в борьбе с разрухой из бездны

бездна пахнет холодом. бездна бесконечно глубокого белого цвета, выжигающего глаза. бездна оставляет кровоточащие порезы на сердце, разрывает душу на куски. бездна опасна и отвратительна, но только в ней можно найти ответы на все вопросы. и хэдди ищет. боль — небольшая плата за драгоценную правду, нужно просто закрыть глаза. погрузись в бездну, прими её, послушай её. ужас, который она скрывает, лучше, чем безнадёжное чувство потерянности. всё, что угодно, лучше, чем молчание и незнание. всё, что угодно, лучше, чем бездна, через которую хэдди проходит снова и снова. это тяжёлый занавес, который она приподнимает, и за ним прячутся страдания. и она продолжает впитывать их, как губка, несмотря на то, что уже наполнена до краёв. брат много раз спрашивал хэдди, сколько она ещё выдержит, не признавая, что ответ давно известен всем. столько, сколько потребуется. даже сейчас, когда хэдди оказалась в самом сердце бездны, она делает вид, что ей совсем не страшно. «спасибо, клоди, я в порядке.» «давай, мы сможем! я прикрою тебя!» «плачь, если тебе хочется. это пройдёт.» «я рядом, ёити.» когда они выглядят несчастными, она протягивает к ним руки, и их боль ослепляет её белоснежной бездной и обжигает холодом. хэдди сжимает зубы, чтобы не кричать, и позволяет им отдыхать в её объятиях. она борец. она будет справляться с этим снова и снова. столько, сколько потребуется.

***

в этот раз, падая, хэдди хотя бы успевает закричать. когда нож вгрызается в её предплечье, и она с силой отталкивает хрупкую на вид девушку. но сопротивление — просто иллюзия. хэдди вот-вот умрёт, и ничто это не изменит. боль пронзает лодыжку, и она снова валится на землю, вскидывает руки в тщетной попытке защититься. девушка падает на неё, замахиваясь, и лезвие легко погружается в живот хэдди, её внутренности вываливаются на асфальт, тело корчится в предсмертной агонии, она слышит чей-то крик, возможно, свой собственный, и видит только белое пятно маски, на которое наползает бездна, бездна движется к ней, вокруг неё, внутри неё… хэдди открывает глаза и рот, и густой чёрный туман вырывается из неё, заглушая вопль. её трясёт, она корчится на холодной земле, едва дыша от накатывающих волн остаточной боли. умереть на крюке в тысячу, нет, в миллион раз лучше, — хотя после этого ты чувствуешь себя пустым, но по крайней мере не застреваешь в ощущении смерти. хэдди ещё дрожит, когда находит в себе силы подняться на ноги. места, куда ударил нож, жжёт, как огнём, из-за этого на правую ногу невозможно нормально опереться. хэдди торопливо обхватывает себя руками в районе живота, потому что при каждом вздохе ей кажется, что её кишки сейчас вновь вывалятся наружу. она закрывает глаза и медленно дышит. это пройдёт. сейчас её отпустит. это пройдёт. — эй. она вздрагивает и резко оборачивается. джейк стоит, прислонившись плечом к толстому стволу ели, как и всегда, хмурый и задумчивый. непонятный. хэдди нервно облизывает губы и пытается улыбнуться. — привет. случилось что-нибудь интересное, пока меня не было? он только молча качает головой. его внимательный взгляд скользит по её лицу и вниз, к тому месту, где хэдди обнимает себя, и он ещё сильнее сдвигает брови. конечно, джейк ведь не идиот, он сразу всё понял. но она торопливо опускает руки и пытается встать прямо, будто с ней всё в порядке. просто ещё одна смерть. ничего такого. — легион? — я в порядке, — наверное, хэдди говорит это слишком быстро, потому что джейк поджимает губы и подходит к ней. теперь, когда он стоит в метре от неё, ей кажется, что в его глазах помимо раздражения из-за услышаной лжи, отражается беспокойство. — я правда в порядке, — повторяет хэдди и разводит руками. — видишь, мне уже лучше. — это не так. джейк настойчиво смотрит прямо на неё, и внезапно это ощущается… смущающе. не то, чтобы в списке его привычек было «допрашивать людей насчёт их эмоционального состояния». наоборот, первым пунктом значилось «держаться как можно дальше от людей». — я… — это не так. он странно дёргает уголками рта: то ли злится, то ли огорчается, и хэдди чувствует себя виноватой. и она поясняет, глядя куда-то за его правое плечо. — если я буду говорить, что я в порядке, спустя время я обязательно буду в порядке, понимаешь? джейк только пожимает плечами. — не. — тогда просто поверь мне на слово. он качает головой, но его лицо выглядит скорее озадаченным, чем раздражённым, и хэдди делает маленький шажок ему навстречу. теперь они стоят совсем близко, и она замечает светлый, почти исчезнувший шрам, рассекающий его лицо надвое. чёрт, как она могла забыть об этом? о том, как джейк совсем недавно вернулся с своего испытания прижимающим руки к груди и старательно прячущим лицо и сразу же быстрым шагом двинулся в лес — своё единственное укрытие. «у охотницы было исключительно херовое настроение,» — сказал тогда квентин, и это всё объяснило. и потом хэдди долго шаталась туда-сюда по лесу в тщетных попытках найти его и сказать… что-нибудь. хоть что-то, что могло бы избавить его от боли. — как ты себя чувствуешь? — спрашивает она, машинально протягивает руку и убирает пряди с его лба. и, вздрогнув, отшатывается, когда понимает, что сделала. но джейк смотрит на неё так же спокойно и вовсе не выглядит встревоженным таким резким вторжением в личное пространство. или успешно делает вид, что он не встревожен. — лучше, — да, точно, делает вид, потому что его голос звучит немного выше, чем обычно. — это было быстро. это никогда не бывает быстро. но хэдди не приходит в голову упрекнуть его в ответной лжи. она только улыбается и пожимает плечами. — это пройдёт. — это пройдёт, — подтверждает джейк и слегка улыбается в ответ. но его голос тёплый, а глаза такие спокойно-тёмные, и от него пахнет мокрой землёй, и это так не похоже на ощущение бездны, пытающей пробраться в сознание и завладеть им, что хэдди чувствует, как её накрывает волной спокойствия. она улыбается шире и на автомате растирает ноющее предплечье, гася тупую боль в зажившей ране. это просто ещё одна смерть, ничего такого ужасного. всё это пройдёт, обязательно пройдёт. она будет в порядке. они будут в порядке. и ещё они просто стоят и смотрят друг на друга, как два идиота. — знаешь, мы могли бы поиграть во что-нибудь весёлое сегодня, — неожиданно даже для себя говорит хэдди. — в элиас, например, или в саймона. и ты мог бы присоединиться… если, конечно, хочешь. джейк снова хмурится и резко отводит взгляд в сторону. — я не очень-то хорош в этом, — признаётся он, поджав губы. — это неважно, — торопливо поясняет она. — мы ведь просто отдыхаем… от всего. адам очень забавно выглядит, когда злится из-за проигрыша, ты просто обязан это увидеть! джейк ещё сильнее сдвигает брови и явно о чём-то напряжённо размышляет. хэдди терпеливо ждёт его решения. она не расчитывает, что он согласится, в конце концов, там будут люди и с ними придётся разговаривать. и она удивлена, правда, приятно удивлена, когда джейк в итоге сообщает: — я приду. — хорошо. хэдди старается улыбнуться как можно более непринуждённо и успокаивающе, но он почему-то только сильнее напрягается и, всё так же пряча взгляд, добавляет: — но тогда, может, после игр… или не после них. может, когда-нибудь ещё… ну, у неё есть предчувствие, и оно заставляет её сердце забиться вдвое быстрее. ведь всё, что здесь только что произошло, весь их разговор, все их жесты и взгляды, — всё это очень странно. но приятно странно. — в общем, когда-нибудь… мы могли бы сходить в лес вместе, — мучительно медленно и чётко произносит джейк, и его лицо становится удивлённым, будто он сам не верит, что сейчас действительно произнёс эти слова. — потому что… я давно хотел показать тебе… — он наклоняет голову на бок и усиленно смотрит вдаль, вспоминая. — что-то? — о. это правда странно. всё это. от начала до конца. — что-то, — понимающе кивает хэдди, хотя она ничего не понимает. — звучит… весело. значит, мы договорились? джейк издаёт неопределённый звук и наконец разворачивается к ней спиной. его плечи расслабленно опускаются. он определённо рад тому, что теперь у него есть повод прятать лицо, а не только взгляд. — я подойду к тебе после игр, — обещает хэдди его затылку. джейк издаёт ещё один неопределённый звук и, спрятав руки в карманы, торопливо уходит в лес. она не обижается. после такого неловкого разговора любому захочется провести немного времени в одиночестве. поэтому хэдди идёт к костру и ловит себя на том, что продолжает спокойно улыбаться. бездна скользит за ней по пятам, ядовито шипит и в бешенстве извивается, но сейчас, и, вероятно, во время будущих игр у костра, и, абсолютно точно, ещё немного после них, хэдди свободна от боли, и бездна абсолютно ничего не может с этим сделать.