Siblings

У Киришимы есть две младшие сестры. И из-за этого иногда он делает… странные вещи. Не то чтобы это многое меняло. Вообще нет. Скорее, просто дополняло картину дополнительными подробностями, а Бакуго нравилось быть чуть более осведомленным о вещах (и людях, соответственно, тоже, да), которые ему нравится. И узнал он об этом случайно. Киришима не особо распространяется о себе, своей семье или прошлом, а сам Бакуго не спешит этим интересоваться — расскажет, если захочет, в своё время. Это как бы не его дело. Он сам не особо горит желанием распространяться о том, каким мудаком был в школе. Поэтому этот факт всплыл на поверхность как-то стихийно и незапланированно. — Сколько-сколько тысяч у тебя рекорд?! — голосил Каминари, заглядывая Киришиме в экран смартфона. И орал на ухо, тот аж сморщился. — Бля, чувак, никогда бы не подумал, что ты такой задрот. Это же, типа, сабвей сёрф. Ты бешеный. Киришима неловко почесал затылок и легонько улыбнулся, нажимая на «старт» и начиная новую игру. — А, это не совсем специально вышло. Мы с Эйми и Эцуко просто иногда устраиваем соревнования в играх и конкретно в сабвее я пока лидирую! Но они сильные противники, я тебя уверяю. Мужик, ты бы знал, насколько Эцуко лютая в дудлджамп! — А они?.. — недоумённо вскинул брови Каминари, отрываясь от открытой страницы гугл плэй. Бакуго тихо фыркнул с этого. Кто бы говорил про задротство. — Чо за дамочки? — А, точно, я не рассказывал. Мои младшие сёстры. — Киришима снова смущённо потёр шею, не отрываясь от игры. — Сорян, чел, не привык, что люди о них не в курсе. — Мелкая девчонка разнесла тебя в дудлджамп! Братан, это позор! — Если бы ты с ней сразился, ты бы понял, насколько сложно составлять ей конкуренцию, бро! Тогда Бакуго нехотя подслушал этот разговор на повышенных тонах (потому что не услышать их было чисто технически невозможно, невъебаться какой чувствительный слух Бакуго истошно вопил о пощаде) и мысленно зачем-то поставил себе галочку в список того, чего он о Киришиме не знал. И не то, чтобы ему было очень интересно. Скорее наоборот, он прекрасно понимает, что никакого желания слушать о том, как растут, чему научились или чем занимаются спиногрызы своего окружения у него нет абсолютно. Разведение подобного рода соплей Бакуго считает пустой тратой времени. Он такой ярой любви к мелким выпердышам никогда не разделял, потому что в их семье относительно других маленьких вредителей, кроме него самого, политика была чёткой и утверждённой — категоричное нет. Никто, кроме, наверное, очкастого, заводить кого-то помимо Кацуки не планировал. Карга, вырастив старшее и единственное чадо, зареклась, что больше на эту еботню ни за какие шиши не подпишется, а само чадо его единоличие как младшего обитателя дома всегда полностью устраивало. Но в то же время, когда эта деталь стала известна их не очень широкой общественности, многие моменты поведения Киришимы стали чуть яснее. Например. Киришима плюхнулся рядом с Бакуго, громко шарахая полным подносом по столу. На нём чего только не было — создавалось ощущение, будто Киришима решил отожраться на годы вперёд и никогда в жизни в рот ни кусочка больше не брать. Бакуго демонстративно нахмурился и смерил эту гору жратвы осуждающим взглядом — Умеренный рацион, не слышал о таком? — Привычка, братан! — почти криком ответил он в свою защиту, вонзая вилку в мясо с такой силой, будто оно от него убежит. — В большой семье клювом не щёлкают, а мы тоже своего рода семья! Бакуго закатил глаза и молча отложил себе мяса из его тарелки. Киришима звонко хохотнул. — Вот на такое и был расчёт. Дальше глаза закатывать было уже некуда, поэтому Бакуго просто осуждающе фыркнул, чтобы хоть как-то выразить свое отношение к этой реплике. Также у Киришимы была глупая и странная (по мнению Бакуго), но умилительная (по мнению большинства) привычка — Проходя мимо общей комнаты отдыха вечером после тренировки, где в тот момент сгрудилась их небольшая разношёрстная компания из людей, чьё общество Бакуго мог терпеть и моментами даже (вау) наслаждался им, Киришима внезапно заулыбался и подошёл к каждому по очереди со своими крепкими "мужицкими" объятиями. Мина умилённо хихикнула и звонко чмокнула его в щёку, Каминари со смущённым «ну че-ел» неловко обнял его в ответ, Серо хрипло хохотнул, приобнимая одной рукой, а Бакуго, когда до него дошла очередь этих телячьих нежностей, для виду неприязненно сморщился и оттолкнул его лицо рукой от себя, хоть и дал себя обхватить. — Это чо вообще такое? — скорчил он недовольную гримасу, на что Киришима улыбнулся лишь шире. В такие моменты Бакуго думал, что его лицо не может быть более недовольным, чем оно есть, и каждый раз обнаруживал, что возможности его мимики почти безграничны. — Проявление любви, чувак. — Фу, гадость. — скуксился он пуще прежнего и показал захихикавшей Мине средний палец. А ещё. Киришима всегда и ко всем был тактичен и внимателен, естественно, тут только долбоёб или слепой не заметил бы. К тем, кого он считал своими "братанами" (а Бакуго, к слову, тоже каким-то образом в них входил, хоть и не понимал, как туда попал, но не возмущался) эти качества усиливались вдвое. Хотя нет, в четы-, в пять раз! Однако. Поразительная участливость и тактичность Киришимы очень интересным образом распространялась на девушек. — Тебе принести водички? — наклонившись ближе к согнутой пополам на скамейке Урараке, спросил Киришима и мягко погладил девушку по плечу. — Да нет, не стоит… — неловко начала отпираться она, но тут же снова сложилась, утыкаясь лбом в сомкнутые колени. — Месячные, да? — понимающе покачал головой он и всё-таки сбегал к своему рюкзаку за дополнительной бутылкой воды (Бакуго знал, что у него их две, потому что преимущественно ему Киришима её и втюхивал каждый раз, когда они садились отдохнуть на тренировках). — У тебя обезбол есть? Круглолицая непонимающе приподняла брови и посмотрела на него таким жалобным взглядом, что Бакуго захотелось отвернуться, чтобы эту слезливую картину не наблюдать. — Уже выпила. Жду вот, пока подействует. — бутылку, кстати, приняла, хоть и отпиралась. — Всё правда хорошо, не беспокойся… — Да ладно, я знаю, насколько это неприятно, не стесняйся. Может, отпросишься? — Да Айзава меня не пустит… — Хочешь, я с ним поговорю? — Нет, не надо, ты что! Киришима выпрямился, окидывая эту страдалицу сочувствующим взглядом. — Да как же не надо? Ты ж в таком состоянии ничего дельного всё равно не сделаешь. А так хоть мучать себя не будешь. Короче, жди. — подытожил он и в сопровождении благодарного, хоть и стыдливого взгляда Урараки, отбежал в сторону препода. И это не было противно. Глупо — да, — но ни в коем случае, даже по мнению Бакуго, не противно. Конечно, если бы такими чертами характера обладал какой-нибудь, прости Господи, Дэку, он бы ненавидел их всем сердцем. Но это был Киришима. А Киришиму, типа, все любят, и любые даже странные по мнению большинства или кого-то одного вещи в его поведении все принимают как данность. Мол, ну, да, вот такой он, будущий герой Красный Бунтарь, всратый, тактильный и смешливый болван со странностями, чего уж тут поделать. Человек же. Ещё и хороший такой человек, Бакуго даже не постесняется его так назвать. В конце концов некоторые такие его особенности даже льстили и были достаточно уместны. Общая столовая была наполнена до чёртиков раздражающим хохотом и весельем — сегодня тут собрался весь «А» класс. Команда зануд в лице Дэку, Двумордого, Очкастого и Круглолицей играли в монополию, Оджиро и Хагакурэ вели оживленную беседу, обанкротившись в числе первых. Тсую и Яойрозу наблюдали за игрой и периодически переговаривались — Бакуго не слушал, что-то про кикбоксинг. Сэро и Пикачу чересчур оживлённо голосили, рубясь в приставку. И это только близко сидящие. Короче, все заняты своим делом, всем весело, всё прекрасно. Был первый день лета, который как раз выпал на выходной. Как, блять, удачно. Подтянув под себя ноги и свернувшись на стуле, Бакуго хмуро буравил взглядом экран телефона, раздражённо листал ленту и остервенело мешал ложкой чай — не кофе. И это бесило ещё больше. Из-за недавней — очередной, — стычки с Дэку, его почти насильно принудили посещать психолога. Мало того, что эти встречи были два раза в неделю и отнимали драгоценное время, которое можно было бы потратить на тренировки или уроки в конце концов, сраная тётка ещё и запретила ему пить кофе — мол, он повышает раздражительность и усиливает причуду, которая из-за жары и так работает на ура, а на стрессе это может привести к непреднамеренным разрушениям. Конечно, блять, Бакуго же совсем не умеет управляться со своей способностью, это же он бесконечно кости себе при её использовании ломает. Отхлебнув чай с громким сюрпом, Бакуго сморщился. Ссанина. На плечо упала широкая тёплая ладонь, а перед глазами замельтешила привычная дружелюбная улыбка. Бакуго только сильнее ощетинился и намеренно эти дружеские жесты проигнорировал, хотя и не стал спихивать с себя руку. Пусть сам поймёт, что он не в духе. — Эй, Бакубро, ты чего? — участливо поинтересовался Киришима, присаживаясь на соседний стул. Какая наглость, его сюда никто не звал. Впрочем, как и обычно. — Иди, куда шёл. — А я к тебе и шёл. — хохотнул он и принял враждебный осуждающий взгляд с таким видом, будто был ему рад. — Иду себе, вижу, что мой самый лучший в мире бро сидит и бесится. Не дело. — Киришима, блять. — Бакуго хотел было возмутиться, как подобает, но запнулся о «самый лучший в мире бро» и сформировалось только это. — Ну да, я. Свою фамилию знаю. — Отъебись. — Ну чего ты? Ты, конечно, всегда бесишься, но сегодня явно не без причины. Не рад лету? — А чему, блять, радоваться? — Тому, что у тебя причуда в жару лучше работает, разве не круто? — он окинул взглядом его сжатые вокруг кружки руки и недоумённо наклонил голову. — Ты же не пьёшь чай. — Вот именно. — Психолог запретила? Бакуго подарил ему самый выразительный взгляд, на который сейчас был способен. — Да ты и без кофе хорош. Ну правда. Тем более, тебе же до этого тоже запрещали и ты всем доказал, что голыми руками злодеев штабелями положить можешь. А если ты по вкусу скучаешь. — Киришима наконец оторвал руку от его плеча и закопошился в карманах, выкладывая на стол упаковку конфет. Кофейных. — Держи, всё равно тебе хотел отдать. Бакуго, не особо впечатлённый, но всё-таки немного тронутый таким жестом, выждал несколько секунд для вида, и всё-таки развернул одну, отправляя её в рот. Киришима засиял. — Как дела с отработкой гаубицы? Слышал, на персональной тренировке ты отличился и Айзава тебя похвалил! Я уже хочу опробовать против неё своего Несокрушимого, чувак! Бакуго еле заметно ухмыльнулся. — Ещё нос не дорос для таких техник. Я ж тебя уделаю. — Эй, ну, чел! — возмутился Киришима, но тем не менее залился задорным хохотом. — Это мы ещё посмотрим! Так что временами это было даже здорово. Не то чтобы Бакуго был настолько мелочным и любил подмечать мелкие детали в поведении своего окружения, вообще нет. Если так и получалось, то выходило это не намеренно. Просто такие маленькие черты складывались в достаточно чёткую картину и становилось понятно — Киришима себе профессию действительно правильно выбрал. Такой весь герой-герой, по всем канонам: сильный, старательный, добрый, небезразличный, внимательный. Прямо-таки не человек, а комиксовый персонаж, прописанный и слепленный под стать положенной цели. Но были в его арсенале и вещи, обычно героям не свойственные. — Слушай, я считаю, что платье фасона «спящая красавица» смотрится прикольнее. — с видом эксперта парировал Киришима, заглядывая в экран Мины с открытой вкладкой интернет-магазина. — Оно и выглядит как-то строже, и фигуру визуально вытягивает. Да и крой ничо такой. Будешь выглядеть статно. — Да ну, брешешь. — фыркнула та, приближая картинку в районе рукава. — Я хочу с воланами. Тогда уж, как у Белоснежки. — Не уважаю Белоснежку, сорян. Да и платье у неё прошлый век. Ну правда. — Прошлый век, это, скорее, Золушка. А чего это ты не уважаешь Белоснежку? Ты смотрел что ли? — Ну да. — пожал он плечами так, будто это что-то само собой разумеющееся. — Не персонаж, а картонка, в итоге жизнь в шоколаде исключительно из-за принца. И гномов, вот гномы классные. — И чо мне теперь, на свиданку в костюме гнома прийти? Киришима хитро прищурился и зубасто улыбнулся, откидывая голову на спинку дивана. — А чего нет? Оригинально. Уж такого он точно не ожидает, сразу смекнёт, что ты девушка интересная. Мина, хихикая, кинула ему в лицо подушку. Или например… — Дерьмоволосый, это чо? — с усмешкой поинтересовался Бакуго, кивая подбородком в сторону Киришимовых волос и ногтей. Только вчера вечером тот вернулся из поездки домой к семье — говорил, мол, соскучился по всем, и хотел проведать. А вернулся вот с этим. Он выставил перед собой руку с блестящим красным и неимоверно кривым "маникюром" и, хихикая, поправил хвостик, перевязанный розовой резинкой с мордочкой Хэллоу Китти. — А что, не нравится? Мой новый образ. По-моему, очень мужественно. — Особенно блёстки. — Это ты ещё не видел мой браслет со стразами. Я его в следующий раз на тренировку надену, вообще закачаешься. Каминари недалеко от них хлопнул дверцей шкафчика и перекинул через плечо полотенце. — А мне подаришь что-нибудь такое? Не хочу отставать от моды. — Приезжай в гости, мы тебе такие аксессуары подберём, будешь первым красавцем академии. — Договорились. — хмыкнул Каминари и отсалютовал ему двумя пальцами. Киришима показушно-кокетливо поиграл пальцами, как блондинки в глупых девчачьих киношках, и Бакуго закатил глаза. Но Бакуго думал, что это в какой-то степени даже… мило. Это слово в его мысленном словаре пылилось за ненадобностью годами и выныривало из недр памяти раз в тысячелетие, тут же заползая обратно как можно глубже, будто и не показывалось. Но иногда всё-таки фигурировало, пускай вслух никогда и не озвучивалось. Раз в год и палка стреляет, как говорится. Киришима со всеми этими его познаниями в девчоночьих платьях, внимательностью к эмоциональному состоянию друзей, бережным отношением к девушкам и аккуратной заботой даже в виде захваченной на всякий случай запасной бутылки воды был так привычен, что придираться к тому, насколько это странно, не хотелось. Бакуго с удивлением для себя обнаружил — это не бесит и никогда не бесило. Даже допустил мысль, что, наверное, Киришима хороший старший брат и его сёстрам с ним определённо повезло. Сам Бакуго, например, не представлял, как бы вёл себя, если бы у них в семье внезапно появился ещё один спиногрыз. Вероятно, его эгоизм не позволил бы мелкому нормально существовать и единственное, что бы ему оставалось — это расти в широкой тени, отбрасываемой необъятным эгом его старшего сиблинга. А у Киришимы забота о младших как будто вросла в сознание настолько, что он стал неосознанно вести себя так и за пределами отчего дома. В какой-то степени, это даже восхищало. Бакуго хмыкнул своим мыслям и Киришима тут же покосился на него, отрываясь от ноутбука, на котором очередная жертва в «Пункт назначения» пала глупой и нереалистичной смертью. Они сидели в его комнате в окружении глупых нарочито "мужественных" вещей, постеров и обилия красного, смотрели до безумия глупый фильм и ели какую-то вредную дрянь. Всё по канонам жанра типичных домашних посиделок. Даже героям нужно отдавать дань традициям и иногда расслабляться. — Ты чего? — Киришима склонил голову набок и засунул в рот чипсину. — Да ничо. Подумал, что сеструхи у тебя, наверное, прикольные. — признался Бакуго и, секунду подумав, надо ли оно ему, тоже сгрёб себе пару чипсин и кинул за щёку, с громким хрустом пережёвывая. Киришима лучисто улыбнулся. — О, да, они классные. Как-нибудь вас познакомлю. — Упаси Господь. Обойдусь. — Да ладно тебе, ты им понравишься! Бакуго скептически изогнул брови и фыркнул. — Ну да, конечно. — Ты им понравишься, как минимум, потому что ты мой друг! — Это уже чуть больше на правду похоже. Но я всё равно не убеждён. Киришима расхохотался и снова устремил взгляд на экран. О да, сцена с брёвнами. Всё-таки, герои и в обычной жизни часто ведут себя "героически". Особенно с близкими. Иногда, чтобы быть героем, достаточно быть просто хорошим человеком.