Бэд трип

***

Тёмная и безоблачная ночь опустилась на Зону. В Тёмной Долине впервые за долгое время было ясно и сухо. Обычно тут как из ведра льет дождь чаще, чем в любом другом месте. На базе «Свободы» как обычно шумно и весело. Даже ночью музыка не утихала до раннего утра, пока Ганжа не отправится спать. В баре собралось много людей, все выпивали и смеялись, даже бармен налегал вместе со всеми на бутылку. Повода, конечно же, никакого не было. Просто веселье. Щукин вышел из своей пристройки и спустился по стальным ступенькам. Он остановился и всмотрелся в группу свободовцев в баре. Слушая их громкий смех и какие-то еле различимые пьяные крики он не чувствовал спокойствия. Сердце было не на месте — его к себе вызвал Чехов. Казалось бы, старый друг попросил зайти к нему вечером и никому об этом не говорить, но… Зачем такая конспирация? Неужели серьёзный разговор? Да уж, видимо очень серьёзный. Щукин боялся, что главный догадался о его грязных делишках и что сейчас его ждёт самый настоящий трибунал. Но ведь он не виноват, что наёмники сами заставил его на них работать… В баре вдруг разбилась пустая бутылка. От звона стекла, который смешался с музыкой и криками, Щукин дёрнулся и припадочно обернулся вправо. Осознав, что ничего серьёзного не произошло, он выдохнул, вытирая пот со лба. —Эй, комендант! Что-то случилось? —вдруг окликнул его кто-то сзади, при этом уронив на плечо тяжелую ладонь. Щукин чуть не подпрыгнул, зашуганно склонил голову вниз и развернулся вправо. Рядом стоял пьяный и весёлый Яр, улыбаясь, глядя на коменданта. —Тьфу ты бля, Яр! —нервно выдохнул Щукин. —Тебя стучать учили? Яр уставился на него, как на придурка. —А… Куда тут, собственно, стучать надо? Мы же на улице стоим! —заплетающимся языком пролепетал техник. Щукин выгнул бровь и посмотрел по сторонам. —Да? Ну ладно тогда… —первое, что пришло в голову, выпалил комендант. —Может, закурить дать? А то ты какой-то уж очень дёрганный. —предложил Яр. —Я не курю, дружище. —ответил Щукин и шагнул вперёд. —Мне идти пора, дела у меня… —Какие дела могут быть посреди ночи? —удивился техник, но комендант его уже не слушал. Он стремительно пошёл вперёд, на верную смерть. Прошёл в ангар, поднялся по лестнице и остановился у кабинета Чехова. Охраны не было на месте, видимо, лидер распустил её, чтобы не мешали. Он заметил, как в ангаре в принципе нет никого. Наверное, все ушли в главное здание или пить с остальными в баре. Ну, это и к лучшему. Щукин всё еще стоял у кабинета и мялся, не решаясь зайти. Боялся он, конечно, ужасно. Накрутил себе достаточно. И вдруг он глубоко вздохнул, поднял вверх голову и уверенно дёрнул за ручку. Чехов сидел за столом и был совершенно спокоен. Перед ним горела керосиновая лампа, а на столе лежал кассетный магнитофон. Лидер, увидев Щукина, улыбнулся. —Привет, Щука, проходи садись. —махнул ему рукой он, призывая сесть на свободный стул. Комендант медленно поплёлся к столу и сел. —Зачем звал? —неуверенно спросил Щукин. Чехов усмехнулся и стал сдвигать всё со стола на край. —Соскучился. —спокойно ответил лидер. Щукин ничего не понимал. Он сжимал пальцы у себя на коленях. —В смысле? —переспросил комендант. —По старым временам соскучился. Решил, вот, позвать тебя оттопыриться, молодость вспомнить. —пояснил ему Чехов и открыл ящик стола. Нащупав там кассету для магнитофона, он достал её и повертел в руках. Заметив на себе непонимающий взгляд друга, лидер закатил глаза и спокойно улыбнулся. —Я серьёзно. Сегодня не будет никаких обсуждений планов группировки. Меня они уже самого задолбали… —ответил ему Чехов и вставил кассету в магнитофон. Щукин вроде бы немного расслабился. Но такое предложение казалось подозрительным. Он разжал пальцы. —Хорошо. И что мы долбить будем? —спросил Щукин. Чехов посмеялся и снова запустил руку в ящик стола. Он вытащил оттуда пакетик со странным, грязноватого цвета порошком и поднял его перед лицом коменданта. —Вот этим. —кивнул он на дурь. Щукин даже слегка улыбнулся. —Дай угадаю… —начал было он, но Чехов замотал головой. —Не угадаешь, я и сам не знаю, что это такое. —сказал лидер и смахнул ладонью со стола пыль. Щукин напрягся. —Может, тогда не надо? —засомневался комендант. На что Чехов рассмеялся. —Что значит «не надо»? Я что-то не помню, когда тебя такое останавливало хоть раз… —уколол его лидер и высыпал всё содержимое пакетика на стол. —Скажи хоть взял у кого? —спросил Щукин, пристально следя за движениями лидера. Тот вытащил из того же ящика нож и стал равнять дрожки. —Да у Ганжи и взял. Он же у нас дурь толкает. —ответил ему Чехов и, отложив нож, нашёл у себя в кармане купюру. Он быстро свернул её в трубочку и уставился на дорожки, проверяя, одинаковые ли они. Затем он щёлкнул на магнитофоне кнопку, и заиграла музыка. Сегодняшний репертуар — группа «Кино». Чехов пристально и с улыбкой уставился на Щукина. —Ну что, погнали? —спросил он, глядя прямо в глаза коменданту. Тот сразу поспешил отвести глаза и выдавить улыбочку. —Давай. Ты первый. —согласился Щукин. Чехов вставил в нос купюру и, наклонившись ниже над столом, под углом и очень быстро прошёлся по дорожке. Он распрямился и уставился перед собой с полузакрытыми глазами и с полураскрытым ртом. Лидер вытянул руку с купюрой перед собой, передавая её коменданту. Щукин встал с места, взял купюру и сделал все то же самое. В носу начало жечь, а по горлу вниз прокатилась горькая жижа. Он сморщился, распрямившись. —Твою мать, ну и гадость… —выдавил из себя Щукин. —Погоди, сейчас охуенно будет. —быстро проговорил Чехов, держась руками за край стола и всё ещё глядя в одну точку. Щукин прошёлся по комнате, пытаясь перетерпеть горечь, а затем остановился у стола, упираясь в него руками, и залип. Его глаза смотрели в окно, на ржавый БТР, стоящий во дворе у забора. —Ого, вот это мажет… —сказал вдруг Чехов, встав с места. Щукин перевёл на него взгляд. Лидер стоял перед столом, глядя по сторонам бешеными глазами с приоткрытым ртом и тяжело дыша. Он вдруг посмотрел на коменданта. —Прикольно, да? —улыбаясь, спросил он. —Да… Надо будет ещё повторить. —протянул Щукин, глядя по сторонам. Чехов стал убирать всё лишнее со стола в ящик. Комендант стал наворачивать круги по комнате. Ему не было ни хорошо, ни плохо. Даже средне ему не было. Но чувствовал он себя так, как было нужно. Чехов убрал на столе и отошёл от него, поглядывая, чтобы ничего постороннего на нём не было. Щукин остановился на месте и глядел на лидера. —Слышь, Чехов. —вдруг позвал его комендант. Лидер повернулся к нему —А я тебя люблю. —А я-то как тебя люблю, дружище! —ответил ему он и подошёл ближе. Он приложил ладонь к щеке коменданта. Оба стояли и смотрели в глаза друг другу, громко и отрывисто дыша. Они были похожи на диких зверей, готовых растерзать друг друга. Но свободовцы не собирались никого терзать, Чехов приблизился к Щукину и стал агрессивно впиваться в его губы. Комендант уже себя не чувствовал, полностью отдавшись вспыхнувшей страсти. Он схватил лидера за плечи, цепляясь пальцами за куртку, и медленно зверел. Щукин резко отпрянул от него и отошёл на шаг от лидера. Он глядел куда-то ниже его лица мутными глазами, постоянно двигая падающую вниз челюсть наверх. —Чего ты хочешь? —спросил Чехов, покачиваясь. Щукин дернул головой и выгнул её в бок. —Тебя я хочу! —сжимая зубы, проговорил комендант. И тогда Чехов резко вытянул руку к нему, взял за воротник и потянул к себе. Тот, качнувшись, столкнулся с его грудью и уткнулся носом в щеку лидера. Чехов снова взял его за лицо и, впиваясь в него пальцами, глядел в его широкие зрачки. —Я тоже так тебя хочу… Я сейчас тебя разорву, ты понял меня? —то ли угрожал, то ли заигрывал Чехов. Щукин, покачиваясь, пристально смотрел на лидера. —Ну а хер ли ты стоишь? —фыркнул ему в лицо он. Чехов заулыбался, спустил руки на его грудь, снова взял того за куртку и, даже не думая, швырнул коменданта на диван. Щукин резко плюхнулся вниз. Чехов принялся расстёгивать ремень, комендант повторял за ним. —Спиной повернись! —приказал ему лидер. Щукин медленно и покачиваясь встал на колени и развернулся, стянув штаны. Чехов обхватил руками его зад и резко вошёл, даже не думая. Комендант резко прогнулся в спине, бесконтрольно вырвался стон. Он чувствовал, как пальцы лидера царапают его кожу, и как эта большая штука находится в его заднице. Чехов поспешил двигаться и, не размениваясь, сразу начал наращивать темп. Оба громко стонали из-за тяжёлого дыхания, так, что их, наверное, было слышно в соседнем здании. Чехов двигался быстро, глядя дикими глазами на затылок Щукина. Он размахнулся и хлёстко ударил того по заднице. Комендант резко дернулся. И вдруг в его голове что-то щёлкнуло. Резко, будто рубильник переключили. Он продолжал стонать, но широко раскрыл глаза. Во взгляде чувствовалась пустота и отчаяние. Начал медленно подкрадываться страх. —Остановись! —вдруг резко заорал Щукин. Чехов услышал его и даже испугался такой резкости. —Не хочешь больше? —спокойно спросил он, отходя назад. —Нет… —тихо выдавил комендант. Он развернулся назад и стал заправляться. Чехов смотрел на него и делал то же самое. Щукин не отрывал взгляд от лидера. Он его пугал. Пугал до жути. Внутри возник первобытный ужас, который заставлял его уносить из этого кабинета ноги. Комендант поднялся, еле стоя на ногах. Чехов вдруг понял, что с ним что-то не так. —Ты чего шуганый такой? —удивлённо спросил он. Щукин оскалился и вперил в лидера полные ужаса и злости глаза. —Отойди от меня! —крикнул вдруг он. Чехов не понимал ничего, но и разбираться не хотел. Он в любом случае бы ничего не смог сделать. Щукину казалось, что лидер пытает его, чтобы узнать, кому он сливает информацию. И он должен был быстро как-то выбираться отсюда. Он не должен допустить, чтобы кто-то это узнал. Иначе ему конец. Наёмники найдут бедного коменданта и зверски убьют. А труп потом скормят псевдособакам. А Щукин не хотел умирать. Совсем не хотел. Если бы ему было всё равно, он бы изначально отказался от работы на них. И не было бы проблем. Комендант медленно обошёл Чехова, держа его в поле зрения, и встал у двери. —Что тебе, больно было или что? Куда ты собрался? —почти с раздражением и непониманием спросил Чехов. Щукин спиной прижался к двери резко и быстро дыша. —Не подходи! Я ничего тебе не скажу! —кричал комендант. Чехов стал подходить к нему, расставив по сторонам руки. —Да погоди ты… —спокойно проговорил лидер и, как только он оказался в одном шаге от коменданта, тот резко открыл дверь и вырвался наружу. Чехов понемногу начал догонять, что произошло. Щукин понёсся вниз по лестнице со всей дури, лидер тоже кинулся за ним. Комендант чуть не свалился со ступенек, перепрыгнул через перила и, срезав угол, резко выбежал из ангара. Он остановился на улице, глядя бешеными глазами по сторонам. Кругом люди. Люди, в одинаковой форме. Эти люди — ему враги. Надо было быстро бежать оттуда. Но куда бежать, если их тут так много. В баре пьяные свободовцы смеялись, пили водку. Ему казалось, что смеются с того, как из него выбивали информацию. Они смеются с его боли. Сзади Щукин чётко различил шаги. Он быстро обернулся назад и, когда увидел Чехова, резко бросился бежать. —Ловите его! Быстро! —крикнул так громко, как только мог лидер. И, к его удивлению, он был услышан. Вся база вдруг резко бросилась вдогонку за комендантом и, к его несчастью, он был тут же схвачен и скручен. Ему заломали руки и положили лицом в землю. Комендант брыкался и рвался на свободу. Чехов подошел к бедному свободовцу и посмотрел на него. —Отпустите! Я вам ничего не скажу! —уже хрипло орал Щукин, дёргаясь. К лидеру подошёл Ганжа, внимательно разглядывая коменданта. —Слышь, с ним всё нормально? Он передоз не словил? —трепетно спрашивал Чехов у Ганжи, пытаясь отдышаться. Тот усмехнулся. —Чех, да если бы он передоз словил, он бы уже не бегал. У него просто бэд трип получился. —пожал плечами бармен, наклоняясь к Щукину ближе. —Позовите доктора кто-нибудь. Сейчас мы его на землю будем возвращать.