Детство свято, и оно не должно идти по пизде.

Я только что заметил, как рядом с Попи пахнет сигаретным дымом. Не подумайте... Я не собирался его осуждать и всё такое, хоть и сам не курил. Мы ведь уже взрослые люди... Меня больше удивило, что ПОПИ- человек, которого тошнило только от одного запаха сигарет и алкоголя. Сколько я его помню, он воротил нос от такого вида "развлечений". Хотя, после истории с транквилизаторами меня уже ничего не должно было удивлять... -Не знал, что ты куришь... -Я в завязке был последний месяц, но сегодня сорвался.- Попи продолжал смотреть куда то вперёд на воду и на надвигающуюся грозу с молнией. Я заметил, как из его кормана выглядывает наполовину пустая пачка Винстона. -Ты же вроде всегда отказывался от курения... Или я чего то не знал? -Ты много чего не знал. Но про это ты прав. Я действительно до двадцати лет был чист. -После фразы "Ты многое не знал." я вообще засомневался, что хоть что то знаю о Попи... -Понятно...- Я не смог из себя ничего выдавить кроме этого сухого "понятно". Да похоже Попи и не особо хотел об этом разговаривать, так что я и не продолжал. -Ты поверишь мне, если я скажу, что я виноват в смерти Папи?- Впервые за несколько минут Попи посмотрел на меня. И всё же, Попи я знал давно, поэтому был готов сказать "нет", хотя на самом деле "да". -В каком смысле? -Со смерти Папи мне снится один сон. Я провожу какое то собеседование или просто работаю, рутина. Но вдруг слышу позади себя его голос. Он спрашивает у меня что то на подобии: "Ты винишь себя?". Когда я спрашиваю о чём он, он отвечает: "В подобных ситуациях как эта людям свойственно чувствовать вину.". После чего он на мои вопросы отвечает слово "Инцидент." и я вижу перед собой тело отца. С распотрошенной грудной клеткой, выкатившимся левым глазом и с вырезанным сердцем. При этом, даже если я обернусь и попытаюсь увидеть Папи, я его не увижу. -Попи закурил. Представив это зрелище, я сглотнул ком в горле и в лёгком ужасе посмотрел на старого знакомого. Мне самому не один раз снились кошмары, так что я его действительно понимаю. Один из моих был связан с тем раковым днём... Я сижу на корточках у забора в цирке. У моих ног лежат осколки маски. Я щупаю своё лицо и понимаю, что на мне их больше нет. Я поднимаю глаза. Надомной нависают две длинные тени. Они в ужасе отскакивают на несколько метров от меня, смотря на эту рожу. Вокруг меня темнота и только эти тени. Неожиданно я слышу эту проклятую фразу. "Лицо Кедамоно похоже на лицо его матери!"... Много десятков раз подряд. В подобные моменты я просыпался либо от собственного крика, либо от леденящего кровь ужаса. -Ты знаешь кто его убил...?- Я посмотрел на Попи стараясь не выдавать в голосе свой ужас. -Этого я сказать не могу.- Сигаретный дым растворился в воздухе и поплыл куда то по ветру. Я промолчал. После фразы "...я виноват в смерти Папи...", я уже готов был подтвердить мысленно свои опасения, но когда я выслушал его монолог о кошмаре, то был готов взять свои мысли назад. Потому что даже я бы после такого в серьёз поверил в свою виновность. -Можешь подробнее рассказать о том дне?... -Уже более уверенно спросил я. -М... Это было в июне. Я вовсю готовился к дню рождения Марифы. Папи пропал на несколько дней и сестра заволновавшись уговорила нас пойти в полицию. Мол: Раз он уже несколько дней не отвечает на звонки и не читает сообщения, значит что то случилось. Я не особо хотел идти и подавать заявление на розыск, так как Папи постоянно куда то пропадал. Ты думаю помнишь... Но не так важно. Его искали не больше недели, когда нашли тело в мусорном баке. Его завернули в мешок для мусора и как ни в чём не бывало выкинули. Было утро, Марифа тогда у меня жила из за проблем со съёмным жильём. Я проснулся от телефонного звонка. Нас вызывали как родных умершего на опознание в морг. Марифа заплакала при первом же взгляде на Папи. Ты знаешь, она любила отца. По заявлению медэкспертов, умирал он долго. Сначала ему нанесли несколько ножевых от которых потерял много крови. После чего ему вырезали сердце. Причём, судя по мнению медиков, тогда он был ещё жив и мало того находился в сознании. Ну и естественно, после этой манипуляции он мгновенно умер. А что было дальше, я уже говорил.- Попи закончил рассказ и взял ещё одну сигарету. За время этого длинного монолога на лице Попи не дрогнул ни один мускул. Ему как будто было абсолютно всё равно на ту историю, которую он мне только что рассказал. Я знал, что это не так. Я видел его виноватый взгляд, когда он склонившись над могилой положил цветы. Я видел его взгляд в тот момент, когда он говорил о кошмаре. Попи явно винил себя в произошедшем. Подняв глаза на Попи, что бы оценить ситуацию по его внешнему виду и в этот раз, я увидел как он склонил голову, что бы явно скрыть свои эмоции. Попи часто так делал. Теперь я был уверен. Я знаю его как облупленного... В то же самое время, когда он не знает выражения моей морды на данный момент. Я впервые почувствовал превосходство над кем либо... И хоть мне всё ещё было грустно и страшно за Папи, что этот случай стоил ему жизни. Что Попи и Марифа теперь не смогут жить дальше после этого... Внутри себя я ликовал! Ликовал непойми от чего. То ли от того, что теперь я знаю всё, то ли от того, что я теперь могу, знаю и понимаю больше других. И пусть я был всё тем же низкорослым, кудрявым и закомплексованным человеком... Пусть. Мне так хотелось закричать во всё горло: "Теперь я знаю всё! Вы не сможете мне врать! Я знаю! Знаю вас как облупленных! Слышите?!". Я услышал мнение двух сторон и был носителем обоих мнений. Если бы я мог пообщаться с мёртвыми, то узнать мнение самого Папи тоже бы не повредило... Меня начало распирать внутри себя от самодовольства. Я впервые чувствовал себя лучше других. Даже в те моменты, когда у меня в цирке получалось что то лучше Попи, я никогда не чувствовал себя лучше его. Но теперь я был уверен в этом. Я научился понимать людей с полуслова и даже по выражению их лиц. Не то что лиц...! Жесты, манера речи, взгляд, всё это говорит о эмоциях человека. -У тебя были какие нибудь теории на счёт личности убийцы?- Спросил я, кое как подавив внутренний крик в себе. -Были. Но это ничего не дало.- Сигаретный дым снова поднялся в воздух. Я не знаю, сколько мы так сидели с Попи. Может тридцать минут, а может час. После этого разговора мы просто молчали. Оба сидя на плитке которой была уложена набережная. Оба одетые не по погоде, сидящие прямо у воды. Сидели, каждый думая о своём. Говорю за себя, так как мысли Попи я читать не умею... Молчание было достаточно долгим. Таким долгим, что я уже успел забыть что нахожусь тут не один. Попи тем временем выкурил уже всю пачку. Я похлопал его по плечу. -Может хватит уже? Курение как ни как вредная хрень... -Знаю. Ничего не могу с собой поделать.- Попи убрал мою руку с его плеча. Он никогда не любил тактильность... И я это знал, но ничего не мог поделать с привычками. Потом мы сидели ещё дольше в тишине. Уже даже не знаю точно времени. Я поднял голову по направлению ветра и закрыл глаза. Чувствуя запах сигарет я понимал, что Попи всё ещё рядом со мной. Воспоминания хлынули в голову. Но в этих воспоминаниях не было запаха сигарет и прохлады. Там был только песок и тёплый, обжигающий ветер. Только красный закат и жёлтые облака с оранжевым солнцем.