reste comme tu es.

***

Бомгю просыпается среди ночи в комнате, но не находит рядом Енджуна, который всегда спит рядом с ним. Он зевает, потирает глаза руками и встаёт босыми ногами на холодный пол, направляясь в сторону кухни, где ожидает увидеть Ена. По полу гуляет прохладный зимний ветерок от приоткрытого балкона, а в нос бьёт запах сигарет. Бомгю ненавидел сигареты, а в особенности их запах. Но он все же заходит на кухню и видит Енджуна, стоящего у открытого окна на балконе, с тлеющей сигаретой в руках. Много раз он просил старшего бросить, но его хватало лишь на какое-то время, а потом все сначала. Второй рукой он держал простой карандаш, которым что-то рисовал в своем скетчбуке, лежащим около него на подоконнике, попутно стряхивая пепел, оставшийся на сигарете в окно. Рядом лежит открытая пачка красного Чапмана и черная зажигалка, а чуть дальше находилась пепельница, которую Бомгю до этого никогда не видел. Енджун докуривает сигарету и тушит ее, кладя окурок в эту же пепельницу. Несколько минут он дорисовывал что-то в скетчбуке. Потом он кладет зажигалку в пачку с сигаретами, закрывает и кладет на верхнюю полку на балконе, вместе с пепельницей, чтобы Гю ничего не увидел и не заподозрил. Закрывает скетчбук, кладя карандаш рядом и стоит так ещё минуты три, чтобы неприятный для Бомгю запах успел хоть немного выветриться, чистит зубы в ванной и идёт в спальню, куда уже успел прийти Бомгю и притворяется спящим. Ен ложится к младшему, который лежал спиной к нему, под одеяло и приобнимает его за талию. А Гю вовсе и забыл, что он должен спать, чтобы Енджун ничего не узнал и не заподозрил, что парень расстроен. — Что ты рисовал? — Прерывая гробовую тишину в помещении, с интересом спрашивает младший, но не разворачивается лицом к Ену. — Так ты все видел? — Енджуну стыдно. Сколько раз он обещал бросить, но сейчас он вновь расстраивает Бомгю. Кто же знал, что будет так сложно перестать курить, но в этот раз он обещает самому себе, что точно бросит, только чтобы не расстраивать младшего. — Хочешь.. покажу, что нарисовал?— Джун пытается разрядить обстановку, ведь знает, что то, что он нарисовал определенно понравится Бомгю. — Давай. — Бомгю приподнимается на руки и ждёт, пока Енджун покажет ему рисунок. Ен встаёт с кровати и быстрым шагом идёт на кухню, открывает балкон и забирает скетчбук с карандашом, направляясь обратно в спальню и включает тусклый ночник, чтобы Гю смог увидеть рисунок. Старший присаживается рядом и ищет страницу в блокноте, а после разворачивает ее к парню. На листе был изображен Бомгю в анфас, со всеми деталями, до каждой родинки и серёжек в ушах, до маленькой татуировки за ухом, которую он сделал в 16, чтобы мама не заметила и он мог прятать ее за длинными волосами. А сейчас он сбрил виски и постригся в разы короче, позволяя видеть всем тату, ведь скрывать уже не от кого. Енджун идеально изобразил все, что было в Бомгю: пухлые губы, аккуратный нос, тонкие брови и блестящие глаза. Он идеально передал объем аккуратно уложенных волос, а на шее изобразил наушники, которые Гю постоянно носил с собой, так как без музыки и дня прожить не мог. Обычно, все портреты Ена выходили не такими качественными, у него вечно были проблемы с тем, чтобы добиться сходства и нарисовать все так точно. Но этот портрет оказался исключением. Ведь когда рисуешь любимого человека - тебе намного легче передать на листе бумаги все его черты, потому что ты уже запомнил все, до малейшей детали и никакой сложности нет в том, чтобы нарисовать это все. Просто нужно чуть чуть постараться. Бомгю замечает в левом верхнем углу листа надпись на французском «reste comme tu es». Он знал, что страший любит этот язык за красоту звучания и многочисленных ассоциаций. Бомгю расплывается в искренней улыбке, смотря на портрет, а после переводит взгляд на старшего, ожидающего реакции. — Так красиво.. — младший снова смотрит на портрет, а после указывает пальцем на надпись в углу — А что это значит? — с интересом спрашивает тот. — «reste comme tu es» - оставайся таким, какой ты есть. — Енджун улыбается, поджимая губы и смотрит на портрет. Бомгю улыбается ещё шире и тянется к старшему, кладет тому руки на плечи и обнимает его, все ещё восхищаясь добротой Ена, которую не видит практически никто, кроме самого Бомгю, и золотыми руками старшего, которые способны рисовать такие чудесные портреты. — И ты оставайся таким, какой есть.

***