Остов корабля на пустынных скалах

      Некоторое время связист с «Эйч Эй Ти Эй Фокс» пытался внимательно слушать гвалт, потом осторожно осведомился:       — Простите, у вас включена громкая связь на устройстве? Идут помехи. Назначьте спикера, и пусть все молчат, иначе я не смогу вам помочь.       — Заткнитесь все! Это самое, пусть Вен говорит.       Окрик Элжбеты остановил бессвязные выкрики.       Вен прокашлялся:       — Офицер. Мы на острове-отеле, — он назвал координаты, — тут произошло убийство. Мы законсервировали место преступления и поместили тело в холодильник. Всю информацию оставляем в общем чате, она сохранится на сервере отеля. Просим вас сообщить китайским властям о происшествии. Мы ждем прибытия полиции.       — Понятно. Сообщу немедленно. Но при такой обстановке вам не стоит ждать скорого прибытия властей.       Офицер связист говорил по-русски уверенно, правда с каким-то тягучим акцентом. Вен немного подумал и решил задать вопрос:       — Офицер, вы говорите по-русски, у вас в экипаже есть российские граждане?       — В экипаже нет, есть специалисты в области космической связи и океанографии.       — Отлично. Попросите их связаться с российскими консульствами в Шанхае и Пусане. Большая часть гостей острова — российские граждане. Ещё есть подданная Японии, гражданка южной Кореи и два польских гражданина.       — Я понял. Желаю удачи. И советую укрыться в самом надëжном убежище. Через два или три часа на вас обрушится ураган, сильнейший за последние тридцать лет. Остров Чеджудо сейчас превратился в равнину, заваленную обломками строений. Ураган ещё усиливается.       — Чëрт. Понятно. Спасибо.       — Удачи. Конец связи.       — Слышали? Надо действовать быстро. Обед готов? Я спускаюсь, и мы бежим в ресторан. Потом надо будет по бункерам прятаться.       Через пятнадцать минут все уже собрались за круглым столом. Рика расставила перед Веном, Тини и Мирославом огромные чаши с раменом. Про себя она тоже не забыла. Элжбета шумно заканчивала готовить что-то ароматное в огромной сковородке, Михаил и Нина дисциплинированно ждали. Марина заканчивала раздавать пюре и котлеты себе, Айрин и Кларе.       — Подождëм всех, — предложила Соëн, — мы тут вроде как в одной лодке. Хм. Не вежливо…       — Да, — Рика уверенно кивнула.       — Как на зоне, — прошептала Айрин так, чтобы все слышали.       Вен стянул, наконец, мокрую шапочку и вытер ею лицо:       — Я — за. Как раз чай можно заварить. Кто будет?       Подняли руки все, сидящие за столом. Получилось зловеще — опущенные взгляды, молчание, поднятые руки.       — Ладно, — Вен поднялся, — заварю в металлическом чайнике, там три литра влазит. Элжбета, куда дела чай?       — Здесь, со специями на полке, — отозвалась она.       Вен прошёл на кухню. Порылся в баночках. Внезапно его взгляд задержался на прозрачной упаковке с глутаматом.       — Кха… — Он выронил коробочку с чаем, — Элжбета…       — Да?       — Стой.       — Что, пся крев?!       — Погоди.       — Да епна курва, что такое-то?!       — Рика, ты сама готовила рамен?       Балерина чуть не свалилась со стула — настолько неожиданным был вопрос и так много тревоги звучало в голосе Вена.       — Да. А что?       — Марина, ты котлеты готовила?       — Что случилось-то? Ну я.       — Элжбета, ты глутамат клала в это своë жаркое?       — Нет, конечно, я эту гадость не люблю. Сука! Ты об этом?! Пшегнич!…       Элжбета схватила банку с глутаматом и стала лихорадочно перебирать пакетики и коробочки с ингредиентами. Потом заорала, — Миша, давай ключ!       Михаил тоже чуть не свалился со стула. Но все-таки достал ключ-карту и побежал на кухню, за ним потянулись и остальные: кто-то с испуганным видом, а кто-то с любопытствующим. Элжбета выхватила ключ с такой энергией, что чуть не оторвала пальцы Михаилу. Она скрылась за дверью, ведущей из кухни в контору, где в сезон обычно шеф-повар проводил собрания ресторанного персонала, и появилась мгновение спустя, неся маленькую ампулу. Она сжимала еë двумя пальцами. Дальше она устроила алхимических представление. Налила в маленькую рюмочку воды из-под крана, вскрыла ампулу и высыпала еë содержимое в воду. Схватила салфетку, оторвала от неё узенькую полоску, смочила в рамочке и положила на доску для нарезки овощей. Потом сыпанула половину глутамата в чистую кастрюлю, плеснула туда же воды и остервенело размешала пластиковой ложечкой.       — Так. Щас. Если ты прав… — она сунула бумажку в кастрюлю, — ага, прав.       — Что происходит? — решилась подать голос Марина.       — Вальдемара сулемой лечили? Да? — Вен многозначительно приподнял бровь, — это немного противозаконно…       — Ну да, — начал оправдываться Михаил, — но у него все равно шансов не было, поэтому я решил…       Он мямлил бы и дальше, но Тини взяла инициативу в свои руки.       — Так, Вен, коротко и просто объясни, что происходит, — велела она.       — Я увидел, что кристаллы в банке с глутаматом отличаются по цвету, точнее там явно были перемешаны две фракции — белая и желтоватая. На кухне сильно пахло чесноком — Элжбета готовила своё жаркое, это подтолкнуло меня к размышлениям…       — Когда он спросил Рику про, это самое, рамен, я сложила два и два, — продолжила Элжбета, как будто они с Веном подготовили один доклад на двоих, — источник яда на острове, это только крысиный яд. Сулема была заперта в сейфе. Поэтому я решила провести качественную реакцию на…       — Мышьяк, — подхватил Вен, — дихлорид ртути осаждает соли мышьяка, поэтому, когда бумажка потемнела…       — Стало ясно, — Элжбета обвела всех тяжёлым взглядом, — что догадка Вена верна. В глутамат подмешали крысиный яд на основе мышьяка, это значит, что убийца рано утром подмешал яд в упаковку…       — В этой чудной и гуманной компании глутамат добавляют в пищу только Рика, Тини и я, ещё был инженер Бэ, остальные придерживаются европейских традиций в кулинарии, — Вен вылил содержимое кастрюли в раковину, — убийца отличается наблюдательностью, поэтому направил удар на самую опасную или ненавистную для него группу.       — Почему утром? Почему не сейчас? — Рика задала вопрос, который вертелся на языке у всех.       — За завтраком все были за столом…       — Потом мы начали расследование, и только тогда я сказала, что я работала с ядами…       — Да, если бы убийца сначала услышал эту информацию, он бы побоялся сыпать яд, тем более, что мы уже включили видеозапись, то есть определить его стало бы делом техники, — Вен стрелял словами, как снайпер. Он водил взглядом по лицам и криво улыбался, — в итоге мы имеем попытку массового убийства.       — Это жутко, — выдохнула Нина.       — Да, конечно. Мы ведь остались без ужина. Нам нужно торопиться. Поэтому сейчас я предлагаю вам пообедать. Мы вчетвером пойдем на склад и наберём консервов. Вы возьмете, вы — кто остаётся в ресторане, я имею в виду, все, что можно есть без готовки и во что нельзя подсыпать яд. Потом нужно укрыться в самых прочных коттеджах. Я предлагаю такой вариант…       — А что, разве не все они безопасны? — Марина снова задала вопрос, который интересовал всех.       — Вы слышали связиста. Не думаю, что гостиницы на Чеджудо были из бамбуковых листьев. «Кабина» уязвима — у неё большая площадь остекления и парусность. «Бот» стоит слишком близко к воде и, хотя прибой ни разу не доходил до него, сила урагана избыточна, по словам офицера, к тому же сверху на него катятся камни, при перенасыщении почвы водой может случиться обвал, поэтому даже подпорная стена — не гарантия безопасности. «Тендер» стоит у пологого склона, там много плодородной почвы, возможен сель. Остаются «Пробоина», но её мы закрыли. «Парус» и «Шлюп». Предлагаю Марине, Кларе и Айрин пойти к нам в «Шлюп», Нина пусть присоединится к Михаилу и Элжбете, а у нас будет особое убежище, не очень удобное, зато надежное. Девочки, пошли. Мирослав, не зевай, ты с нами.       Дождь совсем прекратился, кое-где в тучах даже появились намëки на просветы. Вен шëл быстро, шлëпая по лужам, Мирослав и Тини почти бежали за ним. Балерина отстала — ей не удавалось совместить аристократичную осанку и торопливую ходьбу.       — Вен, подожди, — почти прокричала маленькая кореянка.       Он нехотя остановился и оглянулся.       — Можете не бежать за мной. Я хочу кое-что проверить. Идите в помещение сервера, где вы вчера были с инженером. Соседняя с ним дверь, синяя, ведёт на склад с постельными принадлежностями. Соберите белье пледы, одеяла, чтобы можно было устроить тëплые и мягкие гнëзда.       — Гнëзда?       Соëн ничего не поняла.       — Я понял, да, — Мирослав успокаивающе помахал рукой, — идите, куда вам надо.       Вен побежал вперëд.       В это же время Клара свернула на развилке не в сторону «Шлюпа», а к «Пробоине», воспользовавшись тем, что далеко отстала от Айрин и Марины. Клара необычно много для своей обычной активности ходила пешком. И все мышцы у неё болели. Особенно после похода в ангар. Она хромала, а неудобный пакет с продуктами больно стучал по ноге. Клара совсем сгорбилась, но всë же упорно поднималась к «Пробоине». Добравшись до коттеджа, она не пытаясь скрыть следы, прошлëпала мокрыми ногами прямо к столу Вальдемара, распахнув двери пинком. Поставила пакет на кресло и открыла ящик письменного стола. На самом верху кипы документов лежали две странички вырванные из тетрадки в клеточку, исписанные неаккуратным почерком. Под ними лежал пожелтевший конверт. Клара подняла письмо и быстро просмотрела.       — Ага. Ответочка от Вена. Интересно. Он едкий. Как Вальдемар это терпел. Клара порылась в бумагах и явно обрадовалась, когда увидела какой-то официальный бланк. Она вытащила его двумя пальцами.       — Таки вот что этот мерзавец задумал, — на еë лице отразилась странная смесь восхищения и омерзения, — ну и хорошо, что сдох.       Неожиданно в коттедж ворвался дождь. Сильнейший порыв ветра распахнул входную дверь и брызги рассыпались по стенам, столу, высохшей крови. Клара взвизгнула и развернулась. Пакет с продуктами порвался, консервные банки с глухим стуком прокатились под стол. Наклонившись вперëд, Клара пошла против ветра. Ей удалось в момент, когда ветер чуть-чуть ослаб, закрыть дверь и провернуть рукоятку замка. Она запыхалась и вымокла. Отдышавшись, она решила, что стоит подпереть дверь стулом.       По словам Вена, «Пробоина» была надëжном укрытием. Кларе оставалось надеяться, что еë заточение не продлится настолько долго, что закончатся продукты. Истерично рассмеявшись, Клара рухнула на кровать и почти сразу заснула.