Пришел, увидел, победил

Рассказ от третьего лица       Учеников по-быстрому выпроводили из Большого зала, чтобы ответственные люди из Министерства магии спокойно занялись расследованием инцидента с крысой-анимагом. Братьев Уизли, всех четверых, пригласили на допрос, чтобы выяснить через кого, когда и при каких обстоятельствах в их семье появилась та самая крыса. И главное, как так получилось, что никто из взрослых волшебников Уизли — четверых, Карл! Взрослых. Волшебников. Артура, Молли, их двоих старших сыновей, Билла и Чарли (Это не считая их постоянного гостя-завсегдатая Альбуса Дамблдора.) — не «раскусил» анимага в образе Коросты?       Студентов алознаменного факультета наверх, в башню Гриффиндора, повела девушка-староста, чьё имя им пока не сообщили. Они двигались за ней уставшие, переевшие, почти засыпая на ходу. В общей гостиной староста заикнулась было произнести вводную речь, но старшекурсники её заткнули, указав на помятый вид первачков. И она поспешно показала им спальни, после чего сама удалилась в свою отдельную комнату отдыхать от длинной дороги и от волнения сегодняшних, произошедших во время ужина открытий.       В комнате мальчиков было пять кроватей в один ряд у стены, напротив окон. Невилл выбрал себе кровать в дальнем, самом затемнённом углу комнаты, оправдываясь, что не может заснуть даже при слабом свете звёзд. Гарри выбрал себе место между Невиллом и Симусом, а Дин Томас — по соседству с ними. Пустую кровать у самой двери оставили для Рональда, который остался в Большом зале давать объяснения министерским.       — Надо бы установить между нами и Уизелом барьер тишины, — сказал засыпая Гарри, не успев этого сделать.       Остальные трое мальчиков услышали его слова, но то ли не знали как, то ли не придали его замечанию значения, но и они глушилку не поставили. А, посетив соответствующие помещения, последовали примеру своего знаменитого соученика думая, что ночь им предстоит спокойная. Как же они ошиблись.       Потому, что Рон Уизли, с треском ворвавшись в спальню, хлопнул дверью, для начала. Потом громко несколько раз рыгнул, споткнулся об угол свободной кровати, ойкнул, начал подпрыгивать на одной ноге, снова споткнулся и рухнул на пол, громко выматерившись. Потом заскулил от боли, снова выматерился, наконец… пукнул, испортил воздух и оглянулся. И только тогда заметил, что сосед у него смуглый. То есть, мальчик, спящий на соседней с той, на которую сам Рон присел, кровати не может никоим образом быть Гарри Поттером. И Рон зажёг светильники, чтобы получше рассмотреть, где прилёг Мальчик-который-выжил.       Увидев того между двумя другими мальчиками, Рон самым наглым образом растолкал того из них, кто показался ему незнакомым — то есть, это был Симус Финниган — и стал будить пацана, колотя его по плечу:       — Эй, просыпайся и немедленно освободи мне эту кровать! — разбушевался Рон. — Здесь моё место. Рядом с Гарри Поттером буду я спать. Слышишь?       Симус Финниган был полукровкой. Мама у него была ведьмой, но его отец-маггл был начальником полиции. Не проявись в Симусе способность к колдовству, он бы пошёл по стопам своего отца. К этому он старательно готовился. Посещал борцовский клуб, занимался лёгкой атлетикой, еженедельно сопровождал отца на тренировки по стрельбе из пистолета и автоматического оружия. В послужном списке у него, в его «зелёном» одиннадцатилетнем возрасте, числилась победа в стрелковых состязаниях для детей служащих полиции.       То есть, когда крики и толчки со стороны Рональда Уизли вытащили его из первого, самого сладкого, сна, Симус разозлился. А, разозлившись, он замахал кулаками. Замахав кулаками, он ударил возмутителя спокойствия. Послышался хруст, после чего по всей комнате разнеслись визги и вопли пострадавшего.       Крики боли Рональда, проникнув сквозь стены, достигли ушей Персиваля, его старшего брата-старосты, и так уже слишком растревоженного и уставшего из-за вопросов авроров насчёт Питера Петтигрю. Он, отправив Рончика наверх в спальню, сам присел к своим однокурсникам, чтобы расслабиться и вместе с ними отпраздновать начало нового учебного года.       Но рёв раненного зверя из комнаты мальчиков-первоклашек буквально выдернул Перси из вечеринки и он побежал наверх. Своего младшего братика он нашёл сидящим на полу между кроватями. Рон держался за нос, а всё вокруг было обрызгано кровью.       — Что здесь произошло? Ро-о-он?       — Эдод меня ударил, Берзи! Гулагом. И зломал мне но-о-оз… — гнусавя ответил Рон.       — А ты что делаешь у его кровати? — примерился взглядом Перси в расстановке фигур в комнате мальчиков.       Одноклассники Рона, все до одного уже разбуженные и дезориентированные, лежали сонные и недовольные в своих постелях и оттуда зыркали на парня-старосту. Симус приподнялся на локте, чтобы смотреть одновременно на обоих братьев Уизли.       — Мы выбрали себе кровати и улеглись спать. Уже заснули, когда в комнату ворвался этот, — Симус махнул рукой, указывая на хныкающего Рональда, — и начал грубо будить меня с претензией, что я заснул в его кровати. Как так-то, кровать, которую я себе выбрал, стала вдруг его кроватью, а я вдруг занял его место рядом с Гарри Поттером? Мы пришли первыми, нашли рядом свои школьные сундуки, разобрали их, развесили свои мантии в шкафчиках. И нет, я не буду уступать этому ган… кто бы он не был. Это моя кровать, это моё место. Если Рональду что-то не нравится, пусть катится в… закат.       И тут же опустился на подушку, накрыв себя с головой одеялом.       — Всё, я тоже спатеньки. Вы, братцы, сами разбирайтесь, — зевнул Гарри, прикрыв рот рукой и повернулся к обоим Уизлям спиной, закутавшись в одеяло.       Невилл и Дин Томас тоже повернулись спиной к братьям, всячески демонстрируя, что проблемы Рона это совсем не их проблемы.       — Ложись на свободную кровать, Рон, и не устраивай тут сцен в духе капризульки Джинни. Слышал? — выдал команду Персиваль. — Я тоже хочу отдыхать…       — Но, Берзиии…       — Никаких «но», Рон! Ложись, а то наложу на тебя Петрификус и сам уложу тебя в кровать Локомотором. Тебе понятно что я говорю? — рявкнул под конец Перси.       — Иду я, иду… А кровь, а мой ноз-з-з?       — Эванеско засохшая кровь! Эпиксеи!       Что-то хрустнуло в носу у самого младшего Уизли и тот пискнул от боли. К счастью, боль быстренько прошла и Рональд, как был в мантии и в обуви, упал на кровать. Захрапел он моментально. Перси опустил завесы балдахина и отправился было к выходу, но у самой двери его застиг выкрик соседа Рона:       — Не забудь установить Полог тишины и воздушный пузырь вокруг своего братца. А то он не только храпит, но и п---т! И от него воняет грязными носками.       Перси поколебался минуту, потом с раздражением вздохнул и замахал палочкой, выговаривая нужные заклинания. Храп как отсекло. Мальчики один за другим выкрикнули свою благодарность, а со стороны самой отдаленной кровати послышалось:       — И убавь свет, а то не засну.       Над кроватью Поттера высветился Темпус. Показывало без пятнадцати минут десять вечера.

***

      Утро. Небо за стёклами окон начало розоветь. Наступал восход Солнца. Пять тридцать утра. Из четвертой, если считать от двери, кровати выполз взлохмаченный темноволосый пацанёнок, оглянулся, взял палочку с тумбочки у изголовья, сделал широкий взмах и прошептал:       — Сомниус!       После чего выпрямился, присел несколько раз, сделал несколько разминочных упражнений и отправился в ванную комнату. Десять минут спустя он уже был одет и готов к выполнению первого пункта из своего списка задач на сегодня.       Слава Богу, Мерлину и всем Высшим силам, Полной дамы на полотне картины, закрывающей вход в гостиную не было, и Гарри — а это был не кто иной, как именно он — прошмыгнул через узкий проход и побежал дальше по коридору.       Остановился Гарри перед дверью, на которой Прилипающими чарами висела табличка с надписью: «Кабинет ЗОТИ. Преподаватель: проф. Квиринус Квиррелл», после чего смело постучался. Некоторое время внутри не было слышно не звука. Потом полотно двери чуть-чуть приоткрылось и в проёме показался сам профессор ЗОТИ в белой ночной сорочке и белом ночном колпаке на голове.       — М-мистер П-пот-тер, чт-то вы-вы-вы… здесь де-делаете? — удивился он, увидев героя волшебного мира у себя перед дверью, в первый учебный день, в шесть часов утра. Да ещё и странно ухмыляющегося.       — Пришёл познакомиться с тобой, крёстный! — радостно оскалился Гарри. — Давно хотел с тобой начистоту поговорить.       — К-крё-о-остн-ный? Кк-как это поним-мать, мммм…       — … мистер Поттер. Пригласите меня войти, а то простудитесь. И не утруждайте себя заиканием, я знаю, что можете говорить без него, профессор Квиррелл.       — Хм-хм. Подождите, я наброшу на себя халат, — сказал, криво ухмыльнувшись, сравнительно молодой учитель и, открыв дверь достаточно широко, чтобы мальчик мог спокойно зайти, удалился в глубину своих комнат.       Войдя, Гарри оказался в небольшой комнате, в дальнем конце которой была видна узкая винтовая лестница. Интерьер был скудным — на стенах висело несколько африканских масок из чёрного дерева. Полки вдоль стены напротив окон были наполовину заполнены книгами и черепами обычных и магических животных. В центре комнаты выделялся доминантой рабочий стол, а в углу — накрытый шкурой зебры диван. Кровати видно не было, очевидно там, за поворотом находились дополнительные помещения. Пахло чесноком.       Гарри сел на диван и приготовился ждать столько, сколько нужно Квирреллу, чтобы намотать тюрбан поверх лица вселенца — настоящего крёстного отца мальчика.       Тихое покашливание вывело того из мыслей:       — Кхе-кхе… И как вы назвали меня, мистер Поттер? — притянул Квиррелл щёлканием пальцев к себе кресло и опустился в него.       — Сейчас объясню, — ответил Гарри и вынул из внутреннего кармана мантии небольшую чёрную папку. Увеличив её щелчком пальцев, он раскрыл её на определённой странице и сказал: — Вот, читайте.       Квиринус зачитался. В конце прочтения с задней стороны его головы послышалась приглушенная ругань.       — Сними с головы эту глупую чалму, Квиринус, мальчик всё знает. И прочитай всё вслух, чтобы я лучше разобрался в этих документах!       Молодой мужчина немедленно удалил свой небанальный головной убор эффектного лилового цвета и начал читать:       — Я, Лили-Эн Поттер, в девичестве Эванс, в случае моей смерти после доказанной смерти моего законного супруга Джеймса Карлуса Поттера, с которым я нахожусь в магическом браке, находясь в здравом уме и твёрдой памяти, объявляю:       1) Опека над нашим с мужем единственным сыном, Гаррисом Джеймсом Поттером, предоставляется мистеру Томасу Марволо Риддлу, моему пятиюродному дедушке с отцовской стороны.       2) Мистер Томас Марволо Риддл дал своё письменное согласие быть Гарри Джеймсу Поттеру опекуном и ЕГО КРЁСТНЫМ ОТЦОМ. Ритуал Крестин был проведён и зафиксирован Магией тридцать первого октября одна тысяча девятьсот восьмидесятого года на ритуальном камне семьи Гонт в Литтл-Хэнглтоне, на наследственной земле Салазара Слизерина.       3) Хранителем Фиделиуса…       — Дальше не читай, меня продолжение не интересует, — рявкнул тот голос и Гарри внутренне улыбнулся. — Мальчик… Гарри, предстань передо мной! — Мальчик шустро вскочил, обошёл кресло с профессором и выпрямился перед лицом Волдеморта. Своего крёстного отца. — Хммм, так-так-так… Теперь всё становится понятно. И то, какую роль в событиях того Хэллоуина сыграли Петтигрю и Дамблдор, и то — почему моя Авада не тебя, а меня убила. Так, Квиринус, повернись лицом к окнам, а ты, Гарри, садись обратно на диван. Будем обсуждать… хаха… хаха… новую рекогносцировку. Не Сириус Блэк твой крёстный отец, а я!!! Тот, что самозванцем был или как?       — Или «как», — хихикнул Гарри. — Рагног пятый, который глава клана Гринготтс, тоже Сириуса считал моим крёстным, но дочитав завещание мамы до конца, тоже ржал…       — Дааа, интересная расстановочка получилась, интересная, — задумался подселенец. — А ты как думаешь, Дамбик, узнав эту подробность, подавится своей бородой?       Через час, насвистывая себе под нос, Гарри вернулся в башню Гриффиндора. А там, войдя в гостиную, увидел сидящую на диване перед холодным камином с огромной книгой «для лёгкого чтения» на коленях — узнайте кого? Да, да! Девочку, кандидатку на звания «Мисс Всезнайка», «Ходячая энциклопедия» и «В каждой бочке затычка». Увидев Поттера, входящего в общее помещение факультета, она сузила глаза и начала командным голосом задавать вопросы:       — Гарри Поттер, откуда ты возвращаешься? Где ты был? А что если, не дай бог, тебя кто-то из учителей встретил бы вне гостиной и с тебя бы сняли баллы? Что ты в своё оправдание скажешь?       Мальчик закатил глаза, покрутил пальцем у виска и ничего ей не отвечая, стал подниматься по лестнице к спальне мальчиков-первокурсников. Его догнал крик Гермионы:       — Или ответь мне, или я скажу профессору Макгонагалл, что ты шляешься без надзора по коридорам замка рано утром! Один.       Поттер остановился и, всё так же стоя спиной к девочке, лишь чуть повернув в ёё сторону голову, холодным голосом сказал:       — Не скажу! Какое тебе дело где я хожу? Кто ты такая, что считаешь меня обязанным тебе докладывать о моих делах, а? Ты мне никто, помнишь? И ты никто на этом факультете в частности и во всём магическим мире в целом. Продолжай, если хочешь, в том же духе и ты останешься одна против всех. Посмотри на себя и сама задайся вопросом, кто за тобой стоит. Да и мне нет до тебя дела. Хочешь, чтобы все с тобой разругались, продолжай позориться. Тогда тебя заклюют. И не только заклюют, а начнут мстить. Так, что ты сейчас успокойся, читай свой тупой непонятный талмуд и жди появления старост через… Темпус! Ага, через час. Баай!       И он скрылся в своей спальне.       Мисс Грейнджер слушала с открытым ртом, не в состоянии поверить в только что случившееся. Она же с самыми лучшими намерениями спросила, чтобы этот горделивый мальчишка услышал её предупреждения и исправился. А он… а она…       Горькие слёзы ручейком потекли из её глаз и она на автомате вытерла их рукой. А если он правду говорит? И её заклюют за то, что она хочет, чтобы всё происходило согласно Правилам? Правила неписаны, но их, всё-таки, надо соблюдать? Или… как?

***

      Грациэлла медленно выплыла из сна, откинула одеяло и присела в своей постели. Полупрозрачные белые занавески из тюля, заменившие плотные портьеры из алого бархата над её кроватью, пропускали свет солнечного утра. Она потянулась, зевнула и отдёрнула тюль в сторону. Трое из четверых, распределившиеся на Гриффиндор девочек всё ещё сладко спали. Мисс Грейнджер в спальне отсутствовала. Её кровать была заправлена, на тумбочке лежала целая башенка из толстых книг.       Гермиона Грейнджер намеревалась быть самой лучшей за последних сто, не меньше этого, лет ученицей Хогвартса.       Грациэлла надменно махнула рукой — да, да, как бы не так. Самая лучшая за последних сто лет ученица действительно уже появилась, но она не Гермионой Грейнджер зваться будет. А чуть иначе, хихих!       — Девочки, — позвала она спящих соучениц, — вставайте, вставайте! Опоздаем на завтрак.       Через пятнадцать минут четверо первоклассниц стайкой спустились по лестнице, застав заплаканную Гермиону в общей комнате Гриффиндора. А прежде чем кто-то успел спросить у неё что стряслось-то, из спальни мальчиков высыпались четверо мальчиков первого курса.       Перси Уизли собрав малышню вокруг себя, начал пересчитывать их.       — А где Рон? — спросил он, не заметив среди них своего младшего брата. — Почему он не с вами?       — Не смогли мы его разбудить, — ответил Дин Томас. — Всё испробовали, но ничего не помогло, всё зря оказалось. Симус хотел полить его водой, но Гарри не дал. Сказал, пусть дрыхнет. У него трое старших братьев… Ээй!       Перси не дослушал темнокожего первачка, а бросился бежать наверх по лестнице, перескакивая через ступеньки. Из-за закрытой двери спальни послышались крики, возня, треск падающих предметов… Староста появился, ведя заспанного, рассерженного и раскрасневшегося Рона за шкирку.       — Все следуйте за мной! — скомандовал он первоклассникам. — Офелия, проследи, чтобы никто не отставал…       После завтрака им раздали расписания и они узнали, что надо, сначала, быстро-быстро добежать обратно до своих спален в башне Годрика на седьмом этаже, а потом так же быстро спуститься на второй, где находился кабинет по Трансфигурации.       На профессорском столе сидела, обернув хвостом лапки, полосатая кошка и немигающими бледно-синими глазами следила как они рассаживаются за парты.       — Добрый день, профессор Макгонагал, мэм! — поздоровалась с кошкой Грациэлла и уселась за одну парту с Гарри Поттером и Гермионой Грейнджер.       Гарри, сидя между двумя девочками, с интересом подглядывал в сторону незнакомки.       Слизеринцы, тихо переговариваясь, заняли второй ряд парт и стали ждать появление преподавателя.       Последним в кабинет ворвался запыхавшийся Рональд и немедленно отправился к троице, имена у которой начинались на букву «Г» . Он толкнул Грациэллу и рыкнул:       — Освободи мне это место. Здесь буду сидеть я.       — А если не освобожу? — искоса взглянула девочка на возмутителя порядка.       — Вставай, я тебе сказал, — настоял Рон и огрёб по полной.       Не вставая с места, девочка схватила руку рыжика и несколько раз дёрнула за неё, пока не вывела того из равновесия. Потом, когда тот уже порядочно раскачался в вертикальном положении, её правая ножка согнулась и стукнула пяткой Рональду по коленкам. И тот внезапно рухнул на пятую точку. Со стороны слизеринских парт послышались смешки и злобные замечания в адрес «присевшего» на пол гриффиндорца.       Кошка, до этого спокойно сидящая с обвитыми собственным хвостом лапками, резко распрямилась и прыгнула. В воздухе она стала изменяться и превратилась в… профессора Минерву Макгонагалл. Разгневанную.       — Мисс Данчовски, как вас понимать? — строго заговорила она, пристально вглядываясь в светловолосую девочку. — Зачем вы избили мистера Уизли?       — Избила? Это я Уизли избила? Вы хорошо это разглядели? А не видели, как этот дивак меня толкал и пытался вытолкнуть с моего места? — воскликнула Грациэлла и зло посмотрела на сидящего рядом с ней на полу рыжика. — Я убью тебя, пауки тебя выпьют досуха… — прошипела она тому да настолько тихо, что только он её услышал.       — Аааа, да она чокнутая, — указал он пальцем на болгарскую девочку. — Профессор Макгонагалл, она…       Резкий шлепок по рту заткнул его. Мисс Данчовска резко встала, схватила Рональда за рукав мантии и закрутила его вокруг оси, проходящей через его пятую точку.       — Мисс Данчовски, освободите место, там сядет мистер Уизли, — приказала Макгонагалл. — Пять баллов с Гриффиндора за неподобающее поведение в классе и ещё пять за драку с одноклассником. И после занятия, мисс Данчовски, задержитесь!       Грациэлла повернула голову в сторону своих соседей по парте, взяла потом свою сумку и отправилась к рядам слизеринцев, где на первые места никто не садился. Вдруг Гарри Поттер тоже встал со своего места и последовал за девочкой. Гермиона поёрзала на стуле в нерешительности, но всё же приняла правильное, по её мнению, решение. Встала и пересекла расстояние между рядами парт, занятыми студентами Гриффиндора и Слизерина. Боковым зрением заметила разочарованное выражение декана своего факультета. Но сама возможность сидеть рядом с этими двумя была важнее одобрения кого бы то не было.       Троица, в том же порядке, что и раньше, заняла первую парту в ряду Змеиного факультета.       Профессор сжав губы в ниточку повернулась назад к доске на стене, где поднятым в воздухе магией мелом она написала:       — Фера Верто.       А потом, не сказав ни слова, она раздала спички из обычной маггловской коробки каждому из первоклассников и стала расхаживать туда-сюда по проходу между рядами. Палочка в её руке мелко-мелко дрожала. Так продолжалось пять минут. После этого она, уже успокоившись, спросила:       — Что стоим, почему не колдуем?       Лаванда Браун, русоволосая девочка из факультета львов, смело подняла руку.       — Да, мисс Браун?       — А что от нас ожидается сделать, мэм? Какое задание?       — Кхм, да, … смотрите, движение такое, — и она сделала круговое движение кончиком палочки, потом боднула в центр круга, указывая на одну из спичек. — Произносите одновременно с движением Фера Верто. Спичка должна превратиться в швейную иголку…       — Что-что? — выдал Драко Малфой. — Швейную иголку? Это что-то маггловское, да? Я никогда в жизни не видел…       — Мистер Малфой, смотрите! — прервала его Макгонагалл и подняла высоко стальную иглу с маленьким ушком. — Видите? Это называется швейная иголка. Она металлическая, из стали. Сталь, это…       — Я знаю что такое сталь… мэм, — повесил голову белобрысый слизеринец и махнул палочкой круг над спичкой на парте перед собой. Ткнув кончиком в середине, он громко произнёс: — Фера Верто.       Деревянная спичка стала стальной спичкой.       — Один балл Слизерину за превращение неживой материи в другую неживую материю, — возвестила профессор Макгонагалл.       Грациэлла, которая на момент колдовства Драко повернулась назад, чтобы проследить глазами за магическими изменениями, довольно хмыкнула и развернулась вперёд. Прикрыв глаза, она накрыла ладошкой спичку, а через пять секунд убрала её. На поверхности парты лежала блестящая, тоненькая стальная иголка с маленьким аккуратным ушком.       Мальчик, сидящий рядом, хихикнул, посмотрел в переливающиеся цветом сине-зелёные глаза соседки и повторил её действия. Из-под его ладони появилась вторая, идентичная иголка.       Мисс Грейнджер потрясённо следила за тем, как эти двое, сидящие с ней за одной партой, с невиданной лёгкостью невербально и беспалочково превратили свои спички в иголки. И подумала — а не попробовать ли сделать то же самое. Накрыв деревянную спичку промерзшими от напряжения руками, она тоже, как и та иностранная девочка прикрыла глаза. О чём могла думать эта Грациэлла, заклинание «Фера Верто» повторяла? Нееет, вряд ли. Если бы молча повторяла те слова и всё сработало, то она могла бы сказать их вслух.       Здесь что-то другое.       Представила себе иголку?       «Давай, Гермиона, докажи, что тоже можешь!» — подумала она и перед её внутренним взором предстала небольшая трёх-четырёхсантиметровая иголка. Дыхание девочки замедлилось, зато та теплота, которая постоянно присутствовала рядом с постоянно бьющимся сердечком, хлынула к ладоням. Те сразу нагрелись, что-то под руками случилось… И всё закончилось.       Гермиона открыла глаза и убрала руки со стола. На столешнице лежала металлическая, раскалённая докрасна игла. Дерево парты задымилось и Гермиона пискнула от смеси удивления и испуга. Подбежавшая профессор Макгонагалл вытаращилась на всех троих и их иголки. Махнув палочкой, она охладила Гермионину иголку и, блеснув глазами, выдала:       — По пять баллов каждому из вас троих за прекрасную трансфигурацию. Все остальные! Прочтите первую главу из учебника, напишите эссе и тренируйтесь в своих гостиных комнатах. Каждый может забрать с собой три спички для изучения заклинания Фера Верто. Теперь, идите. Кабинет Чар с профессором Флитвиком находится на пятом этаже прямо над этим кабинетом. Идите налево, к неподвижным лестницам, там самый короткий и безопасный путь.       Потом она посмотрела на Грациэллу и сказала:       — А вы, мисс Данчовски, останьтесь.       Когда все ученики ретировались, строгая преподавательница посмотрела на девочку из своего подопечного факультета над своих очков и спросила:       — Мисс Данчовски, куда вы переехали жить? И, почему, не указали в вашем письме-согласии свой новый адрес?       — А я даже не предполагала, профессор, что наш с мамой адрес проживания изменится на следующих два года.       — Как так?       — Мама вышла замуж, мэм.       — О! Это меняет всё. Дайте мне ваш новый адрес, я его запишу в ваше дело…       — Адрес, где проживать будет мама или адрес, где Я буду проживать?       — Мисс Данчовски, не морочьте мне голову! Я занятой человек. Где вы будете проживать?       — Я буду жить, когда я в Англии, в поместье баронессы, леди Анны Максвелл Макдональд, — объявила Грациэлла и с огромным удовольствием заметила, как вытягивается лицо Минервы Макгонагалл. — Кстати, она попросила меня передать вам письмо, мэм… Мэээм, вам плохо?