Время

***

      Последний разговор с Фарагондой очень смутил беловолосого, поэтому эльф постарался поскорее скрыться от хитрых глаз наставницы, убежав в невозможный город по какой-то глупой причине. Маг относительно недавно принял свои чувства к контрабандисту самостоятельно, поэтому не готов был разговаривать с кем-то о них до тех пор, пока не расскажет всё объекту своей симпатии. А когда это произойдёт — Сан-Фран и сам не знал, ведь он нёс на себе не только тяжелую ношу испытываемых чувств, но и воспоминания о прошлом, хотя сейчас уже корректнее сказать будущем, о котором никто, кроме эльфа, Гонды и ангела смерти не знал.       Погрузившись в свои размышления, маг совсем не смотрел по сторонам и врезался в мироходца, который специально перекрыл ему путь вперед.       — Прошу прощения… — начал оправдываться эльф, опустив глаза в пол. Не успел Фран отойти назад, как его схватили крепкие руки и загребли в не менее сильные объятия. Магу на мгновение стало трудно дышать и он начал задыхаться от того, что доступ к кислороду был перекрыт человеком, который так внезапно решил обнять его прямо посреди Поэны.       Наконец сделав долгожданный вдох, беловолосый почувствовал родной и такой манящий запах, эльф понял, кому принадлежат эти сильные руки и обнял контрабандиста в ответ, прижимаясь к теплому телу сильнее прежнего.       — Фран… — совсем тихо и неразборчиво проговорил Лололошка, эльфийские уши уловили знакомый голос и стали прислушиваться к нему, — Я так за тебя переживал! — начал возмущаться темноволосый, всё также не выпуская мага из своих объятий, — После нашей последней встречи на пристани, когда тебе стало плохо, ты пропал на два дня! — маг уловил в голосе контрабандиста некое переживание, но мотив этого распознать не смог, — Эо просто рвёт и мечет! Говорит, что ты обещал помочь ему с чем-то и резко пропал… Но, если честно, переживал я вовсе не из-за того, что гарант злится… — голос перешел на шепот, Ло выпустил Франа из удушающих объятий и посмотрел на эльфа самым невинным из всех взглядов, которые маг только видел за всю свою длинную жизнь. Контрабандист убрал длинную непослушную прядь волос с лица ныряльщика и наклонился ближе, чтобы никто не услышал их разговор, — Я переживал именно за твоё состояние и… тебя. — смущенно улыбнулся темноволосый, показывая всю правдивость своих слов.       Сан-Фран очень удивился такому искреннему разговору между ними и можно даже сказать признанию в том, что эльф дорог новичку и тот вправду переживает за него. Подумав об этом всего секунду, ныряльщик решил, что сейчас просто идеальный момент, чтобы поговорить с Лололошкой и рассказать ему часть правды. Маг крепко взял контрабандиста за руку и повёл за собой.       — Куда мы идём? — спустя пятнадцать минут хождения в тишине решился подать голос темноволосый.       — Хочу показать тебе своё любимое место, в которое я прихожу, чтобы подумать или когда мне грустно… О нём никто, кроме меня не знает. — ответил на вопрос ныряльщик.       — И ты правда хочешь показать его именно мне? — смутился Лололошка.       — Да. — сухо ответил беловолосый, — Мы пришли.       Осмотревшись по сторонам, контрабандист увидел необычайной красоты местность: небольшой холмик, на площади которого раскинулись разнообразные деревья и растения, от которых исходил дивный цветочный аромат, перебивавший все возможные запахи, если подняться повыше, то открывался чудесный вид на всё Междумирье, и присмотревшись получше, можно было увидеть, как какая-то группа контрабандистов сейчас сражалась с толпой наблюдателей, явно превосходя их в умелом бою, но всё это затмевала гигантская башня, которая с данного ракурса выглядела ещё страшнее и могущественнее, чем обычно.       Ло сглотнул и посмотрел на Франа, который сидел у самого склона и выжидающе смотрел на темноволосого, прихлопывая по месту рядом с собой, приглашая младшего присесть. Контрабандист намёк понял и сел рядом с эльфом, ожидая продолжения разговора.       — Здесь очень красиво, правда? — подал голос маг.       — Да… — завораживающе проговорил темноволосый, с восторгом смотря на ночное небо, — Почему ты решил показать это место именно мне? — с интересом спросил контрабандист.       — Потому что я доверяю тебе, новичок. — спокойно ответил ныряльщик и посмотрел на младшего с самой тёплой улыбкой, на которую он только способен.       — Я тоже тебе доверяю, Фран. — сказав это, Лололошка улыбнулся, — Рядом с тобой я чувствую себя так, как ни с кем другим… Не уверен, что понимаю, как объяснить тебе это… — смущённо проговорил контрабандист. Опустив голову вниз, темноволосый принялся рассматривать свои руки, лишь бы не пересекаться взглядом с магом.       Сан-Фран пододвинулся к Ло почти вплотную и поднял его за подбородок, снимая очки с чужих глаз, заставляя установить зрительный контакт. На мгновение утонув в прекрасных глазах младшего, похожих на бездну, в которую попав однажды, уже не выберешься, эльф прочитал в них всё, что так хотел услышать и получил разрешение на все свои мысли, но этого ему было мало, потому что маг хотел услышать, а не увидеть подтверждение, поэтому перевёл взгляд на пухлые, слегка розоватые губы контрабандиста и прошептал:       — Можно?.. — лёгкий румянец вспыхнул на белоснежном лице ныряльщика.       — Да… — выдохнул Лололошка, слегка кивнув.       Получив долгожданное разрешение, беловолосый аккуратно прикоснулся к столь желанным губам, словно боясь спугнуть младшего своими действиями. Слегка смяв их, маг положил одну руку на лицо контрабандиста, а другую запустил в кудри, перебирая их, на что Ло довольно промычал и притянул мага ближе к себе, приобнимая его одной рукой за талию, а другой играясь с волосами. Контрабандист постарался ответить на поцелуй так же умело, как это делал эльф, у которого, вероятно, было много опыта за плечами, но выходило у него это далеко не так идеально, как хотелось бы, ведь это был его первый на собственной памяти поцелуй.       Почувствовав ответ на свои чувства, Франу снесло крышу от вырабатывающегося эндорфина в крови и он, воспользовавшись моментом, когда Ло приоткрыл рот, углубил поцелуй, проникая внутрь разгоряченным языком, сливаясь в страстном, наполненном чувствами, танцем с чужим. Магу нравилось брать всю инициативу на себя, поэтому, переборов дикое желание зацеловать губы Лололошки до смерти, он переместился изначально на уголок губ, выстраивая мокрую дорожку из поцелуев до подбородка, а после опустился и, убрав совершенно ненужную и в данный момент очень мешающую клетчатую бандану, прильнул к нежной коже на шее, на которой от любого воздействия оставались яркие, заметные отметины. Эльф слегка прикусил чувствительную кожу и, услышав довольное одобрение своих действий, зализал место укуса, повторяя действия по-новой.       Контрабандист на все взаимодействия со своей чувствительной зоной вздыхал, сильнее прижимая мага к себе, прося большего продолжения. Фран в очередной раз прильнул к уже успевшей полюбиться шее и оставил не одну багровую отметину, которая доказывает, что Ло принадлежит только ему и никому больше. Подняв взгляд на младшего, маг увидел легко читаемое возбуждение в его глазах и страстно прильнул к губам, заманивая в ловушку, из которой Лололошка выбираться не хотел и отвечал на все манипуляции. В этот раз темноволосый сумел переманить инициативу на себя, поэтому первый проник в чужой рот, проводя языком по верхнему ряду зубов, не давая другому перебить свои действия. На секунду отпрянув и облизав губы, он снова взял Сан-Франа обеими руками за лицо и потянул на себя, опускаясь на спину. Эльф оперся обеими руками об землю и разорвал поцелуй, посмотрев на разгоряченного и такого невинного в данный момент контрабандиста, который старался отдышаться, пока была такая возможность.       — Фран… — нежно проговорил Ло, приподнимаясь на локтях, чтобы быть на одном уровне с лицом мага, — Ты мне очень нравишься.       — Я это понял по тому, как страстно ты целовал меня, новичок. — усмехнулся эльф и нежно прикоснулся к губам парня, чьи глаза сейчас не были скрыты за стёклами голубых очков, оставляя лёгкий поцелуй, через который Сан-Фран постарался выразить все свои чувства и эмоции, накопившиеся за очень продолжительное время, — Ты мне тоже очень нравишься, Ло. Даже не так… Я люблю тебя. Люблю так, что готов весь мир положить к твоим ногам, если ты меня об этом попросишь. — честно признался в своих чувствах ныряльщик.       — Я… Я тоже люблю тебя, Фран… — проговорил Лололошка, — Мне немного сложно сейчас осознать это, но я уверен в своих чувствах точно. — сказав это, он снова прильнул к чужим губам.       Неизвестно, сколько времени прошло, пока два мироходца наконец смогли оторваться друг от друга. Губы стали красными и горели от поцелуев, волосы растрепались и смотрели в разные стороны, лица были красными, словно ребята пробежали не одну сотню километров, а вокруг стало слишком жарко, чтобы нормально отдышаться после сильной физической нагрузки.       Фран смотрел на уже своего любимого Лололошку и глупо улыбался, видя в ответ такую же счастливую улыбку. Положив голову на плечо темноволосого, маг заговорил:       — Видишь перед собой башню? — казалось бы, такой очевидный вопрос, на который эльф уже знает ответ.       — Да, вижу. Насколько я знаю, это и есть Видомния. — ответил контрабандист, поглаживая ныряльщика по голове.       — Да. Я хотел рассказать тебе небольшую историю, связанную с этой башней. — начал беловолосый, — Обещай, что не отвергнешь меня после рассказа. — грустно вздохнул эльф.       Лололошка повернулся к магу и взял его обеими руками за лицо, при этом посмотрев на него своим самым нежным взглядом.       — Я никогда не отвернусь от тебя, Фран. Никогда, слышишь? — сказав это, он закрепил своё обещание, поцеловав ныряльщика в лоб.       — Хорошо. — слабо улыбнулся беловолосый, — Дело в том, что я… когда-то участвовал в создании Видомнии. Был… скажем так, одним из её основателей. — маг вздохнул, — Но это давно в прошлом, сейчас я ни в коем случае не одобряю того, что происходит там! — сразу же начал оправдываться эльф.       — Эй, тише, тише! — темноволосый обнял вздрагивающего Франа, — Все, что было раньше — остаётся в прошлом, к настоящему оно никак не имеет отношения! — подбодрил мага контрабандист, — Самое главное, что сейчас ты другой и хочешь разрушить эти ужасные пытки! — улыбнулся темноволосый.       — А теперь возвращаясь к настоящему… — Сан-Фран вздохнул, — Всё Междумирье находится в серьезной опасности, и не только наш мир, но и другие тоже. — продолжил эльф, — Сейчас постараюсь объяснить, что я имею в виду… Начнём с того, что наш гарант — даск. — глаза контрабандиста округлились от искреннего удивления, — Но это ещё не самое шокирующее, что я должен тебе рассказать… Сына никакого у него нет и подавно не было.       — Подожди, подожди, а откуда у тебя вообще такая информация? — Ло перебил ныряльщика, — Я хочу тебе верить, правда, но то, что ты говоришь — выглядит как совсем из ряда вон выходящее. — сомнительным тоном пояснил контрабандист.       — Новичок… разрешишь мне применить одно заклинание на тебе? — поинтересовался беловолосый, — Оно сможет передать тебе часть моих воспоминаний и чувств, тогда ты и поймёшь всё. Но… чувства там не из приятных, если честно… — грустно проговорил маг, вспоминая всю боль, которую ему пришлось пережить ради момента, в котором он сейчас находится, — Ты уверен, что сможешь всё выдержать?       — Да, милый, я готов разделить с тобой твои воспоминания и чувства, какими бы они ни были. — от такого обращения Лололошка слегка смутился и покраснел, как и тот, кого так назвали.       — Хорошо. — Сан-Фран приблизился к контрабандисту и поцеловал его, параллельно активируя заклинание, направляя его в свой поцелуй, чтобы передать все знания и, как побочный эффект, чувства.       Отстранившись от младшего, эльф посмотрел в его сторону и увидел застывший ужас и слёзы на лице у беззащитного и явно помятого тяжелыми воспоминаниями Ло.       — Ты… ты пережил столько боли, мне так жаль, Фран… — темноволосый подсел ближе к магу и обнял его, поглаживая по волосам, проговаривая успокаивающие слова скорее не для него, а для себя.       Осознав, что Лололошка теперь знает всю правду, эльфу стало гораздо легче дышать и он позволил себе побыть немного слабым и почувствовать чужую поддержку, в которой так отчаянно нуждался последнее время.       Маг упал в чужие объятия и слёзы моментом потекли из его глаз, не желая останавливаться. Контрабандист лишь крепче прижал беловолосого к себе и успокаивающее перебирал его волосы, нашептывая на ухо различные успокаивающие слова, которые действовали на эльфа, как самое сильное и приятное снотворное.