We made every mistake

—Мне нужна моя сабля, а ты говоришь, что мне нельзя брать ее даже сейчас? — возмутился Не Минцзюэ, глядя на Сичэня, который имел наглость выглядеть довольным. —Ты обещал. Неужели слова Чифэн-Цзуна имеют такую маленькую ценность?— спросил Лань с ангельской улыбкой. — Ты… — пробормотал Не Минцзюэ, прежде чем Цзян Чэн закатил глаза и вмешался. —Как бы нам всем не нравилось наблюдать за твоим соревнованием по писсингу, у остальных из нас есть семья, к которой нужно добраться. Либо смирись с этим и поезжай с одним из нас, либо оставайся в Башне Кои. —Ебать! Отлично. Кто меня везет?—Не Минцзюэ проворчал, оглядываясь вокруг. Не Хуайсан закричал: «Я ставлю на Цзян-сюна». Не Минцзюэ слегка зарычал, прежде чем повернуться к Лань Сичэню, который невинно пожал плечами: «Я согласился взять А-Яо». Разочарованно вздохнув, Не Минцзюэ повернулся к Цзинь Цзысюаню, который неловко почесал шею: «Я беру А-Ли». Лань Цижэнь закатил глаза. У них действительно не было чувства времени. Он должен был увидеть внучатого племянника, черт возьми! Да, он выругался. —Отлично! Я возьму тебя!— сказал Лань Цижэнь, жестом приглашая Не Минцзюэ присоединиться к нему.Он побледнел. Казалось, что сегодня его удача протухла, как тысячелетнее яйцо. Он взвесил свои возможности. Если заставит их уйти без него после всего того времени, что он занял нытьем, ему грозит верная смерть. Если бы он ехал с Лань Цижэнем, ему не только было бы неудобно, но он также боялся бы за свою жизнь, потому что, когда он был учеником, он действовал этому человеку на нервы в течение довольно памятного периода времени. Кто стал бы винить бедного старика, если бы он случайно уронил зверя, вдвое тяжелее его собственного. Никто. Цзинь Гуанъяо, вероятно, поддержал бы старика. Его брат, вероятно, будет грустить в течение дня, но потом он вспомнит, что в комнате Не Минцзюэ был большой шкаф, и этот ублюдок немедленно уйдет. —Сочту за честь— проворчал Не Минцзюэ, неловко держась за мантию старшего. Это АБСОЛЮТНО БЫЛО САМЫМ ХУДШИМ, ЧТО С НИМ ПРОИСХОДИЛО! К черту Лань Сичэня за то, что он прав, и к черту Лань Ванцзи за то, что он не сдержал себя в штанах. Вскоре они направилась к Курганам под легкие смешки Не Хуайсана и Лань Сичэня. Даже Цзян Чэн ухмыльнулся, увидев, как неудобно близко Не Минцзюэ теперь прижался к их старому учителю после того, как пять раз чуть не упал. —Я все ненавижу— — подумал Не Минцзюэ, когда угрожающие очертания Курганов появились в его поле зрения. Наконец, эта пытка закончилась, он подумал, что может расплакаться, когда все они сделали шаг, чтобы приземлиться в нескольких ли от Курганов. — Подождите, сначала мы должны пойти в город. Принести немного припасов для людей и кое-что для А-Юаня, — раздался голос Цзян Яньли, когда они были в нескольких футах от земли. Нет, нет, НЕТ, НЕЕЕЕТ , подумал Не Минцзюэ. Это НЕ могло происходить с ним. Он был так близко к земле! Рядом с ним Лань Цижэнь напевал: —Юная госпожа Цзян права. Мы не должны идти с пустыми руками. Это не прилично, даже если мы семья. —Мы должны найти все самое лучшее для А-Юаня! Ох уж эти шелковые одеяла! И игрушки! Красивые украшения! — воскликнул Не Хуайсан, когда Цзян Чэн закатил глаза. —Он не гребаная кукла. Кроме того, ему около недели. Сомневаюсь, что в ближайшее время он будет играть с игрушками. —Ты слишком придирчивый, Цзян-сюн. Я рад, что титул весёлого дядюшки можно получить без всяких соревнований — улыбнулся Не Хуайсан, когда они развернулись, чтобы лететь в город. Лань Сичэнь слегка кашлянул: «Я считаю, что этот титул не совсем свободен от конкуренции, Хуайсан». Глаза Не Хуайсана опасно вспыхнули. — Хочешь поспорить? Лань Сичэнь дружелюбно улыбнулся. Сегодня ему повезло. Будь готов, Не Хуайсан.   •   —А-Бао, ты не думаешь, что было бы разумно пойти по стопам матери и поспать несколько часов? — спросил Лань Ванцзи своего сына, который лишь булькнул в ответ, прежде чем начать извиваться в его руках. Лань Ванцзи вздохнул.Он был безнадежен. Их сын явно унаследовал свой бесконечный запас энергии от Вэй Ина. Вэй Усянь усмехнулся, осторожно сел и протянул руки Ванцзи, осторожно взяв ребенка на руки. —А-Юань, тебе трудно просто лечь спать? Айя, этот ребенок никогда не устает, — пробормотал Вэй Усянь, наклоняясь и дуя на его лицо, заставляя младенца визжать, а его мужа улыбаться при виде своей семьи. —Лань Чжань, поспи немного, он будет со мной, ты, должно быть, устал — сказал Вэй Усянь с легкой улыбкой. —Нет. Хочу бодрствовать и проводить время со своей семьей— сказал Лань Ванцзи с легкой улыбкой, от которой лицо Вэй Усяня вспыхнуло. —Тц, Лань Чжань!!! Ты должен предупреждать меня, прежде чем говорить такие вещи. Мое сердце не выдержит.Я сейчас в очень уязвимом состоянии, — заскулил Вэй Усянь, прежде чем спрятать лицо в одеяло, в которое был закутан А-Юань. — Мгм, я позабочусь о сердце Вэй Ина, — дразнящим тоном сказал Лань Ванцзи, прежде чем наклониться и поцеловать Вэй Усяня, а потом осыпать легкими поцелуями пухлые щечки маленького А-Юаня.   •   —Мы купим пурпурные мантии! —Цзян-сюн, не смеши, зеленый ЯВНО ЛУЧШЕ, — возразил Не Хуайсан, сунув крошечный, зеленый, шелковый халат в лицо Цзян Чэну. —Я не согласен.Наш племянник в синем смотрелся бы определенно лучше — возразил Лань Сичэнь, протягивая небесно-голубой халат Цзинь Гуанъяо, который кивнул с улыбкой, заставив Не Минцзюэ усмехнуться. —О, ради всего святого… ПРОШЛИ ЧАСЫ. БУКВАЛЬНО.Просто купите все три, кого это волнует? Я хочу увидеть своего племянника, и мне все равно, хотите вы этого или нет, потому что я ухожу, — сказала Цзян Яньли, прежде чем задрать юбки и пойти к Курганам с мешочком цянькунь в руке и Цзинь Цзысюанем на буксире. —Я согласен с Девой Цзян. Вы слишком смешны. Он младенец. У него не будет предпочтения в том, какую одежду носить, пока не пройдет несколько лет. —Тц, — сказал Лань Цижэнь, запихивая двадцать шелковых одеял разных оттенков синего, вместе с пятью травяными бабочками в сумку цянькунь. —Шифу, я думал, что чрезмерное баловство запрещено— возразил Лань Сичэнь, заставив Цижэня закатить глаза. —После всего, что сегодня стало известно, мы могли бы с тем же успехом поджечь стену правил. Несколько дополнительных одеял еще никого не убили. Я ухожу, чтобы увидеть моего внучатого племянника. Остальные могут присоединиться к нам или остаться здесь и спорить, — сказал Лань Цижэнь, прежде чем идти по пути, по которому пошла Цзян Яньли. Остальные поспешно расплатились за одежду и игрушки и побежали догонять остальных троих. Цзян Чэн практически ходил по воздуху, будь он проклят, если позволит Цзинь Цзысюаню держать своего племянника.   •   —Дева Цзян, мы можем помедленнее?— спросил Цзинь Цзысюань. —Ты можешь, Молодой Господин Цзинь, но я не буду— ответила Цзян Яньли, практически пробежав оставшуюся часть пути. Она остановилась у входа в Курганы, охраняемый темной энергией. Посмотрев на барьер несколько секунд, она сделала шаг вперед, надеясь, что права. Цзинь Цзысюань с ужасом наблюдал, как его невеста прошла через барьер невредимой и помахала ему с другой стороны. — А-Ли, как ты… —Ах это? Это простое заклинание барьера, которое измеряет ваши намерения. Если ты носишь каких-нибудь плохих, то твое тело распадется, а твоя душа рассеется, — ответила Цзян Яньли, впечатленно кивнув. — Довольно умно, — заметил Лань Цижэнь, остановившись рядом с Цзинь Цзысюанем, который вздрогнул от его голоса. — Цзинь Цзысюань, если ты не возражаешь, — сказал Лань Цижэнь, отталкиваясь от него и проходя через барьер. — Остальные прямо за нами. Я бы предложил встретиться с ребенком прямо сейчас, иначе нам не захочется ждать своей очереди, — нахмурившись, сказал Лань Цижэнь. —Это никуда не годится, — серьезно заявила Цзян Яньли, начиная свой поход в гору. Цзинь Цзысюань вздохнул, наблюдая, как его невеста и учитель продолжают свой поход в Курганы, полностью игнорируя тот факт, что он все еще был ТАМ. Цзысюань покосился на барьер. Достаточно ли его ненавидел Вэй Усянь, чтобы разрушить его смертное тело и рассеять его душу? Вероятно. Неужели он собирался быть идиотом и все равно пройти через барьер? Определенно. Цзинь Цзысюань крепко зажмурил глаза и бросился на барьер. Когда он не чувствовал, что он физически распался. Он обрадовался: «Ха! Я знал, что он не так сильно меня ненавидит». — Куда, черт возьми, они подевались?— Он вздохнул, оглядевшись вокруг.   •   —А-Нин, достань редис, завтра мы пойдем в город и посмотрим, сможем ли мы продать несколько — раздался голос Вэнь Цин, когда пара приблизилась к жилищу остатков Вэнь. — О, и не забывай, что нам понадобится…Учитель Лань? —Позвала Вэнь Цин, когда заметила пожилого мужчину. Вэнь Нин в замешательстве посмотрела на неё: «Цзе-Цзе, зачем нам учитель Лань?» —Он здесь. Вместе с сестрой Вэй Усяня, — ответила Вэнь Цин, поклонившись двум посетителям. Вэнь Нин подошел к ним и тоже поклонился в знак приветствия, на что они ответили взаимностью. —Госпожа Вэнь, Господин Вэнь, мы приносим свои извинения за то, что зашли без предупреждения, я знаю, что наш визит довольно внезапный, но… Вэнь Цин покачала головой: «Ничего страшного. Он твой брат. Если хочешь его увидеть, то всегда можешь это сделать. —Спасибо за то, что позаботились о моем младшем брате, пока я была не в состоянии», — сказала Цзян Яньли, прежде чем низко поклониться. —Он мне тоже как младший брат. Тупой, но тем не менее брат, — улыбнулась Вэнь Цин. — Вы можете увидеть его, но я попрошу вас воздержаться от причинения ему какого-либо беспокойства. Его состояние довольно… хрупкое, — продолжила она, бросив многозначительный взгляд на Лань Цижэня, который понимающе кивнул. —Они в пещере вон там, — сказала девушка, указывая на строение. Они кивнул ей, прежде чем отправиться в пещеру.   — Говорю тебе, он сказал «ма»! —Мгм. —А-Юань, ты собираешься сделать вид, будто я лгу? Докажи своему папе, что я прав! Голоса, разносимые каменными стенами, становились яснее по мере приближения к пещере. Цзян Яньли слегка усмехнулась. Ее брат не изменился. Лань Цижэнь вздохнул. Пара была до тошноты очаровательна. Не то чтобы он признавал это. Они шли дальше в пещеру и смогли увидеть маленькую семью, сбившуюся в кучу на крошечной каменной кровати, родители души не чаяли в ребенке. — А-Сянь, — тихо позвала Цзян Яньли, отчего голова Вэй Усяня взлетела вверх вместе с Лань Ванцзи, который выпрямился при виде дяди. — Шифу? — сказал он, бросив последний взгляд на Вэй Усяня, прежде чем подойти к дяде и поклониться. Вэй Усянь несколько раз моргнул, глядя на сестру, не зная, была ли она на самом деле тут или ему снова приснился сон. — Шицзе? — прошептал он, его глаза наполнились слезами. —Сянь-Сянь — Цзян Яньли бросилась вперед и заключила брата в объятия. «Мне так жаль.Я не защитила тебя, — всхлипнула она, чувствуя, как он тряхнул головой о ее волосы. — Нет, это не твоя вина, — запротестовал он, крепче сжимая ее. —Я обещаю, что постараюсь получше… с моим племянником, — хихикнула она, отстранилась и повернулась, чтобы посмотреть на ребенка рядом с ее братом, который одарил ее своей лучшей липкой улыбкой. —О, А-Сянь, он бесценен!—Она плакала, глядя на ребенка, смотрящего на нее своими золотыми радужками. — Вот, — сказал Вэй Усянь, осторожно поднимая сына и передавая его сестре. —Он такой крошечный— грустно заметила Яньли. —Он сразу же придет в норму, как только будет есть твой суп раз в день— пошутил Вэй Усянь, заставив сестру хихикнуть. —Два раза в день было бы более эффективней— пошутила она. — Ванцзи, — сказал Лань Цижэнь, наблюдая, как его племянник неловко ёрзает. — Я разочаровал тебя, — заметил Лань Ванцзи. Лань Цижэнь вздохнул. —Но кажется, что в последнее время все делают все возможное, чтобы разочаровать кого-то другого. Независимо от того. Я не злюсь на то, что ты женился и у тебя родился ребенок, Ванцзи. Я расстроен, что ты счел необходимым скрыть тот факт, что вы женаты. Я полагаю, это моя вина, раз ты почувствовал необходимость сделать это. —Шифу, это не… — Я сделаю все лучшее для тебя… и твоей семьи, — кивнул Лань Цижэнь. — Могу я встретиться с ними?—Он мягко продолжил. Лань Ванцзи слегка улыбнулся и кивнул, прежде чем повести его туда, где Вэй Усянь и Цзян Яньли сидели с ребенком на руках. — Учитель Лань, — Вэй Усянь кивнул старику, ожидая укола за его несоблюдение этикета, когда он не кланялся старшим. — Вэй Усянь, надеюсь, ты в порядке, — сказал Лань Цижэнь, не упустив удивления на лице молодого человека. —Я-э-э… —Должно быть, это мой внучатый племянник— сказал Лань Цижэнь, наклоняясь рядом с Цзян Яньли, которую совсем не забавляла идея передать своего племянника этому человеку. — Лань Юань, — тихо сказал Лань Ванцзи. — Красивое имя, — заметил Лань Цижэнь. —Могу ли я?—Он спросил Цзян Яньли, которая фальшиво улыбнулась ему и кивнула, прежде чем нерешительно передать ему своего племянника. — Он похож на тебя, — заметил Лань Цижэнь, глядя на черты мальчика. —Он выглядит так же, как ты, когда ты был ребенком, Вэй Усянь— продолжил Он. — Вы меня видели? — спросил он, нахмурившись. Лань Цижэнь кивнул с тенью улыбки. — Твоя мать посетила нас всего через месяц после родов. Сказала, что хочет показать лучшее, что она когда-либо производила на свет. Она пронесла тебя через все Облачные Глубины, с гордостью заявляя, что прекрасный мальчик на ее руках, был ее маленькой редиской. Я должен был догадаться, что она была права, когда, взглянув на А-Чжаня, она сказала, что вы двое безумно влюбитесь, поженитесь и когда-нибудь будете иметь свою собственную редьку. Лань Ванцзи мягко улыбнулся. Вэй Усянь всхлипнул, наклоняясь к сестре, которая успокаивающе гладила его по спине. —Ой, я не ученик! Я глава секты! — раздался голос из-за пределов пещеры. —Так вы Глава Ордена, из-за которого мы живем на этой проклятой земле? Наглость! Сначала ты заставляешь нас оставаться в таком ужасном месте, а теперь ты здесь, чтобы воровать наш редис!—последовал еще один, прежде чем раздался шлепок. «ЭЙ, МНЕ БОЛЬНО! Нет, я здесь не для того, чтобы красть твою редиску . Я даже не люблю редис! Нет, я не тот Глава Ордена! Я новый. Я также очень чувствителен, поэтому я был бы признателен, если бы вы опустили палку!» — Держу пари, тебе бы это понравилось! -Что это такое?" — спросил Вэй Усянь, прежде чем Цзян Яньли ахнула от осознания. —Цзысюань. Мы совершенно забыли о нем, — простонала она, переглядываясь с Лань Цижэнем, оба чувствуя себя виноватыми за то, что оставили мужчину на произвол судьбы.