Тысяча шагов, миллион молитв

      Новая прическа Гена имела такой успех, что попала на первую страницу журнала "Модные тенденции"! В Инстаграме уже появились подражатели, вдохновители и бесчисленные просьбы назвать имя парикмахера, который окрасил его волосы.       Внимание к нему резко возросло, когда он заявил, что сделал это сам.       (Конечно, это ложь, но не мог же он заявить, что Бог применил к нему магию фокусника?)       Кроме того, это изменение идеально совпало с фотосессией для рекламных материалов его следующего турне! Как идеально, это было похоже на судьбу, на предназначение...       Может быть, ему просто повезло?       — Мне очень нравится! — воскликнул фотограф, снимая, как Ген небрежно отбрасывает традиционную шляпу фокусника. — Дерзко! Привлекает внимание! Эффектно!       Ген съязвил, схватившись за лацканы пальто и ухмыляясь во весь рот. Фотограф сделал еще несколько сотен снимков Гена, акцентируя внимание на его красивых двухцветных локонах.       Гену нравился готовый результат: его очаровательная улыбка и серые глаза, сияющие синим светом в студии. Он любил свои волосы, и ему особенно нравилось, что никто больше не знал, насколько они для него особенные.       И насколько особенным был человек, сделавший ему такую прическу.       — Отлично поработал сегодня, Ген! — похвалил Укё, когда они вышли из студии. Он с довольной улыбкой уставился на свой смартфон. — Почему бы тебе не взять выходной до конца дня?       Ген недоверчиво посмотрел на своего менеджера. — Правда? Никакой встречи после работы? Никакого полу-профессионального обеда?       — У меня тоже есть личная жизнь. — покачал головой Укё, закатив глаза, несмотря на улыбку на губах. — Кроме того, ты, кажется, очень хочешь куда-то пойти. Иди и наслаждайся!       — Не надо повторять дважды. — Ген развернулся и, весело помахав рукой, вышел из помещения. — Пока, Укё-чан!       — Пока, Ген-кун.       Ген почти бежал по коридору. Сегодня действительно был его день! Он достал из кармана медицинскую маску и надел ее на лицо, а затем застегнул молнию на верхней одежде. Он был доволен своей маскировкой, пока не увидел себя в зеркале: его двухцветные волосы мгновенно привлекли его внимание. Он накинул капюшон на голову, поняв, что впредь ему следует носить с собой головной убор.       Подниматься по тысяче ступеней стало гораздо легче после стольких посещений святилища. Икры больше не горели с силой миллиона солнц, а легкие не раздували пожар в груди. Он стал сильнее от столь частых посещений. Менталист усмехнулся под маской.       Сегодня с ним произошла еще одна замечательная вещь.       Послеполуденное солнце окутало святилище теплым сиянием. Взгляд Гена проделал тот же путь, что и всегда: по каменной дорожке, вверх по ступеням святилища, чуть правее ящика для подношений...       Но тут его ожидало нечто неожиданное.       Сегодня святилище посетила семья. Гену не впервой было видеть, как другие люди посещают святилище, ведь оно было довольно популярным местом в праздники и во время перебоев в работе компаний и школ. Однако сегодня Сенку не просто сидел неподалеку.       Он стоял в полном облачении священника, за исключением головного убора, который все равно не мог сидеть на голове. Зеленое и белое одеяние, сандалии гета на ногах - все это выглядело совершенно потусторонним. Он уверенно двигал рукой, указывая в сторону святилища, неземным взглядом обращаясь к стоящей перед ним семье.       Мгновение спустя он опустился на колени на землю на уровне глаз маленького мальчика, который оживленно говорил, размахивая руками и подпрыгивая на месте. Сенку улыбнулся, в его глазах появился оттенок гордости, когда он слушал разговор ребенка, а родители тихо смеялись за его спиной. Сенку много раз кивал головой, а в какой-то момент даже слегка рассмеялся.       У Гена перехватило дыхание.       Перед ним был Бог, милостиво обращающийся к своим почитателям. Сенку был в самом чистом виде - благосклонный король, улыбающийся своим подданным, проявляющий нежность к детям, слушающий их молитвы, советующий следовать за своими мечтами...       Он был просто великолепен во всех отношениях.       Ген не решался подойти. Он не хотел вмешиваться в работу Сенку, но глаза Бога встретились с его глазами на каменной дорожке, и Ген почувствовал, как его сердце подскочило к горлу.       Ну вот, теперь его поймали на том, что он пялится, не так ли? Он тяжело сглотнул и, подавив смущение, подошел к святилищу.       Сенку улыбнулся мальчику, когда поднялся на ноги. — Я рад, что твой школьный проект удался! Уверен, что Боги вознаградят тебя за все труды.       Глаза мальчика засияли, и он улыбнулся Сенку. — Большое спасибо, Каннуши!       Не заметив подергивания глаза Сенку, семья почтительно склонилась перед ним. Спускаясь по ступеням святилища, родители вежливо склонили голову перед Геном, который ответил им тем же. Когда они начали спускаться по тысяче ступеней, Ген повернулся к Сенку с дьявольской ухмылкой.       Подойдя к святилищу, Ген широко раскинул руки. — О, великий, небесный владыка Богов!       — Отстань. — огрызнулся Сенку. Он скрестил руки, длинные рукава его мантии откинулись. — Ты рано. — огрызнулся он.       — Что я могу сказать? Я совершил акт исчезновения. — Ген снял маску, показав свою озорную улыбку. — Но я очень рад, что сделал это, иначе я бы никогда не увидел этого!       Сенку демонстративно закатил глаза. — Ты уже видел меня в этом, Менталист. Или ты уже забыл?       Ген хмыкнул, медленно пробежав глазами по форме Сенку, не решаясь упустить возможность рассмотреть его более тщательно. Признаться, форма показалась ему знакомой, и он издал небольшой вздох, когда воспоминания вернулись к нему. — О, ты прав! Это было, когда ты... — Ген сделал паузу и поднес палец к губам. — Как ты называешь это обличье, Сенку-чан?       — У этого нет названия. — хмыкнул Сенку, расцепляя руки и спускаясь по ступеням святилища. — Это просто то, во что я одет.       Оказавшись на одном уровне, Ген обнаружил, что смотрит на Сенку снизу вверх. Туфли на платформе делали его еще выше, чем раньше, и при его виде менталист на мгновение потерял дар речи. С трудом взяв себя в руки, он аккуратно заправил белую челку за ухо. — Понятно...       Если Сенку и заметил, что Ген потерял самообладание, то не подал виду. Он с раздражением вздохнул и пошел в сторону святилища. — Я пойду переоденусь.       — Но зачем? — Ген поджал губы, следуя за Богом.       — Все равно мой старик скоро вернется домой. Святилище может продержаться пару минут без посетителей, как будто оно вообще в них нуждается.       Когда Сенку свернул за угол храма, Ген ускорил шаг, чтобы догнать его. — Это не ответ на мой вопрос, Сенку-чан!       За углом Сенку развернулся на пятках, и Ген, запнувшись, врезался в него. Менталист споткнулся, ухватившись за одежду бога, чтобы удержать равновесие. Сенку не сдвинулся с места, стоя в своих нелепых ботинках и глядя на менталиста сузившимися глазами. — Я не просто так назначил тебе время. Ты пришел раньше, и я не хотел, чтобы ты увидел меня в этом устаревшем, нелепом наряде! — Сенку скорчил гримасу, глядя вниз на мантию. — Так что я сейчас переоденусь в нормальную одежду, и тогда смогу спокойно исполнить твое желание. Договорились?       Ген медленно кивнул. — Хорошо...       Между ними наступило молчание. Сенку наклонил голову, слегка приподняв бровь. — Сначала ты должен отпустить меня.       Ген моргнул. Он медленно опустил взгляд на свои руки, запутавшиеся в ткани мантии Сенку. Он отдернул их и спрятал руки за спину, отчаянно избегая самодовольного взгляда Сенку.       — Пойдем, Менталист. — усмехнулся Сенку, поворачиваясь к дому. — У меня есть, что тебе показать.       — Хорошо~... — Ген закивал и пошел следом. Он возился с руками, ковыряясь с ногтями, подыскивая слова. — Знаешь, Сенку-чан... Мне кажется, ты совсем не выглядишь нелепо.       — Ха? — буркнул Сенку, поворачивая шею, чтобы взглянуть на Гена. — Серьезно?       — На самом деле, ты выглядишь довольно элегантно. — Ген усмехнулся, подкрепляя свои слова.       Сенку закатил глаза. — Я понял. Это потому, что я Бог, да? Я соответствую твоему мысленному образу в этих вещах? — он тряхнул рукавом своей мантии в сторону Гена, как бы подтверждая свою мысль.       Менталист рассмеялся, совершенно легко и беззаботно, как и предполагалось. — Неужели она тебе так не нравится, Сенку-чан? Неужели она такая неудобная?       Сенку хмыкнул, засунув мизинец в ухо. — Нет, на самом деле она довольно удобная, просто... стремная.       Смех Гена, на этот раз, не был таким уж идеальным, он проскользнул прежде, чем он успел понять, какой смех будет приемлемым ответом, но реакция Сенку была настолько искренне человеческой, что это вызвало искренний смех. Он прикрыл рот рукой, избегая взгляда, который Сенку бросил на него краем глаза. — Тогда, может быть, для тебя сделают менее... уродливые одежды?       С губ Бога слетела насмешка. — Я пытаюсь слиться с толпой, а не сделать модное шоу. Я не могу просто изменить традицию, чтобы облачиться в более крутые одежды.       — А вот тут я бы возразил, поскольку ты - Бог этого святилища и можешь заставлять своих смотрителей носить то, что тебе заблагорассудится... — Ген резко наклонил голову, отчего челка закрыла ему глаза, а на лице появилось выражение чистой печали. — Но, увы, это секрет, с которым я умру!       — Рад, что мы нашли взаимопонимание. — усмехнулся Сенку.       — Грубо. — хмыкнул Ген. — Но ты должен подумать об этом... О переделке, я имею в виду. Я уверен, что Ишигами-сан серьезно отнесется к твоему мнению по этому вопросу. Возможно, тебе удастся найти золотую середину между традициями и... модой? — Ген сверкнул ехидной улыбкой.       Сенку хмыкнул, когда они подошли к крыльцу дома. — Думаю, я подумаю над этим. Не повредит, верно?       — Верно!       Сенку открыл входную дверь. Ген приостановился, ожидая у края крыльца, заставив Бога поднять бровь. — Ты идешь, Менталист?       Ген моргнул. — В дом?       Сенку закатил глаза. — Ну, да.       Бог не стал ждать ответа. Он вошел внутрь, оставив дверь открытой для Гена. Менталист нерешительно последовал за ним, тихонько закрыв за собой дверь и рассматривая обстановку дома Бога.       Хотя внешний вид дома наводил на мысль о деревенском, причудливом жилом пространстве, интерьер был почти полностью современным. Стены были гладкими и белыми, обеденный стол сделан из стекла, а мебель - небольшая и удобная. На стене висел телевизор с плоским экраном. Это был прекрасный маленький дом.       — Сюда. — голос Сенку, доносившийся из коридора, вывел Гена из состояния транса. Он пошел на голос и остановился, когда его взгляд привлекли висящие на стене рамки с фотографиями.       Это была фотография Сенку и Бьякуи, стоящих перед вывеской университета. Судя по тому, как молодо выглядел Сенку на фотографии, она была сделана, должно быть, в начале первого курса. Бьякуя обхватил Сенку за плечи и широко, с гордостью улыбался, как может улыбаться только отец. Сенку, напротив, выглядел слегка раздраженным. Ген улыбнулся, представив себе эту картину. Воистину стоит тысячи слов.       Он заскользил по коридору, любуясь следующей фотографией, попавшейся ему на глаза. Сенку был одет в школьную форму и... лабораторный халат? Он стоял за злобным аппаратом в школьном лаборантском кабинете, с одной стороны от него стоял мальчик, которого Ген смутно опознал как Тайджу, а с другой - миниатюрная девочка с длинными каштановыми волосами и белым ободком на голове. Все трое улыбались, хотя улыбка Сенку выглядела более зловещей и была направлена на машину. Ген мог только гадать, что именно он задумал.       Следующая фотография, попавшаяся ему на глаза, растопила сердце Гена. Сенку учился в средней школе! Он выглядел так неловко в своей форме, на его лице была явная гримаса, он отказывался улыбаться в камеру. Бьякуя выглядел на этой фотографии гораздо моложе, он стоял позади Сенку, положив руки на плечи сына, и гордо улыбался.       Волнение Гена только росло. Он перешел к следующему кадру и с трудом удержался от того, чтобы не задохнуться. Класс. Школьник. Сенку. Он был такой милый, с маленьким галстуком-бабочкой на рубашке и желтой каской на голове! Его волосы в беспорядке торчали из-под каски, и он безучастно смотрел в камеру. Ген почти слышал, как маленький Сенку спрашивал: "А зачем это нужно?", а Бьякуя щелкал фото сына в его первый день в школе!       Ведь ничего милее этого быть не может, верно?       Неправда.       Последняя рамка, висевшая на стене, представляла собой коллаж из множества фотографий, и на каждой из них был изображен крошечный Сенку в разном возрасте - от младенческого до дошкольного. Маленький Сенку с пультом от машинки в руках, злобная ухмылка на лице, когда он мчится по грязи. Сенку с лапшой из рамэна, застрявшей в его волосах после неаккуратного приема пищи. Маленький ворчливый Сенку, грызущий пластмассовый ракетный корабль.       Последняя фотография чуть не убила Гена: Сенку был маленьким пухленьким ребенком со светлыми волосами и большими круглыми глазами, который улыбался самой очаровательной, душераздирающей, вызывающей визг улыбкой, которую Ген когда-либо видел в своей жизни. Он быстро нащупал свой телефон и открыл приложение камеры, чтобы сделать всего один маленький снимок.       — Что ты делаешь?       — Ип! — воскликнул Ген, чуть не выронив телефон. Он держал аппарат за спиной и едва заметно улыбался в сторону обвиняющего голоса. — Сенку-чан! Я просто-       Слова Гена застряли у него в горле.       Сенку был без рубашки, опирался плечом о дверной косяк и смотрел на Гена. На нем были облегающие джинсы, подпоясанные черным ремнем... Но это было все.       Ген проследил взглядом по обнаженной груди Сенку, заметил подтянутые линии мышц, намек на пресс на плоском животе...       Через секунду его взгляд вернулся к лицу Сенку. Он не должен был любоваться им, настоящим Богом среди людей, язвительным, грубым, хорошо сложенным, сексуальным... Его разум кричал, чтобы он упомянул о чем угодно, только не о том, что в этот самый момент перед ним стоит полуголый Бог.       — Я хотел сфотографировать твои детские фотографии.       Подождите, нет!       Брови Сенку сошлись в одну линию, и он уставился на менталиста. — Ты пугаешь, ты в курсе?       Ген резко вздохнул, наконец-то ухватившись за ускользающий от него фасад. — Что, прости? Ты видишь, вообще какой ты маленький?       Сенку издал негромкий смешок. — Как скажешь. — Бог отвернулся, исчезая в комнате. Ген прикусил губу, небрежно прислонившись к дверному проему. Затаив дыхание, он смотрел, как Сенку натягивает на голову красный свитер. Повернувшись к зеркалу, он поправил волосы, собрав их в хвост, но, увидев в зеркале отражение Гена, усмехнулся. — Иди и открой дверь за тобой, Менталист.       Ген нерешительно обернулся. Дверь выглядела вполне нормально, если не считать прикрепленных к ней, возможно, детских знаков опасности. Ген взялся за ручку двери и толкнул ее.       Перед ним открылся удивительный мир. Микроскопы, бунзеновские горелки, большой телескоп... На столе через всю комнату стояли ноутбук и настольный компьютер. На полках стояли материнские платы, детали ракет, старые игровые приставки и разобранные на части мобильные телефоны.       — Это моя лаборатория. — Сенку появился рядом с Геном, заставив его слегка подпрыгнуть. Теперь Бог был одет в чистый белый лабораторный халат с поднятым воротником, полностью соответствуя образу настоящего ученого. Он с ухмылкой посмотрел на менталиста. — Что скажешь?       — А что я думаю? — Ген жеманно улыбнулся и прошел в центр комнаты, чтобы покрутиться на вытянутых руках. — Эта комната - просто фантастика! По-моему, в ней больше оборудования, чем во всем моем школьном научном клубе!       — Так и есть. И лучшего качества. — Сенку подошел к полкам и достал коробку с материнскими платами. — Мой отец обучал меня, когда я был маленьким, и денежные пожертвования от святилища поддерживают меня в тонусе.       — Как занятно. — Ген наблюдал, как Сенку отнес коробку на стол, расставляя различные детали без особого порядка. — Бог, использующий пожертвования святилища для финансирования своей науки? Звучит как развязка какой-то шутки.       Сенку пожал плечами. — Эй, деньги предназначены для меня, я могу распоряжаться ими как хочу. Во всяком случае, так утверждал мой отец.       Ген скрестил руки. — Ты получаешь все деньги?       — Не совсем. — сказал Сенку, облокотившись на стол и встретившись взглядом с Геном. — Обычно я получаю приличную долю зарплаты, учитывая то, что я делаю в святилище. Я слежу за тем, чтобы старик откладывал остальное на счета, продукты, пенсию...       Ген моргнул. — О?       — Мой отец тоже профессор, а я подрабатываю лаборантом в университете. — добавил Сенку и покачал головой. — Я не хочу принимать дары людей как должное и не хочу брать больше того, что заслуживаю.       Ген почувствовал, как на его губах появилась искренняя улыбка. — Это действительно здорово, Сенку-чан.       Сенку отвернулся от Гена, но менталист не упустил улыбку, растянувшую его губы. — Но с остальным я могу поступить по своему усмотрению. Я отправил в космос пять ракет, создал сходный по функциям ИИ, с нуля создал гравировальный раствор, довел до совершенства математическое уравнение-       Ген почувствовал, что улыбка на его лице начинает ослабевать. — Ты же не хочешь сказать...? — он оглядел комнату, заметил плакаты NASA и JAXA, периодическую таблицу, множество книг на полках - некоторые из них он узнал как книги, которые Сенку читал в храме, - и после того, как он все это воспринял, в голове Гена возник один-единственный вопрос. — Почему ты так любишь науку, Сенку-чан?       Сенку хмыкнул, не отрываясь от своего стола. — Потому что с ее помощью я могу понять все.       — А разве ты не можешь этого сделать? — Ген облокотился на стол, чтобы взглянуть на лицо Сенку, и увидел, что тот погрузился в раздумья, обшаривая глазами стол. — Ты же Бог, в конце концов.       Сенку закатил глаза. — Я не могу знать все, потому что я Бог. — Сенку отложил устройство и повернулся лицом к Гену: — Наука уравнивает все для всех. Наука делает так, что ты и я... — Сенку подчеркнул свою мысль, сделав движение между ними обоими, — находимся в равных условиях.       Ген рассмеялся. — На равных? Разве ты не исполняешь желания в буквальном смысле?       — Нет. — Сенку снова отвернулся.       Ген вытаращился. — Ты Бог удачи!       — И хитрости. — ухмыльнулся Сенку, указывая на двухцветные волосы Гена. — Иногда исцеления. Боги-лисы известны многим, но с помощью науки ты можешь делать все то же самое!       — Сенку-чан. — Ген почувствовал, как в нем нарастает раздражение, и едва удержался от желания ударить Бога по голове. Вместо этого он выдавил из себя добрую улыбку. — Люди приходят к тебе молиться об удаче, а ты ее даришь! Даже не пытайся сказать мне, что ты не наградил того мальчика, который приходил ранее!       Сенку сделал паузу, на мгновение задумавшись над словами Гена. — Полагаю, я могу давать... награды. — он в задумчивости поднес руку к подбородку. — Я не джинн. Моя магия действует странным образом. Это трудно точно измерить, иначе я бы уже сделал это, но я знаю, что привел людей к встрече с любовью всей их жизни, помог людям воссоединиться... — Сенку считал на пальцах, уставившись в угол комнаты. — Кажется, я предотвратил отказ в продаже дома, но это могло быть случайностью-       Ген хлопнул руками по столу. — Минуточку! — Сенку моргнул, казалось, удивленный тонко завуалированным раздражением в голосе Гена. — Я мог бы попросить о любой из этих вещей, и ты бы сделал это для меня?       Сенку захихикал, на его лице появилась слишком самодовольная ухмылка, чтобы понравиться Гену. — Нет, потому что это было не твое желание.       — Ты даже не спросил о моем желании! — пожаловался Ген.       Сенку щелкнул Гена по носу, заставив менталиста задохнуться. — Нет, спрашивал, и ты сказал, что больше всего на свете хочешь узнать обо мне.       Лицо Гена пылало, он оттолкнул Бога от себя. — Это было вырвано из контекста! Это не мое настоящее желание!       Сенку захихикал. — Но это так, я вижу. — Сенку наклонился вперед, красные глаза блеснули озорством. — По твоему взгляду я понял, что это - все, чего ты хочешь на всем белом свете...       Ген отступил, чувствуя жар и учащенное дыхание, и все еще мысль о Сенку без рубашки не давала ему покоя без всякой причины. Он скрестил руки и отвернулся от Сенку, надувшись. — Знаешь что? Неважно. Это даже не моя точка зрения.       — К чему ты клонишь, Менталист?       — Я хочу сказать...       В этот момент до него дошло, что ничего толкового он сказать не может. Однако ни один хороший менталист никогда не признает своего поражения, поэтому он решил набросать кучу красивых слов и надеяться, что это будет звучать правдоподобно.       — Ты - Бог. Ты делаешь божественные вещи. Например, даешь людям, которые этого заслуживают, то, что они хотят. И это не менее удивительно, если не более, чем твоя наука, не так ли?       Ген не ожидал последовавшей за этим тишины. Слегка повернувшись, он увидел, что Сенку задумчиво смотрит в пол, прикрыв рот рукой и сведя брови. В конце концов он вздохнул, проведя рукой по лицу. — Мне кажется, люди ассоциируют меня с удачей...       Ген снова оказался лицом к лицу с Богом. Вид у него был растерянный, он был разочарован без тени сомнения. Сенку глубоко вздохнул и снова поднял голову, чтобы встретиться взглядом с Геном.       — Когда они приходят ко мне, они говорят, что желают успеха, но на самом деле они желают удачи... А я не могу дать им удачу. Единственный способ добиться успеха в чем-то - это пробовать, снова и снова.       — И наука - воплощение этого. Люди способны делать вещи, о которых они даже не подозревали, благодаря упорному труду, который они прикладывают. Не благодаря удаче, не благодаря какому-то благосклонному Богу. — улыбка пересекла лицо Сенку, в его малиновых глазах горела страсть. — Они могут сделать это сами. Так что да, я занимаюсь богоугодными делами. Если у меня есть возможность вознаградить людей за их тяжелый труд, подарить им удачу, которую они заслужили, то я это сделаю. Но это не значит, что магия лучше науки.       Под пристальным взглядом Сенку Ген почувствовал себя легким как перышко. Заправив челку за ухо, он искренне улыбнулся. — Наверное, это справедливо... — сердце Гена сильно забилось в груди. Он усмехнулся про себя, пытаясь заставить сердце биться ровнее. — Это очень мило с твоей стороны, Сенку-чан. Ты использовал свою магию, чтобы дать мне столько поклонников, сколько я хотел?       Сенку рассмеялся словам Гена, его улыбка стала надменной. — Ты получил их всех сам, Менталист. Я не могу изменить пути сердца.       — Ох, Сенку-чан, это было почти поэтично! — поддразнил Ген.       — Да уж. — скорчил гримасу Сенку. — Как-то неловко это говорить.       — Да, что ж... — Ген встал рядом с Сенку, облокотившись на стол. — Я рад, что мне посчастливилось познакомиться с тобой...       Ген проигнорировал дыры, которые в нем прожигал взгляд Сенку. Тот скрестил руки, уголок его рта приподнялся. — Знаешь, — Сенку приподнял бровь. — мужчина, который говорит комплименты другому мужчине в лицо, либо флиртует, либо замышляет что-то.       — Я не понимаю, о чем ты, Сенку-чан.       — Что ты замышляешь?       Ген задохнулся. — Я бы никогда... — он повернулся, чтобы увидеть непонимающий взгляд Сенку. Тяжело вздохнув, Ген выпятил нижнюю губу. — Я хочу увидеть твой хвост...       — Ответ по-прежнему отрицательный. — Сенку полностью отвернулся от Гена, вернув свое внимание к материнской плате на столе.       — Сенку-чан! Ты такой злой! — воскликнул Ген, тряся руку Бога. Его лицо слегка раскраснелось, а на губах играла небольшая улыбка.       Он вовсе не плел интриги. Нет, он определенно флиртовал.       Не то чтобы Сенку нужно было это знать.