Воспоминание профессора Снейпа

      — Встаньте, Поттер. Ваше последнее воспоминание, — сказал Снейп. — Как этот человек и эта комната очутились в вашем сознании, Поттер? — спросил он.       — Это… — сказал Поттер, стараясь смотреть куда угодно, только не на Снейпа, — это просто… сон, который я видел. — Наступила пауза. Гарри упорно не сводил глаз с большой мертвой лягушки, плавающей в банке с пурпурной жидкостью.       — Вы ведь знаете, почему мы здесь, не правда ли, Поттер? — сказал Снейп тихим, угрожающим голосом. — Знаете, почему я жертвую своими вечерами ради этой скучной работы? — внутри нарастало раздражение. Эти вечера казались невообразимой пыткой, но он продолжал выполнять просьбу директора не только потому что это была его просьба, но и потому, что Минерва страшно переживала за Поттера.       — Да, — напряженно ответил тот.       — Напомните мне, почему мы здесь, Поттер.       — Потому что я должен научиться окклюменции, — сказал парень, уставившись вместо лягушки на мертвого угря.       — Возможно, — сказал Снейп, чуть сузив свои холодные темные глаза, — возможно, вам просто нравятся эти сны и видения, Поттер. Может быть, благодаря им вы чувствуете себя особенным — этакой важной шишкой, а?       — Нет, не чувствую, — ответил он сквозь зубы, крепко сжимая в руке волшебную палочку.       — Вот и славно, Поттер, — холодно согласился Снейп, — потому что в вас и вправду нет ничего особенного, и совсем не ваше дело слушать, что Темный Лорд говорит своим Пожирателям.       — Нет, это ваше дело, не так ли? — выпалил Поттер, уж очень он был раздражен. Они сверлили друг друга взглядом; Гарри чувствовал, что зашел слишком далеко. Но когда Снейп наконец ответил, на его лице было странное, почти что удовлетворенное выражение.       — Да, Поттер, — сказал он, поблескивая глазами. — Это мое дело. А теперь, если вы готовы, мы начнем снова, — он поднял палочку. — Раз… два… три… Легилименс!       Сотня дементоров летела к Гарри над поверхностью школьного озера… он мучительно пытался сконцентрироваться… они приближались… уже видны были темные дыры под капюшонами… но в то же время он видел и Снейпа, который стоял перед ним, устремив взгляд на его лицо и бормоча себе под нос… и почему-то Снейп вырисовывался все яснее, а дементоры словно таяли…       — Нет… — Гарри поднял свою палочку. — Протего!       Снейп пошатнулся, конец его палочки взлетел вверх и вдруг в сознание Гарри наполнили чужие воспоминания: крючконосый мужчина кричал на съежившуюся женщину, а черноволосый мальчонка плакал в углу… подросток с сальными волосами сидел один в темной спальне, направив палочку в потолок и сбивая мух… какая-то девочка смеялась над худощавым пареньком, который пытался оседлать брыкающуюся метлу…       Взрослый Снейп усадил профессора МакГонагалл на стол, жадно целуя её… Мантия осталась где-то позади, платье тоже хотелось расстегнуть… Она выгибалась, тихо постанывая… «Северус…», — его сюртук оказался на полу… Этот взгляд, глаза в глаза… и будто не существует лучшего момента в жизни, чем здесь и сейчас с ней… в прочем, так и есть… «Я люблю тебя…»       — ДОВОЛЬНО!       Поттер резко попятившись назад, ударившись спиной о полки, которые тянулись по стенам в кабинете, и послышался треск. Он поднял на преподавателя потрясенный взгляд, явно пытаясь осознать только что увиденное. Это было слишком… слишком во всех смыслах. Снейп едва заметно дрожал и был страшно бледен. Этого не должно было случиться, не должно…       Это действительно слишком… Слишком опасное, личное, важное и снова опасное. Какая оплошность с его стороны.       — Я…       — Остолбеней! — произнес Северус за секунду до того, как Поттер успел что-либо сделать. Он глубоко вдохнул, принимая решение. Этому идиоту нельзя владеть подобной информацией. На кону не только репутация Минервы (хотя это тоже очень важно, он не может позволить ученикам видеть её такой), но и их безопасность. Да и не только их. Темному Лорду ничего не стоит проникнуть в разум мальчишки и тогда он узнает тайны, которые поставят под угрозу его миссию и жизнь. — Обливиэйт.       Ему уже давно не составляло труда подправить кому-то память. Тем более, что сознание Поттера было так уязвимо на их уроках, а удалить нужно всего пару фрагментов. Пару фрагментов, которые могли стоить жизни многим. Это была его ошибка и её необходимо исправить. Северус искусно скользил среди образов его памяти, вычленяя то тут, то там компрометирующие воспоминания. За одно вытянул и несколько снов про коридор, ведущий в Отдел Тайн. Если окклюменция так сложно ему дается, может быть хоть небольшая хитрость поможет? Пусть Северус и считал все эти занятия абсолютно бессмысленными, а Поттера — безнадежным, он хотел, чтобы тот добился каких-нибудь успехов и они прекратили эти ужасные вечерние встречи.       Поттер вышел из кабинета Снейпа спустя полчаса и едва понимал, что произошло. Северус удостоверился, что он добрался до своей гостиной и пошёл назад. Ему предстояло сегодня сделать ещё кое-что.

***

      Сказать это вслух было куда сложнее, чем наложить Обливиэйт на студента. Даже сложнее, чем наложить непростительное.       Северус не хотел рассказывать Минерве про инцидент с Поттером. Совсем не хотел. Но если это где-нибудь когда-нибудь всплывёт, то его молчание обернётся для них большем злом, чем её реакция сейчас. И даже если она сейчас захочет его убить, пусть будет так, а не… Северус не хотел думать про возможные варианты.       Такую новость невозможно принять хорошо. Ещё не договорив, Северус наблюдал, как перепуганное лицо Минервы становится возмущённым. Этого стоило ожидать. Чего только ей не приходилось слышать за годы работы в Хогвартсе, но сегодня он переплюнул всё. Она молчала, одно мгновение, второе, минуту, это затягивалось, вместе с тем затягивался и узел в животе у Северуса. Наверное, он больше всего боялся увидеть разочарование в её глазах. Не злость, не возмущение, ведь это не так страшно, а разочарование от разрушенных надежд. Если они у них ещё есть.       — Сколько ты ему стер? — наконец спросила Минерва.       — Не знаю, минуты две-три. Он, вроде, ничего не заметил.       — Вроде? — она выразительно на него посмотрела, давая понять, что сейчас не потерпит полутонов и неточностей.       — Поттер наших уроков всегда уходит… немного не в себе, — Северус постарался объяснить помягче, — так что внешне разница не видна. А самостоятельно понять, что я подправил ему память, он не сможет. Все нормально.       — Я надеюсь, — Минерва тяжело вздохнула. Она никак не считала, что все нормально. — Посмотрим завтра, я постараюсь как-то незаметно разузнать. Дамблдор?       — Ничего не знает, — подтвердил он.       — Ладно, но если что, сам будешь перед ним объясняться.