примеру своей команды. Антон, Арсений и Дима продолжают продвигаться дальше. — Антон, вот ты прям точно уверен? Может, развернемся, пока не поздно? — предлагает Арсений, когда они уходят чуть дальше от всех, пока остальные уговаривают Серёжу пойти за ними.       Антон останавливается, прижимает Арсения к мокрому от дождя дереву спиной чистой джинсовой куртки. Смотрит на него нежно и влюбленно, припадая затем к шершавым губам, утягивая в мягкий и ленивый поцелуй. — Арс, поверь мне, тебе понравится. Обещаю. — шепчет он, опаливая своим горячим дыханием губы Попова. — Поверю на слово. — и хмыкает.       Сдавшись, Матвиенко всё-таки плетется за ними, хмуря недовольно брови и тяжело вздохнув. — Да там проход запрещен. — читает табличку Дима, но видимо, это никого не волновало. Особенно, одну безумную парочку. — А я люблю опасности. — говорит Арсений, следуя именно туда, куда нельзя. — Пойдёмте. — Шастун поддерживает Арсения, именно поэтому идёт позади Попова. Подкинул Арсению мотивацию в виде поцелуя, отчего теперь тот вместе с ним заодно. У Димы и Серёжи не остается вариантов.       За интересными рассказами фактов о разных и прикольных местах, они доходят до водопада Кивач, который разливался стремительно быстро, завораживая своей природной естественной красотой. Даже такая погода — не могла испортить такие прекрасные виды очаровательной Карелии. Общее фото, которое запечатлела камера операторов. Теперь оно будет хранится где-то на просторах Интернета, напоминая о этой дружной и веселой четверки. Эти ребята выглядели настоящей семьей. И это было именно так. Больше пять лет они вместе. Вот вроде бы, чужие нам люди, но такие родные. Очень. — Я предлагаю, пока дождь слабенький. На привал остаться здесь.— озаряет улыбкой всё это место, заменяя самое настоящее солнце. Шастун такой Шастун.       Но разве они могут сопротивляться, отказываться и ссориться с таким Антоном, что горел от всего того, что сейчас предлагал и делал? Конечно нет! Настоящий безумец, который втянул всех в свою авантюру. Тот предлагает поставить палатки на скорость и добавляет: — У нас в рюкзаках всё есть, мы будем разбивать палаточки. Каждый свою, на скорость, потому что мы в одной палатке не будем жить — мы не педики.       Где-то неподалеку Арсений лишь едва заметно усмехнулся, мол «ну-ну, кому ты пиздишь», что только не сделает, ради прикрытия своей репутации, какой только вброс не сделает, который вызовет у Арсения смешок. Наивный. Но пусть на камерах будет так.       И сегодняшний съёмочный день был удачно закончен. Они хорошо посидели огромной компанией возле костра, плотно перекусили и выпили горячих напитков, чтобы согреться. Под звук струн гитары исполнили пару песен, прижавшись друг к другу, как самые настоящие близкие люди. Команда решила на ночь остаться здесь, ведь каждый прихватил с собой палатки, но кому-то придется даже вместе переночевать и провести эту ночь. Все разбрелись, кто куда, когда на улице наступила темная пасмурная ночь. Многие устали, поэтому приняли решение без задних ног отправиться спать и набираться сил.       Как-то незаметно Арсений и Антон остались одни возле слабо горящего красным пламенем костра, который медленно потухал. — Арс, ты идёшь? — Что? Куда? Опять в поход? — шутливо бросает он, посмеиваясь себе под нос, чуть дрожа от холода. — Дурак. В палатку, спать. — Да, сейчас пойду. — встаёт с места и направляется к себе.       Антона не устраивает маршрут Попова, поэтому пока тот наклонившись пытался забраться в свою палатку, Антон схватил его за талию и потянул обратно. — Тох, что творишь, а… — Арс, ты реально дурак. Куда ты пошёл? Я имел в виду, ко мне в палатку… — Ну так и говори! Мы ж не педики. Бу-бу-бу. — передразнивает Антона Попов и пихает его локтем в бок. — Правильно. Потому что мы два любящих друг друга человека. — мурлычет Шастун, хватая Арсения за руку, утягивая к себе в палатку.       Они вместе оказываются внутри, Антон укрывает их теплым пледом, прижимается ближе к Арсению, а затем покрывает его шею опаляющими горячими поцелуями. Тот расплывается в ласках, тихо стонет и глубоко дышит. — Арс, а знаешь, как мы ещё можем согреться? — Ну-ка, Антон Андреевич, просветите меня, очень интересно. И как же? — Открой крайний карман рюкзака.       Арсений вопросительно смотрит на Антона, а затем тянется к маленькому замочку кармашка, медленно расстегивая его и раскрывая. Он достает оттуда баночку смазки и маленький пакетик презервативов. Поворачивается лицом к Антону и удивленно уставляется на него, смотря на довольное и улыбающиеся до ушей лицо. — Ты решил нам устроить секс-марафон, пока мы путешествуем и снимаем контент по работе? — Ну а что, отпуск у нас ещё не скоро, а тебя так-то хочется. У нас времени на личное вообще нет. — отвечает Антон, который уже стягивает с себя штаны с боксерами, а затем вновь ложится на спину. — Хочешь, чтобы я тебя оседлал? — и усмехается. — Только недавно на лошадях катались, Шаст. — и тихо хихикает себе под нос. — Арс, хорош трещать, иначе, я тебя сейчас сам трахну, но в другой позе. — Всё-всё, молчу. — изображает, что закрывает рот на замок и покорно улыбается.       Арсений раздевается, но не полностью, оставляя на себе только длинную футболку. Лёгкий холодок проходится мигом по оголенной коже, но Попов сразу же перемещается на чужие бёдра, удобно усаживаясь на них. Сам же раскатывает по члену Антона латекс, после чего выдавливает обильное количество смазки и растирает рукой по возбужденному органу, который становился крепче от каждого нового прикосновения руки Арсения. — Наклонись. Безумно хочу тебя поцеловать. — хрипло тянет Шастун, а Попов податливо приближается ближе к лицу, сливаясь в жарком поцелуе с парнем, который кусал его губы, готовый оставить лёгкие ранки. — Мне как? Лицом к тебе или спиной? — интересуется Арсений, поглаживая тяжело вздымающуюся грудь Антона кончиками своих пальцев. — Спиной.       Арсений тихо ухмыляется, а затем повернувшись к Шасту спиной, сразу чувствует на своей талии чужие холодные руки, отчего приходиться прикусить нижнюю губу. Слишком много ощущений на одного Арсения, которые проходились строем мурашек по всему телу. Он немного приподнимается, обхватывает рукой член и приставляет розовую головку ко входу, медленно насаживаясь. Закатывает глаза, чувствуя, как колечко мышц растягивается, а член плавно погружается и заполняет, растягивает стенки ануса. Антон смотрит на эту картину завороженно, кладёт руки на бёдра Арсения и надавливая на них, чтобы тот полностью сел. — Блять, Арс, мгм… — шепчет сипло Антон, когда узкие стенки сжимают внутри член, который отдавался приятными ощущениями внизу живота. Это было до дурной боли осознавать, как Арсений принимает глубоко в себя член по самое основание.       Тот начинает раскачиваться на нём, двигать резво бёдрами, а затем наращивать темп и прыгать, изящно выгибая спину, откидывая голову назад. Каждый раз, попадая по простате, Арсений сладко стонал, облизывал губы и тяжело дышал, продолжая довольствоваться процессом. Одна рука Антона переместилась на сочащийся естественной смазкой член Арсения, который требовал к себе внимания и ласки. Именно поэтому, пока Арсений быстро двигался, Антон дрочил ему. Другой рукой сжимал крепко ягодицу, сминая в своей руке, оставляя полу-заметные следы от пальцев.       Нежная и в то же время сильная рука Антона доводит Арсения до разрядки, потому что тот зажмурив глаза до лёгких вспышек изливается в чужую руку, протяжно простонав. Антон из-за этого начал резче в ускоренном темпе толкаться глубже, потому что оставалось совсем немного до оргазма, который накрыл его спустя пару толчков.       Жаркие, согретые телами друг друга, уставшие, но счастливые, они тихо и слабо смеются. Арсений спешит слезть с Антона и улечься рядом, аккуратно расположив свою голову на чужом плече. А Антон снимает уже использованный презерватив и убирает его в маленький, предназначенный для мусора пакет. Салфеткой убирает остатки семени, а затем натягивает обратно штаны. — Ты что, решил в такой холод остаться с голой жопой и футболкой, Арс? Замёрзнешь ведь под утро… не хватало, чтобы ты ещё заболел. — и заботливо укрывает Арсения теплым пледом, обнимая его крепче.