Остов корабля на пустынных скалах

      Фраза не вызвала ажиотажа, на который, видимо, рассчитывал Вальдемар. Все, кроме Рики Ямада, знали его уже не первый год, а она просто была слишком опытной актрисой, чтобы выдать волнение. Рика профессионально управляла мимикой, и Вен с трудом мог припомнить несколько случаев, когда она отпускала эмоции на свободу.       Вену даже стало жалко Вальдемара. Несмотря на успех, на богатство, на собственный остров и достаточно неприятный цирк, окружавший его, Вальдемар недополучал любви. Честных и прямолинейных людей он раздражал, к тому же не терпел ленивых и обычных. А неленивые, как правило, сильно заняты. Обычные люди ничем, конечно, не провинились, однако передозировка обычности убивает творчество.       — Я думаю, убить всех — не очень хорошая идея. Придется объяснять, как ты выжил, если умерли все.       Смесь, странная — боли и благодарности, промелькнула в мимике Вальдемара, но тут же лицо его озарилось сусальной улыбкой.       — Ты прав… Обращение «Друг» будет неправильным по отношению к тебе, Вен. Ты не друг, не соратник, не партнëр, наверное, правильно назвать тебя моим якорем. Ты не даëшь мне потерять ориентиры, хотя и творчество изрядно тормозишь. Господа, если вы когда-нибудь задумывались об убийстве, прошу высказать размышления о мотивах, которые могли бы вас подвигнуть на убийство.       — Он так шутит? — шепнула Рика.       — Скорее, ищет вдохновение для очередной литературной поделки, которую хочет подороже продать, — шепнул в ответ Вен, он забыл, что Рика часто путается в сложных предложениях, точнее отвлëкся на Тини, которая навалилась на стол и ревниво подглядывала за перешептыванием соседей.       Рика откинулась на спинку стула, и по вздëрнутому подбородку Вен понял, что та крайне недовольна. Лицо балерины озаряла ласковая улыбка, но он точно знал, что Рика будет портить ему настроение, потому что ей опять попала под хвост вожжа. Вен положил руку на колено строптивой звезде балета.       — Предательство, — неуверенный голос Айрин, самой незаметной, невзрачной и бледной из сидевших за столом, заставил всех вздрогнуть.       — О-о-о-о. Море возможностей, — пропел Вальдемар, — но заезженная тема.       — Не скажи, — тщедушная Айрин, видимо, решила доказать правоту, в еë речи прорезались неприятные нотки, а мышиного цвета волосы стали вздрагивать в такт словам, — убийство — это событие. Нарушение причинно-следственных связей, конгруэнтных для обозримого континуума. Система, изменённая убийством, не может существовать по прежним правилам, но рандомные мотивы всего лишь наносят временный вред, являются факультативными, а предательство — это деструкции системных связей без убийства, то есть метафизический смысл предательства является самим убийством без физического факта умершвления. В таком контексте убийство всего лишь логическое завершение коллизии, генерированной бихевиористическими токами предательства, как социального мема.       Элжбета и Мирослав начали шумно обсуждать концепцию, выдвинутую невзрачной художницей, Нина попыталась получить объяснения — она с трудом понимала вычурную речь и всегда просила перевести на «человеческий язык» — но Нину никто не слышал. Зато Рику и Тини вычурный пассаж бихевиористически компетентной представительницы арт-комьюнити неожиданно сблизил. Они посмотрели друг на друга и одновременно прыснули, Вен аж вздрогнул. «Если эти две азиатские сучки найдут общий язык, мне хана,» — подумал он и сказал громко, чтобы все услышали:       — Я бы не стал привязываться к очевидным вариантам, например, в начале повествования легко скрыть такой мотив: профессору-фольклористу не нравится лексика перенасыщенная заимствованиями и наукообразными терминами, не являющимися априори востребованными в социуме, перманентно ориентированном на коллегиальную коммуникацию.       — Вен, ты что меня в убийстве подозреваешь?! — ахнула Нина.       Вальдемар и Мирослав покатились со смеху, а художница затряслась от гнева и хотела что-то сказать, но громкий сексуальный голос Элжбеты перекрыл шум:       — Ты не с той стороны подошёл к теме, Вальдемар. Нужно проголосовать, кого бы мы хотели видеть убитым в начале романа.       — Неплохая идея! — Вальдемар хлопнул ладонью по столу, — давайте каждый составит рейтинг — три имени, в той последовательности, в которой жертвы будут убиты. И мы просто посчитаем…       — Нет уж, нет уж! — Элжбета встала и подняла в гусарском жесте кружку с чаем. — Голосовать, так уж тайно! Михаил! Распечатай наши имена на принтере, двенадцать экземпляров! — Михаил встал и понуро побрëл в сторону офиса. — Инженер Бэ, помогите ему, пожалуйста.       Пока гости в ожидании группы технической поддержки дожëвывали бутерброды и допивали чай, Рика попросила объяснить, кто такой Вальдемар, и что это за компания вообще.       — Ты меня пригласил, теперь давай отчитывайся, — сказала она и показала лицо, достойное королевы виллис.       — Кстати, я тоже почти никого не знаю тут, — поддакнула Тини.       Она тоже умела управлять лицом, и сейчас казалось, что если рассказ Вена еë не удовлетворит, то будет буря.       — Девочки, я люблю, конечно, сложных женщин, но не могли бы вы обе немного сбавить обороты? Попроще личико, улыбку пошире.       Тини тут же изобразила детскую наивность, округлила глаза, облизнула губы, наклонила голову. Балерина еë передразнила. Потом обе рассмеялись.       — Ну так-то лучше. Ладно, — Вен почесал клочковатую бороду, — Мы однажды основали сайт: я, Вальдемар, Элжбета и Нина. Дело было в университете, я там получал дополнительное образование, Вальдемар был старшекурсником, Нина — замдекана, а Элжбета — первокурсник по обмену.       — Поясни, — потребовала Рика, — я ничего не поняла…       Несколько минут Вену пришлось объяснять незнакомую девушкам терминологию. Потом Вену удалось продолжить.       — Так вот сайт позволял выкладывать письменные работы с прямыми цитатами источников, такие вытяжки для докладов, рефератов и всего такого. Ну, тексты требовали модерации, поэтому мы и нанимали студентов и платили им за факт просмотра текста, они естественно быстро растрезвонили по всему студенческому сообществу о пользе сайта. Мы набрали много подписчиков и стали развиваться. В конце концов беллетристика задавила всë остальное. Мы разругались, сайт продали, весьма выгодно. А Вальдемар через несколько лет написал роман о тяжёлой судьбе российских геев и прославился зарубежом. Потом он взял этот остров в аренду.       — Ах вот что… — Рика наклонила голову, как умная птица из мультфильма, — ты мне не рассказывал. Это поэтому ты и уехал тогда, потому что вы были близки с Вальдемаром, и ты был рад примирению?       — Нет, прости, Рика…       — Куда он уехал? — Тини легко потрепала балерину по холëным пальцам, — вы были парой? Правда?       — Пришло письмо. Бумажное, он его прочитал и уехал. Бросил меня. Остался конверт с именем и адресом Вальдемара в Пусане. Через Вальдемара я его и нашла через девять лет.       — Ну ты мразь, — выдохнула Тини зло и впечатала ребро ладони в бицепс Вена.       — СС… Больно же.       — Да нет, сейчас я не злюсь уже, — Рика поморщилась. — Мы объяснились. И я сама понимала, что случилось…       — Что?       Неподдельный интерес отобразился на лице Тини, было понятно, что она сейчас начнет приставать с расспросами, но бодрый голос Элжбеты сорвал эти планы.       — Друзья! Точнее, господа. Или не знаю, курва, шановны паны. Короче, это самое, присутствующие. Вот бумажки с именами, три отберите и аккуратно, но так, чтобы никто не видел написанного, опустите в эту салатницу. В ней были бутерброды с сыром, и она не так воняет, как вторая. А оставшиеся девять бумажек тщательно скомкайте и выбросьте во вторую салатницу.       — Я тоже должна это сделать?— спросила Рика.       — Почему бы и нет, госпожа балерина, — слащаво улыбнувшись сказал Вальдемар, — убить можно и случайного знакомого. Более того, ваш выбор может случайным образом повлиять на происходящее. Случайности не всегда случайны.       — Болтун, — шепнула Тини и надела свою объемную худи.       Впрочем, проголосовала балерина быстро. Элжбета тоже сразу скомкала ненужные бумажки и принялась наблюдать за поведением остальных. Нина и Вен тщательно рассмотрели каждую бумажку — старые друзья действовали почти идентично. «Ну они всегда были похожи, как брат и сестра,» — решила Элжбета и надолго задержала взгляд на Марине. По лицу менеджера было понятно, какую бумажку она выберет — она равнодушно комкала ненужные, но на жертвах еë выражение менялось: два раза на брезгливое и один раз на восторженное. Элжбета готова была биться об заклад, что спокойно угадает две из трёх Марининых жертв. Наблюдение за Мариной настолько увлекло Элжбету, что она успела рассмотреть ещё только одного участника голосования — художницу, которая по одной выбрасывала ненужные бумажки. Когда у Айрин осталось четыре возможные жертвы, она задумалась, потом качнула головой и решительно убрала кого-то. Выражение еë лица почти не менялось.       — Ну, Элжбета, — бархатный голос Вальдемара заставил еë вздрогнуть, — распоряжайся дальше.       — Ах, да, — она встряхнулась и переключилась на действие. Это была еë особенность — чем бы она не занималась, всегда погружался в это целиком, иногда ей тяжело было переключиться, — давайте назначим счëтную комиссию, пусть это будут инженер Бэ и госпожа Рика Ямада.       — Почему именно они? — в голосе Клары явно слышалось удивление.       — Наш инженер очень точен в действиях, я бы даже сказала, дотошен, а балерина настолько далека от всего этого, что ей всë равно.       — Я тоже далек, — возмутился Мирослав, но тут же рассмеялся, — хотя кое с кем я знаком достаточно близко.       При этих его словах Вальдемар мерзко захихикал, а Клара скорчила недовольную мину.       Инженер Бэ как будто не замечал разговоров. Он уверенно занял место между Рикой и Веном, каким-то чудом втиснув табуретку в узкое пространство между их стульями. Наблюдая за действиями инженера и балерины, Вен и Тини ехидно улыбались и обменивались смешными гримасами, как школьники, застукавшие одноклассников за не совсем приличным занятием. Красавчик Бэ и Рика действительно выглядели, как парочка школьников из наивной дорамы. Они тихо перешептывались, сортируя бумажки. Когда работа была доделала, Рика Ямада встала и взяла слово:       — Господа, простите за мой акцент, — «красуется актриса-то,» — громко шепнула Элжбета, — я назову имена от наименьшего к наибольшему количеству проголосовавших. Я, Рика Ямада, господин Михаил и госпожа Нина не получили голосов…       Все зашумели, обсуждая эту информацию. Рика ждала с видом немного уставшей от измен принца Одетты.       — Ладно, это было предсказуемо! — громкий возглас Мирослава заставил всех смолкнуть.       — Да, и давайте обсудим в конце, — предложила Айрин, — так будет легче анализировать…       Все согласились, но перешëптывание всë равно начиналось после каждого очередного результата. Рика стоически держала паузы и объявляла:       — Господин Мирослав, инженер Бэ и госпожа Тини — по одному голосу, — возглас: «случайная флуктуация», — госпожа Клара и госпожа Айрин по два голоса, — «Ох как!» — госпожа Марина и Вен — по четыре голоса, — «предсказуемо», — госпожа Клара, госпожа Элжбета — по пять голосов, — «Э-хе-хе», — господин Вальдемар — одиннадцать голосов.       — Ахах, спасибо за доверие, — Вальдемар искренне рассмеялся.       — Разрешите мне покинуть вас, — таким же ровным тоном, каким объявляла результаты продолжила балерина, — мне нужно отдохнуть.       — Конечно, госпожа Ямада…       Вен и Рика ушли. Тини забрала ноутбук с кухни и снова переместилась в кресло у входа. Элжбета с Михаилом и Бэ тоже ушли, а остальные собрались вокруг Вальдемара.       Тини начала щëлкать по клавишам.       — Балерина не так проста, как кажется на первый взгляд.       Девушка чуть не подпрыгнула в кресле от неожиданной реплики. Рядом стояла Нина.       — Простите?..       — Она без запинки огласила результаты, ни разу не посмотрев в бумажки.       — Действительно… — Тини задумалась на мгновение, — ну, мне она сразу показалась сложной… И, сначала, неприятной. Но она просто стесняется общаться. Я так думаю. Мне приходится поддерживать взаимоотношения в своей… в своей коллективе. Я разбираюсь в этом.       — Тини. Это настоящее имя?       — Я не могу сказать настоящее. Я связана контрактом. Это псевдоним.       — Примерно так я и думала.       Нина постояла немного, явно обдумывая следующую фразу. Тини одобряюще улыбнулась и сказала:       — Можете меня не стесняться. И ещё меня трудно смутить. Я в такой сфере работаю, что это будет злым колдовством, если у вас получится.       — Да нет, ничего особенного. Вы уже во второй раз на острове?       — В третий.       — То есть вы здесь хорошо ориентируетесь?       — Да.       — Проведите для меня экскурсию.       — Ха, ну пойдëмте.       Она встала.       — Давайте сначала на грузовой причал.