do for love

♡ ♡ ♡

Хан сидит за рабочим столом, со сосредоточенным видом выводя незамысловатые линии на бумаге. Приглушённое холодное освещение настольной лампы сопровождается песней «What You Won’t Do for Love» Бобби Колдуэлла, которая ненавязчиво доносится из маленькой колонки. Джисон изредка постукивает по столу подушечками пальцев левой руки медленный ритм песни, а в остальное время придерживает ею блокнот. Он без понятия какой уже раз крутится песня, но мелодия не надоедает, а наоборот, с каждым разом становится всё вкуснее, постепенно проникая всё глубже и глубже в сознание и сердце. Хан напевает бархатным субтоном приятный мотив, покачивает головой в нужные моменты. Его голова пуста, ему хорошо, как же хочется, чтобы так было всегда…

«I came back to let you know

Got a thing for you and I can't let go»

— Хан Джисон, я пришёл к тебе после тренировки, — врывается со стонами в комнату разогретый, но уставший Минхо, в своих излюбленных шортах и чёрной безрукавке. Он виляет босыми ногами между одеждой разбросанной на полу и плюхается пластом на не заправленную кровать. Хан отрывается от своего занятия, поворачиваюсь к потревожившему его покой объекту. Он не беспокоится, ведь этот объект является для него другим покоем, которому позволено вот так без разрешения и предупреждения врываться в личное пространство Джисона. — А, это снова ты, хён… Уже поздно, зачем пришёл? — Хан снова приступает к своему делу. — Давай посмотрим аниме, — Минхо сделал паузу, прежде чем продолжить говорить, — Как себя чувствуешь? Минхо поднялся и сел на кровати в позу лотоса. Отметил, что на Джисоне домашние мятые шорты и просторная футболка, волосы не уложены, макияжа нет, а значит он был в общаге целый день. — Мм… Да… Чувствуя себя лучше, но голова ещё болит…, — Хан отвечал равнодушно, ведь концентрация была сейчас на другом. — Ты опять там своих чудиков рисуешь? Дай посмотреть хотя бы разок, — Джисон усмехнулся, отрицательно покачав головой и демонстративно прикрыл содержимое блокнота ладонью, — И опять ты эту сентиментальную песню на повторе крутишь… Меня от приторности скоро стошнит. — Она меня успокаивает, а если не нравится, можешь уйти, тем более ты пришёл ко мне сам. — Так говоришь, будто не рад моему присутствию. Минхо увидел, как моментально помутнел взгляд Джисона. За эти годы он научился улавливать любые изменения в состоянии Хана: в его эмоциях, настроении, движениях тела. Минхо быстро осознал, что сказал то, чего не должен был говорить. Не должен был говорить конкретно Хан Джисону. Затрагивать тему отношения к людям и степень его радости проводить с кем-либо время один из самых эффективных способов задеть Хана за живое. Минхо прекрасно всё понимает и никогда не будет винить его за такую реакцию на обычные слова. Он будет стараться, ради его комфорта. Но иногда из его уст вырываются подобные фразы. И когда он всем нутром чувствует, как «похолодел» Джисон, впоследствии, хочется отрубить себе язык и больше никогда ничего не говорить. — Прости… Так что, посмотрим что-нибудь? Есть предложения? — Минхо натянул ванильную улыбку, чтобы скрасить эту неловкую атмосферу. — Хён, я рад твоему присутствию, особенно сейчас… Ты же знаешь… — Да, прости, я ляпнул не подумав, — Глаза Минхо уставились на дождь за окном, который приятно барабанил по крышам домов, гибким листьям и шершавому асфальту. Хан лишь смиренно вздыхает и закрывает свой блокнот. Затем выключает на ноутбуке песню, начиная печатать что-то на клавиатуре. — Давай «Город, в котором меня нет» посмотрим. Мы ещё давно хотели.

«What you won't do, do for love

You've tried everything, but you don't give up»

Минхо понимает, что уже посмотрел это аниме без Джисона, но обламывать его сейчас он очень не хочет, поэтому умолчит об этом факте. — О, точно, давай его. Джисон поднимается со стула и берёт ноутбук в руки. Минхо устраивается под уютным одеялом и отодвигается к стене, укладывая две подушки поудобнее. Хан плюхается рядом, забираясь под одеяло рядом с хёном, предварительно передав ему ноутбук. Они кладут его на бёдра поверх одеяла, а оголенные ноги прижаты друг к другу, и под толстой тканью моментально становится приятно тепло. В нос Минхо врывается знакомый запах свежего дезодоранта и яблочного шампуня. Он разглядывает чуть видную щетину на подбородке Джисона, оттопыренную пухлую нижнюю губу и полёт густых ресниц. Слушает сопение носа и томные выдохи. Наблюдает, как он потирает один глаз, от чего тот намок и покраснел. Чувствует, как горячая рука отправляется обратно под одеяло, устраиваясь вплотную к бедру, чуть касаясь кончиками пальцев его кожи. Другой рукой Хан нажимает на пробел и первая серия аниме включается. На третьей серии Джисон меняет положение своего тела, укладываюсь на бок. Он прижимается к сильной груди хёна, нежно обхватывая его рукой за пояс. Сердце Минхо совершает кульбит, а смущённая улыбка неконтролируемо натягивается на лице. Рука поднимается из под одеяла, нагретая специально для Хана, чтобы положить локоть ему на плечо и забраться тёплыми пальцами в небрежные волосы, дабы согреть все его холодные мысли. — Знаешь, продакшн 5 star вышел для меня особенно тяжёлым… Минхо боялся этих слов, но знал, что рано или поздно Хан должен был это сказать, как ни крути. Он мысленно догадывался об этом уже какое-то время, но то, что он никогда не будет делать — это давить на него навязчивыми расспросами. В итоге Джисон всегда сам начинает разговор о своих переживаниях. — Милый, я всегда рядом, ты же помнишь? Мы можем обсудить всё, что тяготит тебя. — Я знаю, просто… Я трудно переношу так много внимания. Я люблю stay, но наша популярность растёт, и теперь трудно незамеченным просто банально сходить прогуляться ненадолго. Такое ощущение, что я на сцене, и я в жизни — это два разных человека. Иногда в моей голове становится столько мыслей, что мне кажется, что она вот вот лопнет от давления. Я боюсь, Минхо… Мне сложно коммуницировать с людьми… До сих пор сложно… Я сижу здесь почти всё свободное время, потому что в этих четырёх стенах я хоть немного могу почувствовать себя свободным и спокойным. Ещё и моё здоровье в последнее время хромает. Хён, я устал. Джисон взглянул на Минхо с умеренной улыбкой и нахмуренными бровями, несколько секунд хлопая ресницами и оглядывая его сосредоточенное лицо. Минхо осторожно смахнул новоиспечённые слёзы с мягких, но совсем не пухлых щёк. — Ханни, ты уже молодец, что несмотря на все свои мысли, ты стараешься и не сдаёшься. Стараешься ради себя, ради остальных, которые также поддерживают тебя и сражаются за тебя. Ты очень сильный. Главное — это стараться смотреть на все вещи под другим углом, это трудно, я знаю, но надо пытаться изо всех сил. Также, не делай таких вещей, которые будут заставлять чувствовать себя плохо, и, конечно, не держи мысли в себе. Проговаривай всё со мной и со своим психологом. Мы справимся со всем вместе. — Минхо, спасибо, это так чертовски важно для меня, — Такой беззащитный Джисон просто произнёс эти слова шёпотом на неровном выдохе, продолжая плакать. Минхо продолжал гладить крохотного Хана, который уже вовсю рыдал в его грудь и заливал слезами часть его футболки. В таком положении они не раз засыпали. Сначала начинал тихо сопеть ватный Джисон, всё больше роняя голову на чужую грудь, а Минхо просто не смел прерывать его сон, в конце концов и сам засыпая. Пока Хан просто мирно спал, Минхо так ценил их маленький и уютный мирок, который они по крупицам создавали и укрепляли год за годом, проходя сквозь взлёты и падения друг друга. Иногда он смел аккуратно поцеловать Джисона в лоб, но так, чтобы он не дай Бог не проснулся. И вот сейчас, в сладком полусне Минхо так крепко обнимает спящего Хана, пронизанный любовью и чувствами, шепчет: — Я так сильно хочу поцеловать тебя.

«My friends wonder what is wrong with me

Well, I'm in a daze from your love, you see»

— Ты хочешь сделать что…? У Минхо тут же сон как рукой сняло, а по телу прошёлся обжигающий холодок. Осознание ситуации пришло быстро, а масла в огонь подливал слишком ошеломлённый взгляд, поднявшегося на руки, Джисона. Это должно было случиться. Он прикусывал язык уже столько раз, чтобы не взболтнуть лишнего, что сбился со счёта. И вот сейчас, в минуту своей слабости, судьба решила сыграть над ним злостную шутку. — Не заставляй меня это снова говорить. Сделаем вид, что тебе это приснилось, — Хоть тон голоса у него и было вполне адекватный, но внутри всё вскипало так, что мама не горюй. — Минхо, ты би? Ты же всегда говорил, что тебе нравятся девуш… Джисон не успел договорить, потому что Минхо резко вскочил, случайно положив свою ладонь на руку Хана, и начал тараторить на повышенных тонах: — Какая разница вообще, мне просто нравишься ты, меня не волнуют все эти гендерные вещи. — Ну, я не знаю, что сказать, если честно… Нет, это не то, что ты меня не привлекаешь… Ты мне нравишься, конечно, просто я не ожидал… — Смущённый Джисон стал пялиться вниз на одеяло, прикрывая часть лица ладонью. — Чувак, ты реально думал, что эта хрень между нами была в чисто дружеских тонах? — Не знаю… Наверное, мысли были, но мой мозг просто отрицал возможные романтические мотивы с твоей стороны, мол «Быть такого не может». А теперь… И как давно ты понял? — Я думаю, года три точно. Брови Джисона взмыли вверх, а глаза забегали то вдоль Минхо, то по всем углам помещения. — Ого…

«Make me do for love what I would not do»

— Так… — Осторожно начал Минхо, чтобы не дай Бог не спугнуть белку со своего места, — Я могу поцеловать тебя? Минхо осознал, насколько в этот поздний час наполнены разным смыслом не просохшие от слёз глаза напротив него. Наполнены невысказанными чувствами, болью и счастьем, перемешавшимися в одну большую гущу, страхом и любопытством. Рука Джисона нервно теребила край одеяла, скручивая в фигуры мятую ткань. — Я думаю, ты можешь… Нет, мы може… Ещё бы, Минхо дал успеть ему закончить договорить. Вместо этого, он отчаянно и настойчиво впился губами в другие пухлые губы. И, о Боже, он осознал, как сильно ему этого хотелось, и что происходящее превзошло все его нескромные ожидания. Он не заметил, как собственные горькие слёзы с оттенком облегчающей радости покатились по его щекам, переползая на чужие щёки. Он так сильно вцепился руками в его голову, словно, если хоть чуть-чуть ослабит хватку, то Джисон просто испариться из его ладоней. Последний тоже вошёл во вкус и стал прикусывать и оттягивать нижнюю губу Минхо, заботливо причмокивая её после. Его рука нежно ухватилась за затылок хёна, чуть впиваясь в кожу ногтями, спровоцировав тем самым сбой системы для его обладателя. Для них в комнате стало слишком громко, несмотря на их довольно тихий поцелуй, а температура стала более жаркой, невзирая на работающий кондиционер. Трепет этого момента вылетал из их сцепившихся тел и отскакивал от всех углов, оглушая. Вскоре, их языки тоже сплелись в чувственном танце. Минхо, уже не способный адекватно мыслить и действовать, поволок Хана за собой к стене, довольно импульсивно усаживая его на себя. Рывок вызвал небольшой поток ветра, который вбил в нос Минхо запах Джисона. Такой родной и знакомый, ласковый и стойкий, моментально опьяняющий. Он готов до конца своей жизни чувствовать только его. Он готов до конца жизни касаться только его тела, целовать только эти губы, слышать только этот голос, гладить только эти волосы. Минхо принял это всё в одну секунду, когда услышал тихонькое «Я хотел этого» из уст растрёпанного Хана, который смотрел одурманивающими и вызывающими глазами, аккуратно вытирая слёзы Минхо с его щёк. Они поймали совместный сбивчивый ритм дыхания, так сильно сжимая друг друга в тисках и чувствуя всё большее и большее напряжение во всём теле и сознании. Хан взвыл и отвёл голову в сторону, когда его хён тронул кончиками пальцев нежную кожу шеи. Минхо сразу понял, у Джисона очень чувствительная шея. Он взял его за подбородок и повернул голову к себе, вопросительно и упорно взглянув в блестящие глаза. Хан робко кивнул и закусил нижнюю губу, от чего звёздочек в глазах Минхо стало на порядок больше. Он не смог до конца поверить, что стал так отчаянно зацеловывать его шею, но так, чтобы ни в коем случае на карамельной коже не осталось следов их плотских утех. Этого допустить они никак не могли. В мыслях пьяного от эмоций Минхо крутилась благодарность Джисону за его бесконечное и полное доверие. Он был рад быть для него каменной стеной, подушкой для рыданий и сна, причиной смеха и радости, персональным ласковым котом, в нужные моменты внимательным психологом, лучшим другом и источником человеческого естественного тепла. Он был рад просто быть для Джисона. А теперь он был рад быть ему ещё и любимым человеком. Заботиться о нём стало неотъемлемой частью жизни, и от этого он теперь не сможет отказаться. Оказалось, чтобы окончательно растаять, словно кубик льда, Минхо лишь нужно было услышать короткий, но такой насыщенной стон Хана. Стон Хана, вызванный удовольствием, которое доставляет ему Минхо. Куча разных мыслей проследует голову последнего, от которых склеиться во что-то более менее целое ему невыносимо трудно, когда в это время Джисон просто окончательно растворился под потоком новых ощущений и чувств. Пока он опрокинул голову назад, жмурясь от прикосновений, он не заметил, как Минхо остановился, прижимая голову к его груди. Рыдая взахлёб, он внимательно и робко слушал сердцебиение Джисона. Хан обнял его обеими руками и прижался своей головой к чужим мягким волосам. Вскоре, он заметил всхлипы, и как грудь Минхо рвано то поднималась, то опускалась от слёз и нервной отдышки. — Минхо, дыши, я здесь, с тобой, всё хорошо, — Джисон начал слегка поглаживать его спину. — Ханни… Я так счастлив. — Я тоже очень счастлив. Душа Минхо ещё хотела сказать: «Я не смогу жить без тебя», но собственная гордость не позволила. Но этого говорить было и не нужно, они оба уже всё прекрасно поняли, радостно упиваясь любовью друг друга сквозь сильные объятия в тёплой кровати, под звуки ночного дождя.

«In my world, only you»

♡ ♡ ♡