force majeure

      — Быстрее, — велит молодой мужчина, поглядывая на своё запястье с дорогими часами.       — Пытаюсь, — нервно выдыхает водитель, бегая глазами от одного зеркала дальнего вида к другому.       Машины стоят плотно, ярко блестят на солнце и почти не двигаются — пробка.       — Не пытайся, а делай, — вздыхает пассажир, напряжённо смотря в лобовое стекло.       — Чонгук, сядь сам за руль и попробуй выехать из этого пекла, — закатывает глаза подчинённый.       — Хосок, — качает головой Чон, пресекая любые возражения.       Наконец машина трогается, продвигаясь немного вперёд. Всё дело в новом светофоре, чья работа никого не устраивает. Спустя пару десятков минут чёрная и глянцевая, спортивная «Астон Мартин», нагретая под солнцем, замирает перед пешеходным переходом в ожидании зелёного света.       — Пиздец, — вздыхает Чонгук, смотря на треклятый светофор.       — У вас остаётся двадцать минут до назначенного времени, — оповещает водитель. — Какого… — удивляется, замечая, как четверо молодых парней в разноцветных пиджаках выходят на зебру.       — Что там ещё? — интересуется и Чон, и одновременно с его словами включается Shape of you Эда Ширана.       Чонгук переводит взгляд на дорогу и видит, как симпатичные и пластичные незнакомцы начинают танцевать.       Почти у всех такие же цветные волосы, как и пиджаки, и только у двух волосы натурального оттенка.       Шатен в красном пиджаке с обаятельной улыбкой кажется самым привлекательным из всех. Двигается плавно, словно этот танец для него и есть жизнь, улыбается красиво, даже будто кокетничает.       Чонгук ловит себя на мысли, что неотрывно следит за каждым движением, что уж там, за каждым вздохом шатена, но продолжает смотреть. Тот словно чувствует на себе обжигающий взгляд и смотрит в ответ — прямо в лобовое стекло машины. Неизвестно, видит ли он хоть что-нибудь из-за яркого солнца, но на пару секунд у Чона создаётся такое впечатление, что они смотрят друг другу в глаза.       Вот песня подходит к последнему припеву, шатен выходит вперёд и плавно двигается, выполняя хореографию, и всё это время неотрывно смотрит в тёмный салон чёрной «Астон Мартин». Вот он широко улыбается, его улыбка становится какой-то квадратной, Чонгук даже усмехается, всё продолжая смотреть. Незнакомец в красном пиджаке приближается к машине, пританцовывая, запрыгивает на капот, расставляет руки в стороны и опрокидывает голову, давая Чону насладиться сиянием кожи на солнце. Звучат последние секунды песни.       — Этого в красном пиджаке ко мне в машину, — велит Чонгук, сверля макушку шатена взглядом.       — Как? — Хосок удивляется такой просьбе, но блокировку с дверей машины снимает.       — Скажи, что господин Чон приглашает пообедать вместе, — отзывается Чонгук.       Водитель округляет глаза, но понятливо кивает и выходит из машины, обходя её спереди, и встаёт рядом с темноволосым шатеном, который уселся на капот.       — Господин Чон предлагает пообедать, — говорит Хосок, а остальные танцоры уже убегают с пешеходного перехода: загорелся жёлтый.       — Господин Чон… — ухмыляется шатен и прикусывает губу, словно задумывается о чём-то.       Он видел эти глаза из салона машины, которые следили за каждым его движением, буквально съедали взглядом. И чувствовать на себе такое внимание ему определённо нравилось. Особенно если владелец этих манящих глаз сидит в новенькой «Астон Мартин». Так садиться или нет?       Назначенная встреча должна состояться уже через пятнадцать минут, на неё он уже не успеет, и, получается, что терять в общем-то нечего. Опасно? Возможно. Но танец был снят на камеру и номера машины там точно засветились, да и свидетелей в пробке полно. Скучно же, почему бы не развлечься?       — Ну пойдём, — пожимает плечами Тэхён, сделав выбор, и соскакивает с капота машины.       Хосок поднимает брови вверх, так, что они почти достают до его светло-русых волос, и открывает перед танцором заднюю пассажирскую дверь. Тот ловко ныряет внутрь машины, попутно доставая мобильный из заднего кармана, чтобы написать одно важное сообщение. В нос сразу ударяет тёплый запах амбры.       Чонгук оборачивается с переднего пассажирского и смотрит пристально, изучает взглядом. Он цепляется за красивую карамельную кожу, аккуратные и шелковистые кудри, мягкие и красивые черты лица, хитрые глаза.       Машины сзади начинают нетерпеливо гудеть, намекая, что уже давно загорелся зелёный, и Чонгук отворачивается к дороге, имея привычку всё контролировать. Хосок трогается с места, берёт курс на французский ресторан, в котором часто обедает его начальник.       Ловя момент, Тэхён торопливо отправляет сообщение тому, с кем познакомился для свидания вслепую и с кем сегодня была назначена встреча, но ей уже не суждено состояться.       Одновременно с этим у Чонгука коротко вибрирует мобильный и высвечивается сообщение от приятного в общении парня, с которым они сегодня должны были вкусно поесть в ресторане и закончить встречу темнотой спальни.       tae_red       Извини, сегодня не получится, у меня тут форс-мажор       Чон выдыхает, но сам не понимает, от чего: недовольства из-за сорванной встречи или от предвкушения «общения» с этим танцором. Сообщение оставляет непрочитанным.       Тэхён изучает салон дорогой машины, блестящий от чистоты, и глубоко вдыхает приятный запах этого самого господина Чона. То, что это пахнет не от водителя, он понял сразу: тот пахнет лаймом. Амбра слишком доминирует над лаймом, второго запаха совсем не чувствуется. Переводит взгляд и на самого Чона. Он одет в серый костюм тройку, волосы аккуратно уложены, это видно даже с затылка. Выглядит идеально и очень привлекательно.       — Куда мы едем? — спрашивает танцор.       Чонгук даже прикрывает глаза, слыша голос этого парня. Бархатный, низкий, с лёгкой хрипотцой из-за долгого молчания. А как бы звучали стоны из его уст…       — Пообедаешь со мной? — спрашивает Чон, смотря в зеркало и пересекаясь своими тёмными глазами с медовыми глазами пассажира.       — Пообедаю, господин Чон, — усмехается Тэхён, цепляясь взглядом за пирсинг Чонгука: проколотые бровь и губу.       За всё время пути до ресторана они больше не разговаривают. Не хотят просвещать в свои тайны водителя.       Наконец машина останавливается рядом с рестораном французской кухни и Чонгук выходит первым.       — Прошу, — открывает заднюю пассажирскую дверцу.       — Спасибо, — тихо произносит шатен и осматривается вокруг.       Чонгук встаёт рядом и дёргает плечом, намекая на то, чтобы Тэхён взял его под руку. Он прикусывает губу и обхватывает руку господина Чона, вставая рядом. Они вдвоём заходят в ресторан, где хостес провожает их к столику.       Тэхён бывает в дорогих ресторанах, но конкретно в этом чувствует себя как дома. Ресторан его близкого друга — тут он знает всё от стен до секретов кухни. И красный Тэхёнов пиджак прекрасно вписывается в приглушённый бордово-бежевый интерьер. Во время пути до столика Тэхён выбирает для себя наименьший путь сопротивления и решает не говорить об этом, если не спросит.       Тем временем хостес оставляет их наедине у одного из лучших столиков в зале. Чонгук отодвигает стул для своего спутника и только потом садится сам, показывая хорошее воспитание.       — Это свидание? — спрашивает Тэхён, скрестив пальцы в замок и положив подборок на них.       — Как тебя зовут? — одновременно с шатеном спрашивает и Чонгук, отчего оба смеются.       — Ким Тэхён, — представляется танцор. — А ты?       — Чон Чонгук, — улыбается темноволосый. Они сидят друг напротив друга и имеют отличную возможность рассмотреть все детали внешности друг друга.       — Чем ты занимаешься?       — У меня свой бренд часов, — говорит Чон и показывает Тэхёну запястье со своими же часами.       — Солидно, — кивает шатен, вновь вдыхая приятный запах амбры.       Чонгук не успевает спросить о том, чем, кроме танцев, занимается Ким, как к ним подходит официант.       — Добрый день. Вы готовы сделать заказ?       — Добрый. Мне как обычно, а моему спутнику… Что ты хочешь?       — Я буду то же, что и ты, — решается Тэхён.       Официант торопливо записывает всё в свой маленький блокнотик и стремительно уходит на кухню, обещая принести оба блюда вместе.       — Зачем вы танцевали на пешеходном переходе? — интересуется Чонгук.       — Мы с ребятами ведём ютуб-канал с уличными танцами, давно хотели снять что-то в таком духе, — рассказывает Ким, крутя кожаный браслет-шнурок на своём запястье. — Этот светофор самый длинный в центре, поэтому снимали тут.       — Как называется? Подпишусь, — улыбается Чон, показывая колечко в губе и маленькие ямочки на щеках.       — Только после обеда, — качает головой Тэхён и от мужчины перед собой едва ли не тает: таких редко встретишь. Красивый, одет с иголочки, приятный в общении, да и старше всего на пару лет.       Разговор заходит в небольшой тупик, и Ким умело делает вид, что рассматривает ресторан и людей за соседними столиками. Чонгук же в это время занят изучением шатена.       — Ваша телятина по-бургундски. — Словно из ниоткуда появляется официант с двумя блюдами в руках и аккуратно ставит их на столик. — Что хотите выпить?       — Предоставляю выбор тебе, — улыбается Чон и смотрит на Тэхёна.       — Бордо, — уверенно отвечает Ким, не сомневаясь в своём выборе: к телятине отлично подходят красные вина.       — Прекрасный выбор. — Официант уходит к бару за бутылкой хорошего и дорого французского бордо.       — Ты разбираешься в вине? — интересуется Чонгук.       — Немного, — соглашается Тэхён, изучая блюдо в тарелке. Телятину по-бургундски он заказывал не так часто, но всё же любил, а господин Чон, оказывается, питается ей постоянно.       Спустя пару минут по бокалам разливается вино, а по воздуху — винный аромат.       — Приятного аппетита, господин Чон, — желает шатен и поднимает свой бокал.       — Приятного аппетита, Тэхён, — желает в ответ и подносит и свой бокал, чтобы чокнуться.       Обедают в тишине, перебиваемой только шумом столовых приборов.       Тэхён делает один из последних глотков вина — содержимое подходит к концу. Что уж греха таить, Тэхён немного опьянел, и теперь все желания, и так присутствующие при взгляде на мужчину напротив, стали затуманивать рассудок. Господин Чон будто тоже смотрит с большей искрой в глазах, с большим аппетитом созерцает карамельную кожу.       Тэхён снимает ботинок с одной ноги, поддаваясь своим желаниям. Наощупь находит ногу мужчины напротив. Ведёт кончиками пальцев вверх по лодыжке, скользит по икре…       Чонгук поднимает удивлённые глаза на своего спутника, но сразу понимает, что именно происходит.       Ким касается внутренней стороны бедра Чонгука и надавливает немного сильнее, чем прежде. Дыхание мужчины напротив тяжелеет и учащается. Наконец Тэхён подаётся немного вперёд и касается ширинки штанов, мягко обводя сокрытое. Немного надавливает, слыша шипение Чона, и сразу отнимает ногу, будто ничего и не было. Смотрит в глаза напротив, которые будто потемнели от прилившего возбуждения, и довольно улыбается.       — Почему ты такой смелый? — спрашивает Чонгук немного хриплым голосом.       — Это мой секрет, — пожимает плечами Тэхён и оглядывает зал в поисках туалета. Кивает в сторону уборной, быстро возвращает ботинок на ногу и выпархивает из-за стола.       Быстрым шагом настигает туалета, буквально чувствуя спиной прожигающий взгляд на себе, и осматривает кабинки на наличие посторонних. К счастью, никого.       Через несколько минут дверь рывком распахивается и в уборную заходит господин Чон. Он видит Тэхёна, и зрачки в его глазах будто становятся шире. Дверная ручка проворачивается так, чтобы дверь нельзя было открыть с внешней стороны, и Чон припечатывает Тэхёна к стене, долгожданно касаясь тёплых губ.       Их первый поцелуй выходит быстрым, мокрым и глубоким. Оба очень сильно хотят и не стесняются этого показывать — прикусывают губы друг друга, распускают руки по всему телу.       — Ты совершеннолетний? — хрипит в поцелуй Чонгук.       — Я что, так хорошо сохранился? — усмехается Ким, проводя языком по шее Чона и слыша тяжёлый вдох в ответ.       — Гей? — подхватывает Тэхёна под бёдра и усаживает на плитку вокруг раковин, но решает на всякий случай спросить.       — Да, — отвечает со стоном, чувствуя руку Чонгука на своём паху.       — Прекрасно, — тяжело дышит Чон и тянется к пряжке на своём ремне. Тэхён прерывает его и тянется за поцелуем, стонет прямо в него, готовый уже на абсолютно всё. Ну, почти.       — Господин Чон, — стонет шатен, прижимаясь ближе и показывая своё жгучее желание.       Чонгук в это время касается члена Тэхёна через ткань брюк, нажимает и, массируя, слышит сладкие стоны в ответ.       — Ты хочешь? — спрашивает Чонгук, смотря в блестящие от возбуждения глаза Тэхёна.       — Безумно хочу, господин Чон, — облизывается танцор и притягивает мужчину к себе, глубоко и мокро целуя, вылизывая чужой рот языком. — Но не сейчас и не здесь, — с хлюпаньем отстраняется, ухмыляясь.       Чонгук удовлетворительно кивает; у него каша в голове из-за накрывшего с головой желания. Спустя пару секунд, когда Тэхён спрыгивает с раковины, до Чона всё же доходит смысл сказанного. Он хмурится: не привык, чтобы с ним играли, никто себе такого не позволял.       Тэхён же проворачивает замок на двери, выходит из уборной и, оборачиваясь напоследок, ловит тёмный, даже растерянный взгляд мужчины.       Чонгук остаётся один на один со своим возбуждением и глубоко вдыхает, чувствуя дрожь по всему телу. В штанах тесно, но закрываться в кабинке и разбираться с этим самостоятельно он не собирается. Делает глубокий вдох и выдох, дышит размеренно, стараясь успокоиться. Перед глазами мелькает Тэхён, его шелковистые кудри и карамельная кожа, в ушах эхом звучат его глубокие стоны, по телу фантомными прикосновениями отзываются касания танцора. Чонгук трясёт головой, избавляясь от наваждения. Включает холодную воду и мочит руки — пока есть возможность охладиться только так.       Спустя пять или немногим больше минут, Чонгук справляется со своим возбуждением, но оно остаётся близко к поверхности — немного подразнить, и снова запылает жаром. ──────────       Тэхён, выйдя из уборной, натыкается на владельца ресторана — Намджуна. Он одет в тёмно-серый костюм, верхние пуговицы белой рубашки расстёгнуты, а на левой руке массивный браслет из белого золота. Тот смотрит на него с улыбкой — давно не виделись, но с подозрением щурится, замечая некую взмыленность приятеля.       — Привет, Нам, — первым здоровается Тэхён, но его голос предательски хрипит и приходится прокашляться.       — Привет, — кивает светловолосый с привычно небрежной причёской — это уже собственный стиль — и стреляет глазами на закрытую дверь туалета. — Какими судьбами?       — Я почти каждый день у тебя ем, — закатывает глаза на постоянный вопрос друга.       — Один? Могу составить компанию.       — Не… — начинает было Тэхён, но договорить не успевает: распахивается дверь уборной, из которой выходит Чонгук. Он сканирует взглядом этих двоих и недобро сужает глаза, идя к ним. Намджуна знает через общих знакомых, но не лично.       — Чонгук… Рад встрече, — улыбается Нам и протягивает руку для рукопожатия.       — Взаимно, — кивает Чон, крепко пожимая сильную руку. — У тебя прекрасный ресторан.       — Спасибо, — улыбается владелец сети ресторанов, оглядывая свои владения.       — Вы знакомы с Тэхёном?       — Учились в университете вместе, — кивает светловолосый, наблюдая за другом. Тот как-то занервничал. Изначально же делал вид, что впервые тут, а теперь Чон узнает, что они с Намом давно друг друга знают. Подозрительно.       — А ты чего из своей пещеры-то вылез? — решает перевести тему Ким.       — Я сидел в своей, как ты говоришь, пещере, проверял отчёты бухгалтера, как меня зовут из зала и говорят, что туалет изнутри закрыли, — деланно удивлённым тоном рассказывает Намджун. — Ты же знаешь, я тут часто в роли директора, вот пришёл разбираться.       — Ложная тревога, он открыт, — сообщает Чонгук с неприкрытой агрессией.       — Вижу, — ухмыляется Ким. — С отчётом я так и не закончил, мне пора. Было приятно увидеться, — смотрит на двоих сразу, хлопает Тэхёна по плечу, Чону пожимает руку и уходит, круто разворачиваясь на пятках. Нам мальчик умный — сразу понял, что к чему, и мешать не стал. За это ждёт от Тэхёна бутылку любимого виски.       — Интересно, — тянет Чонгук, когда они с Тэхёном возвращаются за столик. — Я думал, ты тут в первый раз.       — Ты не спрашивал меня об этом, — качает головой танцор. — Я тут часто бываю.       — Почему не заказал то, что берёшь обычно?       — Сегодня я не один. Стало интересно, что в твоём вкусе.       — Ты, — слетает с губ, а в глазах пляшут огоньки.       — Может, десерт? — предлагает Ким, открывая меню (все десерты этого ресторана он никогда не запомнит) и прячет улыбку.       Официант приносит шатену блестящий и аппетитный канеле, пахнущий ванилью и ромом, покрытый карамелью, а перед Чонгуком на стол ставится яркий клафути с вишней.       Тэхён любит сладкое и с большим удовольствием ест один из любимых десертов — Чонгуку же больше нравится смотреть на танцора, пока тот наслаждается сладостью.       Мелодия звонка прерывает трапезу. Чонгук берёт трубку, заранее извиняясь перед Тэхёном, а тот пытается услышать разговор, доедая канеле.       — Скоро буду, — раздражённо выдыхает Чон и сбрасывает звонок.       — Что-то срочное? — даже немного теряется шатен.       — Брак приехал, буду разбираться. Поедешь со мной?       — К тебе на работу? — хлопает глазами Ким.       — Да, карамелька, ко мне на работу, — кивает Чонгук и просит счёт. ──────────       В офисе у Чонгука всё по полочкам и на своих местах. Его часовой бренд занимает предпоследний этаж высотки в центре города, там кабинеты руководящих должностей, а остальные специалисты работают удалённо. Всё обставлено в тёмных тонах, минималистично. В кабинете Чона вкусно пахнет какой-то выпечкой — крафтовые пакеты лежат на столе, пока Тэхён, который тоже на столе, самозабвенно целуется с владельцем кабинета, обвив ноги вокруг его бёдер.       Они исследуют тела друг друга, откровенно лапая и тяжело дыша. Языки сплелись вместе, ресницы дрожат от ощущений. Тэхён на вкус как карамель — Чонгук заметил это ещё при первом поцелуе и теперь хочет наслаждаться этой карамельной сладостью постоянно.       — М-м, — едва слышно стонет Тэхён в губы Чонгука. — Погоди, — просит, разрывая поцелуй.       — Да?       — Нам нужно остановиться, — качает головой шатен, загнанно дыша. — Могут зайти.       — Я запер кабинет изнутри, — говорит правду.       Тэхён ещё раз смотрит на дверь и понимает, что ему будет даже всё равно, если их кто-то увидит: так сильно он хочет этого мужчину. Возвращает внимание к тёмным глазам напротив и ухмыляется. Чувствует, как чужой твёрдый член, сокрытый тканью брюк, упирается между ног. Заглядывает в эти глубокие глаза ещё раз и плавно ведёт рукой от шеи вниз. Задевает соски, даже усиливает прикосновение, чувствуя под ней твёрдые горошины, и опускается ниже. Слегка массирует чужое возбуждение, наблюдая за реакцией.       Чонгук дышит чаще и прикрывает глаза, подаваясь на встречу.       — Я хочу отсосать тебе, — говорит Тэхён и спрыгивает со стола, задевая чужой пах своим. Он тянется к пряжке ремня и довольно быстро избавляется от брюк — они спадают вниз. Опускается на колени и вместе с этим стягивает нижнее бельё. Взгляду открывается возбуждённый член. Ким даже не уверен, что сможет взять его целиком.       Чонгук наблюдает коршуном сверху и держит шатена за голову, ласково гладя кудри. Безумно хочет, но молчит: ждёт действий от Тэхёна.       Тот касается члена длинными пальцами, обводит головку и кружит по ней языком. Сверху слышится громкий выдох. Тэхён ласкает розовую головку со всех сторон, лижет её как леденец, уводит за щёку, касается нёбом. Чон одобрительно гладит его по голове. Затем Ким решает перейти и на всю длину, мажа по ней языком, возвращается к головке, посасывает её и снова проводит языком до основания.       — Тэхён, — мучительно стонет Чонгук, прося о большем.       — Да, господин Чон? — спрашивает шатен, и член Чонгука от такого обращения немного дёргается. Тэхён ухмыляется и снова припадает к нему губами. Сначала обсасывает головку, а после пробует взять на всю длину. Выходит только на половину, но он втягивает щёки и двигает головой вверх-вниз по члену Чонгука. Поднимает глаза и встречает ответный взгляд тёмных глаз.       Чонгук откровенно наслаждается процессом. Тэхён ласкает его член умело, а взгляд этих карих глаз снизу заставлять сжаться низ живота сильнее. Чон хочет, чтобы шатен взял полностью, держит крепко за волосы и немного усиливает толчок, когда Тэхён опускается на его член. Ким немного хрипит, но послушно пропускает в своё горло, дыша носом и удивляясь, что всё-таки получилось. Чонгук входит по горло и низко стонет каждый раз, самому Тэхёну тоже нравится этот процесс, но он уже на пределе — в уголках глаз скопились слёзы. Не от боли, просто тело так реагирует.       Чонгук с удовольствием делает ещё несколько не очень глубоких толчков и совсем приближается к разрядке. Гладит кудри шатена и поспешно отстраняется. Всё-таки они в начале не обговорили, что можно, а что нельзя. С хриплым стоном кончает в ладонь, но несколько белёсых капель всё же попадают на пол и рабочий стол.       — Ты где так научился? — спрашивает Чонгук, вытирая сперму салфетками, что всегда лежат на столе.       — Годы тренировок, — хрипло отвечает Тэхён и поднимается с колен. Губы у него пухлые и красные из-за недавнего минета, на голове беспорядок из-за пальцев Чона.       — Я не переборщил? — заботливо интересуется Чонгук, застёгивая ремень.       — Нет, всё в порядке, — качает головой танцор и вытирает уголки губ. Тянется в карман за любимыми жевательными конфетами и кладёт одну в рот.       — Будешь?       — Нет, спасибо, я больше люблю мятные жвачки, — с улыбкой отказывается мужчина. — А я всё думал, почему ты на вкус как карамель, — делится.       — Пшикаю рот карамельными духами.       Чонгук даже на пару секунд верит в сказанное и округляет глаза от удивления. Когда до него доходит, начинает смеяться, а Тэхён подхватывает.       В дверь коротко стучат, Чонгук узнает, кто именно пришёл.       — Закрыто! — кричит пришедшему.       — Открывай! — кричат в ответ по ту сторону двери.       Чонгук сорвался в офис в свой выходной из-за возникших проблем, поэтому варианта не открыть у него не было. ──────────       — Уволить всех к чертям и оштрафовать на сумму убытков, нанять новых сотрудников и провести тест на адекватность, — злится Чонгук после рассказанных Хосоком подробностей.       Оказалось, что брак на заводе — не совсем брак. Персонал, ответственный за поставку материалов, а точнее драгоценных камней и моделей для изготовления часов послали на завод неверную информацию. Те сделали, что было нужно по полученным инструкциям, а оставшиеся от этой аферы драгоценные камни люди просто забрали себе. Хотели обвинить работников завода в краже, но Хосок не зря учился на прокурора.       — Ордер на обыск ещё нужен, камушки вернуть лишним не будет, — подаёт голос Тэхён, потягивая колу со льдом из трубочки.       — Мне нравится ход твоих мыслей, — соглашается Хосок и записывает себе что-то.       Затем оставляет у Чона на столе папку со всей информацией, чтобы тот мог лично всё проверить, и уходит, мол, ордер добывать.       — Не думал, что у тебя именно этот бренд часов, — говорит Тэхён, смотря на мужчину напротив.       — А что думал?       — Думал про бренд попроще, чем один из самых успешных в стране. Подаришь часики? — воркует шатен.       — При одном условии, — соглашается Чонгук, кивая.       — Каком же?       — Ещё одно свидание, — просит мужчина. Чон привык командовать и требовать, но сейчас он именно просит, предлагает. Тэхёна, в отличие от остальных, он не видит насквозь, и его ответ может оказаться действительно любым, поэтому Чонгук осторожничает, словно боится спугнуть.       Тэхён молчит несколько секунд, внимательно изучая привлекательное лицо напротив. Будто взвешивает все за и против, но, на самом деле, давно знает ответ, просто тянет время и дразнит.       — Я согласен, — наконец отвечает шатен. Оба понимают, что это далеко не из-за часов. По телефону последней модели и дорогим вещам без кричащих лейблов понятно, что Ким в состоянии и самостоятельно купить себе такие часы. Тут дело в другом. В Чонгуке.       Губы Чона успевают дрогнуть в самодовольной улыбке, перед тем как звучит уведомление. Экран телефона, лежащего на столе, загорается. У Чонгука уведомления повторяются каждые три часа, если не были прочитаны до этого.       Тэхён тянется вперёд и без труда читает уведомление, после чего странно улыбается и внимательно смотрит на Чонгука.       Экран до сих пор светится непрочитанным сообщением:       tae_red       Извини, сегодня не получится, у меня тут форс-мажор       Чон опускает взгляд на уведомление, блокирует телефон и ждёт реакции Тэхёна. Тот подозрительно довольный, ни капли ревности.       — Форс-мажор, — говорит Ким, словно пробуя слово на вкус. — Не знал, что ты ходишь на свидания вслепую.       — Почему именно свидания вслепую? — интересуется Чонгук. Он ведь ничего об этом не говорил, а лишь по одному сообщению вряд ли можно так точно определить, от кого оно.       Тэхён тянется за своим телефоном, что лежит в кармане брюк. Заходит в определённый диалог в мессенджере и кладёт телефон ближе к мужчине, чтобы тот сам посмотрел.       Чонгук внимательно изучает переписку и в удивлении поднимает брови. Вот уж действительно форс-мажор. Сегодняшнее свидание вслепую должно было состояться с Тэхёном.       Это с ним Чонгук переписывался несколько дней, это с ним он сегодня должен был встретиться, и это именно его он увидел на светофоре, танцующего в лучах солнца, именно его едва не взял в уборной и его же повёз в свой офис.       Тэхён вздрагивает — в соседнем кабинете резко начинает греметь знакомая музыка.       — Хосок, — закатывает глаза Чон и смеется. — Он всегда включает колонки на полную, когда работает, — говорит, повысив голос, чтобы его было слышно.       Тэхён танцует в такт знакомой музыке и притягивает к себе навороченную телефонную станцию.       — Потише, — просит, нажав на кнопку наугад.       — Это я чтобы вас не слышать, голубки, — кричит в динамик Чон и переключает песню.       Начинает играть что-то про любовь, а мужчина напротив манит.       — Иди ко мне, — просит, смотря в карамельные глаза. Тэхён поднимается с офисного кресла и приближается к Чонгуку.       Чонгук гладит шатена по волосам и прерывает поцелуй, отстраняясь с блестящими губами. Опускается к карамельной шее и проводит по ней языком, слыша громкий выдох. Лижет левую ключицу, мажет губами по кадыку, кружит языком в яремной впадинке, а у Тэхёна искры перед глазами. Чонгук втягивает нежную кожу в рот и слышит слабый стон. Оставляет малиновый след на карамельной коже, подтверждая собственность.       Впереди ещё одно свидание, а затем похожих сотни.